Часть 6

Эвелин замерла, вжавшись в кожаное сиденье внедорожника. Пальцы Джеффри, теплые и уверенные, скользнули чуть ниже расстегнутого воротника блузки, очерчивая контур ключицы прямо рядом с темным следом, оставленным им этой ночью. В замкнутом пространстве автомобиля его присутствие казалось абсолютным, удушающим в своей привлекательности. — Джеффри, здесь? — выдохнула она, бросив испуганный взгляд на тонированное лобовое стекло, за которым простиралась пустынная территория старого дока. — Нас могут увидеть… — Никто нас не увидит, — его голос опустился до едва различимого, рокочущего шепота. На губах мужчины заиграла снисходительная, хищная ухмылка. Он потянул за кожаное кольцо чокера, заставляя её податься вперед, навстречу ему. — А если и увидит — мне плевать. Ты должна была понять это еще в клубе, Эвелин. Твой страх перед чужим мнением — это лишний балласт. Избавься от него. Со мной есть только твои желания и мои приказы. Он наклонился, и его губы накрыли её в коротком, но властном поцелуе, больше похожем на клеймо. Он не давал ей времени опомниться, сминая её губы с той же уверенной жесткостью, с какой вел свой бизнес. Внутри Эвелин всё перевернулось; колени задрожали, хотя она сидела, а пальцы инстинктивно впились в его сильные плечи, сминая дорогую ткань синего пиджака. Отстранившись, Джеффри тяжело дышал. Его глаза, обычно холодные и расчетливые, сейчас горели откровенным, темным голодом зрелого мужчины, получившего полную власть над своей добычей. Он отпустил её шею и открыл свою дверь. — Выходи, — скомандовал он, вылезая из машины. Прохладный воздух портового дока ворвался в салон, мгновенно остужая разгоряченную кожу Эвелин. Она поспешно застегнула пуговицу блузки, пытаясь унять дрожь в руках, и вышла вслед за ним. Джеффри уже стоял у тяжелых металлических дверей отреставрированного склада. Он приложил электронный ключ к замку, и створка с глухим щелчком поддалась. Внутри здание оказалось совершенно не похожим на заброшенный склад. Это был роскошный двухэтажный лофт в индустриальном стиле: огромные панорамные окна с видом на серую гладь реки, кирпичные стены, дорогая минималистичная мебель и идеальная, звенящая тишина. — Что это за место? — тихо спросила Эвелин, оглядываясь. — Моё личное убежище, — Джеффри запер за ними дверь и снял пиджак, небрежно бросив его на спинку кожаного дивана. Он остался в одной рубашке и жилете, закатав рукава по локоть. — Сюда нет доступа ни моей семье, ни партнерам, ни прессе. О его существовании знаешь только ты и мой адвокат. Именно здесь мы будем работать над проектом «Бостон-Групп», который ты так глупо подставила под удар. Он подошел к длинному столу, на котором лежал запечатанный тубус с чертежами и несколько папок с конфиденциальными документами. — Твоя задача на сегодня — исправить свои ошибки, Эвелин, — Джеффри повернулся к ней, оперевшись руками о край стола и слегка наклонив голову. В его взгляде снова проступил жесткий, циничный руководитель. — Ты перепроверишь каждый цент в этих отчетах. Найди, куда Харрис вывел активы. Ты будешь сидеть здесь столько, сколько потребуется. Без связи с внешним миром. — Вы отбираете у меня телефон? — в её голосе звенящим аккордом прозвучал протест. — На время работы — да, — он протянул руку, требуя гаджет. — Ты не должна отвлекаться на звонки подруг или глупые мысли. Твой фокус должен быть только на мне и на этих бумагах. Эвелин сжала зубы, но покорно достала из сумочки телефон и вложила в его широкую ладонь. Джеффри удовлетворенно хмыкнул и убрал его в карман своих брюк. — А теперь за работу, мисс Кларк. Сними свой пиджак, присаживайся. Нам предстоит долгий день. Она выполнила приказ, оставшись в одной шелковой блузке. Сев за стол, она погрузилась в бесконечные колонки цифр и графиков. Время внутри лофта словно остановилось. Был слышен лишь шорох бумаги, мерный стук клавиш ноутбука и неторопливые шаги Джеффри, который расхаживал по комнате, изучая другие документы или просто наблюдая за ней. Каждый раз, когда Эвелин поднимала глаза, она натыкалась на его пронизывающий, тяжелый взгляд. Иногда он подходил сзади, останавливаясь так близко, что его дыхание шевелило волоски на её затылке. Его большая ладонь могла лечь на её плечо, слегка сжимая его, проверяя степень её напряжения. И Эвелин ловила себя на безумной, пугающей мысли: это добровольное заточение, этот полный контроль над её телом, временем и мыслями начинал приносить ей извращенное, ни с чем не сравнимое удовольствие. Ей больше не нужно было притворяться сильной перед всем миром. Здесь, в этой золотой клетке, за неё всё решал Джеффри. Когда солнце за огромными окнами начало клониться к закату, окрашивая воду в багровые тона, Эвелин наконец откинулась на спинку стула и устало потерла глаза. — Я нашла, — тихо произнесла она. Джеффри, который в этот момент стоял у окна с бокалом виски, мгновенно обернулся. Его шаги были бесшумными, когда он приблизился к её столу. — Показывай, — коротко бросил он. — Харрис использовал подставную оффшорную компанию, зарегистрированную на имя его бывшей жены. Вот эти три транша, — она указала пальцем на экран. — Они ушли за два дня до того, как я подписала финальный аудит. Если мы подадим иск о мошенничестве внутри структуры, мы вернем три с половиной миллиона из четырех. Джеффри внимательно вглядывался в цифры, а затем медленно перевел взгляд на её лицо. На его губах расплылась широкая, искренняя и чертовски обаятельная ухмылка. Он протянул руку и аккуратно вытащил шпильки из её прически, позволяя волосам рассыпаться по плечам. — Я ведь говорил, что ты чертовски умна, Эвелин, — прохрипел он, и в его голосе послышалась неподдельная гордость. Он наклонился, беря её лицо в свои ладони, и заставил посмотреть на себя. — Ты спасла свою шкуру. Почти. — Почти? — её сердце снова пустилось вскачь. — Долг компании закрыт, — Джеффри плавно пересадил её из-за стола к себе на колени, обнимая за талию так крепко, что между ними не осталось и миллиметра воздуха. Его глаза потемнели, отражая вечерние сумерки. — Но твой личный долг передо мной, мисс Кларк… за то, что мне пришлось возиться с тобой и тратить свое драгоценное время… ты будешь отдавать еще очень, очень долго. Он потянулся к её шее, освобождая скрытый до этого чокер, и его губы прижались к её уху. — И поверь мне, Эвелин, эта отработка тебе понравится гораздо больше, чем финансовые отчеты.