2.

Аня давно понимала что Хэнк – не аленький цветочек, как кажется большинству одноклассниц и девушек из параллели. Обычный всплеск эмоций начинался маленький ссорой, а заканчивался либо дракой, либо пьянкой. Гендос поощрал только второй вариант, Мел никакой. Тот факт что трое подростков взяли у своего совершеннолетнего друга дуэльные револьверы должен настораживать местную полицию. Но как настараживаться и действовать если один из этих подростков – твой сын. Все грехи и проблемы Константин Анатольевич вешал на Кислову. Еще с детства как только маленький Борька пошел гулять в новой школе с маленькой девочкой с хвостиком, после чего он пришел весь грязный и промокший из-за дождя, Хенкину показалось что такая компания не нужна сыну работника правоохранительных органов. Киса твердила что Хэнк "в надёжных руках", а Боря менял на "в черных лапах". Прозвище "Киса" следило за брюнеткой еще с шестого класса, когда эта троица не впервой собралась за школой чтобы попугать младшеклассников, именно тогда Хэнку прилетело дома. Во всем виновата Кислова. Но сам блондин так.. Не считал. Для него Киса – человек, знающий свои права, свои амбиции, но совсем без чувства вины, жалости и самосохранения. Некий тотем бессмертия она таскала с собой, которым являлся парень в толстовке "THRASHER".

***

Коктебель накрыло тучами со всех сторон, даже дворовые собаки не привыкли к такой погоде и спокойно лежали рядом с продуктовыми магазинами дальше. Боря брёл со школы домой, понимая что не найдет силу сесть за учебник той же самой геометрии. Неожиданно для себя он встал на месте когда ему пришло уведомление на телефон. Парень сам не заметил как к нему подошел друг, поправляя свой шарф. — Привет Борь, тоже на базу идешь? – Мел сегодня очень радостный, Анжела пригласила его в гости на следующей неделе, Егор просто светился от счастья. — На базу? Да нет, я домой, дз сделаю может быть. Киса тоже там? — Конечно, кстати про Кису, – Хэнк замер, убирая телефон в карман и засовывая туда же красные от холода пальцы, – точнее про тебя. — Что про меня? — С кем ты весь день переписывался? Вот еще один. Да какая вам разница? — Да так, с девушкой одной. – услышав существительное "девушка" Мел улыбнулся и подошел к какому-то старому, заржавевшему забору, сев на него он поправил шапку на голове и выпрямился, – что ты так на меня смотришь? Это подруга Оксаны. — А, ну раз подруга значит Киса ревнивую леди включила просто так? — Что ты несешь? Киса и ревность – штука возможная, но не стопроцентная. Она могла ревновать лишь свое самолюбие к какому-нибудь очень мерзкому поступку, который не совершила бы никогда. Что уж говорить о её ревности к другу. Даже звучит глупо. — Мне просто кажется что она будет тебя ревновать, как подруга конечно, если ты будешь гулять с другими. Вы же с детства рядом и все такое. — Ну да, конечно, я же такими гуляниями растопчу её эго в пух и прах, которое она строила веками. — Не знаю, это догадки. Хэнкин не знал как реагировать на такие слова Меленина, ведь в чем-то он был прав. Кислова правда очень ревнивая, до степени не просто обиды, а расторжения дружбы. Блондин не хотел рушить их идиллию, но и объясняться перед Аней – плохая идея, не послушает. Уже дома Хэнк понял что не собирается отчитываться перед подругой, потрести ее самовластие над пропастью не хотелось, воду мутить ради какой-то вымышленной ревности.

***

— Я думала тебя Анжела за угол завела, ну что, счастье привалило? – Киса улыбнулась краем губ, листая ленту в телефоне. — Да не, я Хэнка встретил, поболтали, – Егор кинул рюкзак на столешницу и плюхнулся на диван, откидывая голову назад, – если тебе так интересно, могу сказать с кем он видет тайные переписки от тебя. — Очень смешно, но если тебя распирает – валяй. — С подругой Оксаны он переписывается, по какому поводу не знаю, да и знать необязательно. – Киса посмотрела на Мела своими черными глазами и улыбнулась, качая головой. — Хочешь сказать Оксанка его свести с кем-то хочет? Ладно, посмотрим и такое кино. Мел снял шарф и лёг на диван, подкладывая руки под голову. Лезть во взаимоотношения этих двоих – будто его работа, за которую он получает только доброе слово а не заработок. Сейчас Аня была не похожа на ревностную девушку, которая готова драться за кента, но Егор понимал что такое рано или поздно случится. Она жить без него не может в буквальном смысле. И все эти взгляды или усмешки это просто прикрытие. — Что задумался? — Да вот думаю когда ты ревновать будешь. – Кислова поправила волосы и вновь подняла взгляд на друга. Убрав телефон в сторону она поудобнее села на столе. — Ревновать? Он мне вроде не отец, не мать, не сват и не брат, не собачка цепная, нахрен он мне сдался? — Ну.. Было же уже такое что ты ревновала его... — Это была не ревность, а скука по тому, что вы все свалили на отдых, а я осталась одна. — Ну да, ну да.. А как он фотки с какими-то местными девочками выставлял... — Браток, сейчас договоришься, серьезно тебе говорю, Анжеле не достанешься. — Все-все я понял, – Мел рассмеялся поднимая руки, – только не бей. — Не буду, сегодня добрая. — Прям мать Тереза... — Слушай, говоришь так будто у тебя сто девушек было и все тебя ревновали будто ты последний пацан на земле. Да ты Бабич нафиг не сдался, она тебя использует, поиграет и выкинет как игрушку. – Мел посерьезнел, нахмурившись его взгляд замер на одной точке в потолке. Киса умела бить по больному, на ответ Егор не решился. Брюнетка в это время взяла телефон, накинула куртку и взяв в руку портфель вышла, с грохотом закрывая дверь. Черные "нефорские" ленты пачкались о землю и камни, пока Киса дрожащими пальцами поправляла волосы.