3.

Странное ощущение, словно это неправильно. Когда наорала на лучшего друга не за что и хлопнула дверью. Обесценила его как личность. Того, чьё сердце в отличие от её бьётся. Того, кто умеет любить. Может ли Киса любить? Может, только по своему, просто не раскрывается первым встречным, не может. Если бы Хэнк прямо сейчас узнал о ссоре друзей – не удивился бы. Аня такая, её не изменить. Ей не важны чувства других, когда задеваются её чувства – страшное зрелище. Как бы выключается та девушка, которая сострадает и поддерживает, её не существует. Кислова двигалась к дому кривыми ногами, тело просило того, от чего она отказалась уже давно. Гендос предупреждал – не пройдет. Любая вредная привычка даёт о себе знать когда не просишь. Хотелось сорваться и порвать эту линию реабилитации чтобы просто развеется, отдохнуть. Но это не отдых, как бы ей не хотелось знать. Это убийство всего живого. Как можно убить в себе что-то живое, если оно просыпается именно в процессе? Да невозможно. Только Хенкин помогал подруге выходить из траура, который мог продолжаться днями. Узнав о том, что Кислова перестала губить себя, Боре стало лучше дышать. Он волновался за девушку каждой клеточкой своей души, которая рвалась на растерзание жертвы, которых пришлось удалять из себя. Да, она радостная когда навеселе, и Хэнку это нравилось, но это неправильно. Когда Кислова смогла это побороть, он отстранился, будто закончив своё дело в ее жизни. Дойдя до дома Аня скинула оверсайз куртку и двинулась на кухню. Мама, кажется, уже спала. Из крана текла холодная вода, то что надо. Она даже не стала брать кружку, пригнулась голова, струя оказалась у губ. Кончики волос намокли и стали липкими. За окном очень тихо, непривычно. Пройдя вглубь маленькой двушки Киса оказалась в комнате. Порыскав в карманах стало понятно что наушников там нет. Вообще Киса не любитель музыки, но справляться со стрессом теперь приходится только так. Ходить с кусочками проигрывателя в ухе казалось лишним весом. Если б не этот вес, то с другим она уже сидела бы напротив отца Хенкина и отчитывалась. Уснусть смогла только так, на утро какая-то фигня из чартов сменилась классикой, девушку это не смутило. На кухне пересеклись они с мамой. Женщина заметила гарнитуру в ушах дочери и круги под глазами. — Где моя Аня? Подменили? Услышав голос родителя Киса обернулась и выпрямила губы, якобы улыбаясь. — Тут твоя Аня, пытается чай попить не распелескав по столу как всегда. — Ну хорошо, я подумала что-то случилось, – матушка села на стул напротив и понизила голос, – всё же хорошо? — Да-да, конечно мам – девушка почувствовала ладонь на своем плече — Если вдруг, расскажешь? — Обязательно.

***

Егор искренне не понимал что происходит между друзьями, но был готов вмешаться в любой момент. Вчерашняя ссора с Кисой лишь дала понять что она не потеряла свою прежнюю резкость. Парни обещали Кисловой: — Мы будем рядом, даже если ты сорвешься Это не помогало. Зуев стал шляться по городу, а недавно признался что после празднования дня рождения уедет. Мел с головой погрузился в учебу и гулянки с Анжелой. Хэнк.. А что Хэнк? Он выбрал свой путь. Другой путь. Киса вошла в кабинет и села за парту с Ритой, Мела не было, Бори тоже. — Иногда кажется что они меня бросили, – думала Кислова каждый день, когда друзья стали меньше общаться между собой, сами так таково не считали. — Ань, привет, – блондинка подсела к однокласснице и надула без того накаченные губы, – тебя там вроде Хенкин звал. — Звал? Где он? — В раздевалке с Егором и какой-то девкой. "Какой-то девкой", сколько нового в одном словосочетании. Киса оставила рюкзак и ушла из кабинета. Направляясь в сторону раздевалки она понимала что Мел на нее не обижается, может привык. Хэнку то она зачем... — О! Вот и наша Аня, знакомься – это Лиза. Перед ней остановилась девушка, которая вызвала неприятную улыбку. Хотят подружиться? Хорошо. — Приятно познакомиться, я Аня, можно Киса, – она протянула ладонь, русая уже не незнакомка улыбнулась в ответ и смерила ее взглядом, по телу пробежала дрожь. — Вот и отлично, – резко сказал Хэнк накидывая рюкзак на плечо, – мы покажем тебе школу, а потом гулять, никто не против? — Черт, да я против, – хотела сказать Кислова но промолчала. Весь день она ощущала себя лишней. Все внимание этой Лизе. Ой, у нее кофточка новая. Ой, они с Оксаной гулять ходили. Ой-ой-ой. Одно и то же. Девушку начинало это бесить, кроме ощущения отвращения она почувствовала себя бывшей, которая решила остаться друзьями с бывшим парнем. Мерзость. Оказывается это были лишь цветочки. Когда Егора позвала учительница помочь проверить тетради он ушел, оставив их втроем. Еще один круг ада, когда это закончится...Она еще и издевается. — Кисуль, ты чего молчишь ходишь? Кисуль... Мгм. Хэнк как бы не замечал этого, игнорировал подругу до конца, Киса сорвалась. — Ладно, удачи вам, я пойду. Кислова рванула к выходу из школы. Чего он хотел добиться?... Проучить хотел? Показать как у него всё хорошо, а у нее плохо? Это низко, это ужасно. Гнев и обида была рядом пока девушка шла по длинному коридору, последней каплей стали слова новой подружки Хенкина. — Она всегда такая странная? Да, она странная. Особенно рядом с вами. Эту улыбку никто не видел, но слова слышали все. — Сука! Хотелось написать Хенкину прощальное сообщение, рука тянулась к бутылке. Или всё же не надо? Убиваться по почти несуществующей проблеме. Да как так, если Хэнк реально существует.