Глава 2.

Вечером библиотека опустела почти полностью. Эвелина, как всегда ближе к экзаменам, засиделась допоздна. Рядом с ней долгое время сидела и Гермиона Грейнджер, она сосредоточенно листала сразу несколько толстых томов. К слову, эта девочка была постоянным посетителем библиотеки, возможно более частым, чем сама Рейн. Эвелина невольно поймала себя на мысли, что девочка действительно очень способная. Это не могло не вызывать уважения. Когда Гермиона наконец собралась и ушла, Эвелина тоже решила, что на сегодня хватит. Она взяла книгу и направилась между высокими стеллажами, чтобы поставить её на место.  Вчитываясь в золотые корешки фолиантов, она нашла нужную полку и поднялась на цыпочки, чтобы задвинуть том на его законное место. И в этот самый момент воздух вокруг будто сгустился. Она не успела даже опустить руку, когда две большие ладони с обеих сторон от её головы тяжело легли на деревянную полку, надёжно запирая её в ловушке. Горячее дыхание коснулось уха. — Так-так… Любим подглядывать за старшими? — низкий, чуть насмешливый голос Маркуса Флинта прозвучал совсем близко, почти касаясь кожи. — Или просто не можешь устоять перед соблазном оказаться в моей близости, маленькая когтевраночка? Эвелина оцепенела. По спине пробежал табун мурашек — то ли от страха, то ли от чего-то гораздо более опасного. Она напрягалась: хозяин голоса, несомненно, был Флинт. Надо бы двинуться с места, в идеале — развернуться. Но смелость сделать это канула в Лету. — Ты боишься? — почти ласково спросил он, хотя в голосе явно слышалась тёмная усмешка. — Не стоит. Я не кусаюсь… Он сделал паузу и добавил ещё тише, почти шёпотом: — …сильно. Жар его большого тела обжигал её даже сквозь тонкую рубашку. Мантия была снята и лежала на стуле далеко отсюда — очень некстати. Эвелина попыталась собраться с мыслями. — Бояться? Думаю, с твоими навыками в знаниях, книги в безопасности, — всё так же спиной к нему произнесла она, и, конечно же, не смогла сдержаться от колкости. Зря. — А у нас сегодня на ужин — острый язычок… Я не против, — он одной рукой — к сожалению, не той, которая открыла бы ей выход из этого положения, — перекинул волосы с одного плеча на спину, открыв шею, приблизился. Эвелина почувствовала, как он наклонился ближе, глубоко вдохнул её запах и тихо, почти рычаще выдохнул: — Невероятно вкусно пахнешь… Его дыхание коснулось уха — тёплое, почти осязаемое. Язык скользнул вдоль кожи, задержавшись у самой мочки, а в следующую секунду прикусил — не сильно, но достаточно, чтобы она вздрогнула всем телом. Лёгкая острая боль мгновенно смешалась с чем-то сладким, тёмным и совершенно непривычным, что прокатилось горячей волной от шеи вниз по позвоночнику до самых кончиков пальцев. Эвелина тихо ахнула. «Надо бежать. Сейчас же». Она вывернулась от него и, проскользнув под его рукой, которая ещё опиралась о полку, бросилась наутёк. Маркус же, судя по всему, пошёл следом за ней не спеша. Впереди Эвелина услышала знакомый голос: — Эви, ты себя когда‑нибудь доведёшь своим стремлением к совершенству в знаниях. Сэм. Как она была рада его увидеть! Обернувшись, она убедилась, что Маркус не стал выдавать своего присутствия. — Выглядишь так, будто тебе только что сообщили, что допуск к экзаменам будет через практический зачёт по полётам на метле, — усмехнулся Сэм. Эвелина вымученно рассмеялась: — Ха-ха, очень смешно, Сэм. Я просто сильно устала и хочу спать. — Немудрено. Ладно, пошли. А представь, если такое, и правда сделают? Может, тогда ты преодолеешь свой страх летать. Мы бы нашли тебе личного тренера. — Сэм, я так понимаю, ты и сам прекрасно справишься на контрольных работах без моей помощи? — Всё‑всё, молчу… Наконец‑то они покинули библиотеку. Произошедшее сегодня не шло ни в какие рамки.  Машинально Эвелина дёрнула руку к месту, где только что были губы и зубы Флинта.  Кожа всё ещё слегка горела. Такого чувства она никогда раньше не испытывала. Запретное. Порочное. Опасное. И почему-то чертовски притягательное. «Надо завязывать с этим», — подумала она. Сэм проводил её до комнаты девочек. Она поболтала с подругами и уже почти забыла про этот инцидент. Рухнув в постель, она быстро уснула.

***

Прошло несколько дней. Эвелина почти убедила себя, что инцидент в библиотеке был всего лишь неприятным сном. Выходные наконец-то наступили, и весь Когтевран с нетерпением ждал поездки в Хогсмид. В «Трёх мётлах» было шумно и тепло. Эви сидела за столиком с Лилиан Брукс и их ещё одной подругой — Кассандрой Вентворт. Сэм остался в замке: «подтягивал» трансфигурацию, способный парень, просто ленится. После пары бокалов сливочного пива девчонки начали собираться дальше. — Мы в «Сладкое королевство», — объявила Лилиан, поправляя шарф. — Ты с нами? Эвелина поморщилась. Она никогда особо не любила сладкое. — Идите вперёд, я потом вас найду. Надо тут одно эссе добить, пока в голове всё ещё на своих местах. Кассандра закатила глаза и рассмеялась: — Эви, ты неисправима. Мы в Хогсмиде, а ты всё равно умудряешься тащить за собой пергамент и чернила. — Ну а что? Можно же совместить приятное с полезным. Пока вы будете выбирать конфеты, я закончу пару абзацев — и догоню вас, — ответила Эви с хитринкой. — Да ты просто мастер находить оправдания, чтобы не есть шоколад, — рассмеялась Кассандра. — Ладно, зубрила, — фыркнула Лилиан. — Тогда встретимся через час в «Мадам Малкин» — нужно выбрать платья на весенний бал. И не вздумай отказаться, ты же обожаешь красивые вещи. — Вот здесь я точно не откажусь, — улыбнулась Эвелина. Как только подруги ушли, она с головой погрузилась в эссе по древним рунам. Пока мысли были свежими, она начала излагать их на пергаменте. Звон колокольчика над дверью периодически отвлекал её — в паб постоянно заходили и выходили ученики. В очередной раз дверь открылась особенно шумно. Громкие, самоуверенные голоса заполнили помещение. Эвелина подняла голову и тут же пожалела об этом. Слизерин. И Флинт, разумеется, в первых рядах. Она мгновенно опустила взгляд обратно в пергамент, надеясь, что он её не заметит. «Ладно… всё равно из-за этого шума нормально работать не получится». Складывать вещи, конечно, быстрее, чем расставлять. Но стоило ли вообще торопиться — Флинт всё равно опередил её. Тяжёлая фигура подсела рядом, как только Рейн поднялась с места. — Уже уходишь? — низкий голос прозвучал почти ласково, если бы не насмешливые нотки. Эвелина резко выдохнула: — Флинт, тебе что от меня нужно? — Это уже становится невыносимо. Он не ответил. Вместо этого сильная рука схватила её за запястье и уверенно усадила обратно на место. — Пока точно не решил, — медленно проговорил он, глядя ей прямо в глаза. — Может быть… тебя? От этих слов у Эвелины по спине пробежал холодок. Звучало слишком недвусмысленно. — Послушай, Маркус… — начала она примирительно, надеясь договориться с этой горой мышц по-хорошему. — Маркус, — повторил он с довольной ухмылкой. — Приятно слышать. Продолжай. Его рука бесстыдно переместилась с запястья на её бедро под столом, крепко придерживая на месте. Большой палец начал медленно описывать круги поверх ткани юбки. Это явно было не просто «придерживание». Эвелина напряглась. — Я ещё раз извиняюсь за то, что свалилась на тебя тогда на лестнице. Обещаю держаться от тебя в радиусе трёх метров, не смотреть в твою сторону и вообще забыть о твоём существовании. Только отцепись уже от меня! Флинт наклонился ближе. Она почувствовала свежее, чуть мятное дыхание на своей щеке. — Как насчёт пары полётов на метле со мной — и я отстану? — тихо предложил он, но в голосе явно слышалась угроза. — Что?! — возмущённо прошипела Эвелина. — Ни за что на свете! Как можно, так низко пасть, чтобы подслушивать чужие разговоры, выискивать слабости и шантажировать ими?! Маркус тихо рассмеялся — низко и довольно. — Могу и делаю. Ну так что? Его ладонь уверенно сдвинулась чуть выше по её бедру. Эвелина почувствовала, как жар поднимается к щекам. — А что подумают другие? — она нервно бросила взгляд в сторону его друзей. — Мне похуй на других, — жёстко ответил он. Вторая его рука легла на спинку её стула, полностью запирая пространство. Флинт наклонился ещё ближе и почти уткнулся носом в её светлые волосы, глубоко вдыхая. — Охереть… вкусная, — почти прорычал он. Эвелина должна была чувствовать отвращение. Должна была оттолкнуть его. Но вместо этого тело предательски расслаблялось, словно лужицей растекалось под его тяжёлым взглядом и прикосновениями. Она чувствовала себя совсем маленькой рядом с ним… и почему-то это ощущение было пугающе приятным. «Мерлин, я, кажется, совсем сошла с ума», — подумала она в панике. — Ладно… ладно! — сдалась она наконец. — Только отойди от меня, пожалуйста! Флинт медленно убрал руки и встал. На губах играла победная ухмылка. — Завтра. В семь вечера. На квиддичном поле. Не опаздывай, маленькая. Он развернулся и ушёл к своим, даже не дожидаясь ответа. Эвелина яростно смотрела ему вслед. Потом резко встала, схватила сумку и практически выбежала из «Трёх мётел», с силой хлопнув дверью. «Этого козла надо заколдовать в слизняка и хорошенько растоптать», — злобно думала она по дороге. — «Или может заколдовать его в момент полёта, чтобы он врезался в трибуну? Не слишком ли жёстко?»  Никогда раньше она не была такой кровожадной. Влияние Слизеринца, не иначе. У «Мадам Малкин» её уже ждали подруги. — Что, не дали спокойно позаниматься? — ехидно спросила Лилиан, заметив её выражение лица. — От тебя прямо волнами веет злостью, — подхватила Кассандра. — Будто кто-то надругался над твоими любимыми книжками. «Почти. Только не над книжками, а над моим бедром», — мрачно подумала Эви, но вслух сказала совсем другое: — Вы были правы. Отдых должен быть отдыхом. Учёбу нужно оставлять в замке. — Вот именно! — обрадовалась Лилиан. — Тогда пошли скорее, пока не разобрали самые красивые платья. Эвелина кивнула. Деньги тратить она любила почти так же сильно, как учиться, а родители у неё были не прям богатыми, но достаточно обеспеченными, чтобы не считать каждый галлеон. Через час они вышли из бутика довольные, с фирменными пакетами в руках. И почти сразу наткнулись на компанию слизеринцев. Маркус Флинт мгновенно заметил их. Его взгляд скользнул по пакетам, а потом медленно, очень пошло прошёлся по самой Эвелине. Он усмехнулся — медленно и хищно — и прошёл мимо, не сказав ни слова. — Что это сейчас было? — тихо спросила Лилиан, когда они отошли подальше. — Ты о чём? — Этот парень… Флинт, кажется. Он на тебя так посмотрел… — И как? — раздражённо бросила Эви. — Плотоядно. Будто хочет тебя сожрать. Даже я обомлела, — подруга многозначительно приподняла бровь. — Он же капитан команды по квиддичу? Горячий парень, надо признать… — Может, мне наколдовать ведро ледяной воды и окатить тебя, чтобы охладить?— буркнула Эви. — Эви, что за реакция? Ладно, проехали. — обиженно выдохнула Лилиан.  — Извини. Не бери в голову. Пошли уже в школу, — поспешила сгладить ситуацию Эвелина. Никто не стал возражать — девушки направились обратно в Хогвартс. «Ну и денёк», — подумала Эви, пытаясь унять волнение.

***

На следующий день в семь вечера Эвелина подошла к квиддичному полю с сильно поугасшим боевым духом. Она была в магловской спортивной одежде, которую одолжила у Кассандры. Чёрные обтягивающие легинсы сидели, как вторая кожа, подчёркивая каждый изгиб бёдер и ягодиц. Спортивный топ плотно обхватывал грудь, а сверху была надета укороченная тёплая толстовка с огромной белой надписью «Nike» поперёк груди. Волосы она заплела в две аккуратные косы по бокам. Кроссовки завершали образ. Внутри неё тихо злорадствовало. «Чистокровные слизеринцы ненавидят всё магловское. Может, его хотя бы «это» оттолкнёт». Но когда она остановилась в трёх метрах от Маркуса Флинта, вся её уверенность начала стремительно таять. Он стоял в своей квиддичной форме — тёмно-зелёная мантия, обтягивающая широкие плечи и грудь. Без защитных накладок выглядел также могучим и опасным. Его тёмные глаза медленно прошлись по ней снизу вверх, задерживаясь на каждом сантиметре. — Что это на тебе, мать твою? — спросил он с прищуром. — Магловская спортивная форма, — специально чётко произнесла Эвелина. — А что, что-то не так? Флинт сделал шаг ближе, продолжая откровенно её разглядывать. — Это не подходит для занятий. — Ну извини, я не любительница вашего драгоценного квиддича. Всё, что нашлось, — дерзко ответила она и развела руками. — Раз не подходит — тогда я пойду. Жаль, что не срослось. Она уже развернулась, довольная собой, когда услышала жёсткое: — Стоять. Эвелина замерла. Медленно обернулась. Флинт смотрел на неё с очень самодовольной ухмылкой. — Классная задница. Тащи её сюда. Глаза Эвелины округлились. — Ты серьёзно сейчас?.. — Абсолютно.  — А где взять вторую метлу? — спросила она, пытаясь сохранить остатки достоинства. — Зачем? — он кивнул на свою метлу, стоявшую рядом. — На моей ты прекрасно впишешься. — Это шутка? Его оскал сказал всё лучше любых слов. Эвелина уже всерьёз подумывала дать дёру, но Флинт не стал ждать. Он подошёл вплотную. От него пахло дорогим одеколоном, древесный, с тёмными нотами кедра и специй. Он навис над ней, заставляя чувствовать себя совсем маленькой. — Залезай, — тихо приказал он. Голос звучал как угроза. Спорить она не решилась. Флинт первым сел на метлу, широко расставив ноги. Потом протянул большую руку и без особых церемоний рывком усадил Эвелину перед собой. Её спина плотно прижалась к его груди, а его бёдра оказались по обе стороны от её ног. — Руки держи здесь, — он взял её ладони и положил на древко метлы перед собой. — И не вздумай отпускать. — А ты?.. — А я буду держать тебя. Не успела она возразить, как Флинт оттолкнулся, и метла резко взмыла вверх. Эвелина вскрикнула, инстинктивно вжимаясь спиной в его твёрдую грудь. Ветер мгновенно ударил в лицо. Земля стремительно ушла вниз. Сердце заколотилось где-то в горле. — Флинт! Слишком высоко! — почти завизжала она. — Ещё нет, — бросил он ей на ухо. Одна его рука крепко обхватила её за талию, прижимая к себе так сильно, что она практически сидела у него на бёдрах. Вторая рука лежала поверх её ладоней на древке, полностью контролируя метлу. Он летел быстро и жёстко — не щадя её. Каждый резкий поворот и нырок заставлял Эвелину вскрикивать и ещё сильнее вжиматься в него. Она чувствовала каждую мышцу его тела: мощную грудь за спиной, твёрдый пресс, напряжённые бёдра, между которыми она была зажата. — Расслабься, маленькая, — низко прорычал он ей в ухо, когда она снова напряглась. — Чем сильнее ты дрожишь, тем приятнее мне тебя держать. Его ладонь на талии медленно сдвинулась ниже, легла на низ живота и прижала её ещё плотнее к себе. Эвелина почувствовала, как что-то твёрдое и горячее упирается ей в крестец через ткань. Она ахнула. — Флинт… что ты… — Тихо, — он наклонился ещё ближе, губы почти касались её уха. — Чувствуешь? Это из-за тебя. Из-за того, как ты сейчас выглядишь в этих обтягивающих штанах и как дрожишь у меня между ног. Он сделал резкий вираж, и Эвелина невольно вскрикнула, вцепившись в древко. Флинт только рассмеялся. — Хорошая девочка… держись крепче. Мы только начали. Метла снова резко пошла вниз, а потом вверх. Ветер свистел в ушах, а большое горячее тело за спиной казалось единственной опорой в этом безумном полёте. Эвелина уже не понимала, чего в ней больше — страха или странного, запретного возбуждения от того, как грубо и уверенно он её держит. Когда они наконец начали снижаться, Флинт прижался губами к её уху и тихо, с тёмной усмешкой произнёс: — Ммм… мне понравилось, завтра повторим? Метла плавно коснулась земли. Эвелина ещё несколько секунд сидела неподвижно, пытаясь отдышаться. Сердце колотилось, как бешеное, адреналин бурлил в крови, а ноги дрожали. Как только Флинт слегка ослабил хватку, она резко вывернулась из его рук и буквально скатилась с метлы. Не успев толком встать на ноги, она развернулась и со всей силы ударила кулаком ему в грудь. — Ненавижу тебя! — крикнула она дрожащим от ярости голосом. Кисть тут же пронзила острая боль, но она не обратила на это внимания. — Больше никогда ко мне не подходи, ясно?! Иначе я заколдую тебя так, что ты пожалеешь об этом! Ты псих! Она резко развернулась и бросилась бежать в сторону замка. Не успела она отбежать и десяти метров, как услышала за спиной тяжёлый топот. Сильные руки схватили её за талию. Эвелина вскрикнула, споткнулась и начала падать вперёд. Маркус следом за ней. Флинт мгновенно перевернул её и прижал своим тяжёлым телом к холодной траве. — Пусти! — зарычала она, пытаясь вырваться. Но он был слишком тяжёлым. Одной огромной ладонью Маркус легко перехватил оба её запястья и прижал их к земле над её головой. Второй рукой он грубо взял её за подбородок. — Ты уже достала бегать от меня, маленькая сучка, — прорычал он и жёстко впился в её губы. Поцелуй был злым, голодным и совершенно беспощадным. Эвелина пыталась вывернуться, лягалась ногами, но Флинт прижал её бёдра своим весом, не давая даже пошевелиться. Когда она приоткрыла рот, чтобы возмутиться, он тут же воспользовался этим — прикусил её нижнюю губу, а когда она ахнула от боли, глубоко вторгся языком. Поцелуй был мокрым, грубым и невероятно требовательным. Его язык настойчиво исследовал её рот, заставляя отвечать. Свободная рука Маркуса скользнула под её толстовку, грубо задрала спортивный топ и накрыла грудь. Он сильно сжал её, большим пальцем грубо провёл по соску. Из его груди вырвался низкий, животный стон-рычание. Эвелина должна была брыкаться сильнее. Должна была кричать. Но вместо этого её тело предательски расслабилось. Его дерзкий, наглый язык делал что-то совершенно неприличное с её ртом, и она… ответила. Поцелуй стал глубже, жарче, порочнее. «Это неправильно… так нельзя…» — билась в голове единственная трезвая мысль, но таяла с каждой секундой. Рука Флинта спустилась ниже, обхватила её бедро и резко согнула одну ногу, закидывая её себе на поясницу. Теперь он лежал между её ног, тяжело прижимаясь к ней своим уже явно возбуждённым телом. — Хорошая девочка… — хрипло выдохнул он, отрываясь от её распухших губ всего на секунду. Его губы властно скользнули по челюсти, задержавшись на миг, а затем медленно спустились к шее. Он жадно поцеловал чувствительную кожу и вдруг сильно прикусил — на этот раз ощутимее, боль смешалась с чем‑то острым и волнующим. В тот же момент его пальцы нашли её сосок и сильно, почти грубо сжали. Из груди Эвелины вырвался громкий, стыдный стон. Флинт довольно рыкнул ей в шею, торжествующее уловив её реакцию, и начал посасывать укушенное место. В голове у неё всё плыло. Тело горело. Между ног становилось горячо и мокро. Собрав остатки воли, Эвелина резко дёрнулась, выгнулась и со всей силы ударила коленом ему между ног. Флинт издал глухой рык боли и на секунду согнулся, ослабив хватку. Этого хватило. Она вывернулась из-под него, вскочила на ноги и бросилась бежать со всех ног в сторону замка, даже не оглядываясь. Сердце колотилось так, будто готово было вырваться из груди. Губы горели. На шее пульсировал свежий укус. Под толстовкой грудь ныла от его грубых прикосновений. «Чёрт… Чёрт, чёрт, чёрт… Что теперь делать?» Подобного вихря чувств она не знала прежде. Страх, ярость и какое-то тёмное, запретное возбуждение смешались в один густой, удушающий коктейль. Эвелина влетела в замок, едва не сбив с ног какого-то первокурсника, и помчалась в сторону башни Когтеврана. Нужно было срочно придумать, как избежать следующей встречи с Маркусом Флинтом. Потому что он явно не собирался останавливаться.