Глава 1: Забытое прошлое

AN: Этот фик частично вдохновлен произведением «You're My Density» автора robst. Это хорошая история, и хотя я использую похожий сюжетный ход для завязки действия, моя история будет сильно от нее отличаться. Не в последнюю очередь потому, что в этой истории у Гарри есть сестра-близнец. Несколько предупреждений перед тем, как мы начнем: Гарри по-прежнему остается Мальчиком-Который-Выжил, но Роуз Поттер тоже выжила в ту ночь. Их полная предыстория будет раскрыта по ходу повествования. Важно отметить, что это история Гарри/Роуз/Габриэль – то есть твинцест. Я видел много фиков с твинцестом, но большинство из них либо не закончены, либо являются просто предлогом для написания лимонов с минимальным участием реального сюжета. Хотя в какой-то момент я могу попытаться включить лимоны, они не будут в центре внимания этой истории. Я также намереваюсь изобразить взаимодействия Гарри и Роуз в несколько более реалистичном свете, чем это обычно бывает в историях о близнецах (довольно нездоровая взаимозависимость). Роуз и Габриэль (и Гарри в чуть меньшей степени) все будут твердо Серыми. Не Темными как таковыми, но они не станут уклоняться от экстремальных методов и могут быть немного кровожадными по отношению к нескольким конкретным личностям. Возраст Габриэль: Габи начнет на один год младше Гарри и Роуз. Так что в Турнире Трех Волшебников ей будет 13 лет. Башинг: Рон и Дамблдор. Дамблдор не будет злым, но он будет маньяком контроля, совершившим несколько огромных ошибок с плохими последствиями для всех участников. Я не могу сказать насчет Молли Уизли, так как не знаю, появится она в истории или нет. Если появится, я обновлю это. Джинни будет в полном порядке, как и Гермиона; ни одна из них не будет показана в дурном свете. Дары: Не ждите, что они сыграют большую роль, так как этот фик задуман так, чтобы быть завершенным где-то в районе конца Четвертого Курса. Обновления: Несколько хаотичные, пока не будет закончен «Rune Stone Path». После этого я, вероятно, буду чередовать этот фик и «Hourglass».

--------------

Гарри Портер Смит сел на свое крыльцо и отхлебнул тыквенного сока. Члены семьи смотрели на него как на сумасшедшего, когда он пил эту штуку, но в этом, впрочем, не было ничего нового. Они всегда так на него смотрели, пусть даже и были достаточно добры, чтобы делать это, когда думали, что он не заметит. Он знал, что его усыновили. Это было ослепительно очевидно любому, кто хотя бы просто бросал взгляд на остальных членов его семьи, но… ну, это было почти так, словно родители вообще никогда его не хотели. Зачем утруждать себя усыновлением ребенка, если он тебе не нужен? Гарри вздохнул и сделал еще один глоток. Именно подобные мысли возвращали его к ночным кошмарам и заставляли тянуться к спиртному. Однако он никогда этого не делал. Он держался как можно дальше от алкоголя. Почему у него было такое огромное отвращение к этой гадости — оставалось еще одной из тех вещей, для которых, казалось, просто не существовало никакой логической причины. Его родители выпивали время от времени, но они никогда не буянили — на самом деле, они были довольно веселыми пьяницами. Просто, сколько он себя помнил, он всегда ненавидел алкоголь и морщился всякий раз, когда видел, как кто-то пьет. Университет стал сущим адом, когда дело доходило до этого аспекта. Он нахмурился и осушил свой стакан. Не стоило продолжать размышлять над старыми как мир спорами. Возможно, однажды ему повезет, и какая-нибудь добрая фея взмахнет своей волшебной палочкой, и внезапно все, что было хоть самую малость неправильным в его жизни, обретет смысл. — Ну да, и, может быть, завтра я тоже найду дроп-бера, — пробормотал Гарри, покачав головой на свои дикие фантазии. Австралия была хороша, но она являлась скорее Землей Смерти, чем Землей Грез. Гарри открыл крышку еще одного своего тыквенного сока и только сделал глоток, как гравий на его подъездной дорожке захрустел, и до него донесся низкий рокот. Посмотрев через перила крыльца, Гарри нахмурился, когда незнакомая Хонда остановилась и выпустила худую рыжеволосую девушку. Ей, вероятно, было около 25 лет, как и ему, хотя из-за ее хрупкого телосложения было трудно определить наверняка. Ее волосы падали чуть выше плеч шелковистыми волнами, а одежда эффективно скрывала большую часть ее фигуры. Она скрывала ее не совсем достаточно хорошо, чтобы не заметить отсутствие подкожного жира на ней или то, как сильно она выглядела так, будто ей крайне необходим кто-то, кто заставил бы ее есть больше. Гарри поморщился и покачал головой. Он был не в том положении, чтобы выступать с подобной критикой. Он также обнаружил, что его аппетит был навсегда отключен. Для этого никогда не было никаких причин — в точности как и с другими его причудами — он просто никогда не любил есть. Что-то всегда казалось неправильным. Будто ему следовало оставить часть еды про запас вместо того, чтобы съедать ее всю. Еще одна вещь, из-за которой его родители смотрели на него искоса. — Привет, — сказала девушка, остановившись у подножия лестницы. Ее голос был мягким и музыкальным, хотя и чрезвычайно нерешительным. Гарри поразило внезапное желание сбежать вниз по лестнице, заключить ее в свои объятия, говоря, что все будет хорошо, и что бы ни заставляло ее нервничать, он это прогонит. Потребовалась вся его сила воли, чтобы подавить это; нельзя просто так брать и обнимать совершенно незнакомых людей. Как бы знакомо они ни выглядели. Гарри тряхнул головой, пытаясь прояснить мысли, и поднял руку в знак приветствия. Он улыбнулся ей и встретился с ней взглядом. Глаза у нее были карие с большими мешками под ними, свидетельствующими о недостатке сна, вероятно, на уровне, слегка превышающем его собственный. Гарри почувствовал, как его затягивает в эти глаза, и желание подбежать к ней вернулось с новой силой. Он моргнул и отвел взгляд, снова посмотрев на машину. Он заметил высокую блондинку, которая осталась сидеть на пассажирском сиденье. Ну, не совсем блондинку, ее волосы были почти серебряными. Должно быть, это какая-то краска, не могли же они быть такими от природы. На вид ей тоже было около двадцати пяти, и она слишком сосредоточенно читала книгу. При взгляде на нее его поразило еще одно знакомое чувство, и он слегка прищурился, пытаясь вспомнить, где он мог видеть сидящих вместе рыжеволосую и сереброволосую женщин. Кашель снизу заставил Гарри резко повернуться назад с виноватым выражением, расплывшимся по его лицу. Он потер рукой заднюю часть шеи и извиняюще улыбнулся. — Простите, на мгновение забыл о хороших манерах. Привет. Э-э, вы заблудились? Здесь… ну, на самом деле тут мало что есть поблизости… отчасти поэтому я и выбрал это место… но я могу подсказать вам, как вернуться на автостраду, если вы пытаетесь добраться туда. Рыжеволосая рассмеялась, и выражение ее лица полностью изменилось. Болезненная, печальная девушка исчезла. Ее заменила забавный, любящий повеселиться взрослый человек с улыбкой, способной зажечь само Солнце. Ее смех заставил его улыбнуться в ответ, как ему показалось, впервые за долгие годы. — Я не заблудилась, — сказала она, начиная подниматься по ступеням. — Я наконец-то дома. Ты понятия не имеешь, как долго я тебя искала. Улыбка Гарри слегка угасла, когда он всмотрелся в нее пристальнее. — Искала меня? Мы знали друг друга по начальной школе или вроде того? Болезненная гримаса промелькнула на ее лице так быстро, что он почти подумал, будто ему это показалось. Но нет. Он сделал ей больно. Он не знал как, но он сделал ей больно. Его желудок сжался, и ему пришлось сжать руки в кулаки, чтобы удержаться и не потянуться к несуществующей бутылке алкоголя. Девушка протянула руку и мягко коснулась его предплечья. Гарри почувствовал, как облегчение нахлынуло на него от этого прикосновения и уверенности в том, что он не сделал ничего плохого. Нахмурившись, Гарри посмотрел на лежащую на нем руку. — Я не люблю, когда люди прикасаются ко мне. Это не должно приносить приятные ощущения. — Посмотрев обратно вверх, Гарри встретился своими зелеными глазами с ее карими. — Кто ты? — Меня зовут Роуз Поттер, Гарри. Я твоя сестра. Гарри мог только пялиться на нее. Его зрение потемнело по краям, а в глубине сознания эхом отозвался смутный голос. «Роуз! Отвали от меня! Роуз!» Гарри застонал и прижал руку к голове, которая начала пульсировать. — Чертовы мигрени. Извини меня на минуту. Мне нужно взять лекарство, пока не стало хуже. Рука на его предплечье быстро переместилась вниз, чтобы сжать его пальцы и удержать на месте. — Не уходи. Я могу помочь. Головная боль, верно? Это побочный эффект. Они поработали хорошо, я это признаю. Но они были недостаточно хороши. Вещи время от времени просачиваются наружу, верно? Подожди, мы с Эллой нашли заклинание, которое должно немного притупить боль. Это всего лишь временная мера, пока я не смогу полностью снять блок, но это должно сработать, пока у нас есть возможность договорить. Гарри уже собирался прокомментировать абсурдность использования «заклинания» для лечения подступающей мигрени — не говоря уже обо всем остальном ее бессмысленном комментарии или ее заявлении о том, что она его сестра — как она достала самую настоящую волшебную палочку. Маленькая белая деревянная палочка длиной около 10 дюймов скользнула в ее ладонь, и она подняла ее к его лбу. Кремовый свет вспыхнул на ее конце, и прежде чем остаточное изображение исчезло из его глаз, головная боль Гарри улетучилась. Он снова мог только глазеть на нее. — Что за чертовщина…? — Тебе, пожалуй, стоит сесть. Это… это может занять некоторое время, Гарри, — сказала она, поморщившись. Роуз повела его обратно к стулу и слегка подтолкнула, чтобы он сел. Он жил один, поэтому на веранде у него стоял всего один стул. Он уже наполовину поднялся с места, чтобы принести ей стул из дома, когда она снова взмахнула своей волшебной палочкой, и перед ним на крыльце внезапно оказалось маленькое деревянное кресло-качалка. Палочка исчезла обратно в ее рукаве, и Роуз села. Все это зрелище было проделано без того, чтобы ее рука хоть на миг выпустила его собственную. — Добрая фея, — пробормотал Гарри, сокрушенно фыркнув на иронию сегодняшнего дня. — Если я не сплю, — очень медленно произнес он, — тогда, пожалуйста, начни объяснять, каким образом я, похоже, шагнул прямо в роман о Гарри Поттере. Лицо Роуз озарилось очередной улыбкой, и она поспешно закивала. — О, ты читал их? Хорошо. На самом деле это сильно все упрощает. — Если ты собираешься сказать мне, что магия реальна, думаю, эту часть я уже усвоил, — слабо пробормотал Гарри. — Ну да, я как бы так и думала, — со смешком сказала Роуз. — Она реальна, между прочим. Ты тоже так умеешь. Вроде как. По крайней мере, пока еще нет. Как только я закончу снимать блок с твоей памяти, ты, по идее, должен будешь на это способен. Мы так думаем. Элла говорит, что теория верна, но… ну, мы ведь не то чтобы ходили искать других подопытных для проверки. Гарри нахмурился и прищурился. — Роуз, в твоих словах вообще нет никакого смысла. Начни с начала, пожалуйста. Роуз снова поморщилась и самую малость отодвинулась назад. Гарри почувствовал, как его желудок снова сжался, но на этот раз он сам ободряюще сжал ее руку. — Извини, — сказал он. — Можешь начать с того, как так вышло, что ты моя сестра? Я знаю, что меня усыновили, так что, полагаю, я мог бы это допустить, но… ну, мои родители всегда очень четко давали понять, что я был единственным ребенком. Мрачная гримаса промелькнула на лице Роуз, прежде чем она вернула ему нейтральное выражение. — Нет, ты не единственный ребенок. Мы выросли вместе, Гарри. Мы были вместе почти пятнадцать лет. Они забрали тебя! Они изнасиловали твой разум! Они пытались, по сути, убить тебя! С тех пор я тебя ищу. Это заняло у меня почти десять лет, но я наконец-то нашла тебя! Гарри открыл рот, чтобы попытаться ответить на это, но, не найдя ничего подходящего, был вынужден закрыть его. Его ночной кошмар снова всплыл на поверхность: каменная круглая комната с фигурами в черных мантиях, выстроившимися вокруг него, пока розовая жаба и зеленая шляпа смеялись над ним. «Роуз! Отвали от меня! Роуз!» Его голову пронзила короткая боль, но, к счастью, хуже не стало. — Можешь попробовать рассказать чуть подробнее? Пожалуйста? — Угх, Моргана, я все только порчу, — пробормотала Роуз. — Прости, Гарри. Я репетировала эту речь тысячу, тысячу раз, но когда увидела тебя, то просто забыла все, и теперь делаю это для тебя гораздо хуже, чем должно быть… Ладно, давай попробуем еще раз. — Она сделала паузу и глубоко вздохнула. — Ты помнишь, как в пятой книге о Гарри Поттере был суд над героем с продажной судебной системой? Он кивнул. — Конечно. Министр Додж и мадам Тарт возглавляли обвинение. Роуз ухмыльнулась. — Знаешь, мне всегда нравилось, как эта женщина коверкала имена, пытаясь сохранить общую тему. Их настоящие имена — министр Фадж и мадам Амбридж. Или, как ее называет Элла, Розовая Жаба, также известная как Амбич, также известная как Игрушка Кентавров. У этой девочки отлично развито чувство мести. Было немного трудновато заставить Бэйна притормозить настолько, чтобы мы могли снова допросить Амбич о том, где ты находишься, но — ах, черт, я опять за свое. Ты всегда был тем, кто останавливал меня, когда я начинала уходить в сторону. Роуз покачала головой, пока Гарри просто уставился на нее в замешательстве. — Ладно, короче говоря: ты был тем самым Гарри Поттером из истории. За исключением того, что куча вещей изменилась после того, как я отправила Роулинг свои заметки. Самое большое и важное для нас — это то, что ты проиграл тот суд, Гарри. Ты проиграл, и они изгнали тебя из Волшебного мира. Но этим ублюдкам этого показалось мало, — прорычала она, вцепляясь в его руки как в спасательный круг. Гарри нахмурился еще сильнее и погладил большим пальцем тыльную сторону ее ладони, пока новые отчаянные крики грозились снова ворваться в его сознание. — Как можно быть изгнанным из магии? — спросил он. — Они обливиэйтнули тебя, — сказала Роуз, и слезы покатились из уголков ее глаз. — Они стерли тебе память, запечатав все, что связано с магией, за гигантской ментальной стеной. В нашем возрасте, если ты не помнишь магию, ты не можешь творить магию. Если бы дело было только в этом, все было бы не так плохо. Мы выросли среди маглов, так что я смогла бы выследить тебя достаточно легко. Но нет, этой суке нужно было пойти еще дальше! Ей показалось мало того, что Гарри Поттер, Общественный Герой Номер Один, был признан виновным в уголовном преступлении и изгнан. Нет, Мерлин упаси, если кто-то захочет заняться его поисками и попытается вернуть обратно! Что, если кто-то захочет использовать его в качестве марионетки, чтобы свергнуть ее драгоценного Корнелиуса! — Роуз пришлось остановиться на мгновение, пытаясь выровнять дыхание и сделать голос тише. Гарри просто продолжал поглаживать круговыми движениями ее ладонь и поднял свободную руку, чтобы стереть несколько слезинок. — Все хорошо, Роуз. Ты можешь продолжать? Она сквозь слезы улыбнулась ему и кивнула. — Прости, когда я думаю об Амбич, мне просто хочется убить ее еще раз. Суть в том, что у нее не хватило яиц убить тебя сразу — хвала Моргане за это! Но ей нужно было гарантировать, что ты исчезнешь туда, где никто и никогда не сможет использовать тебя против администрации. Поэтому она вживила тебе фальшивые воспоминания и бросила тебя в какую-то семью, которую подобрала прямо с улицы, изнасиловав им разум тоже, чтобы они думали, будто усыновили тебя младенцем, и отправила всех вас троих в самую задницу мира. — Роуз снова нахмурилась. — К тому же она поступила умно. Она убила того единственного парня, который действительно отвез тебя, и стерла память остальным, включая себя. Однако ее заклинание было корявым. Мы с Габриэль в конце концов сумели узнать имена тех, кого она использовала, после того как Бэйн сломал ее разум. Гарри нахмурился на это. Наверное, ему следовало бы почувствовать какую-то скорбь или разочарование от столь будничного упоминания пыток и убийства из уст его предполагаемой сестры, и все же… все, что он мог чувствовать — это гордость за то, что стоящая перед ним девушка постояла за себя — и за него, судя по всему — и сама разобралась с возникшей проблемой. — Почему я не отчитываю тебя за это? — пробормотал Гарри. Роуз покачала головой с легкой улыбкой. — Потому что ты любишь меня, и это первый раз, когда я смогла дать отпор без тебя рядом. — Гарри задал этот вопрос риторически, но… это прозвучало правильно. Он слегка вздрогнул от несообразности этого чувства. Роуз быстро продолжила, прежде чем он успел спросить что-то еще. — В любом случае, пробиться сквозь блоки прихвостней было довольно легко. Элла пробила один своим Очарованием, в то время как я взяла другого сверхмощным зондированием Легилименции. Оттуда у нас появились имя и страна. После этого нам потребовался еще год, чтобы найти тебя. Австралия… большая. Реально чертовски большая. Ты хоть представляешь, сколько Гарри П. Смитов в этом месте? 10 652; ты под номером 6 285. У Гарри отвисла челюсть. — Боже… — Ага. Это было весело. Но… я нашла тебя, — голос Роуз опустился до благоговейного тона. — Я действительно нашла тебя! Гарри! — Роуз полностью потеряла самообладание, бросилась вперед и обвила руками его шею. — Никогда больше не оставляй меня, Гарри, — услышал он ее бормотание у себя на груди, пока ее слезы впитывались в его рубашку. — Никогда больше не оставляй меня. Гарри мог только обнять ее в ответ, создавая защитный кокон. Впервые, насколько он себя помнил… он почувствовал себя целым. — Я никуда не уйду, Рози.

***

Гарри прислонился к кухонной стойке, скрестив руки на груди, и пристально посмотрел на Роуз, которая сидела напротив него и ела сэндвич. — Так… почему Габриэль не заходит внутрь? — спросил он, кивнув в сторону двери. — Она хотела дать нам немного личного пространства, — ответила Роуз между укусами. — Это действительно очень вкусно. Ты сам это приготовил? — Всегда сам готовлю себе еду, — кивнул он. Она улыбнулась и снова принялась за еду, проглотив кусок, прежде чем продолжить. — Элла нервничает едва ли не больше, чем я. Вы двое толком-то общались всего несколько месяцев, да и она тогда все еще выглядела как девятилетний ребенок. Если честно, мы даже не были уверены, вспомнишь ли ты ее вообще. — Я не знаю, помню ли я тебя, — сухо заявил он. Роуз ухмыльнулась и слегка приподнялась, чтобы похлопать его по руке, после чего снова опустилась на свое место. — Ты помнишь меня. Иначе ты бы уже вовсю паниковал. В общем, Элла очень сильно помогла после суда, когда они… когда они забрали тебя. Я сломалась. Я всегда ломалась, когда тебя не было рядом. Сейчас мне стало немного лучше, но это все еще дается с трудом. Гарри нахмурился. — Вот почему ты выглядишь такой худой… — Ага, — сказала Роуз, поморщившись. — Иногда трудно найти причину, чтобы просто поесть. Но Элла следит за тем, чтобы я получала достаточно пищи и не заболела. Она нашла меня после суда и начала помогать мне искать тебя. Она была единственной, кому, казалось, вообще было не наплевать на то, что ты исчез. Дамблдор толкал кучу речей, но когда Волан-де-Морт снова объявился и начал наводить шороху, у него появились заботы поважнее. Тонкс пыталась помочь какое-то время. Она присылала мне кое-какие зацепки, что, честно говоря, было гораздо большим, чем я ожидала. Но после того, как Сивый начал охотиться на детей, она переключилась на его выслеживание. Я не могла ее винить, как бы сильно мне этого ни хотелось. Сириус собирался помочь, пока Кикимер не погубил его. Не волнуйся, мы с Эллой позаботились о маленьком предателе. Роуз остановилась, чтобы доесть свой сэндвич и облизать пальцы. — Всем остальным было плевать. Уизли тыкал мне этим в лицо несколько недель, пока я не сорвалась. Он пролежал в больничном крыле месяц; придурку повезло, что я промахнулась последним заклинанием… Гермиона сочувствовала, но она была слишком обеспокоена тем, как бы вывезти свою семью из страны, чтобы тратить время на поиски мертвеца. Ее слова, не мои. Она была убеждена, что Амбич убила тебя. Мы перестали общаться еще до того, как я точно узнала, что ты жив. Последнее, что я слышала — она открыла неплохой такой маленький бизнес в Штатах. Роуз откинулась на спинку стула и бросила благодарный взгляд на дверь и стоящую снаружи машину. — Элла, с другой стороны… ну, Элла никогда не теряла надежды. Когда я едва могла одеться, она продолжала подталкивать меня вперед. Она следила за тем, чтобы мы никогда не упускали цель из виду. Мы бросили школу и закончили обучение самостоятельно, пока продолжали поиски. Было тяжело, но это было бесконечно лучше, чем альтернатива. Гарри приподнял бровь. — Она сделала бы все это ради парня, которого знала несколько месяцев? Выглядит немного нереалистично. Роуз пожала плечами. — Она сказала, что ты ее герой. То, что ты спас ее из озера, произвело на нее огромное впечатление, и прямо тогда и там она решила, что сделает все возможное, чтобы ты был счастлив. Вейлы, похоже, именно такие. Там есть и другие нюансы, но мы сможем разобраться в этом позже. Роуз замолчала и прикусила губу, глядя снизу вверх на Гарри. Она медленно сцепила пальцы перед собой на столе. — Гарри, ты ведь… ты ведь веришь всему этому, верно? — Я… я хочу верить, — пробормотал он. — Кто же не хочет верить, что на самом деле живет в фэнтезийном мире, верно? Но… ну, это как-то чересчур. Я имею в виду… магия? Гарри Поттер? Стирание памяти? Это просто… — Я понимаю, — прошептала Роуз. Она вздохнула. — Так что же заставляет тебя сомневаться в том, чтобы просто счесть меня сумасшедшей? — Ну, во-первых, ты не кажешься сумасшедшей, — сказал он, весело фыркнув. — Ты рассуждаешь совершенно здраво, и ты определенно веришь во все, что говоришь. — То есть то, что я сотворила стул из воздуха, тут вообще ни при чем, — заметила она с сокрушенной усмешкой. Гарри застонал. — Ну, это, конечно, довод в твою пользу. Я не фокусник, но, думаю, от такого трюка Дэвид Блейн позеленел бы от зависти. Еще одна вещь — ты вроде как похожа на девочку, которую я иногда вижу в своих кошмарах. И у меня полно всяких… причуд, — сказал Гарри, поморщившись. — Причуд, которые обретают чуть больше смысла в контексте того, что ты говоришь. — И…? — подтолкнула она. Гарри пожал плечами, потирая заднюю часть шеи. — И я не против того, чтобы ты ко мне прикасалась, — признался он. — Я каменею, когда родители обнимают меня, и мне приходится заставлять себя пожать кому-то руку, но с тобой у меня, похоже, вообще нет никаких проблем. На данный момент это, вероятно, самый весомый аргумент в пользу твоей истории. Роуз рассмеялась. — Тебе еще легко. Я не против того, чтобы люди прикасались ко мне, но я даже о сексе думать не могу. Черт, я спала с кем-то всего дважды с тех пор, как тебя забрали, и бедная Элла ни в один из этих разов не осталась, мягко говоря, удовлетворенной. Гарри уже начал было закатывать глаза, как вдруг до него дошел скрытый смысл этого заявления, и он замер. — Подожди. Мне показалось, ты сказала, что мы близнецы. — Так и есть. — Но ты только что намекнула… ты и я? — Выражения испуга, промелькнувшего на ее лице, было достаточно, чтобы подтвердить его догадку. — О, черт возьми! Что же я был за монстр такой… с чего бы тебе вообще хотеться прийти и искать… — он оборвался, когда рыжее пятно врезалось в его грудь и обвило его руками. — Перестань, — приказала она. — Ты не был монстром, Гарри. Ты защищал меня от монстров. Ты однажды чуть не убил Вернона, чтобы защитить меня, а я уже со счета сбилась, сколько раз он чуть не убил тебя. И это даже не считая всех тех случаев с Драко, Крэббом или Флинтом. Я все тебе объясню, если придется, но можем мы отложить этот разговор на потом? Пожалуйста? Это… это звучит плохо даже в Волшебном мире, и я хочу, чтобы ты вспомнил, как мы выросли, прежде чем пытаться это оправдать. Я не хочу, чтобы ты смотрел на меня с отвращением… Пожалуйста, просто… просто подожди, ладно? Пожалуйста? Гарри знал, что ему должно быть еще хуже от того, как она за него цеплялась, и все же каждая клеточка его существа утверждала, что именно так все и должно было быть всегда. Существовала вполне реальная вероятность того, что его тело взбунтуется, если он попытается сделать что-то, кроме как кивнуть и прижать ее крепче. — Хорошо, Роуз. Прости, что расстроил тебя. Можем мы тогда вернуться к истории? Она кивнула ему в грудь, но прежде чем она успела сделать что-либо еще, входная дверь открылась и вошла Габриэль. Ее серебряные волосы струились до середины спины, а одежда была облегающей, выгодно подчеркивая подтянутую, атлетичную фигуру. Ее голубые глаза встретились с глазами Гарри, и она на мгновение застенчиво улыбнулась, после чего посмотрела вниз на Роуз. — Простите, что прерываю, но, Роуз, они в городе. Селеста только что заметила, как они переместились сюда порталом. Роуз отстранилась от Гарри, выругавшись. Его брови взлетели вверх от ее красочных ругательств, и он взял на заметку несколько наиболее отборных фраз, чтобы использовать их позже. — Вот тебе и фора в один день. Как думаешь, сколько у нас времени, Элла? — Два часа максимум, — сказала другая девушка, поморщившись. — Если вы собираетесь проводить ритуал, то почти половина этого времени уйдет только на подготовку. Мне жаль… Роуз снова нахмурилась и повернулась, чтобы посмотреть на Гарри. Он неловко переступил с ноги на ногу и спросил: — Кто идет? Люди Министра? Роуз вздохнула и покачала головой. — В каком-то смысле да, но нет, не совсем. Волан-де-Морт годами был вполне доволен тем, что не трогал меня. Он, вероятно, думал — и правильно думал, — что я сумею выследить тебя, если меня предоставить самой себе. В конце концов, это ведь не он тебя похитил. Но теперь, когда я действительно тебя нашла, он не может просто оставить тебя в живых. К сожалению, сейчас он к тому же является законным правительством в Британии, так что у его прихвостней здесь дипломатический иммунитет. — То, куда мы двинемся дальше, подчиняется одному из трех путей, Гарри. Я надеялась, что у нас будет немного больше времени, прежде чем все это всплывет, чтобы ты мог обладать всей информацией перед выбором… — Каковы варианты? — спросил Гарри, оглядывая комнату в поисках чего-нибудь, что могло бы пригодиться в случае драки. У него в кабинете было ружье, но сработает ли оно вообще против волшебников? Роуз поморщилась и медленно произнесла: — Ну, первый вариант — это если мы с Эллой уедем. Я бы скорректировала твою память, чтобы ты понятия не имел о нашем существовании. Плюс в том, что ты сможешь жить нормальной жизнью. Ты продолжишь жить дальше и… — Следующий, — коротко бросил Гарри, начисто отметая подобный выбор. Габриэль тихо рассмеялась и заиграла бровями. — Говорила же я тебе, что он посчитает это безумием. То, что он тебя не помнит, еще не значит, что он бросит тебя, Рози. Щеки Роуз пылали ярко-красным, когда она безмолвно кивнула. — Вариант два — попытаться снять блок с твоей памяти, а затем сражаться. Возможно, нам придется вернуться в Британию и убить самого этого человека, чтобы убедиться, что всему действительно пришел конец… эти шансы на успех довольно низки. Как я уже сказала, он теперь и есть Британия, и так продолжается уже много лет. Гарри кивнул. — Хорошо, каков третий вариант? — Эм… ну, он начинается похоже на вариант два, но… в общем, думаю, у меня есть ритуал, который мы могли бы использовать, чтобы отбросить нас назад в наш четырнадцатый день рождения. Это риск, но теория верна. Если вернуться еще дальше назад, мы можем слишком сильно повредить временной поток или, что еще хуже, погибнуть, пытаясь спасти Сириуса. Даже если твоя память все еще будет заблокирована, думаю, я смогу вполне разумно разобраться с большинством основных проблем в течение того лета. Возможно, нам придется подождать до конца Турнира, чтобы официально оправдать Сириуса, но это относительно легко, если идти туда, зная, чего ожидать. Если — Моргана упаси — мы вообще не сможем вернуть тебе магию, ну, я просто приму оборотное зелье и стану тобой на время Испытаний. Гарри тупо уставился на нее. — Путешествие во времени. Вы можете путешествовать во времени. Габриэль поморщилась. — Скорее уж заброс во времени, если честно. Это касается только сознания. Твои воспоминания будут заброшены назад по замкнутой времениподобной кривой. Я, э-э, типа объединила магию и физику, и в результате этого смешения получилось нечто довольно греховное. Минус в том, что если я ошиблась в расчетах, ну, можно создать микроскопическую черную дыру, которая уничтожит приличную часть планеты, прежде чем поглотить саму себя и исчезнуть. У Гарри отвисла челюсть, и он на несколько мгновений лишился дара речи, переваривая услышанное. — Это довольно большой «риск», — слабо произнес он. Отсутствие алкоголя в данный момент серьезно казалось неудачным жизненным выбором. — Она скромничает, — сказала Роуз, пожав плечами. — Элла, по сути, гений. Половина заклинаний, которые я использую в последнее время, — это те, что она изобрела, объединив магловские и магические штучки. Все сработает. Гарри перевел взгляд с одной на другую. Наконец, после нескольких долгих секунд, он вздохнул. — К черту все, раз уж задолжал пенни, то гулять так на фунт. Давай выберем вариант с греховным забросом во времени через магические технологии.

***

Полчаса спустя Роуз была занята тем, что вырисовывала серию рунических символов на его голом торсе, когда Гарри пришло в голову задать еще один вопрос об их плане, который они вот-вот должны были привести в исполнение. — Роуз, если ты уже сейчас можешь забросить свое сознание назад во времени, почему ты до сих пор этого не сделала? — Что ты имеешь в виду? — спросила она, ставя точку у него на боку и слегка смещаясь влево. — Ты искала меня десять лет, верно? Так что если этот прыжок во времени так безопасен, почему именно ты не прыгнула назад раньше, вместо того чтобы ждать и искать меня? Кисть Роуз остановилась ровно на столько времени, что Гарри это заметил, а Габриэль принялась изучать свои бумаги гораздо пристальнее, чем мгновением ранее. — Роуз… — Ладно, может быть, шансы на то, что все сработает правильно, ближе к 60 на 40, чем к 99 к 1, — пробормотала она. — Я была вполне готова свершить свою месть, позволить Британии встать раком, найти тебя и прожить остаток наших дней здесь, на ферме или вроде того. У меня с этим вообще не было проблем. Если бы Волан-де-Морт был готов просто оставить нас, черт возьми, в покое, он мог бы делать с Британией все, что ему, блядь, заблагорассудится. Не то чтобы это мой дом или что-то в этом роде. Мой дом — это ты. Я не хотела рисковать, используя ритуал, который потенциально мог пойти не так и убить тебя, когда все еще оставался хороший шанс, что у нас просто будет хорошая мирная жизнь после того, как я в конце концов тебя найду. Гарри посмотрел на Габриэль и приподнял брови в немом вопросе. Она вздохнула и кивнула. — То, что она сказала. Мне с самого начала не особо хотелось отправляться в это путешествие. Я всегда делала расчеты на два разума, но это всегда предназначалось для нее и тебя. От меня не особо много проку в девятилетнем теле. Терпеть не могу иногда быть вейлой… Плюс, если мы вернемся назад, ты будешь четырнадцатилетним в четырнадцатилетнем теле, в то время как нам будет за двадцать в четырнадцатилетних телах. Это не совсем сбалансированные отношения, как ни крути. Габриэль слегка вздрогнула и продолжила. — А что, если ты сорвешься с катушек слишком рано? Что, если ты нам не поверишь? Возвращение в одиночку, конечно, было запасным планом, но это никогда не являлось основным вариантом. Мне немного жаль невинных, которым навредил Волан-де-Морт, именно поэтому я на самом деле и не спорю против использования этого ритуала, но я также и не спешу бросать эти конкретные кости. Шансы на то, что все сработает без сучка и задоринки, прямо скажем, паршивые. И из того, что мне рассказывала Роуз, твоя удача имеет тенденцию делать подобные вещи скорее хуже, чем лучше. Эти английские enfoirés, которые идут за нами, по сути, вынуждают нас пойти на это. — Что-то мне внезапно вариант два нравится больше… — пробормотал Гарри. Роуз улыбнулась снизу вверх и похлопала его по щеке. — Слишком поздно, — сказала она, поднимаясь, чтобы оценить свою работу. Благодарно кивнув, она улыбнулась. — Готово. И нам теперь не так-то просто уйти. К этому моменту они будут следить за всеми выездами из страны, как магическими, так и обычными. Выше нос, Элла — гений, все сработает! Габриэль мрачно зыркнула на рыжеволосую. — Говорит мне девчонка, которой плевать, даже если она уничтожит мир, лишь бы умереть вместе со своим братом. Гарри перевел взгляд с одной на другую. — Можем мы, пожалуйста, попытаться вернуть мою память, прежде чем я начну сомневаться в этом еще сильнее? Роуз кивнула. — Конечно. Я начну заниматься этим, пока Элла наносит мои руны. Ты помнишь Легилименцию из книг? Роулинг сделала ее чуть более сенсационной, но основы те же. Я собираюсь погрузиться в твой разум и разрушить стену, которую воздвигли Обливиэйты. Ты готов, Гарри? Он сел, скрестив ноги, и кивнул. — Давай. Роуз опустилась перед ним на колени и пристально посмотрела ему в глаза. Гарри почувствовал, что куда-то падает, и перед его взором промелькнула череда размытых образов. Его знакомый ночной кошмар с розовой жабой и зеленой шляпой обрел четкость: жаба превратилась в приземистую женщину, которая все еще была поразительно похожа на амфибию, а шляпа трансформировалась в дородного, высокомерного мужчину, насмехающегося над ним. Эти двое закружились и исчезли в бездне его разума, а впереди замаячила гигантская черная пустота. Нервы Гарри словно обожгло огнем, а его мигрень вспыхнула с новой силой, мощнее, чем когда-либо прежде. Он падал навстречу пустоте, а плач и крики уносились ветром, хлеставшим мимо ушей слишком быстро, чтобы он мог разобрать слова. Как только он почувствовал, что больше не может этого выносить, черноту, сквозь которую он падал, раскололи трещины белого света. Трещины разрастались, и по мере их расширения часть боли в его голове отступала. Перекошенное, жирное лицо вылетело из одной из освещенных областей. На виске этого лица вздулась багровая вена, а изо рта летели брызги слюны. Гарри почувствовал, как ярость и страх сжали его сердце, и закричал. Его крик оборвался, когда он стукнулся головой о пол позади себя. — Оу… Сдавленный стон Роуз заставил его перевернуться, чтобы пристально посмотреть на нее. Она была без футболки, и все ее тело покрывали нарисованные красные руны, причем некоторые из них петляли под лифчиком и уходили дальше. Она потирала голову, а Габриэль смотрела на них обоих с хмурым выражением лица. — Звучало не очень. Роуз покачала головой, поморщившись. — Все нормально. Я добралась до сути остатков заклинания перед тем, как нас вышвырнуло. Блядь. Я и забыла, как сильно ненавижу этого человека. — Это лицо… это был… это был Вернон? Да? Наш… дядя? Ох, голова раскалывается. — Гарри замер и сел прямо, его глаза расширились. — Рози? Широкая, белоснежная улыбка озарила ее губы, и Роуз кивнула. — Ты вернулся, брат? — В какой-то степени… Я не уверен… Кстати, теперь я верю тебе безоговорочно, — закончил он с легкой ответной улыбкой. Роуз протянула руку, чтобы ободряюще сжать его ладонь. — Не переживай, Гарри. Трещины разойдутся, и когда ты ляжешь спать, стена должна рухнуть окончательно. К этому времени завт- к этому времени первого августа 1994 года большая часть твоих воспоминаний должна к тебе вернуться. Он кивнул, улыбаясь. Впервые на его памяти перспектива сна была тем, чего ждешь с нетерпением, а не со страхом. — Ребята, нам пора запускать эту штуку, — сказала Габриэль, поднимаясь на ноги. — Вы пробыли там гораздо дольше, чем мы планировали. Надо поторапливаться. Роуз поспешно встала и протянула руку, чтобы помочь Гарри подняться. Оказавшись на ногах, он замер, просто глядя на нее. Разрозненные воспоминания потекли сквозь его разум, и Роуз Лили Поттер неизменно была в самом их центре. Возможно, он не помнил в точности, кем был, но помнил, что прошел через все это, стоя плечом к плечу со своей сестрой. — Спасибо, что пришла за мной, Рози. — Всегда, Гарри. Всегда. — Она подалась вперед ровно настолько, чтобы слегка коснуться своими губами его губ. — Пошли. Он последовал за Роуз и Габриэль во внутренний двор своего дома и на мгновение раздраженно нахмурился. Каждый из камней, окаймлявших его сад, был выковырян и перенесен в рунический круг в нескольких футах позади дома. — Я целую вечность занимался ландшафтным дизайном этого сада. Вы не могли привезти свои собственные камни? Габриэль покраснела и пробормотала: — Прости, я не особо ожидала, что этот дом окажется тем самым, поэтому не взяла их с собой… думала, он находится слишком в глуши. — Гарри, через несколько минут их все равно здесь не будет. Вернемся ли мы в Литтл Уингинг или погибнем из-за черной дыры, сад уже не будет иметь значения, — со смешком сказала Роуз. Гарри нахмурился еще сильнее и перешагнул через самодельные руны. — Это вопрос принципа. Как мы запускаем эту штуку? Роуз мягко направила его в круг поменьше, начерченный на земле, а затем переместилась в другой рядом с ним. — Просто стой там. Элла, как только будешь готова. — Сделай мне одолжение и проследи, чтобы более молодая версия меня перестала фанатеть? — с усмешкой попросила Габриэль. Впервые Гарри заметил, что улыбка так и не коснулась ее глаз. — И помни: я могу выглядеть на девять, но на самом деле мне 13, так что, пожалуйста, что бы ты ни делала, не относись ко мне как к ребенку. Гарри увидел, как Роуз нахмурилась, и не удивился, обнаружив, что делает то же самое. — Роуз, мы можем… — Черт подери, почему бы и нет? — заявила она, кивая. — Элла, забир- — Серия хлопков со стороны переднего двора оборвала ее на полуслове. — Ублюдки! Две минуты! Две долбаные минуты! — Заряжаю! — Габриэль начала петь заклинание, и Роуз быстро присоединилась к ней. Гарри увидел, как внешний круг начал светлеть, когда услышал приглушенный взрыв спереди, и клубы дыма поплыли над крышей со стороны подъездной дорожки. Внутренние круги начали светиться, и внутри дома раздался грохот. Озвучивание заклинания эхом отдавалось в воздухе, и Гарри внезапно обнаружил, что ему трудно дышать. Пространство вокруг него, казалось, искажалось и искривлялось, в фокусе оставалась только Роуз. Задняя дверь взорвалась наружу, когда Роуз и Габриэль дошли до последней строфы в своем ритуале. Оборвав последнюю ноту, Роуз резко вытянула руку, схватила Габриэль и рванула вейлу во внутренний круг в тот самый миг, когда весь мир провалился в небытие.

***

Гарри открыл глаза, судорожно глотая воздух, и чуть не задохнулся, когда в рот ему хлынула жидкость. Его первой мыслью было, что что-то пошло ужасно не так, он приземлился в океан и сейчас утонет. Вторая мысль принесла замешательство: как он вообще умудряется дышать, если с каждым вдохом заглатывает воду? Третьей мыслью было Озеро. Что-то пошло не так, но он находился не в Атлантике и не в Ла-Манше. Он был в Чёрном озере и парил перед своей сестрой, которая была привязана к столбу и окружена русалками. Жабросли. Второе Испытание. Разрозненные воспоминания слились воедино, когда он вспомнил, как съел магическое растение перед началом этого безумного Испытания для Турнира. Он попытался на мгновение сориентироваться в пространстве и бросил взгляд на Роуз. Именно тогда он увидел, как ее глаза широко распахнулись, а рот захлопнулся от шока и ужаса. Роуз была на глубине ста футов под водой и бодрствовала. Он не стал медлить. Его волшебная палочка резко взметнулась вверх, и волна энергии сорвалась с ее конца. Он не мог вспомнить название заклинания, которое применил, но, что бы это ни было, оно сработало. Веревки из ламинарии, привязывавшие Роуз к столбу, уплыли прочь, и он потянулся к ее руке. Гарри резко повернулся, высматривая Габриэль и беспокоясь, что раз уж Роуз проснулась, то и с Эллой… Габриэль находилась у соседнего столба и отчаянно боролась с путами. Две русалки в замешательстве переглянулись, после чего поплыли вперед, собираясь помочь. Гарри опередил их обеих. Его палочка снова рассекла воду, и веревки, связывавшие Габриэль, исчезли. Спрятав палочку в карман, Гарри подхватил по девчонке под каждую руку и начал грести ногами к поверхности. К счастью, ни одна из них не была балластом, и обе плыли вместе с ним, облегчая нагрузку на его ноющие мышцы. Казалось, это длилось целую вечность, хотя подъем не мог занять больше двух минут. Наконец, прямо в тот миг, когда его жабры и перепончатые плавники начали исчезать, Гарри вынырнул на поверхность. Глотая воздух, Роуз и Габриэль вынырнули следом за ним. — Mon dieu, зачем ты это сд'элала?! Все расчёты были только на двоих, а не на тр'оих! У м'эня даже не было круга! Вы могли взорвать З'эмлю! — тяжело дыша, выпалила Габриэль, вцепившись в шею Гарри, чтобы удержаться на воде, и яростно уставилась на Роуз. Роуз, как могла, небрежно пожала плечами, удерживаясь на плаву. — Ты торчала с моей чокнутой задницей целых десять лет. Я не могла просто бросить тебя в последние десять минут. Паршиво, конечно, что со временем так нескладно вышло. Похоже, теперь нам придется тайком сбежать из замка, чтобы довести дело до конца. — Спорить будете позже, — тяжело дыша, прервал их Гарри. — Плывем. Вода ледяная! Элла, держись крепче. — Я ненавижу быть маленькой! — прорычала она ему на ухо, вцепляясь в него еще сильнее.