Глава 2: Некоторые вещи меняются, некоторые остаются прежними

Гарри тяжело дышал от усталости к тому времени, как ему удалось вытащить себя и Габриэль на берег. Девочка-Вейла дрожала так сильно, что её зубы стучали, а пальцы вцепились в его шею достаточно крепко, чтобы слегка придушить его, когда её вес покинул воду. Гарри не мог её винить. Он протащил их последние несколько футов вверх по береговой линии, чтобы они оказались полностью на сухой земле, и тут же почувствовал, как Габриэль отпустила его и упала на землю. Он опустился на колени рядом с ней и набросил руку на девочку, пока Роуз опустилась с другой их стороны и тоже присоединилась к групповым объятиям. — Извини, — пробормотала Габриэль сквозь дрожь. — Так. Холодно. Роуз просто сжала двоих других крепче. — Помфри уже спускается сюда с криками, и я вижу твою сестру прямо за ней, — прошептала она. — На данный момент я помню лишь отдельные отрывки, так что пусть кто-нибудь из вас, пожалуйста, скажет мне, что не всё в этом мире так же глупо, как бросать подростков в ледяную воду в феврале, — сказал Гарри, хмурясь на членов преподавательского состава, бегущих к ним. — Это одна из более разумных идей, — сказала Роуз, посмеиваясь. — Хотя, учитывая, что я только что рискнула создать чёрную дыру по прихоти, мне, вероятно, не следовало бы говорить. Гарри вздохнул. — Да, ну, я спросил, может ли она пойти первой, так что Элла, вероятно, самая разумная из всех в округе. — Габи перед остальными, — пробормотала Габриэль. — Элла только для вас двоих. И только наедине. Мне придётся не забывать использовать 'этот акцент в течение нескольких недель. Черт бы вас обоих побрал! — Она на мгновение сердито уставилась на близнецов, прежде чем все трое разразились непринуждённым смехом. — Озеро в феврале! О чём думают эти идиоты?! — сердитый голос Помфри прозвучал рядом с ними. Ещё один человек с разумом поблизости! Прежде чем Гарри успел хотя бы поднять голову, чтобы улыбнуться колдомедику, тепло разлилось по всему его телу. Наконец взглянув вверх, он увидел, как волшебная палочка целительницы вращается над ним и его друзьями. — Просто повезло, что ни у кого из них нет обморожения! — Габриэль! — серебряный снаряд вылетел из-за спины Помфри и столкнулся с самой маленькой в их тесной кучке. Гарри обнаружил себя на земле, прижатым к Роуз, а Габриэль была втиснута в его грудь. Флёр была поверх всех, её руки обвились вокруг Габриэль, а слёзы текли по её щекам. — Est-ce que tu es blessée? Est-ce que ça va? Pardonnes-moi, j'ai suis tombée dans une embuscade et je n'ai pas pu venir jusqu'à toi! — зарыдала Флёр. Гарри просто растерянно моргнул от этой массы французского. Он выучил немного латыни в университете, но у него никогда особо не было практики во французском, помимо нескольких ключевых фраз. Роуз выбралась из кучи и потянулась, чтобы неловко похлопать Флёр по спине. — Она в порядке. Мы обе очнулись под водой, но Гарри вытащил нас довольно быстро. — Гарри был слишком обеспокоен Габриэль, чтобы пытаться объяснять со своей точки зрения. Не то чтобы его объяснение было намного лучше: «Да, мы пытались совершить временной прыжок и оказались на несколько месяцев позже и под водой. Моя вина». Габриэль удивительно напряглась, пока Флёр цеплялась за неё, и когда Гарри встретился с ней глазами, он увидел отражение той знакомой мольбы о помощи, которая слишком часто сияла во взгляде его сестры. Он не знал всей истории об отношениях Габриэль с её семьёй, но натянутый аспект, очевидно, не был заметен в этот момент. Им нужно было отвлечь Флёр на достаточно долгое время, чтобы Габриэль пришла в себя. — Флёр, не могла бы ты дать нам немного места. Я думаю, Габриэль немного ошеломлена, — мягко сказал Гарри. Флёр ахнула и быстро отстранилась. — Oui. Габи, я прямо здесь. Я-я просто... — Флёр осеклась, заплакав сильнее. — Мне так жаль! Роуз незаметно пододвинулась ближе и сжала ногу Габриэль, и Гарри наконец увидел, как младшая девочка начала расслабляться. — Всё в порядк'э, Флёр, — сказала Габриэль. Она осторожно выбралась из коленей Гарри и встала, принимая полотенце, предложенное мадам Помфри. — Мой рыцарь спас м'эня из вод. Он был потрясающим! — Что чистая правда, — прошептала Роуз, помогая Гарри встать. — Едва вернулся ко мне на час и уже снова спасает меня. — Потянувшись вверх, она слегка поцеловала его в щеку и опустила руку вниз, чтобы сжать его собственную. — А теперь время для фейерверков. Флёр снова обняла Габриэль, когда со стороны директоров, стоявших прямо за Помфри, раздались крики. Гарри приподнял бровь от этой бурной перепалки на смеси французского и английского, и, слегка протиснувшись в сторону, он заметил двух людей, отчитывающих Дамблдора и... эту... Гарри нахмурился, не в силах вспомнить имя этой полувеликанши, директорши Шармбатона. Это напомнило ему и о его неспособности вспомнить имя полувеликана, лесничего Хогвартса. Потратив мгновение, чтобы подавить раздражение и досаду, Гарри глубоко вздохнул. Вздремнуть, судя по всему, будет первоочередной задачей. Ему действительно нужно начать наводить порядок в этих воспоминаниях... Роуз снова сжала его руку, и когда Гарри повернулся, чтобы посмотреть на неё, она улыбнулась. — Максим. Её зовут Максим. — Гарри на мгновение уставился на неё в легком шоке, после чего со смешком покачал головой. — Ты всегда была в этом лучше меня, — промурлыкал он. Роуз слегка пожала плечами и ухмыльнулась ещё шире в знак согласия. Гарри громко закашлялся и поморщился. Этого, по-видимому, оказалось достаточно, чтобы вернуть к нему внимание Помфри, так как целительница повернулась и начала колдовать новые диагностические заклинания. — Почему вы не сказали, что вам тяжело дышать, Поттер? Вода в лёгких! Честное слово! Сначала драконы, теперь вот это! Когда я найду того, чьей блестящей идеей были эти Испытания... — Помфри сунула зелье ему в руки и внимательно наблюдала, как Гарри выпил его. Снова взмахнув своей волшебной палочкой, она спросила: — И сколько именно вы умудрились вдохнуть, Поттер? Гарри пожал плечами, уже чувствуя себя лучше. — Не слишком много. Немного после того, как жабросли исчезли, и до того, как мы добрались до поверхности. Всё действительно не так уж плохо. Помфри фыркнула и скрестила руки на груди. — Любая вода в лёгких потенциально опасна, мистер Поттер. Это зелье должно исцелить любые повреждения, а оставшуюся жидкость я удалила заклинанием. Однако, мисс Поттер, внимательно следите за ним, и если он продолжит кашлять ещё через час, ведите его прямо ко мне. Роуз кивнула и подхватила его под руку, что вызвало закатывание глаз со стороны пострадавшей стороны. — Всё под контролем, мадам! Наконец крики поутихли, и старшие Делакуры подошли, чтобы обнять Габриэль, в то время как Дамблдор сделал шаг вперёд. — Гарри, возможно, ты мог бы рассказать нам, что произошло во время Испытания? Эта ситуация кажется крайне необычной. Гарри сердито уставился на мужчину и вскинул брови. Притвориться раздражённым было не слишком трудно; этот старик, судя по всему, бросил его на растерзание министерскому судилищу кенгуру вместо того, чтобы попытаться сделать хоть что-то для его спасения. — Всё, что я знаю, это то, что после того, как я добрался туда, Роуз начала приходить в себя. Я освободил её и увидел, что Габриэль тоже приходит в себя, поэтому я схватил и её тоже и выбрался на поверхность как можно быстрее. Ваши заклинания, похоже, держались не слишком хорошо, сэр. Учитывая, что обе они в пижамах, я вынужден задаться вопросом, спрашивали ли вообще кого-нибудь из них, согласны ли они участвовать. Болезненное выражение на лице Дамблдора было достаточным ответом на этот вопрос. Это во многом сгладило его лёгкий укол вины за то, что он обвинил этого человека в последствиях их проделок с путешествием во времени. — Это действительно была ошибка со стороны судей, — тихо сказал Дамблдор. — Как я только что заверил мистера и миссис Делакур, мы обязательно расследуем эту ситуацию, чтобы определить, почему защита дала сбой. Поблизости раздался крик боли, и Роуз с Гарри одновременно дернули головами в сторону. Габриэль упала на землю и обхватила руками свой живот. Её глаза были крепко зажмурены, а зубы сцеплены. Аполлин в то же мгновение оказалась рядом, осторожно придерживая её за плечи, в то время как её отец просто смотрел на них обоих в изумлении. Рот Флёр слегка приоткрылся, и она растерянно пробормотала: — 'Эм'эна? Уже? Она слишком молода... 'это не имеет смысла... Роуз поморщилась и наклонилась достаточно близко, чтобы прошептать Гарри на ухо: — Ну, по крайней мере, теперь она недолго побудет маленькой. Дай этому около месяца, и Габи будет выглядеть старше нас обоих. Если её родители не спишут всё на сопутствующий стресс, ей, возможно, придётся сразу рассказать им о Связи, чтобы объяснить это. — Связи? — шепнул Гарри в ответ. Гримаса Роуз усилилась, хотя она покачала головой. — Позже. Забыла, что у меня не было возможности объяснить это раньше. Гарри вздохнул и кивком выразил своё согласие. Габриэль поморщилась и посмотрела на своих родителей. — Маман, Папа, уедин'эния, пожалуйста. Покричит'э на дир'экторшу и дир'эктора позже. — Конечно, Габи. Пойдём. Мы заберём тебя домой, — сказал её отец, помогая ей встать. Габриэль замерла, её глаза на мгновение встретились с глазами Гарри и Роуз, после чего она начала качать головой настолько яростно, что всё её тело покачнулось. — Нет! Не домой! Я хочу остаться с Флёр! Она прошла ч'эрез 'это недавно! Это, похоже, вывело старшую сестру из шокового состояния, потому что она поспешно закивала и шагнула к Габриэль. — Конечно. Я покажу тебе свою комнату, Габи. — Когда её уводили, Габриэль на мгновение встретилась взглядом с Гарри и закатила глаза. Всё, что он мог сделать, это удержаться от смеха, и по тому, как сжалась рука Роуз рядом с ним, он понял, что у его сестры возникла та же проблема. — Что ж, теперь, когда волнения, похоже, улеглись... — сказал Дамблдор, и в его глазах появился этот проклятый огонёк. — Давайте соберём всех Чемпионов у причала, и как только мисс Делакур вернётся, мы сможем объявить оценки!

***

Оценки не стали сюрпризом даже для того, кто не помнил первоначального распределения. Гарри ушёл с сорока девятью баллами, получив вычет в один единственный балл за то, что узнал дорогу к центру деревни у Плаксы Миртл. Гарри посчитал это справедливым, поскольку технически здесь был задействован кое-кто извне состязания. Ему было забавно отметить, что вопреки событиям, описанным в прочитанной им художке, он на самом деле прибыл к заложникам последним... ну, если не считать Флёр, которая всё же попала в почти смертельную перепалку с гриндилоу, келпи и гиппокампами, потребовавшую спасения с помощью Гигантского кальмара. Седрик занял второе место, едва обойдя Крама, в то время как Флёр получила бонусные баллы за то, что выжила в своём испытании «вопреки нездоровым шансам». Отмахнувшись от внимания своих одноклассников, Гарри пошёл обратно в гостиную, а Роуз держалась прямо рядом с ним, хотя они перестали держаться за руки и вернулись к «нормальному» поведению, демонстрируемому Хогвартсу в целом. Они едва вошли в комнату, как раздались поздравления и в их руки были сунуты бутылки сливочного пива. — Гарри! — воскликнул Седрик, проталкиваясь сквозь толпу барсуков, чтобы похлопать его по спине. — Отличный показ, приятель! Не могу поверить, что заклинания Дамблдора развеялись на полпути. Полагаю, я мог бы понять, почему на юную девочку-Вейлу это подействовало иначе, но чтобы ослабло и на Роуз тоже? Хорошо, что ты добрался туда тогда, когда добрался. — Так ты, значит, снова разговариваешь с нами? — резко спросила Роуз. Гарри увидел, как сместился её вес и напряглись пальцы. Короткие вспышки того, как Седрик насмехался над ними, а Пуффендуйцы массово избегали их, всплыли на поверхность разума Гарри. — Больше не заинтересован в том, чтобы строить из себя брошенного, жаждущего славы качка? Седрик переступил с ноги на на ногу и пожал плечами. — Да, эм... ну послушай, мы все были сущими задницами, да? — пробормотал он. — Мне жаль, что я не просил никого попридержать коней раньше. Просто тяжело знать, что ты сражаешься против Гарри Поттера. Я имею в виду, в прошлый раз это ведь не очень хорошо для меня закончилось, верно? Пуффы должны держаться вместе, и мы все просто подумали, что, возможно, ты... ну, знаешь, учитывая последние несколько лет и всё такое, это казалось разумным... Что я пытаюсь сказать, так это то, что мне жаль. Нам всем жаль. Гарри, мы знаем, что ты никогда бы не ввязался во что-то, что могло бы навредить Роуз. — Забавно, что тебе понадобилось столько времени, чтобы это понять, — сказал Гарри, свирепо глядя на старшего мальчика. — Учитывая, что это единственная причина, по которой мы вообще оказались на этом факультете: верность друг другу. Будто я серьёзно рискнул бы погибнуть на этом Турнире и оставить её одну. — Ты можешь говорить всё, что хочешь, Седрик, но если ты действительно хочешь извиниться, веди себя так, будто говоришь это искренне, — прорычала Роуз. — Вот когда мы перестанем быть вынужденными учиться в библиотеке до самого отбоя, чтобы избегать вашей компании, или когда мы сможем не ставить защитные чары на наши кровати каждую ночь, возможно, тогда мы поверим. Вспышки учёбы с Гермионой, Сьюзен и Невиллом вместе с... с... девочкой с двумя именами... Гарри поморщился и прижал руку к голове. Роуз тут же замолчала и схватила его за предплечье. — Послушай, спасибо за извинения. Я действительно надеюсь, что ты говоришь искренне, но на данный момент мы попридержим суждения об этом. Прямо сейчас я веду Гарри спать. Это Испытание выжало из него много сил, почти утонул и всё такое. Чёрт, из меня это тоже выжало много сил, а всё, что мне нужно было сделать, это доплыть до берега после лёгкой паники. Седрик поморщился и кивнул. Перед ними освободилось пространство, и Роуз повела Гарри к лестнице в его спальню. К счастью, она оказалась совершенно пустой, когда они вошли и сели на его кровать. Гарри откинулся назад и провёл рукой по лбу. — Спасибо, Рози. Эти вспышки воспоминаний слишком похожи на те проклятые мигрени, которые у меня бывали. — Тебе нужно поспать, Гарри, — сказала Роуз, снимая с него очки и кладя их на прикроватную тумбочку. — Это поможет пробить трещины настежь. Я думаю. Должно помочь. Элла тоже придумала эту процедуру, и... ну, ты сам видел, её штуки работают как надо. Гарри вздохнул и приоткрыл один глаз. — Вы используете хоть что-нибудь нормальное? Должен же быть более простой метод отмены Обливиэйта. Роуз поморщилась. — Ну эм... возможно, и был, но ух, ну, я на самом деле закончила только пятый курс перед тем, как бросить учёбу, чтобы найти тебя, а Элла ушла вместе со мной, так что ей пришлось готовиться к С.О.В. самостоятельно, и... ну, наше официальное обучение на самом деле ушло не так уж далеко от твоего, — закончила она на одном дыхании. Брови Гарри поползли вверх, к самой линии роста волос, и он сел, чтобы уставиться на неё. — Что? — Послушай, давай поговорим, когда я вернусь, ладно? — Ладно. У тебя всё ещё есть эта... эта ух... Мантия! У тебя всё ещё есть Мантия в твоём сундуке, верно? — спросил Гарри, улыбаясь, когда видение этого предмета встало на своё место, как и общее понимание того, как они её использовали. Роуз забавно хмыкнула. — Конечно, она всё ещё у меня. Я вернусь через пять минут. — Махнув рукой, она вышла, а Гарри рухнул обратно на кровать. Стоня, он потянулся вниз, чтобы снять обувь, но справился только с одним ботинком, прежде чем его голова снова начала раскалываться. Ночь, когда Кубок выплюнул его имя, поплыла перед его глазами...

***

— Гарри Джеймс Поттер, — вздохнула Роуз, отталкиваясь от стены, на которую опиралась. — И что мне с тобой делать? Гарри вышел из комнаты, в которую согнали Чемпионов, и провёл рукой по волосам. — Ну, судя по всему, я застрял на этом Турнире. Никто не пожелал встать и сказать, что всё это полная туфта, и попробовать снова. — А ты спросил, не сделают ли они Испытания чем-то глупым, вроде игры в шарики, оставив три настоящих Испытания для фактических Чемпионов? — спросила Роуз, хмурясь. — Конечно спросил. Я думал, меня прибьют, как только это слетело с моего языка. Седрик, похоже, возглавил эту атаку, крича о позоре для традиций. — Хмурый вид Гарри сменился злобной гримасой, которую он тут же направил в ту сторону, где скрылся старший пуфф. — Вот вам и «Пуффендуйцы всегда держатся вместе». Роуз вздохнула и заключила его в объятия, прислонившись головой к его плечу. — Мы всегда знали, что в конце концов они полностью отвернутся от нас. Начиная с дракона на первом курсе, занятий в группе Гермионы, которая переплюнула «Барсучий уголок», непрекращающихся преследований Снейпа, подозрений насчёт Наследника Слизерина и того бреда про Сириуса, который в прошлом году якобы «угрожал» Ханне… не говоря уже о том, из-за чего бы там ни сходили с ума Лаванда и Ханна. Так что мы одни. В этом нет ничего нового. Гарри почувствовал, что немного расслабляется, и отстранился, целуя Роуз в макушку. — Спасибо, Рози. Ты ведь понимаешь: всё это, вероятно, просто попытки Волан-де-Морта убить меня или заманить в ловушку, ну или вроде того? — Конечно понимаю, — сказала Роуз, улыбаясь. — Но ловушка работает только тогда, когда ты её не ждёшь. Так что в этом году нам просто придётся гонять тебя на тренировках ещё сильнее! Гарри застонал и прижал ладонь к голове. — О ужас! Хватит! Пощадите, госпожа Поттер! — театрально воскликнул он. Роуз рассмеялась и шутливо шлёпнула его по предплечью. — Идём, нам пора ставить защитные чары на кровати, слуга. О, кстати, Гермиона дала мне знать, что собирается составить для тебя расписание материалов, чтобы ты ознакомился и попытался подготовиться. — Серьёзно? Она с нами? — спросил Гарри, отбросив сарказм и в изумлении уставившись на сестру. Роуз пожала плечами. — Похоже на то. Посмотрим, однако, как долго она продержится, когда вся остальная школа будет против нас. Честно говоря, я не думаю, что стану винить её, если она сольётся. Невилл уже сказал, что поддерживает нас, но чувствует себя неловко, высказываясь вслух. Гарри поморщился. — Жаль, что у него нет сестры... Роуз свирепо посмотрела на него. — Не смешно, Гарри. Мы и так по уши в дерьме. Нет нужды желать кому-то ещё оказаться в такой же ситуации. Гарри посмотрел на неё в ответ столь же яростно и покачал головой. — Ты знаешь, что я имел в виду не это, Роуз. Если бы рядом с ним был кто-то, кто стоял бы с ним плечом к плечу, у него не было бы этих проблем с уверенностью. — Значит, мы продолжим пытаться свести его с Гермионой! — сказала она, скрестив руки на груди. — Одной инцестуальной парочки близнецов для этого замка более чем достаточно, премного благодарна. Губы Гарри тронула легкая улыбка. — Всего одной? Наверняка близнецы Уизли делят... вообще всё... — Фу, мне не нужна была эта мысленная картина, премного благодарна, — сказала Роуз, качая головой. — Хотя... ну, думаю, если бы Анджелина и Алисия были достаточно извращёнными, я легко могу представить, как они меняются местами без особых трудностей... Гарри рассмеялся над ходом её мыслей, улыбаясь ей в ответ. — Я иногда тебя не понимаю. Парни с парнями тебя не интересуют, но ты совершенно не против, когда я завожу речь о Сьюзен и Ханне. — Ну да, потому что мне приходится выслушивать этих двоих каждый раз, когда я действительно сплю в собственной постели. В один прекрасный день я придумаю, как незаметно намекнуть им на заглушающие чары, не разозлив при этом Ханну, — сказала Роуз, пожав плечами. Гарри рассмеялся ещё громче. — Ага. Утешай себя этим, Рози. Ладно, пошли. — Когда они направились к Барсучьей норе, он ослепительно улыбнулся ей. — Спасибо, что подняла мне настроение, сестрёнка. — Всегда, братишка. Всегда.

***

Гарри почувствовал, как рядом с ним кто-то устроился, и инстинктивно протянул руку, чтобы обнять Роуз. Довольно вздохнув, она прижалась ближе. — Думала, ты уже спишь, — прошептала она. — Вроде того. Заблудился в воспоминаниях о той ночи, когда меня выбрали, — ответил Гарри. — К слову, как долго Гермиона продолжала помогать нам? Это у меня всё ещё как в тумане. — Она, как ни странно, так и не прекратила, — сказала Роуз. Она потянулась вверх, чтобы лениво перебирать его волосы. — Единственная причина, по которой мы перестали общаться, заключалась в том, что она начала довольно злобно обвинять меня в том, что ты мёртв и мне нужно начать жить в реальности. Мне паршиво оттого, что я наговорила ей гадостей в ответ... особенно учитывая, что в её словах действительно был смысл. Просто... ну... — Я знаю, Рози. Я знаю, — вздохнул Гарри. — Мы и правда ненормальные, да? — Абсолютно, — согласилась Роуз. — И мне плевать. Ты вернулся ко мне. Это всё, что меня волнует. Ты и Элла. Мы покончим с этим делом, обратим ловушку Риддла против него самого, а потом мы втроём сможем уехать и жить долго и счастливо. Гарри нахмурился и повернулся, чтобы иметь возможность посмотреть на неё. — Должны ли мы были вот так просто оставить её с семьёй? Ты упоминала, что она не очень-то ладила с ними, и я мог сказать, что ты, если уж на то пошло, даже приуменьшила это, судя по тому, как она напряглась, когда появилась Флёр... Роуз тяжело вздохнула и молчала почти минуту, прежде чем ответить. — То, как всё это обернётся, зависит от неё. Теперь, когда она проходит через Изменение, в каком-то смысле станет легче. Для Вейлы это как период полового созревания на стероидах. Судя по тому, как описывала Элла, из-за опасности их Очарования на полной мощности Вейла остаётся выглядеть как ребёнок до тех пор, пока её магия не почувствует, что девочка достаточно зрелая ментально, чтобы быть в состоянии защитить себя от мужчин-хищников. Затем их магия... выворачивается наизнанку, я полагаю, и у них происходит мощный скачок роста. В принципе, они превращаются из девятилетних в шестнадцатилетних за полтора месяца. Это странно. — Я не понимаю, как это связано с её семьёй, Рози... — спросил Гарри. — Это просто означает, что теперь они с большей вероятностью будут воспринимать её всерьёз, а не отвергать её аргументы как доводы ребёнка. — Роуз приподнялась на локтях и поцеловала Гарри в лоб. — Как мы с тобой. Мы с самого начала ясно дали понять, что ментально мы чертовски старше, чем выглядели физически. — Это доставило нам кое-какие проблемы... кажется... ведь так? — Да, так, — кивнула Роуз. — Суть в том, что Элла теперь сможет заставить свою семью выслушать её. В первый раз всё прошло скверно, потому что, когда она решила поддержать меня и помочь найти тебя, они подумали, что она просто глупая, без памяти влюблённая маленькая девочка и что она «перерастёт свой детский бунт». — Гарри поморщился от этого. Его родственникам — как настоящим, так и фальшивым — всегда было настолько наплевать, чтобы обвинять его в подобном, но он достаточно начитался, чтобы знать, насколько это может быть обидно. Роуз поморщилась и покачала головой, продолжая: — Дело в том, что Элла уже привязала себя к тебе, когда ты спас её из озера. Я не знаю многих деталей. Тебе нужно спросить её саму. Суть в том, что она выбрала тебя и не собиралась просто так отпускать без боя. Она не сказала своей семье, потому что это стало вопросом принципа. Элла считала, что её семья не заслуживает знать о Связи, пока они не начнут поддерживать её решения. Они этого так и не сделали, поэтому она им ничего не рассказала. Думаю, к тому времени, как мы тебя выследили, они общались только на уровне открыток на Рождество и дни рождения. — Ого, — поморщился Гарри. Его глаза округлились, и он приподнялся, чтобы внимательно посмотреть на Роуз. — Значит, она уже снова связана Связью? Роуз пожала плечами: — Без понятия. Элла говорила, что это в равной степени физическое, как и ментальное явление, так что сомневаемся, что оно перенеслось вместе с нами через временной прыжок. Восстановила ли она её, как только мы оказались на поверхности? Нам придётся спросить её, как только она сможет вырваться от Флёр и родителей. Гарри вздохнул и кивнул. — Это ведь никак не влияет на её свободу воли, если она восстановит её, верно? — Я... я так не думаю, — уклонилась от прямого ответа Роуз. — Гарри, я правда мало что знаю. Элла была связана не со мной. Она была связана с тобой. Она пыталась рассказать мне кое-что, но мне всегда казалось, что её это жутко смущает, поэтому я никогда не настаивала. — И ты переживала, что если узнаешь слишком много конкретики, то начнешь манипулировать этим, чтобы легче найти меня, — тихо сказал Гарри. Роуз быстро отвернулась, хотя то, как напряглось её тело, и рука, которая скользнула в сторону, чтобы вытереть глаза, не укрылись от внимания Гарри. Он обнял её и притянул к себе. Гарри чувствовал, как её слёзы падают ему на грудь на протяжении нескольких минут, прежде чем тихие рыдания Роуз замедлились. — Я не хотела так сильно ранить её, — сказала Роуз сквозь шмыганье носом. — К тому времени она была моим единственным другом. Единственным человеком, который всё ещё помогал мне и стоял со мной плечом к плечу. Она была единственной, кому было не всё равно! И я всё равно использовала бы её и её природу, чтобы найти тебя, если бы знала подробности! Я ужасна! — Нет, это не так, Рози, — пробормотал Гарри, мягко проводя рукой по её волосам. — Ты травмирована. Как и я. Вернон и Петунья проделали фантастическую работу, уничтожая нас и превращая в тех фриков, какими всегда нас называли. Мы разбиты, но мы не сломлены. Элла знала это так же хорошо, как и мы, иначе она никогда не смогла бы оставаться с тобой на протяжении целого десятилетия без посредника. Ты не ужасна, Роуз. Ты моя сестра. Ты моя вторая половина. Мы оба изранены, но когда мы вместе, трещин, пронизывающих наши души, совсем не видно. Роуз шмыгнула носом в последний раз и переместилась так, что оказалась наклонена над ним. — Ты всегда знаешь, что именно сказать, — произнесла она, одарив его заплаканной улыбкой. — Взаимно, сестрёнка, — ответил Гарри. Наклонившись, Роуз запечатала его губы крепким поцелуем, её язык сплетался с его собственным на протяжении нескольких долгих мгновений. Одна её рука блуждала по его растрёпанным волосам, пока другая сжимала его руку — достаточно крепко, чтобы оказаться всего на волосок от боли. Гарри почувствовал, как её стон удовлетворения вибрирует в её горле и отдаётся в его собственном, и приподнялся с матраса ровно настолько, чтобы попытаться притянуть её к себе ещё ближе. Тяжело дыша, Роуз отстранилась и мягко уложила его обратно, после чего улеглась, свернувшись калачиком на его груди. — Боже, как я по этому скучала. Как бы мы оба ни хотели продолжать, тебе действительно нужно поспать, Гарри. — Да, — тихо сказал он. — Мы сможем продолжить, как только в моей голове перестанет быть каша. — Считай это свиданием.

***

Дядя Вернон был в ярости. Он был вне себя от бешенства. Вена на его лбу вздулась, а лицо стало багровым. Тётя Петунья презрительно ухмылялась позади него, скрестив руки на груди, а над её левым глазом заметно дёргался нерв. Они были настолько пугающими, что даже Дадли сбежал в свою комнату. Гарри ещё никогда не видел их настолько разгневанными. — Я предупреждал тебя: никаких этих фокусов под моей крышей! — завопил дядя Вернон, брызжа слюной во все стороны. Роуз попятилась, прячась за спиной Гарри, и её рука вцепилась в его руку достаточно крепко, чтобы причинить боль. Гарри покачал головой и медленно отступил назад, стараясь держаться достаточно сгорбленным, чтобы не казаться угрозой, но при этом оставаясь достаточно высоким, чтобы по-прежнему закрывать Роуз от родственников. — Мы не знаем, как это произошло! Мы напуганы точно так же, как и вы! — Напуганы?! Напуганы?! — вена раздулась ещё сильнее, чем прежде. Гарри начал молиться, чтобы она лопнула и его дядя просто замертво рухнул на пол. Петунья физически не била их уже много лет, к тому же она была достаточно худой и слабой, так что они, вероятно, смогли бы уклониться от любой её попытки. Опасным был Вернон. — Единственные, кто должен быть напуган, это вы, мелкие уроды! — Вы уверены, что состригли их? — тихо спросила Роуз дрожащим голосом. — Я не думала, что волосы могут вот так отрастать заново... — Роуз, заткнись, — прошипел Гарри достаточно тихо, чтобы только она могла его услышать. Было слишком поздно, непоправимое уже произошло. Вернон перевёл взгляд с Гарри на Роуз. — «Уверены ли мы», — перекривил он. — Петунья сама состригла их с вас обоих, маленькая ты сучка! Или ты называешь мою жену лгуньей? Гарри торопливо покачал головой, пока Роуз прижималась к нему. Дрожь в её теле была достаточным доказательством её ужаса. — Это не то, что мы сказали, дядя Вернон! Мы просто сказали, что не знаем, что произошло, и что мы в замешательстве. Дядя Вернон продолжал неотрывно смотреть на пространство за спиной Гарри и сделал угрожающий шаг вперёд. — Я скажу тебе, что произошло. Вы, мелкие уроды, использовали свою ненормальность, чтобы уничтожить работу моей жены. Сколько раз мне нужно выбивать это из вас, пока вы не поймёте, что является нормальным? Что является приемлемым? Сколько раз мне нужно морить вас голодом и наказывать, пока это послание не просочится в ваши крошечные, ничтожные мозги? — Дядя Вернон сделал ещё один шаг, и Гарри соответственно отступил. Он начал покрываться потом, чувствуя, что Роуз прижимается к нему ещё сильнее. Теперь они оказались зажаты у лестничного пролёта — бежать было больше некуда. — Пожалуйста... мы извиняемся... нам жаль! — захныкала Роуз. — Просто заприте нас в чулане, — взмолился Гарри. — Этого больше не повторится! Мы исправимся, мы обещаем! Глаза дяди Вернона сузились в щёлочки, а тётя Петунья задрала нос кверху. — Я не думаю, что вы исправитесь, — сказала она. — Прошло девять лет с тех пор, как мы взяли вас к себе вопреки нашему здравому смыслу. Девять лет, а вы так ничего и не поняли. Очевидно, мы старались недостаточно сильно. Нажимали не на те кнопки. — Однако есть другой способ преподать вам урок... способ, который может помочь этому наконец дойти до твоей тупой башки: у действий есть последствия, — сказал дядя Вернон, протягивая руку, чтобы схватить Гарри за плечо. Мальчик поморщился, ожидая какой-то новой формы пытки или боли. Может быть, они попытаются заклеймить его. Однажды он видел статью о клеймении скота, а это, по сути, было всем, чем они с Роуз являлись для этих людей. Это будет больно, но он выживет, и он сможет достаточно сильно отвлекать дядю Вернона, как только тот возьмет кочергу, чтобы его дядя напрочь забыл о Роуз. Гарри защитит свою сестру, как ему всегда приходилось делать раньше. Роуз заботилась о том, чтобы слова тёти Петуньи были направлены на неё, а Гарри заботился о том, чтобы побои дяди Вернона были направлены на него. Они выживут, как и всегда. Следующее, что Гарри осознал — он летел через всю комнату и врезался в стену возле кухни. В воздухе раздался хруст, и боль пронзила его левую лопатку. Его рука безжизненно повисла, а комната на мгновение поплыла перед глазами. Слегка повернув голову, Гарри округлил глаза, когда увидел, как дядя Вернон сжал одну свою мясистую лапу вокруг руки Роуз и рванул её к лестнице. — Маленькие сучки вроде тебя годны только для одного. Может, это заставит тебя узнать своё место! Красная пелена опустилась на зрение Гарри. Какая-то отстранённая его часть изумилась этому, так как он всегда считал это лишь витиеватым приукрашиванием со стороны авторов, однако здесь всё происходило на самом деле. Большая же часть сознания Гарри была полностью сосредоточена на Верноне — этот человек больше не заслуживал звания «дяди» — и на Роуз. Петунья просто пожала плечами с легкой ухмылкой на лице, пока её муж тащил кричащую, плачущую сестру Гарри на лестницу и по направлению к верхнему этажу. К своей спальне. Гарри взревел и оттолкнулся от стены. Игнорируя боль в плече, он прыгнул на спину Вернона, обхватив руками толстую шею мужчины. Вернон закричал от боли, когда пальцы Гарри впились в жировые складки. Заметавшись из стороны в сторону, его рука отпустила Роуз, и сестра Гарри упала на стену, свернувшись в крошечный комочек с головой между коленей. Гарри не отпускал, пока Вернон тянулся назад, пытаясь ухватиться за оседлавшего его десятилетнего ребёнка. Когда это не удалось, Вернон с размаху врезался спиной в переднюю дверь, выбив воздух из Гарри. Гарри почувствовал, как от удара его руки разжались, и он соскользнул на пол, в то время как Вернон снова покачнулся вперёд и споткнулся на лестнице. Вопя от ярости, крупный морж снова обрел опору под ногами и повернулся к Гарри с дикими и звериными глазами. Гарри всё ещё слышал, как Роуз рыдает, уткнувшись в свои руки, и он зарычал прямо в ответ Вернону. Он оттолкнул от себя что-то, и внезапно Вернон полетел кувырком на полпути вверх по лестнице. Крупный мужчина с хрустом врезался в ступени и покатился обратно вниз на пол. Крик из передней комнаты был первой и единственной реакцией Петуньи с тех пор, как началась эта драма. Вернон застонал от боли, мутно глядя на Гарри. Гарри медленно встал, следя за тем, чтобы его родственники не заметили, что он оберегает травмированное плечо. — Не. Смей. Трогать. Роуз. Мы будем в нашем чулане. Пойдём, Рози. — Гарри аккуратно взял Роуз за руку и помог ей подняться на ноги. Она вцепилась в него как в спасательный круг и последовала за ним, пока он вел их к их комнате. Как только дверь чулана закрылась, Гарри устроился на единственной грязной кровати, и Роуз прыгнула в его объятия, а слёзы лились из её глаз. — Тсс, всё хорошо, Рози. Всё хорошо. Он не причинит тебе вреда. Он никогда не тронет тебя, пока я здесь. — Ничего не хорошо! — сказала Роуз, цепляясь за его футболку и яростно качая головой. — Я даже не знаю, что мы сделали! И ты ранен! Ты всегда получаешь травмы, защищая меня! — Я справлюсь с этим, и ты того стоишь. Я быстро заживаю, помнишь, — сказал Гарри, улыбаясь и потирая её спину. — Через несколько дней буду как новенький, как и всегда. Роуз просто снова покачала головой. — Ты не должен страдать из-за меня. Я должна быть в состоянии защитить себя сама. — Вот для чего нужны старшие братья. Роуз отстранилась и свирепо посмотрела на него. Дорожки от слёз и сопли лишили это выражение лица большей части его силы. — Я старше. — Не-а, мы договорились, что я старше. Ещё тогда, когда я уступил тебе кекс, который мы украли у Дадли два года назад, — сказал Гарри, ухмыляясь. Роуз покачала головой и скрестила руки на груди. — То было тогда, а это сейчас. Я старше, и как старший ребёнок я должна заботиться о тебе. Гарри мудро кивнул. — Ладно, ты можешь быть старше. Но защищать свою сестру — это всё равно обязанность брата. Роуз выглядела готовой поспорить, поэтому Гарри быстро продолжил, пытаясь вместо этого добиться от неё обещания. — Если ты хочешь заботиться обо мне, то я могу это позволить. Ты будешь латать меня после того, как я получу взбучку, и приходить за мной, когда я потеряюсь, и мы сочтёмся. Роуз прищурилась и задумчиво скривила рот, постукивая ногой по матрасу. Наконец она тяжело вздохнула и сказала: — Лааадно. Думаю, мы можем пойти на компромисс. Я обещаю. А теперь дай мне посмотреть на твоё плечо.

***

Гарри проснулся от резкого толчка, тяжело дыша. Его сердце бешено колотилось, и на мгновение он потерял понимание того, где находится. Затем тяжесть на его груди сместилась, и Роуз крепко сжала его талию. — Ложись спать обратно. Тебе это нужно. Гарри глубоко вздохнул и медленно выдохнул. — Чёрт возьми. Чувствую себя так, словно прожил две жизни. Неужели мне придётся заново переживать каждое воспоминание, когда я закрываю глаза, Рози? Её плечи шевельнулись, и она приподняла голову ровно настолько, чтобы поцеловать его в подбородок. — Без понятия. Не думаю. Возможно, какие-то ключевые моменты, пока всё не уляжется обратно на свои места. Что ты вспомнил? — Первый раз, когда Вернон попытался распустить руки, — пробормотал Гарри. Его кулаки сжались в шары, мускулы напряглись, и занавески вокруг кровати мягко затрепетали. Роуз приподнялась и прижалась своими губами к его, требуя его полного внимания. Гарри сопротивлялся лишь мгновение, прежде чем ответить на её ласку. Когда Роуз отстранилась, она встретилась с ним взглядом и выждала, пока он полностью не вернётся к ней. — Гарри, ты спас меня в тот день. Ты спасал меня и во все остальные разы, когда он напивался достаточно сильно, чтобы рискнуть попробовать снова. Ты всегда спасал меня и всегда будешь спасать. — Меня не было рядом десять лет, Рози, — сказал Гарри, и напряжение в его голосе было бы очевидно даже для Джастина, если бы на их занавески не были наложены заглушающие чары. — И я научилась... заботиться о делах, пока тебя не было рядом. — Роуз покачала головой и снова улеглась на него. — Это не твоя вина, что суд прошёл скверно, Гарри. Ты всегда был импульсивным и вспыльчивым. Кое-что о причинах этого я даже узнала благодаря Тонкс. Мы дождёмся Эллу, и я всё объясню. Суть в том, что это не твоя вина, что тебя забрали. В этом виновато Министерство — в особенности Амбридж и Фадж, и мы доберёмся до них до того, как всё это закончится. Ты здесь сейчас. Это всё, что имеет значение. Гарри нахмурился и подвёл руку под подбородок сестры, мягко приподнимая её обратно, чтобы он мог снова заглянуть в её карие глаза. — Пытался ли Вернон сделать что-нибудь в те несколько недель, что ты оставалась с ним перед уходом? Глаза Роуз опустились, и это послужило достаточным ответом, так что Гарри отпустил её подбородок и притянул в сокрушительные объятия. Роуз почти не шевелилась, прижавшись к его груди на протяжении нескольких минут. Наконец тихий голос поплыл вверх. — Он попытался, и я дала отпор. Он был первым человеком, которого я убила. Петунья была второй. Дадли был третьим. Я... я обставила всё как нападение Пожирателей смерти после этого, чтобы прихвостни Дамблдора не сидели у меня на шее. Элла и Тонкс — единственные люди, которые знают. Знали. Дурацкие проблемы с временами из-за путешествий во времени... Гарри поморщился и потянул её вниз ровно настолько, чтобы поцеловать в лоб. — Ты всё сделала правильно, Рози. Ты осталась в безопасности. Они заслужили всё, что бы ты с ними ни сделала. — Мне нравится так думать... — вздохнула Роуз и прижалась ближе. — Ты спрашивал ранее о нашем обучении? Я могу научить тебя кое-чему из того, что придумала Элла, хотя для большей части этого она подошла бы лучше. Официально я закончила пятый курс и имею семь С.О.В., хотя по-настоящему преуспела только в Защите, Рунах и Травологии. Элла официально закончила четыре курса в школе с последующим официальным годом самообразования и имеет восемь С.О.В. Лучше всего у неё шли Нумерология, Заклинания и Прорицания. Мы нахватались кое-чего, пока искали тебя, но большая часть наших знаний за пределами этой точки в лучшем случае отрывочна... Мне жаль, что мы не являемся полными крутышами, несмотря на дополнительное время. Мы просто стали действительно хороши в нескольких более базовых заклинаниях, которые ты знаешь, понимаешь? — Качество важнее количества, — сказал Гарри, пожав плечами. — По крайней мере, ты не будешь полностью скучать, если в этот раз мы останемся вплоть до Ж.А.Б.А. К тому же, — он ухмыльнулся ей, — у тебя есть я для силовых приёмов. — Ха-ха, — Роуз улыбнулась, закатила глаза и шутливо щелкнула пальцем по его лбу. — У грубой силы есть своё место, признаю. Это облегчит получение дурацкого кольца. Когда ты можешь просто уничтожать защитные чары, полностью подавляя их своей мощью, это заставляет разрушение проклятий казаться плёвым делом. Гарри нахмурился, глядя на всё это. — Я просто притворюсь, будто помню какое-то кольцо. Роуз покачала головой. — Это разговор не на сегодняшнюю ночь. Мы будем говорить об этом только тогда, когда Элла будет рядом. Твоя Окклюменция вернулась, к слову? — Да, — сказал Гарри, кивнув. — Я помню достаточно, чтобы быть в состоянии вышвырнуть кого угодно, кроме тебя, даже не особо стараясь. — Забавно, как взросление с колоссальными проблемами с доверием делает это конкретное искусство разума таким занимательным, да? — сухо прокомментировала Роуз. Гарри лишь рассмеялся в знак согласия, после чего последовал затяжной зевок. — Ладно, мистер. Живо спать обратно. Гарри лениво отдал ей честь и снова обвил её рукой, устраиваясь поудобнее. — Я люблю тебя, Роуз. — Тоже люблю тебя, Гарри. Спи крепко. Роуз молчала достаточно долго, так что их дыхание замедлилось, а глаза Гарри отяжелели. Прямо перед тем, как он снова отключился, её голос донёсся до него — достаточно тихо, так что он едва сумел её расслышать. — Я пришла за тобой, когда ты потерялся. Как и обещала тогда. Гарри улыбнулся. Она помнила ту ночь точно так же хорошо, как и он сам. — Обещание сдержано. Твоё право быть старшей, Рози.