1. Жёлтая луна.

      

***

      Над топкими землями северо-восточного Гриатоса стояла глухая безветренная ночь с низким небом. Пузыри метана вспучивали чёрную воду, лопались, и сладковатая гниль наползала на кустарник, оседала на перьях цапли, застывшей в мелководье. Цапля не двигалась. Что-то в воде ей не нравилось.       В толще мягкой земли скользил дождевой червь. Дождевому червю было четыре месяца со дня появления на свет. За это время он ни разу не принял своего решения. Кольцевые мышцы сокращались, продольные расслаблялись, гидростатический скелет толкал его вперёд. Сотни ганглиев брюшной цепочки отрабатывали программу, вписанную в тело до рождения.       Он не знал голода. Когда рот наполнялся, глотал. Когда кишечник наполнялся, опорожнял. Земля входила в него почвой и выходила перегноем. Его остановил корень.       Он был чёрным как обсидиан. Чёрным как провал в земле, куда не проникает ни один луч. Мокрая кора в лунном свете отливала серебром и вода, обтекавшая корень по дуге, оставляла сухую кайму. Нематоды разворачивались за два дюйма и разбегались в стороны, поглощая старую грибницу, потерявшую прочность, которая оплетала болото на милю. Гифы висели в пустоте, будто наткнулись на невидимую стену. Древесина перестала быть древесиной, истончилась изнутри, распадалась на уровне, неразличимом для глаза. Червяк держал свой путь прямо, не обращая внимания на окружение. Он вгрызся в уже мягкий корень, почти неотличимый по твёрдости от почвы. Корень раскололся беззвучно. Внутри был пуст как высохшая кость. Трещина побежала вглубь, и то, что лежало в сердцевине, шевельнулось. Волна прошла сквозь всю ########. От #######, где гниют трупы неудачников, до #####, где воздух разрежен настолько, что кровь закипает без #####. Глубины Виридиана содрогнулись. Лаборатории Срединных Земель на секунду потеряли связь с эссенцией. В небесном городе, среди перистых облаков, вздрогнула старейшая женщина с золотистыми глазами. Пальцы её правой руки сжали простыню и разжались. Она не проснулась. Из расколотого корня вышел осколок. Размером с крупинку макового семени. Плотностью с чёрную дыру, сжатую до точки. Он ждал дольше, чем существует болото, дольше, чем люди помнят свои имена. Его ожидание закончилось. Осколок перетек в тело червя. Как ртуть через край сосуда. По закону, забытому всеми, кроме него самого. Сотни сегментов свело судорогой одновременно. Мышцы сократились до предела и замерли. Секунда. Две. Три. Червь висел в почве вытянутой струной. В его брюшной цепочке - трёхстах двадцати ганглиях, которые никогда не обрабатывали ничего сложнее движения и поглощения - раскрылся текст: [ЛЕСТВИЦА БЫТИЯ. СУЩЕСТВО ОПРЕДЕЛЕНО: ДОЖДЕВОЙ ЧЕРВЬ. СТУПЕНЬ: ЗЕРНО. ГРАНЬ: 0.001.] [АНОМАЛИЯ ОБНАРУЖЕНА. ВКЛЮЧЁН ФРАГМЕНТ ДРЕВНЕГО. КЛАСС ###] Червь не понимал слов, но впервые ощутил нечто особенное. Судорога отпустила, но тело всё ещё ощущало небольшую дрожь. Казалось, что земля вокруг изменилась, но изменился только он. Он отчётливо ощущал давление почвы, считывал окружающие запахи и окружающую среду. Приоткрылась щель между миром и его восприятием и тут же схлопнулась. Он не знал, как её удержать.       Над болотом низко висела жёлтая луна. Её свет пробивал воду в прогалинах, ложился на ряску бледным золотом. Тени кипарисов лежали поперёк заводей чёрными полосами. В одной из заводей что-то всплыло, это было брюхо мёртвого сома, вздутое и белёсое, покрутилось на месте и ушло на дно.       Луна видела это болото морем, святилище на сваях, которое построили первые цивилизации. Грубый камень ушёл в торф через три поколения, святилище сменилось храмом, храм стал руинами. Руины стали ничем. Луна видела, как миры умирают и рождаются новые. Но червя, с осколком внутри. Червя, который впервые в истории своего вида почувствовал, что он жив, - такого она не видела никогда. Червь не смотрел на луну. У него не было глаз. Он чувствовал её давлением в ганглиях - смутным притяжением, от которого хотелось ползти вверх. Выше, к поверхности, к воздуху, к растительности.       Он не знал, что корень кто-то посадил. Чужие руки опустили его в землю - руки, не принадлежащие ни одному существу этого мира. Трещину в древесине кто-то проделал заранее и чья-то воля направила червя именно сюда. Червь не имел ни выбора, ни сознания. Но вселенная направила его предтерменированно, со своими планами на этого червя, который именно в эту ночь, именно под этим корнем впервые станет ближе к чему-то возвышенному, к чему-то, что не положено иметь дождевому червю.       В глубинах Утробы, где эссенция кипит под давлением, ломающим камень в пыль, что-то сдвинулось. На одно деление шкалы, которую некому увидеть. Баланс, державшийся тысячелетиями, покачнулся и дал жизнь большим изменениям во вселенной. Червь перевернулся на брюхо и сделал первое осознанное движение вперёд. Жёлтая луна опускалась к горизонту, цепляя нижним краем кроны кипарисов. Ей было некуда спешить. Больше глав найдёте в моём tg: https://t.me/xkiron