10. Тот, кого боятся

В этот раз пришла мгновенная боль, тело пульсировало эссенцией. Он буквально стал ярким, как светлячок. Хитин перестраивал свою структуру, вдоль всей поверхности тела, чтобы откликаться на его волю. Боль постепенно уходила, всё происходило слишком быстро, тело увеличивалось в размерах почти до метра, мышечные волокна перестраивались и утолщались, как и толщина, на сантиметр. Также изменился и его цвет, он стал более тёмно-синим. Интеллект также улучшился и он ощутил воздушное ощущение разума. Если сравнивать до и после, то до эволюции он мыслил подавленно и не так бегло, как сейчас. Принимать решения в бою стало принимать намного легче. Ощущение небывалого восторга затмило его разум и он скрутился в пружину, отталкивая себя к берегу, как тёмная молния. В воде хорошо, но на земле лучше. Будто сам бог червей снизошёл до низших существ, он приземлился на влажный мох и сразу же ввинтился в него, чувствуя, как земля принимает его обратно в свои объятия. На суше его окрас работал ещё лучше: среди мха и корней он становился почти невидим, как тень. Он выбрался обратно на поверхность и стал экспериментировать над своими новыми способностями. Он одновременно следил за вибрацией почвы, анализировал запах и планировал свой маршрут, это не вызывало у него напряжения, как раньше. - с таким мощным телом можно творить великие вещи, но... моё тело.. хм. - он ощутил хмурое настроение, понимая, что перестал быть мелочью и новые размеры могут принести проблемы. Хоть муравейник и не был малым, будет намного теснее и пространства для разворота точно будет не хватать. Это всё немного усложняет. Поэтому после муравейника, он вряд ли сможет посвящать время подземным схваткам. Вместе с этим он попытался вызвать хитиновые бугорки. По всей длине тела, от кончика головы до хвоста, проступили ряды тёмных наростов. Это было новое чувство. Очень странное чувство, когда на твоей коже вырывается хитин, в некотором подобии лезвия. В спокойном состоянии они лежали, кажется, плоско и почти не ощущались. Но стоило вознамериться их поднять и они вставали дыбом, нагнетая панику у любой жертвы. Кроме того, можно было менять их форму по своему желанию, но были свои пределы. Он мог сделать их немного длиннее, тупее, острее, но вытянуть на более чем 5мм было сложно. После этого пошли практические испытания. Первым был мох. Он был мягким, поэтому остроту проверить было бы легче именно на нём. Вызвав самое тонкое лезвие, что мог сделать на хвосте, червь направил его на плотно прилегавший к дереву мох. И он прекрасно был рассечён. Даже кора дерева немного была задета, хотя в удар большие усилия не прилагались. Спустя некоторое время. Войдя в азарт, он начал придавать различные формы хитину для каждой части тела. У головы появился рог и небольшие лезвия, как имитация жвал, которые, к сожалению, не двигались, булава на хвосте с микро-шипами и короткие лезвия на средней части тела. Комбинация рождалась одна за другой и находила своё применение на ближайших деревьях и кустарниках. Когда пыль осела, он осмотрел поле своих испытаний. Все ближайшие деревья выглядели так, будто над ними надругались жуки-короеды. Окружающий мох на почве был очень рваный, будто что-то тяжёлое по нему хорошенько прошлось. Короткие ветки выглядели очень разрушенными, а толстые остались без своей коры. Лес выглядел так, будто здесь дрались значимые существа - весьма удручающе. Он вспоминал свои первые дни, направляясь к старому пню, в котором он отдыхал после событий в муравейнике. Когда это было? Червь не мог вспомнить. Он не считал дни. День сейчас или ночь, солнечно или дождливо. Только это имело значение. Старая добрая сороконожка, случись ей пройти прямо сейчас, уже не вызвала бы слепого ужаса. Возможно она бы и не заметила его, а если бы и заметила, то подумала бы дважды, прежде чем с ним связываться. Дойдя до пня, он попытался мысленно активировать вибрационную карту. Это оказалось легче, чем он думал. Нужно было лишь вознамериться активировать навык. Не сложнее, чем движение или дыхание. Вместе с этим он почувствовал нечто новое, опустошение эссенции. Её запасы не были велики и на данном этапе он мог бы активировать это умение несколько раз, возможно, до 5 раз, от чего тот навык "дробное пищеварение" был более ценным, чем он думал в то время. Импульс ушёл в землю мягкой волной и вернулся. На три секунды он увидел всё. Корневая система старого пня, возле которого он находился раскинулась вширь и вглубь сложной паутиной из одеревеневших канатов, оплетавшая валуны и уходящая в водоносный слой. Дождевые черви: глупые, слабые и безымянные, копошились в перегное, не подозревая, что в нескольких метрах от них замерло существо, которое когда-то было одним из них. Жук щелкун спал под трухлявым пнём, втянув лапы. Мышь рыла нору у корней ольхи и её сердцебиение отдавалось в вибрационной картине слабой пульсацией. Он подождал окончание перезарядки и углубился глубже, ближе к туннелям муравейника, дабы активировать свой навык снова. Теперь он должен расходовать оставшиеся использования навыка с умом, по крайней мере до того, пока он не найдёт склад с едой. Он подполз ближе к входу, через который бежал в прошлый раз. Глина здесь была рыхлой, источенной старыми ходами. Он почувствовал запах муравьиных феромонов и кислоты. Значит, он уже очень близко. Выходить в муравьиный туннель было опасной и необоснованной идеей. Поэтому он снова активировал вибрационную карту, направив импульс сквозь пустоты старых туннелей, сквозь стены провизионных камер. Картинка сложилась мгновенно и он едва сдерживался от удивления. Муравейник изменился. https://t.me/xkiron - tg