Часть 7 Тайные шифры

Пока на первом этаже гильдии праздновали грядущее пополнение в семье Грея и Джувии, а на втором этаже Лаксус следил за Каной, за кулисами этого безумного театра разворачивалась ещё одна история. История, которую её участники оберегали с упрямством, достойным истинных магов «Хвоста Феи». Эвергрин сидела на подоконнике в дальнем крыле гильдии, куда почти не долетал грохот кружек. Она лениво поправляла свои очки, глядя в окно на ночную Магнолию. На её коленях лежал веер, но пальцы то и дело нервно постукивали по дереву. — И долго ты собираешься там стоять, громила? — не оборачиваясь, процедила она своим привычным, слегка высокомерным тоном. — Твои шаги слышно ещё от самой стойки Миражанны. Из тени коридора медленно вышел Эльфман. Его огромная фигура едва вписывалась в узкий проход, а на лице застыло непривычно смущённое, даже виноватое выражение. В руках он сжимал небольшую деревянную коробочку, перевязанную грубой бечёвкой. — Эвер... — Эльфман кашлянул в кулак, пытаясь вернуть голосу былую суровость. — Настоящий МУЖИК не прячется в тенях! Я просто... принёс это. Ты просила лекарство для своих глаз, которое Леви выписала из Крокуса. Эвергрин плавно спрыгнула с подоконника. Раскрыв веер, она подошла ближе, окинула парня строгим взглядом с ног до головы, проверяя, не пострадал ли он в сегодняшней потасовке с Нацу, и забрала коробочку. Её пальцы на секунду задержались на его огромной, мозолистой ладони. В ту же секунду весь её напыщенный образ Королевы Фей мгновенно растаял. Она устало вздохнула и прислонилась спиной к его крепкой груди. Эльфман тут же, словно по давно отрепетированному сценарию, аккуратно обнял её со спины, пряча девушку в своих мощных объятиях. Их отношения начались так давно, что они сами уже путались в датах. Всё началось на острове Тенрю, укрепилось за годы испытаний и превратилось во что-то невероятно глубокое. Но в гильдии об этом знали лишь единицы. Эвергрин, как единственная женщина в элитном отряде Громовержцев, до смерти боялась шуточек Каны и подмигиваний Мираджейн. «Если эта барная сплетница Мира пронюхает, она устроит нам пышную свадьбу прямо на столах в тот же день!» — ворчала Эвер. А Эльфман, уважая страхи своей женщины, как настоящий мужик, хранил эту тайну за семью печатями. — Ты сегодня опять полез в самую гущу, — тихо проворчала Эвергрин, закрыв глаза и наслаждаясь его теплом. — Эрза едва не снесла тебе голову своим доспехом. Ты можешь хоть раз побыть аккуратнее? — Настоящий мужик должен прикрывать товарищей! — гордо басовито начал Эльфман, но, поймав её строгий взгляд из-под очков, тут же затих и добавил тише: — Но я следил за тобой. Твои боевые бабочки сегодня были... очень красивыми. Ты ни разу не подпустила к себе этих пьяных идиотов. Эвергрин сыто улыбнулась, слегка повернув голову, и Эльфман бережно, почти невесомо поцеловал её в щеку, аккуратно обходя дужку очков. Опасные свидетели Их тихую идиллию прервал внезапный шорох внизу, у лестницы. Эвергрин мгновенно отпрянула от Эльфмана, взмахнув веером и возвращая на лицо маску холодного безразличия. Эльфман тут же выпрямился, скрестив руки на груди. Из-за угла, пошатываясь и что-то бормоча под нос, вышел Кобра. Бывший член «Орасьон Сейс» утирал нос после драки с Нацу и, кажется, искал, где бы прилечь. Его змеиный слух, способный улавливать даже мысли, сейчас работал на полную мощность. Кобра замер, переведя взгляд с надутого Эльфмана на идеальную Эвергрин. В его глазах промелькнула искра понимания. Его губы растянулись в ехидной, опасной ухмылке. — Надо же... А я-то думал, у кого это в мыслях столько... розовых соплей и сердечек. Оказывается, у нашего сурового громилы и этой дамочки с веером. Эвергрин похолодела. Её глаза за стеклами очков опасно блеснули. — Если ты хоть слово вякнешь в зале, змеёныш... — процедила она, и вокруг неё начали материализоваться светящиеся золотые иглы. — Я превращу тебя в каменную статую для сада Мастера. Эльфман сделал шаг вперед, заслоняя Эвергрин собой, и его рука начала покрываться суровой чешуей кожи зверя. — Настоящий МУЖИК умеет держать язык за зубами, парень! Кобра поднял руки вверх, лениво ухмыляясь и пятясь назад к лестнице. — Эй, расслабьтесь. Мне плевать на ваши шуры-муры. У меня у самого от криков Нацу голова раскалывается, ещё не хватало ваши семейные разборки слушать. Считайте, что я немой. Он развернулся и скрылся в темноте коридора, тихо хихикая про себя. Когда шаги Кобры стихли, Эвергрин с облегчением выдохнула и спрятала веер. Она посмотрела на Эльфмана, который всё ещё стоял в боевой позе, готовый защищать её секрет до последнего вздоха. — Идиот ты, Страус, — ласково сказала она, подходя ближе и поправляя воротник его рубашки. — Но... мой идиот. — Эвер... — Эльфман улыбнулся своей широкой, доброй улыбкой. — Завтра мы пойдём на задание. Только ты и я. Подальше от всех. — Ладно, — согласилась Королева Фей, забирая свою коробочку с лекарством для роз. — Но в зал возвращаемся по отдельности. И не вздумай на меня там смотреть, понял? — Понял, — кивнул Железный Мужик. Они разошлись в разные стороны, скрывая свои чувства за привычными масками. Но тепло этого короткого ночного свидания грело обоих, доказывая, что в «Хвосте Феи» даже самые громкие молнии и самые суровые звери могут находить свой тихий, скрытый от чужих глаз приют.