Свободный день.

Оля. Я проснулась позже обычного и сначала даже не поняла, что именно изменилось. Не было привычного ощущения спешки. Не было голосов за дверью, шагов по коридору, сообщений “через 10 минут съёмка”. Это было почти подозрительно — как тишина, которая слишком долго длится и начинает казаться не нормальной, а искусственной. Я лежала ещё какое-то время, просто глядя в потолок, пока мозг постепенно не собрал картинку дня: свободный день. И от этого почему-то не стало легче. Лена крепко спала, я не стала ее тревожить, самостоятельно встала, умылась, накрасилась, оделась. Сегодня мне хотелось быть красивой. Я одела черное облегающее платье, каблуки, сделала укладку. Мы списались с Катей и решили что пойдем проведем день вместе. Внизу Катя уже ждала меня. Я увидела её ещё издалека — она стояла у входа в отель с кофе, слегка переминаясь с ноги на ногу, как человек, который привык двигаться, а не ждать. Она тоже сегодня выглядела очень свежо, одела юбку длинную, шелковую рубашку и пиджак. — Ты как всегда, — сказала она вместо приветствия. — Я уже успела подумать, что ты решила не приходить. — Я просто долго собиралась, — ответила я с улыбкой. — Ты шикарно выглядишь, это все что я могу сказать, — усмехнулась она. Мы пошли по городу без маршрута. Просто куда ноги ведут. Воздух был прохладный, но не неприятный — такой, который заставляет проснуться окончательно, даже если внутри ты всё ещё где-то между сном и реальностью. Катя говорила много — легко, без пауз, будто заполняла пространство между нами, чтобы там не появилось ничего лишнего. О том, как странно жить в проекте, где тебя постоянно допрашивают . О том, как ей повезло что она в номере с Полей, так как они тоже очень близкие подруги. Я слушала. И это было почти нормально. Почти. Но проблема была не в ней. И даже не в разговоре. Проблема была в том, что в каждом втором молчании у меня появлялась Лена. Не специально. Не как мысль, которую я выбираю. А как автоматическая реакция. Я ловила себя на том, что проверяю телефон. Хотя сообщений не было. Я ловила себя на том, что смотрю на людей вокруг и где-то внутри сравниваю их присутствие с её отсутствием. И это раздражало. — Ты сегодня странная, — сказала Катя, когда мы остановились у кофейни. Я вздохнула. — Просто…Лена. — Что у вас там, — она посмотрела внимательнее. — Расскажи уже, Оль, ты же знаешь я не осуждать тебя тут собралась. Я усмехнулась. — Мы поцеловались, случайно как то, но обе толком не жалеем об этом… — Нихуя себе…Я знала что вы созданы все же друг для друга…Я же говорила что сойдетесь еще, Олечка. Я молчала. Потому что она попала идеально. И в какой-то момент я поняла, что это не просто «ну было и было», я и правда нуждаюсь в ней. У меня просыпается еще и… Ревность. Не громкая. Не агрессивная. Не из серии “почему она не со мной”. А тихая, неприятная, липкая мысль о том, что рядом с ней сейчас кто-то другой — и это почему-то имеет значение. И это было глупо. Но реальнее, чем хотелось бы. Лена. Когда я проснулась Оли не было, но она писала мне в тг что пойдет гулять с Катей. Я успела уже тоже собраться, нормально проснутся. Мне написала Настя, и я согласилась пойти с ней просто потому, что соскучилась, да и оставаться в номере не лучше было бы. Слишком все напоминало о том, о чем я стараюсь не думать. О ней. О этом ебучем проекте где мы просто должны терпеть, все то, что происходит. Мы шли спокойно. Настя говорила много — но не давила. Это была не та речь, которая требует ответа, а та, которая просто создаёт фон, чтобы не оставаться одной в голове. Я иногда отвечала. Иногда просто кивала. Но большую часть времени я слушала не её. А себя. Потому что внутри всё время возвращалось одно и то же. Оля. Я не заметила, в какой момент это перестало быть просто “мы вместе в проекте”. И стало чем-то, что реагирует на её отсутствие. — Вы с ней сейчас как? — спросила Настя вдруг, когда мы шли по тихой улице. Я остановилась буквально на долю секунды. Слишком быстро. Слишком явно. — С кем? — спросила я, хотя ответ уже был понятен. Настя посмотрела прямо. Спокойно. Без давления. — С Олей. И я поняла, что врать не получится. Не потому что нельзя. А потому что не хочется. — Не знаю,но…как будто, все лучше чем могло быть. — сказала я честно. Мы продолжили идти. И Настя не стала добивать вопросами. Но тишина рядом с ней стала другой — безопасной. Такой, где можно не защищаться. И именно в этой тишине я сказала то, что обычно не произносят вслух. — Она сегодня с Катей. Настя ничего не сказала сразу. Просто посмотрела чуть внимательнее. И в этот момент я впервые осознала, как это звучит со стороны. — И тебе это мешает? — спокойно спросила она. Я усмехнулась почти без радости. — Не знаю, может быть. — Лена, — мягко сказала она. — Это ведь ее подруга, я не думаю что между ними вообще может что то быть. И это ведь звучало как правда, хотя бы потому что я и сама понимаю это в глубине души, но мозг отказывается думать в положительную сторону. Мы много говорили с ней об этом. Я даже созналась что был поцелуй, она отреагировала достаточно спокойно, хоть и было вначале удивление. Когда я вернулась в отель, было около 8 вечера. Коридоры были тише, чем днём. И это тишина снова начала давить. Оли еще не было в номере. Я знала что возможно пожалею, но решила написать ей. -«Оль, ты еще с Катей?» -«Дв, я склро бужу в номкре, часик, двп» -«ты пьяная?» -«немрго» -«блять..будь аккуратнее, пожалуйста» -«люблб тебя, не пкреживпй» Меня как молнией ударило. Сказать что я ахуела, это ничего не сказать. Мое волнение за Олю зашкаливало, но я понимала что она с Катей, и та не даст ее в обиду и с ней ничего не случится. Прошел час, мне все это время не давало покоя что Оля пьяная, еще и с Катей…Вроде и плюс, но вроде и минус. Я уже прекрасно понимала что ревную, ревную жутко. Прошло минут 20 как я услышала что открывается дверь, а дальше…