Комната без имени

Хогвартс никогда не спал полностью. Ночью он просто становился честнее. Коридоры теряли дневной уют, факелы горели тусклее, а шаги эхом отдавались так, будто за тобой кто-то шёл. Гермиона ненавидела это ощущение. Особенно сейчас. Она спускалась в подземелья вслед за Малфоем уже десять минут и начинала подозревать, что он делает это специально — выбирает самые тёмные лестницы, самые узкие проходы. — Если ты пытаешься меня убить, — холодно сказала она, — то это очень драматичный способ. — Спасибо. — Это тоже был не комплимент. Он коротко усмехнулся. Эта новая версия Малфоя раздражала её больше старой. Высокомерного Драко было легко ненавидеть. Сломанного — почти невозможно. Они остановились у глухой стены. — Здесь. — Здесь ничего нет. — Именно. Он коснулся палочкой камня. Стена дрогнула. Появилась дверь. Старая. Чёрная. Без ручки. У Гермионы по позвоночнику прошёл холод. — Что это? Малфой помедлил. — Комната, которой не существует на картах Хогвартса. — Очень обнадёживающе. — Здесь хранили воспоминания ещё до создания Омутов памяти. — Это невозможно. Магия памяти… — Старше Министерства, да. Шокирует. Он открыл дверь. Внутри было темно. Тысячи стеклянных сосудов висели в воздухе, словно звёзды. Серебристый свет дрожал под потолком. Некоторые воспоминания пульсировали медленно, почти как сердце. Гермиона замерла. — Боже… — Не трогай ничего, — сразу сказал Малфой. — Я не ребёнок. В этот момент один из флаконов взорвался. Воздух прорезал женский крик. Перед ними вспыхнуло чужое воспоминание: Тёмный коридор. Женщина бежит. За ней — фигура в маске. — Нет, пожалуйста— Заклятие. Зелёная вспышка. Воспоминание исчезло. Гермиона резко вдохнула. — Что это было? — Остаточная магия. — Чья память? Малфой отвёл взгляд. — Моей матери. Тишина ударила сильнее любого ответа. Впервые Гермиона увидела в нём не Малфоя. Просто человека, который тоже не выбрал войну. — Почему ты показываешь мне это? Они сидели на полу между рядами воспоминаний. Где-то сверху капала вода. Малфой крутил в пальцах пустой флакон. — Потому что архив связан с тем, что происходит в школе. — И? — И потому что ты уже влезла слишком глубоко. — Очень информативно. Он раздражённо выдохнул. — Воспоминания можно не только хранить, Грейнджер. Их можно пересаживать. Она нахмурилась. — Что? — Эмоции. Навыки. Страх. Верность. Ненависть. Всё это магия. Гермиона почувствовала, как внутри медленно поднимается ужас. — Кто-то внедряет студентам чужие воспоминания? — Похоже на то. — Зачем? — Не знаю. Но она поняла раньше него. Или раньше призналась себе. — Кто-то пытается создать людей, которые будут помнить войну не своей памятью. Малфой впервые посмотрел на неё с настоящим уважением. — Именно. Когда они уже собирались уходить, Гермиона заметила один сосуд в дальнем углу. Чёрный. Не серебряный. Чёрный. — Что это? Малфой резко встал. — Не трогай. Слишком поздно. Она коснулась стекла. И мир исчез. Холодный мэнор. Крики. Тяжёлое дыхание. Кто-то стоит на коленях. Перед ним — Волдеморт. Но Гермиона смотрит не его глазами. Она смотрит глазами Драко Малфоя. — Ты боишься меня? — шипит Тёмный Лорд. И юный голос отвечает: — Нет. Ложь. Абсолютная. Ужасная. Гермиону вышвырнуло обратно так резко, что она упала на пол. Малфой схватил её за плечи. — Ты в порядке? Она смотрела на него так, будто видела впервые. Потому что чувствовала. Весь тот страх. Всю ту боль. Всю беспомощность. И теперь не могла делать вид, будто не понимает его.