Часть 86 тур

Глава 86 Начало тура Подготовка к туру заняла почти два месяца. Именно тогда Мирослава впервые поняла, насколько дорогим удовольствием является популярность. Очень дорогим. После фестиваля организаторы тура перевели огромную сумму. Настолько огромную, что Рада несколько минут просто смотрела на цифры. Потом ещё несколько минут. И ещё. — Это настоящие деньги? Спросила она. — Да. Ответила Анна. — Все эти деньги? — Да. — За песни? — Да. Рада медленно села. — Люди очень странные. На следующий день Мирослава спокойно передала все документы Анне. — Держи. Анна подняла голову. — Что это? — Деньги от тура. Тишина. Анна не взяла папку сразу. — Мирослава. — Что? — Это очень большая сумма. — Я знаю. На самом деле она прекрасно понимала, насколько большая. Ещё недавно такие цифры казались ей чем-то далёким и почти нереальным. Но сейчас, глядя на Анну, Мирослава думала совсем не о деньгах. Если кто-то и должен был решать, что делать дальше, то именно она. — Ты уверена, что хочешь отдать её мне? Вопрос прозвучал ровно, но Мирослава слишком хорошо знала Анну, чтобы не услышать за ним другое. Не про деньги. Не про документы. Анна смотрела на папку так, словно та весила гораздо больше бумаги и цифр. Слишком много ответственности. Слишком много возможностей ошибиться. И слишком много значило то, что Мирослава даже не пыталась ничего контролировать. — Да. Анна продолжала смотреть на неё. — Почему? Ответ появился сразу. — Потому что я тебе доверяю. На кухне стало тихо. Даже Рада перестала шутить. Потому что прекрасно понимала цену этих слов. Особенно для Анны. На мгновение у той болезненно сжалось сердце. Доверие никогда не давалось ей легко. А чужое доверие всегда казалось чем-то хрупким, что можно случайно разрушить одним неверным решением. Та отвела взгляд первой. Словно принять деньги оказалось проще, чем принять доверие. — Ты понимаешь, что я могу ошибиться? Тихо спросила она. — Да. Мирослава ответила без колебаний. Конечно, может. Любой человек может. Но почему-то мысль об ошибке Анны пугала её гораздо меньше, чем необходимость всё решать самой. — И всё равно? — И всё равно. Анна долго молчала. Внутри было странно тепло и одновременно тревожно. Словно вместе с документами ей в руки отдавали не деньги, а часть чужой жизни. И она не имела права подвести. Потом наконец взяла документы. — Хорошо. И действительно распорядилась деньгами очень по-своему. Себе она оставила только небольшую часть. Ровно столько, сколько было необходимо. Не больше. Всё остальное начало исчезать с пугающей скоростью. На новую аппаратуру. На оборудование для концертов. На команду специалистов. На рекламу. На аренду площадок. На транспорт. На освещение. На декорации. На новые сценические платья. На огромный автобус для команды. На новую машину для поездок между городами. На сотни вещей, о существовании которых Мирослава раньше даже не подозревала. Однажды вечером она увидела очередной отчёт. И удивлённо посмотрела на Анну. — Денег стало меньше. — Потому что я их трачу. — Очень быстро. Анна чуть заметно напряглась. На миг внутри привычно поднялось ожидание упрёка. Слишком много лет она видела, как люди начинают доверять деньгам больше, чем тем, кто рядом. — Если считаешь, что я перегибаю, скажи сейчас. Мирослава моргнула. — Я не это имела в виду. — Обычно именно это имеют в виду, когда говорят про деньги. На несколько секунд повисла тишина. Рада, сидевшая рядом, незаметно перевела взгляд с одной на другую. — Я хочу, чтобы всё было идеально, — уже спокойнее сказала Анна. — И иногда это дорого стоит. Потом Мирослава улыбнулась. Она почти ничего не понимала в этих расходах. Но видела, сколько времени Анна проводит за расчётами, сколько ночей не спит и сколько всего держит в голове одновременно. Этого было достаточно. — Хорошо. Анна замерла. — Ты даже не спросишь подробности? — Нет. — Почему? — Потому что ты лучше меня понимаешь человеческий мир. На этот раз уже Анна не нашла что ответить. Потому что доверие Мирославы иногда пугало её больше любых проблем. И потому что какая-то часть её отчаянно хотела оказаться достойной этого доверия. Тем временем весь дом готовился к туру. Кроме одного человека. Яромира. Потому что Яромир категорически отказался ехать. — Нет. Сказал он. — Почему? Спросила Рада. — Потому что там люди. — Там везде люди. — Именно. Тишина. — Ты просто не хочешь ехать. — Да. — Почему? — Потому что не хочу. Рада прищурилась. — Врёшь. Яромир ничего не ответил. — Ты не людей не любишь, — продолжила она. — Ты не любишь прощаться. На этот раз молчание затянулось. Мирослава отвернулась к окну. Анна опустила взгляд. — Я ни с кем не прощаюсь. Наконец сказал Яромир. — Конечно. Слишком легко согласилась Рада. Именно поэтому он посмотрел на неё так мрачно. Рада посмотрела на Мирославу. Потом на Анну. Потом снова на Яромира. — Самый упрямый сирин в истории. — Спасибо. — Это не комплимент. — Всё равно спасибо. В итоге решение осталось прежним. В тур отправлялись: Мирослава. Анна. Рада. Вся концертная команда. А Яромир оставался на севере. Вместе с Велимирой. Следить за домом. За морем. И делать вид, что его совершенно не волнует, где находится Анна. Получалось плохо. Очень плохо. Особенно когда за день до отъезда он неожиданно появился возле дома ещё до рассвета. И молча сидел на скале несколько часов. Смотря на море. И ни за что не признаваясь самому себе, что дом без некоторых людей уже кажется слишком тихим. А впереди Мирославу ждали тысячи километров дорог. Десятки городов. И первый большой тур по России. Который должен был навсегда изменить её жизнь.