Часть 8. Тадмавриэль.

В грязных простынях, испачканных в каплях крови и рвоты, очнулся эльф. Он замер, с ужасом глядя на окружающую картину. Его губы шевелились, издавая непонятное. Пациент пытался что-то сказать, но выходили только невнятные звуки. Ситуацию заметил самозваный лекарь и сразу же подошёл поближе к нему, садясь на многолетний пол. — Дышите, вдох... выдох, — Лололошка стал показывать на себе, что делать, осознавая его способности. — Всё позади, вы находитесь в центральной лечебнице. Вас вылечили. Эльф попытался встать, но короткая цепь, приковавшая его к койке, натянулась и дёрнула назад. Эграссель покосился на звонкий шум и поежился. — Вы меня понимаете? — медленно, чуть ли не по слогам, спросил первый. Пациент недоуменно, с широко раскрытыми глазами, смотрел на мироходца. — Лололошка, может, он немой? — вдруг спросил Эграссель. — Или болезнь не до конца прошла? — Нет, он здоров, — Ло поднялся и отряхнул колени. — Это из-за того, что он недавно был в состоянии психомоторного возбуждения. Если по простому — припадок. Теперь он в постиктальном (откат после болезни). Самое страшное уже позади. — Я мало что понял, — признался Эграссель. — Но если ты говоришь, что всё в порядке, то я верю. — Вот и хорошо. Ты отлично держишься, Эграсса, — Лололошка запнулся. — Можно тебя так называть? — Да, конечно! А я тогда вас Ло. — Договорились.

***

— Ло, сюда кто-то идёт! — шёпотом сообщил мальчик мироходцу, который пытался взломать замок на цепи. — Эграсса, встань за мной и не высовывайся, пока я не скажу. Маленький эльф послушно замер за спиной полукровки, сжимая край своей рубашки. В коридоре слышались громкие, тяжёлые шаги, которые с каждой секундой становились всё отчётливее. Внезапно они затихли. Массивная дубовая дверь со скрипом приоткрылась. — Папа? — мальчик высунулся, чтобы взглянуть. В проёме показался с виду молодой эльф с красивыми, правильными чертами лица. Но в них чувствовалась какая-то резкость — выражение менялось слишком быстро, по обстоятельствам. Присмотревшись, можно было заметить неприятный холод в глазах. — Эграссель? Что ты тут делаешь? — спросил он, несколько удивлённый. Учёный перевёл взгляд с сына на незнакомца. — Кто это? — Я странствующий лекарь, Лололошка, — мироходец слегка склонил голову. — Приятно познакомиться с вами лицом к лицу. «Так приятно, что аж тошнит». — Так это вы, тот самый бродяга? — Папа! Он же... — мальчик попытался защитить лекаря. — Не нужно, Эграссель, — перебил Тадмавриэль. Мальчик замолчал и опустил голову. «Сам ты никому не нужен». — Да, это я. Видимо, мой маленький друг вам уже всё рассказал. Я могу вылечить вашу жену, так же как и этого эльфа, — междумирец отошёл от койки, открывая вид на здорового пациента. Тадмавриэль быстрым шагом подошёл к выздоровевшему. Он принялся осматривать его небрежно, даже не спросив разрешения. Его брови нахмурились, когда он наконец отстранился от лежащего. — Как вы это сделали? — У меня есть свой метод. — Значит, не скажете. — Отец посмотрел на здорового эльфа. Он знал, что Тейрассе осталось немного. — Когда вы можете приступить к лечению моей жены? — Хоть сейчас, — ответил Ло, заметив взгляд Тадмавриэля. — Что вам за это нужно? — Мешок спарков. Тадмавриэль, даже не удосужившись назвать своё имя, вышел из палаты. — Идите за мной. Я вас проведу. А тебе, Эграссель... спасибо. — Последнее слово ему явно далось с трудом. Маленький эльф, услышав эти слова, сразу засиял от радости. — Не за что! Я рад помочь! Когда Лололошка последовал за ними, то заметил у Отца одну интересную деталь: в его сумке, которую он зачем-то оставил там, выглядывал край шприца, уже заправленного жидкостью. «Тадмавриэль собрался тестировать лекарство на пациентах?! Он реально больной!» Мироходец, окинув сочувствующим взглядом пациентов, покинул палату.