Пролог

Я не владею мультсериалом Дэнни-Фантом

Пролог

Лаборатория Влада Мастерса, обычно наполненная гулом сложного оборудования и тихим шелестом голографических проекций, сегодня была пропитана напряжением. В центре этого вихря эмоций стоял сам Влад, его лицо освещалось холодным светом мониторов, а в глазах читалось нетерпение. Перед ним, паря в воздухе, мерцала голограмма Мэдди Фэнтон, её обычно добродушное лицо сейчас было омрачено тревогой. "И так, каков результат клонирования?" – голос Влада был низким, с едва уловимой дрожью, выдававшей его нетерпение. Он ждал этого момента месяцами, вкладывая в него все свои ресурсы и амбиции. Идеальный сын, продолжение его рода, воплощение его гения – все это должно было родиться из этого дерзкого эксперимента. Голографическая Мэдди вздохнула, её образ слегка подрагивал. "Господин Мастерс, клонирование… не удалось. Произошла ошибка." Влад замер. Слово "ошибка" звучало как приговор. Его кулак, сжатый до побелевших костяшек, медленно опустился на полированную поверхность стола. Звук удара эхом разнесся по просторной лаборатории, нарушая стерильную тишину. "Ошибка?" – повторил он, его голос стал ледяным, словно осколок льда, упавший в кипящую воду. "Что это значит, Мэдди? Что за ошибка?" Он чувствовал, как внутри него поднимается волна гнева, готовая смести все на своем пути. "Технически, господин, это не совсем ошибка в привычном понимании," – начала Мэдди, подбирая слова с осторожностью хирурга, готовящегося к сложному разрезу. "Процесс клонирования был запущен с использованием генетического материала Дэниеля Фентона. Все параметры были выверены до мельчайших деталей. Однако… в процессе формирования эмбриона произошла непредвиденная мутация." Влад впился взглядом в мерцающий образ. "Мутация? Но как? Мой идеалный сын должен быть точной копией Дэнни. Я вложил в это столько сил, столько расчетов!" Его голос сорвался на крик. Он видел в этом не просто неудачу, а личное оскорбление, вызов его всемогуществу. "Да, господин," – продолжила Мэдди, её голос звучал почти жалко. "Но из-за этой… аномалии, вместо ожидаемого мальчика, появилась маленькая девочка. И, что самое поразительное, она унаследовала не только внешние черты Дэнни, но и его… способности." Влад отшатнулся, словно его ударили. Девочка? Способности Дэнни Фантома? Это было немыслимо. Он хотел сына, наследника, который бы продолжил его дело, а не… это. Он хотел идеального, контролируемого продолжения себя, а получил непредсказуемую, чужую сущность. "Девочка?" – прошептал он, его голос был полон недоверия и отвращения. "Ты хочешь сказать, что я потратил месяцы, все свои ресурсы, на создание… дочери-призрака?" "Господин, это девочка, биологическая дочь Дэниеля Фентона или Фантома," – уточнила голограмма, её образ стал чуть более четким, словно она пыталась донести до него очевидное. "Генетический материал был идентичен, но в процессе развития произошла… трансформация. Она не является точной копией, но обладает теми же уникальными свойствами." Влад закрыл глаза, пытаясь унять дрожь в руках. Его гениальный план рушился на глазах, превращаясь в нечто совершенно иное, нечто, что он не мог контролировать. Он хотел продолжить свой род, усилить свою власть, а получил… непредсказуемость. "Способности?" – его голос снова стал ледяным, но теперь в нем звучала нотка страха. "Какие способности?" "Те же, что и у Дэниеля, господин," – ответила Мэдди, её образ стал более прозрачным, словно она готовилась исчезнуть. "Способность к полету, к трансформации в призрачную форму, к управлению энергией. Она… она – Фантом, но в женском обличье." Влад открыл глаза. Его взгляд упал на другой конец лаборатории, где под прозрачным куполом, в колыбели, окруженной мерцающими датчиками, спала маленькая девочка. Ее черты были нежными, но в них угадывалось что-то знакомое, что-то от Дэнни. Влад подошел к куполу, его шаги были тяжелыми и неуверенными. Он смотрел на спящую девочку, и в его глазах боролись гнев, разочарование. И он решил трансформировался взял листок и ручку. «Тебя зовут Элли. Придет время и ты может быть всё поймёшь кто твои родители и не когда не кому не доверяй.» Влад подхватил спящую девочку завернул её в одеяло и сунул лист к ней в одеялко. Стал невинемым и неосязаймым пролетел сквозь потолок своего особнека в Висконсине и полетел к ближайшему дому малютки. Он постучал в дверь. Громкий, требовательный стук разорвал ночную тишину. Влад заставил свёрток с девочкой материализоваться на холодном бетонном крыльце прямо перед дверью. Рядом он положил сложенный вчетверо листок бумаги — единственное, что связывало её с её происхождением. Он не стал ждать. Как только раздались торопливые шаги с той стороны, он отпрянул, сливаясь с мраком. Он видел, как дверь приоткрылась, и на пороге появилась заспанная женщина в халате. Она испуганно огляделась, но, заметив лишь свёрток, ахнула и быстро занесла его внутрь. Влад не стал смотреть дальше. Он развернулся и взмыл в ночное небо, прочь от этого места. Внутри него была пустота. Гнев и разочарование никуда не делись, но к ним примешивалось новое, незнакомое чувство — укол чего-то похожего на сожаление. Он создал жизнь, но отверг её, потому что она не вписалась в его идеальный план. Он хотел сына-наследника, а оставил в этом холодном мире дочь-призрака с запиской-предупреждением. «Элли», — мысленно повторил он имя, которое только что дал ей. Это было всё, что она от него получит. Полет обратно в лабораторию был молчаливым. Он прошёл сквозь потолок и вновь обрёл физическую форму. Мэдди уже ждала его. — Дело сделано? — спросила голограмма. — Да, — отрезал Влад, не глядя на неё. Он подошёл к своему столу и тяжело опустился в кресло. Его взгляд был устремлён в пустоту. В это же время в Амити-Парк Дэнни-Фантом или как его общество окрестила «Враг общества 1» сражался с правительственной организацией «Парни в белом » и Фентонами. Дэнни завис в воздухе, тяжело дыша. Холодный ночной ветер трепал его белые волосы, но не мог остудить жар от постоянных энергетических атак. Он смотрел на город внизу — на мирную жизнь, которая для него была навсегда закрыта. Иногда он отчаянно хотел быть обычным четырнадцатилетним парнем. Просто ходить в школу, волноваться из-за контрольных по тригонометрии, а не из-за того, что твои собственные родители пытаются тебя дезинтегрировать. Мечтать о свиданиях и переживать из-за прыщей, а не из-за того, что весь город считает тебя монстром. Но судьба, похоже, просто ненавидела его. Сначала эта дурацкая авария с порталом, превратившая его жизнь в бесконечный кошмар. А потом... предательство друзей. Единственный свет в его тёмном мире погас после случая с его двадцатилетней версией из будущего. Тот Дэнни был сломлен, ожесточён и чуть не убил их всех. И хотяон, нынешний Дэнни, остановил свою будущую тень, Сем и Такер так и не смогли забыть тот ужас. «Мы обычные люди, Дэн»,— сказал тогда Сэм, отводя взгляд. Её голос дрожал, но был полон решимости.«Я не хочу каждый день просыпаться с мыслью, что это последний. Мы не можем рисковать». Такер лишь молча кивнул, соглашаясь. Они сказали, что не хотят погибнуть раньше времени. Что им нужна нормальная жизнь. Их пути разошлись. Без криков, без скандалов — просто тихо и болезненно. Осталась лишь пустота. А Джесс... сестра вообще ничего не знала. Она жила своей жизнью, понятия не имея, что её младший брат каждую ночь рискует собой, чтобы защитить её и весь город от призраков. Влад Мастерс позаботился об этом, стерев ей память. Иногда Дэнни думал, что так даже лучше. Пусть она помнит его нормальным братом, а не уродом, за которым охотится половина мира. Он встряхнулся, прогоняя мрачные мысли. Внизу снова загудели сирены фургона Фентона. Отдых окончен. «Парни в белом» перегруппировывались. Дэнни сжал кулаки, и вокруг них вспыхнуло зелёное пламя. Он один против всего мира. У него нет права на слабость. — Ладно, ребята, — прошептал он сквозь зубы, глядя на приближающиеся огни. — Давайте ещё раз. Он рванул вниз, навстречу новой схватке, растворяясь в темноте ночного неба. Пикируя вниз, Дэнни принял решение. Он устал быть мишенью в центре этого бесконечного цирка. «Парни в белом» и Фентоны хотели зрелища? Они его получат. Вместо того чтобы встретить их лоб в лоб на открытой улице, он метнулся к крыше старой пиццерии«Нерон», где всё ещё стоял старый рекламный щит с неоновой вывеской. Это было идеальное место для засады. Фургон«Фентон-экстерминейтор»с рёвом завернул за угол, освещая улицу прожекторами. Джек был за рулём, выкрикивая боевые лозунги, а Мэдди уже целилась из плазменной пушки. За ними ровным строем двигались бойцы«Парней в белом», готовые применить любое оружие из своего арсенала. Дэнни ждал до последнего момента, слившись с тенью от вентиляционной шахты. Когда они оказались прямо под ним, он атаковал. Он спрыгнул с крыши, но не на врагов, а позади них. Резкий хлопок — и он выпустил мощную звуковую волну«Призрачный вопль». Она ударила по асфальту, поднимая огромное облако пыли и щебня, которое полностью скрыло его от преследователей. — Он там! В облаке! — проревел Джек. Прежде чем кто-либо успел среагировать, Дэнни возник прямо перед фургоном. Его глаза горели яростью. — ХВАТИТ! — крикнул он, вкладывая в голос всю свою силу. Новая звуковая волна ударила в капот машины, заставив её заглохнуть и откатиться назад на несколько метров. Воспользовавшись секундным замешательством, он создал трёх своих двойников. Один остался отвлекать внимание, издавая боевой клич, а два других вместе с настоящим Дэнни разлетелись в разные стороны, осыпая противников залпами эктоплазмы низкого заряда — достаточно болезненно, чтобы сбить прицел, но не смертельно. Это была не битва, а бегство. Но это было умное бегство. Он летел низко над крышами жилых домов, петляя между дымоходами и спутниковыми тарелками. Но он не заметил другой фургон парней в белом из из него высунолся агент и выстрелил в Дении из экто-пушки и попал ему прямо в живот и Фантом упал в низ и потерял сознание. Удар был подобен столкновению с грузовиком. Зелёный луч из эктопушки агента «Парней в белом» не просто отбросил его назад — он прожёг дыру прямо сквозь призрачную плоть, вызвав ослепительную вспышку боли и заставив выплеснуться на асфальт лужу светящейся эктоплазмы. Дэнни не успел даже вскрикнуть. Его полёт превратился в неконтролируемое падение. Он рухнул на крышу старого двухэтажного здания, пробив шифер и деревянные перекрытия, и покатился вниз, пока не замер бесформенной кучей на полу пыльного чердака. Мир вокруг потускнел до серых сумерек. Боль была всепоглощающей, пульсирующей в такт с каждым ударом сердца. Он попытался поднять голову, но сил не было. Даже призрачный огонёк в его груди горел тускло и неровно. Снаружи раздался победный рёв Джека Фентона: — Попали! Я видел, как он упал! — Джек, осторожнее! Это может быть ловушка! — голос Мэдди звучал напряжённо, но в нём слышались нотки триумфа. Тяжёлые шаги загрохотали по крыше прямо над головой Дэнни. В потолке появились трещины, и через них посыпалась пыль, оседая на его безвольном теле. Ещё мгновение — и они проломят потолок и увидят его. Собрав последние крохи сил, Дэнни активировал свою самую базовую способность. Его тело начало медленно погружаться в пол, становясь нематериальным. Он проваливался сквозь гнилые доски и слой утеплителя, уходя всё ниже, в темноту жилого этажа под чердаком. Эктоплазма, сочившаяся из раны, оставляла на полу светящийся след. Он слышал голоса сверху, искажённые и гулкие. — Здесь дыра! — Спускаемся! Он не мог уйти далеко! Дэнни продолжал падать сквозь перекрытие, пока его ноги не коснулись твёрдой поверхности пола второго этажа. Дом был пуст, выставлен на продажу, что и спасло его от случайных жертв при обстреле. Шатаясь, он сделал несколько шагов к стене и опёрся о неё, оставляя на выцветших обоях зелёный отпечаток ладони. Рана на животе медленно затягивалась, но боль оставалась. Нужно было убираться отсюда. Прямо сейчас. Сквозь стену он прошёл в соседнюю комнату, затем ещё в одну, пока не оказался у фасадной стены дома, выходящей на задний двор. Собрав волю в кулак, он оттолкнулся от пола и взлетел, но тут же рухнул обратно, пролетев всего пару метров. Полёт отнимал слишком много энергии. И этот дом окружили агенты Он не мог болше сопротивляться он прикрыл глаза всего на минуту но внезапно перед ним показались агенты GIW. Они все держали оружие на готове а один из них быстрыми движениями подошёл к Дэнни и надел на него ошейних специально разработвный Фентонами для подавление призрачных сил и энергии. Дэнни распахнул глаза и закричал он нивыносимой боли. Крик Дэнни оборвался так же внезапно, как и начался. Он обмяк в руках агентов, его тело сотрясала крупная дрожь. Зелёное свечение в его глазах полностью погасло, сменившись тусклым, почти человеческим взглядом, полным боли и отчаяния. Один из агентов, старший по званию, с холодным удовлетворением осмотрел пленника. На его лице не было ни тени сочувствия, лишь профессиональная оценка выполненной работы. — Отличная работа, — сухо произнёс он в коммуникатор. — Объект «Призрак» нейтрализован. Повторяю: цель захвачена. Подавитель энергии активен. Готовьте камеру содержания к транспортировке. Двое других агентов подхватили безвольное тело подростка под руки. Ноги Дэнни волочились по земле, оставляя на пыльном асфальте влажный след от сочащейся эктоплазмы. Его голова безвольно упала на грудь. Он был в сознании, но каждое движение отдавалось новой вспышкой агонии. Ошейник продолжал свою работу, высасывая из него последние крохи силы, не давая ране затянуться и вызывая постоянную, выматывающую боль во всём теле. Его бесцеремонно запихнули в бронированный фургонGIW. Внутри пахло озоном, металлом и стерильной чистотой. В центре кузова стояла специальная камера из сверхпрочного полимера и титана, похожая на гроб с прозрачным верхом. Стенки камеры были усеяны теми же фиолетовыми кристаллами, что и ошейник. Агенты бросили Дэнни внутрь. Он упал на твёрдое дно, ударившись плечом, и остался лежать неподвижной грудой. Один из них нажал кнопку на пульте, и крышка камеры с шипением герметично закрылась, отрезая его от внешнего мира. Фургон тронулся с места. Дэнни лежал на спине, глядя в потолок своей прозрачной тюрьмы. Боль была повсюду. Она пульсировала в каждой клетке его тела, заглушая все остальные чувства. Он слышал гул двигателя, чувствовал вибрацию пола, но не мог пошевелиться. Впервые за всё время он был абсолютно беспомощен. Не просто ранен или устал, а лишён самой своей сути. Он попытался призвать хотя бы искру своей силы, чтобы создать фантомный плащ или стать невидимым, но наткнулся на глухую, непроницаемую стену. Пустота. Он был наполовину призраком в мире, который его ненавидел, и теперь даже эта половина была заперта и подавлена. Машина ехала долго, увозя его прочь от Амити-Парка, от его дома, от всего, что он знал. Наконец, она остановилась. Дэнни услышал звук открывающихся тяжёлых ворот, затем ещё одну поездку, на этот раз вниз, словно они спускались на лифте или по пандусу глубоко под землю. Когда двери фургона открылись, его камеру выкатили наружу. Над ним проплыл стерильно-белый потолок правительственной лаборатории. Яркий свет люминесцентных ламп слепил глаза. Его провезли по длинному коридору мимо десятков дверей с кодовыми замками, пока не доставили в огромное помещение, напоминающее одновременно научный центр и тюрьму строгого режима. Вокруг суетились люди в белых халатах и военной форме. Кто-то делал пометки в планшете, кто-то настраивал гудящие приборы. Камеру с Дэнни установили в центре комнаты на специальный постамент. К нему тут же подключили десятки проводов и датчиков. Сквозь мутное стекло он видел, как к камере подошёл человек в идеально выглаженном костюме, совершенно неуместном в этой обстановке. Он наклонился и посмотрел на Дэнни с холодным научным любопытством, как энтомолог смотрит на редкого жука, насаженного на булавку. Человек слегка улыбнулся, но в его глазах не было тепла. — Добро пожаловать, мистер Фантом, — сказал он, и его голос, усиленный динамиком, прозвучал чётко и властно. — Мы давно ждали нашей встречи. У нас будет очень много времени... для исследований. Дни слились в один бесконечный, мучительный кошмар. Для Дэнни не существовало ни дня, ни ночи. Время измерялось лишь приходом людей в белых халатах и уколами, от которых всё тело сковывало судорогами. Его камера стала центром огромной лаборатории. К его телу были подключены десятки датчиков, отслеживающих каждый удар сердца, каждую вспышку призрачной энергии, которую ошейник безжалостно вытягивал из него. Его кровь, его эктоплазма — всё было подвергнуто анализу. УчёныеGIWпрепарировали его способности с холодным, клиническим интересом. Они пропускали через него ток разной частоты, чтобы измерить сопротивление его гибридной физиологии. Они погружали его в камеры с изменяющимся давлением и температурой. Они изучали его способность к регенерации, нанося контролируемые раны и наблюдая, как они заживают под действием зелёной энергии. Боль была их главным инструментом, а он — их главным открытием. И открытия последовали. Эктоплазма, будучи идеальным катализатором и источником чистой энергии, при правильной обработке позволяла манипулировать клеточной структурой живых организмов. Опыты на образцах тканей показали невероятные результаты. Раковую опухоль, помещённую в концентрированное поле стабилизированной эктоплазмы, удалось полностью обратить вспять за несколько часов. Повреждённые нейроны восстанавливались, генетические дефекты корректировались. Это был прорыв, способный изменить ход человеческой истории. Лекарство от всех болезней оказалось заперто внутри полумёртвого подростка. Человек в костюме, которого все называли «Директор», лично курировал эти исследования. Когда ему принесли окончательный отчёт, он долго молча смотрел на данные, а затем перевёл взгляд на прозрачную камеру, где лежал обессиленный Дэнни. — Он исчерпан, — произнёс Директор, обращаясь к главному учёному. Тот кивнул, поправляя очки. — Да, сэр. Его энергетический резервуар практически пуст. Мы выкачали около 98% его потенциала. Дальнейшие эксперименты приведут к необратимому повреждению источника его сил или... к летальному исходу. Он больше не представляет ценности как постоянный испытуемый. Директор задумчиво постучал пальцами по стеклу. Взгляд Дэнни, тусклый и безразличный, скользнул по нему, но не задержался. В нём не осталось ни страха, ни гнева. Только пустота. — Но он представляет ценность как ресурс, — заключил Директор. — Заморозьте его. В криогенной камере его силы будут находиться в состоянии стазиса, не рассеиваясь. Мы сможем извлекать его энергию дозированно, десятилетиями. Он станет нашим вечным источником. Решение было принято незамедлительно. Камеру Дэнни отсоединили от проводов и покатили по длинным коридорам в другой сектор комплекса. Комната, в которую его привезли, была огромной и холодной. Её стены покрывал толстый слой инея. В центре стоял гигантский металлический цилиндр — высокотехнологичная капсула для анабиоза. Агенты открыли крышку его тюрьмы и грубо вытащили его наружу. Ноги Дэнни подкосились, и он упал бы, если бы его не держали. Он был слабее младенца. Его подвели к капсуле, внутренняя поверхность которой была усеяна теми же фиолетовыми кристаллами, что и ошейник. Внутри уже клубился жидкий азот. Дэнни бросил последний, затуманенный болью взгляд на мир. Не на стерильную лабораторию, а куда-то сквозь неё, словно надеясь увидеть ночное небо Амити-Парка. Затем его подняли и бесцеремонно бросили внутрь капсулы. Холод был мгновенным и всепроникающим, но это было даже приятно после постоянной жгучей боли от ошейника. Боль уходила, сменяясь ледяным оцепенением. Крышка капсулы начала закрываться, отрезая от него звуки и свет. Последнее, что он услышал, был механический гул герметизирующихся замков. Последним ощущением стал абсолютный, всепоглощающий холод. А затем наступила тьма. Тьма и тишина, которые должны были продлиться целую вечность. Он был жив, но похоронен заживо в ледяной гробнице глубоко под землёй, став не более чем батарейкой для самых тёмных амбиций человечества. Пролог окончен длинноватый получился но это только начало. Да знаю я зло во плоти но обещаю дальше будет только интересней.