Глава 8. Визит аврора

Запах гари и раскалённого мрамора выветривался из залов Мэнора медленно, уступая место привычной сырости и аромату старых книг. Но в воздухе всё ещё висело электричество — остаточное явление от вчерашней вспышки их союза.  Гермиона сидела за небольшим круглым столиком у окна в своих покоях, перелистывая пожелтевшие страницы дневника Элеоноры. Её пальцы слегка подрагивали, а серебряный дракон на плече то и дело пульсировал мягким теплом. С каждым часом она всё отчетливее понимала: их связь с Драко менялась. Она перестала быть просто каналом для откачки лишней энергии; теперь это был сложный, живой организм, который требовал внимания, контроля и... взаимности. Дверь спальни тихо скрипнула. Драко вошел, не стучась — после вчерашнего концепция личного пространства между ними окончательно стёрлась. Он был одет в простую чёрную рубашку с расстёгнутым воротом, рукава были закатаны до локтей, обнажая бледные предплечья с тонкими полосами серебристой чешуи, которая теперь появлялась и исчезала по его воле. — Люциус заперся в своём кабинете, — сообщил Драко, подходя к ней со спины и опуская ладони на её шею. Его пальцы мягко размяли напряжённые мышцы. — Зализывает раны. Вчерашний провал сильно ударил по его авторитету в Визенгамоте. Он думал, что держит все нити, а в итоге остался ни с чем. — Он не успокоится, Драко, — Гермиона откинула голову назад, опираясь на его грудь и подставляя шею под его прикосновения. — Твой отец слишком долго строил эту схему, чтобы просто сдаться. Он найдет другую лазейку. — Пусть ищет, — Драко наклонился и коснулся губами чувствительной точки за её ухом, заставив её сладко вздрогнуть. — Теперь, когда ты контролируешь зверя, у него нет рычагов давления. Мы — законные Хранитель и Страж. Министерство узаконило этот статус. — И всё же... — Гермиона не успела договорить.  Внизу, в главном холле Мэнора, раздался глухой, вибрирующий гул — так срабатывала защитная магия камина при прибытии высокопоставленных гостей через каминную сеть.  Через секунду в их связь ворвалась волна тревоги. Драко мгновенно напрягся, его пальцы на её плечах сжались сильнее, а зрачки сузились.  — Кто это? — спросила она, поднимаясь со стула. — Тот, кого я меньше всего хотел бы видеть в этом доме, — процедил Драко, и его голос снова приобрёл ту самую опасную, рокочущую хрипоту. — Поттер.

***

Гарри Поттер стоял посреди Белого зала, и его облик кричал о том, что война для него так и не закончилась. Тяжёлый кожаный плащ аврора был покрыт грязью и копотью, лицо осунулось, а в зелёных глазах под стёклами круглых очков застыла суровая, непреклонная решимость. За его спиной стояли четверо вооруженных оперативников из штурмового отряда Аврората. Когда Драко и Гермиона спустились по парадной лестнице, Гарри сделал шаг вперед, его рука автоматически легла на рукоять палочки. — Гермиона, — его голос сорвался, в нём смешались облегчение и глубокая, затаённая боль. — Мерлин, ты жива.  — Гарри? — Гермиона ускорила шаг, но Драко резко перехватил её за локоть, удерживая рядом с собой.  Этот жест не укрылся от взгляда Поттера. Его лицо потемнело. — Малфой, убери от неё свои руки, — ледяным тоном произнес Гарри, и его палочка скользнула в ладонь. — Я пришел забрать её. У меня есть ордер Визенгамота на расследование условий содержания Жертвы. Мы получили сведения, что ритуал был проведен с нарушениями и насилием. — Насилия? — Драко издал издевательский, хриплый смешок, делая шаг вперед и заслоняя Гермиону своим телом. Его магия начала закручиваться вокруг них серебряным вихрем. — Ты опоздал, Поттер. Примерно на три года. Твоё Министерство само приползло на коленях. И она согласилась. Добровольно. — Я знаю, как вы умеете заставлять, — Гарри не отводил глаз от Гермионы. — Гермиона, посмотри на меня. Скажи, что он врёт. Мы снимем эти проклятые оковы. Я заберу тебя отсюда. Аврорат защитит тебя, плевать на барьер, мы найдем другой способ! — Другого способа нет, Гарри, — тихо, но твёрдо произнесла Гермиона, выходя из-за спины Драко.  Она видела, как её другу больно, как он разрывается между долгом и преданностью ей. Но она также видела, как реагирует Драко. Его челюсти были сжаты до предела, а под кожей на шее уже проступали серебряные чешуйки. Дракон внутри него ненавидел Поттера, видел в нём угрозу своей территории и своей паре. — Гермиона, твоё плечо... — Гарри замер, глядя на вырез её платья, где сквозь тонкую ткань слабо светилась серебряная Метка. — Он... он заклеймил тебя? Как животное? Этот ублюдок... Гарри вскинул палочку, направляя её прямо в грудь Драко. — Экспеллиармус! Драко даже не шевельнулся. Из его тела вырвался купол чистого серебряного пламени, который просто поглотил заклинание Поттера, развеяв его искрами. Но это нападение активировало защитные инстинкты Стража. Драко издал глухой рык, его глаза полностью залило серебром, а за спиной развернулись огромные, призрачные крылья. Он рванулся вперед с невероятной, нечеловеческой скоростью. — Драко, нет! — закричала Гермиона. Она бросилась между ними, раскинув руки. Драко затормозил в дециметре от неё, его когтистые пальцы замерли над её лицом, а горячее, пахнущее озоном дыхание опалило её кожу.  — Назад, — прошипел он, едва сдерживая зверя. — Он хочет забрать тебя. Я убью его. — Ты не тронешь его, — Гермиона положила ладони на его грудь, прямо туда, где под тканью бешено колотилось его сердце. Она закрыла глаза, посылая через их связь волну успокаивающей, умиротворяющей магии. — Он мой друг, Драко. Он просто пытается защитить меня. Но я не уйду. Я обещаю тебе. Я остаюсь. Драко тяжело дышал, борясь с собственными инстинктами. Напряжение в зале было таким, что казалось, будто воздух сейчас вспыхнет. Авроры позади Гарри держали палочки наготове, готовые открыть огонь на поражение. Наконец, Драко медленно опустил руки. Серебро в его глазах начало отступать, сменяясь привычным серым цветом. Он обхватил Гермиону за талию, собственнически прижимая к своему боку. — Ты видишь, Поттер? — его голос всё ещё вибрировал от сдерживаемой силы. — Она сделала свой выбор. Убирайся из моего дома. Пока я не передумал. Гарри смотрел на них с глубоким разочарованием и ужасом. Он видел, как Гермиона льнет к Малфою, как её магия переплетается с его силой. Он понял, что опоздал. Она больше не была той гриффиндоркой, которую он знал. Она стала частью чего-то гораздо более древнего и опасного. — Гермиона... — тихо произнес Гарри, опуская палочку. — Если это твой выбор... то пусть Мерлин тебе поможет. Но если он причинит тебе боль — только дай мне знать. Я уничтожу этот замок вместе с ним. — Я знаю, Гарри, — грустно улыбнулась она. — Спасибо. Но со мной всё будет хорошо. Правда. Поттер развернулся и быстрым шагом направился к камину. Его авроры последовали за ним. Зелёное пламя взметнулось до потолка, поглощая их силуэты, и в зале снова воцарилась тишина.

***

Как только камин погас, Драко резко, без предупреждения, подхватил Гермиону на руки. Он не произнес ни слова, его лицо было каменным, а челюсти сжаты. Он понес её вверх по лестнице, обратно в их покои. Гермиона не сопротивлялась. Она чувствовала, как внутри него бушует ураган ревности, страха и дикого, необузданного вожделения. Появление Поттера, его попытка забрать её, пробудили в Драко самые темные, собственнические инстинкты зверя. Он ногой распахнул дверь спальни и буквально швырнул её на кровать. Драко навис сверху, его тело было напряжено, как струна. Он схватил её за запястья, вжимая их в матрас с такой силой, что ей стало больно. — Ты хотела уйти с ним? — прорычал он, его лицо было в сантиметре от её лица. — Скажи мне правду, Грейнджер! Ты хотела, чтобы он спас тебя? — Нет, Драко, — Гермиона смотрела на него без страха, её глаза сияли золотом. — Если бы я хотела уйти, я бы ушла. Но я здесь. С тобой. — Ты моя, — его голос сорвался на хрип. — Моя жертва. Моя пара. Моя женщина. Я не отдам тебя никому. Даже твоему святому Поттеру. Он впился в её губы с безумной, исступленной страстью. Этот поцелуй пах металлом, грозой и желанием, граничащим с безумием. Драко не просто целовал её — он заявлял свои права на неё, клеймил её каждым движением губ. Он рванул ворот её платья, обнажая грудь. Тонкий шёлк белья полетел на пол. Драко спустился поцелуями ниже, его зубы слегка прикусывали её кожу на животе, заставляя её выгибаться и стонать от смеси боли и острого, невыносимого наслаждения.  Гермиона запустила пальцы в его белые волосы, притягивая его ближе к себе. Её магия бурлила, сливаясь с его силой в едином ритме. Она чувствовала, как его драконья суть ластится к ней, требуя полного, безоговорочного подчинения, и она была готова дать ему это. Драко раздвинул её бедра, устраиваясь между ними. Его плоть, горячая и огромная, уперлась в её лоно.  — Смотри на меня, Гермиона, — прошептал он, и в его глазах снова вспыхнуло жидкое серебро. — Скажи, что ты принадлежишь мне. Полностью. — Я твоя, Драко... — выдохнула она, теряя остатки контроля. — Твоя. Он вошел в неё одним сильным, глубоким толчком, заполняя её до предела. Гермиона вскрикнула, запрокинув голову, её тело содрогнулось от волны чистого экстаза. Драко двигался в ней быстро, яростно, не давая перевести дыхание. Каждый его толчок был заявлением о правах собственности, каждый вздох — клятвой верности. Магическая связь между ними заискрилась, наполняя комнату серебряным светом. Метка на плече Гермионы горела, словно расплавленное золото. Она полностью растворилась в нём, отдавая ему свою магию, свою душу, свою любовь, которую она больше не могла отрицать. Когда они вместе достигли пика, Гермиона закричала, её тело забилось в судорогах оргазма, сжимая его плоть изнутри. Драко издал гортанный, победный рев и излился в неё горячим семенем, закрепляя их связь на веки вечные. Они лежали в полумраке, тяжело дыша. Драко прижимал её к себе так крепко, словно всё ещё боялся, что её кто-то отберет.  — Поттер больше не вернется, — тихо произнес он, целуя её в макушку. — Он понял, — прошептала Гермиона, закрывая глаза. — Он понял, что я больше не пленница. Я — часть тебя. Она засыпала, чувствуя, как его сердце бьется в унисон с её собственным. Они выдержали этот удар. Но впереди их ждала главная битва — с Люциусом, который не простит им этого триумфа.