Совпадения, которые начинают повторяться

      Если бы кто-то спросил т/и через неделю, как часто она пересекалась с Седриком Диггори раньше, она бы честно ответила: иногда. Это было обычное школьное знакомство, которое не значит почти ничего.       Но теперь что-то изменилось. Не резко. Не драматично. Просто вдруг оказалось, что Седрик начал появляться в её днях слишком часто, чтобы продолжать считать это случайностью. Сначала — библиотека, потом — коридоры, потом — неожиданно совпадающие маршруты после занятий. Словно Хогвартс вдруг решил, что им обязательно нужно сталкиваться чаще. Или кто-то этому немного помогал.       В тот день т/и задержалась после зельеварения дольше обычного. Слизнорт снова задал эссе размером с личную трагедию, а Снейп, проходя мимо, умудрился одним взглядом испортить настроение половине аудитории.       — Если я ещё раз услышу слово «состав», я исчезну добровольно, — пробормотала т/и, поправляя сумку.       — Это прозвучало тревожно.       Она даже не удивилась, просто медленно повернула голову. Седрик. Опять. Т/и прищурилась.       — Ты меня преследуешь?       — Пока только думаю над этим.       Она фыркнула.       — Странное увлечение.       — Возможно.       Он сказал это так спокойно, что спорить почему-то расхотелось. Они пошли рядом почти автоматически.Без договорённости. Без вопроса. Будто это уже стало чем-то естественным.       — У тебя сейчас что? — спросил он.       — Трансфигурация.       — Соболезную.       — Спасибо. Поддержка ценится.       Седрик тихо усмехнулся.       — Ты всегда так разговариваешь?       — Как?       — Будто споришь даже с воздухом.       Т/и посмотрела на него.       — А ты всегда такой спокойный?       — Обычно.       — Это раздражает.       — Ты уже второй раз это говоришь.       — Значит, я последовательна.       И снова этот его смех. Тёплый, не слишком громкий, но такой, который почему-то хотелось услышать ещё раз. Эта мысль появилась неожиданно. И т/и сразу же её проигнорировала.       Позже, во время обеда, она почти забыла об этом разговоре. Почти. Пока не заметила, что кто-то остановился возле слизеринского стола.       Т/и подняла взгляд.       Седрик.       Драко тоже заметил его сразу. И прищурился с подозрением человека, готового защищать территорию.       — Диггори, — медленно произнёс он.       — Малфой.       Пенси заинтересованно перевела взгляд с одного на другого. Блейз уже выглядел слишком довольным происходящим. А Тео продолжал есть так, будто ничего необычного не происходит.       — Ты потерялся? — спросил Драко.       — Нет.       — Тогда почему ты стоишь возле нашего стола?       Седрик чуть повернул голову к т/и и слишком спокойно сказал:       — Хотел вернуть книгу.       Пауза. Т/и моргнула. Книгу? Потом вспомнила. Тот справочник из библиотеки. Она действительно забыла его вернуть.       — А, — коротко сказала она. — Спасибо.       — Не за что.       И вместо того чтобы просто уйти, он задержался ещё на секунду. Совсем короткую, но более чем достаточную, чтобы Драко прищурился сильнее.       — Подозрительно, — пробормотал он, когда Седрик всё-таки ушёл.       — Что именно? — спокойно спросила т/и.       — Диггори.       — Он просто вернул книгу.       — Диггори не «просто» делает что-либо.       Пенси тихо хмыкнула.       — Мне нравится эта сюжетная линия.       — Ты превращаешь всё в драму, — устало сказала т/и.       — Потому что жизнь скучная без драмы.       — Говори за себя.       Но почему-то она всё равно поймала себя на мысли, что смотрит в сторону пуффендуйского стола чуть чаще обычного. И это раздражало. Совсем немного.       Через несколько дней Хогвартс накрыл дождь. Тот самый, холодный и затяжной, после которого даже каменные стены будто начинали мерзнуть.       Т/и терпеть не могла такую погоду. Особенно после длинных занятий, особенно когда волосы начинают слегка завиваться от сырости, а обувь кажется тяжелее обычного.       Она шла по коридору после уроков, раздражённо поправляя ремень сумки, когда знакомый голос снова оказался рядом.       — Ты выглядишь так, будто готова объявить войну погоде.       Т/и даже не удивилась.       — Очень близко к этому.       Седрик шёл рядом. И в руках у него было два теплых стакана, от которых поднимался лёгкий пар. Он молча протянул один ей. Т/и нахмурилась.       — Это что?       — Горячий шоколад.       Она посмотрела сначала на стакан. Потом на него.       — Ты подкупаешь меня?       — Пока только спасаю от мрачного настроения.       Пауза. Совсем короткая. Т/и осторожно взяла стакан. И вправду тёплый. Пальцы почти сразу согрелись.       — Спасибо, — сказала она тише обычного.       — Не за что.       Некоторое время они просто шли рядом. Без лишних разговоров. И это было странно. Потому что рядом с большинством людей тишина ощущалась неудобно. Седрик будто не пытался занять всё пространство словами. Просто был рядом. И этого хватало.       — Ты странный, — сказала т/и вдруг.       — Почему?       — Нормальные люди не таскают горячий шоколад раздражённым слизеринкам.       Он усмехнулся.       — Возможно, я не очень нормальный.       Она неожиданно улыбнулась. И сама этого почти не заметила.       Тем же вечером в гостиной Слизерина Драко слишком внимательно посмотрел на стакан в её руках.       — Откуда это?       — Из кухни.       — Врёшь.       — Малфой.       — Это Диггори?       Пенси резко выпрямилась.       — Подожди, он что, принёс тебе горячий шоколад?       Блейз тихо присвистнул. Даже Тео медленно поднял взгляд от книги.       Т/и вдруг поняла, что объяснять что-либо — плохая идея.       — Вы все слишком любите чужие жизни.       Драко прищурился.       — Нет, я просто не доверяю людям, которые внезапно становятся слишком внимательными.       — Может, он просто вежливый, — сказала т/и.       — Нет, — одновременно ответили Пенси и Блейз.       Тео перевернул страницу.       — Люди не носят горячий шоколад просто из вежливости.       Т/и ничего не ответила. Потому что впервые за долгое время сама не знала, что думать, но почему-то кружку с остатками шоколада она так и не выбросила до самого вечера. И пару раз ловила себя на странной мысли.       Рядом с Седриком почему-то становилось… спокойно. А это уже начинало быть опасным.