Часть 5

Глава 5: Imperius  Текст главы «Я пойду позанимаюсь в другом месте». Гарри встал из-за стола, за которым делал вид, что занимается с Роном и Гермионой. Рон ни разу не взглянул на него за всё время, что они просидели в библиотеке. По крайней мере, в том, что Рон больше с ним не разговаривает, был один положительный момент: теперь ему будет проще встречаться с Седриком и Малфоем, не вызывая подозрений.  — Гарри, тебе не обязательно идти. — Ничего страшного, увидимся позже. — Гарри бросил взгляд на Рона, который отвернулся и смотрел в окно. Он быстро вышел через вход во внутренний двор. Теплые октябрьские дни сменились ноябрем, и из-за резкого похолодания никто из учеников не гулял по территории. До первого испытания Турнира Трёх Волшебников оставалось меньше двух недель, и у Гарри внутри всё сжалось. По крайней мере, встреча с Малфоем избавит его от беспокойства по поводу первого задания. Гарри шел по тропинке вокруг замка, пока не добрался до Западной башни. Малфой и Седрик уже были там и стояли рядом с башней. «И это все?» — спросил Гарри. «Как она открывается?» «Это работает так же, как ворота «Дырявого котла»... нажимаете здесь, здесь и здесь. Пароль — Aperiens», — объяснил Малфой, постукивая по камням. Массивная каменная стена башни распахнулась, и трое студентов, пригнувшись, вошли в проход. Седрик и Гарри в изумлении огляделись. Комната была большой, гораздо больше, чем ожидал Гарри. Все пространство занимали шкафчики и скамейки. Стены были увешаны гобеленами с изображением матчей по квиддичу, сотканными из замысловатых узоров. В дальнем конце комнаты располагалась ниша с душевыми и умывальником. Еще дальше виднелись тренажерный зал и что-то вроде кабинета. Гарри подошел к шкафчику и открыл его. Внутри висело старомодное кожаное снаряжение для квиддича. «Это потрясающее место, Драко!» — взволнованно воскликнул Седрик, и его голос эхом разнёсся по залу. Малфой огляделся, и Гарри понял, что тот гордится этим местом. «Он считал его своим», — подумал Гарри. В Хогвартсе не было другого такого места, и вот уже три года оно оставалось тайной Драко. Местом, куда он мог приходить в одиночестве. То, что он был готов поделиться секретом, многое говорит о том, как отчаянно он хотел научиться накладывать заклятие Империус. «Когда его использовали в последний раз?» «Где-то в 1950-х. Тогда команды переодевались вместе, поэтому раздевалка такая большая. Когда поле перенесли, построили две отдельные раздевалки». Малфой снял мантию и повесил ее на один из крючков, прибитых к стене. Седрик и Гарри сделали то же самое, и Малфой провел их через гостиную в заднюю комнату. Было ясно, что именно там он проводит большую часть времени. На столе лежали рулоны пергамента, чернильницы и учебники. Гарри с удивлением огляделся: у стены стоял стол, за которым, судя по всему, располагалась полноценная лаборатория для зельеварения. Неудивительно, что Малфой так хорошо успевал по зельеварению: он мог практиковаться в приготовлении всех зелий еще до начала занятий. «Не похоже, что им не пользовались сорок лет, тут нет ни грязи, ни пыли, ничего такого». Малфой огляделся. «Что ж, оказывается, те чары для уборки, которые нас заставлял учить Флитвик, действительно полезны. Домашние эльфы не заходят в эту часть замка. Хватит болтать, приступим». "Точно..." — сказал Седрик. "Но я забыл, что нам нужно что-то, на чем Гарри мог бы опробовать Империус." Лицо Малфоя исказилось. "Да пошло оно все..." "Нет, это важно, — сказал Седрик. "Я бы предпочел, чтобы Гарри тренировался на грызуне, а не на тебе, Драко." Гарри усмехнулся, но удержался от очевидного сравнения с хорьком. По выражению лица Драко было ясно, что он понял, почему Гарри засмеялся.  «Что же нам делать?» — спросил Гарри. «Седрик, ты мог бы превратить что-нибудь в мышь?» «Мог бы, но я не знаю, будет ли это то же самое, что практиковаться на настоящей мыши». «А как насчёт паука?» Грюм использовал паука на уроке, — предположил Драко.  — Нервная система паука устроена не так, как у млекопитающих. Нам нужно перенести занятие. — А что насчёт... — начал Гарри, оглядывая комнату. Решив попробовать, он достал палочку. — ...Акцио, мышь. «Не будь дураком...» — начал Малфой, но внезапно что-то серое взмыло в воздух и упало в протянутую руку Гарри. Гарри быстро накрыл его другой рукой, так что между пальцами виднелся только похожий на червя хвост. Секунда-другая Седрик и Малфой смотрели на него с открытым ртом, а потом оба расхохотались. Гарри с удивлением посмотрел на Малфоя: он никогда не видел, чтобы тот смеялся по-настоящему, без злобы в голосе. — Гарри, что на тебя нашло? — спросил Седрик. Гарри смущенно ухмыльнулся и кивнул в угол комнаты. «Я заметил там мышиный помет», — сказал Гарри, опуская перепуганную мышь в мусорное ведро рядом со столом. «Мы только учимся заклинаниям призыва, и я удивлен, что это сработало. На уроке у меня бы не получилось». Малфой застонал. «Поменьше бы ты говорил о том, что ты не способен даже на базовую магию, Поттер. Я стараюсь не думать о том, что мне придется провести остаток жизни на пятом этаже больницы Святого Мунго из-за того, что ты облажался...» "Нам не обязательно это делать..." "Забудь, что я что-то сказал. Мы это сделаем. Сейчас было бы безопаснее находиться в больнице Святого Мунго" Малфой кивнул на извивающуюся мышь в мусорном ведре. "Делай." Седрик огляделся. «Пока не совсем. Давайте все сядем и поговорим, прежде чем вы что-то предпримете. Давайте подвинем сюда эту скамейку, чтобы всем было где сесть». Гарри и Драко принесли из раздевалки скамейку, чтобы было на чем сидеть, а Седрик поставил рядом стул. «Я изучил проклятие. Похоже, самый большой риск возникает, когда человек находится под действием проклятия очень долго, часами и днями. Поэтому для безопасности мы будем держать его под проклятием не более 15 минут. Другой риск связан с частотой применения проклятия. Вот почему тебе стало так плохо, Гарри. Грюм применил его к тебе четыре раза за час». Гарри кивнул. «Мы будем делать это только один раз за занятие». Малфой открыл рот, чтобы возразить, но Седрик покачал головой. «Нет смысла рисковать, а если вы не справитесь за первые 15 минут, вам все равно понадобится перерыв». «Я уже больше двух дней нахожусь под проклятием, и никаких проблем не возникает, — возразил Малфой. — Нет никаких причин просто...» "Твой отец - взрослый волшебник, полностью обученный Темным искусствам. Гарри - нет. Я не собираюсь отступать от 15-минутного лимита времени ". Седрик посмотрел на Гарри. "Когда ты будешь готов попробовать, очисти свой разум от любых сомнений. Тебе нужно сначала подумать о проклятии Империус, прежде чем произносить его. Затем вложи всю силу своей магии в заклинание, когда произносишь его. Если ты скажешь это бездумно или сделаешь не от всего сердца, ничего не выйдет... или будет еще хуже. — Гарри кивнул. «Готовы опробовать его на мышке?» Гарри с трудом сглотнул. Он никогда не был готов, но не было смысла тянуть. Он кивнул. Закрыв глаза, он представил движения волшебной палочки, которые показывал Грюм на уроке. Открыв глаза, он уставился на мышь, глубоко вздохнул, взмахнул палочкой и выкрикнул: «Империус!» Мышь перестала метаться в мусорном ведре. — Это... — спросил Малфой, быстро взглянув на Гарри. — Это ты его убил? — Нет, — сказал Гарри. — Она живая. — Гарри с трудом сглотнул, осознав, что чувствует, как сердце мыши бьется в его палочке. Он даже мог сказать, что мышь напугана, хотя она и не шевелилась. — Нет, она точно жива. Это хорошо. — Седрик взял мышь и положил ее на пол. Она лежала неподвижно. — Еще один хороший знак — она не убегает. А теперь подумай, что ты хочешь, чтобы она сделала, Гарри. Дай ей команду. Гарри посмотрел на мышку и подумал: «Помаши хвостом». Мышка бешено замахала хвостом. «Стой». Хвост замер. «Перевернись». Мышка перевернулась. Лицо Малфоя побледнело, пока он наблюдал за мышкой. «Каково это?» «Ощущения другие, я чувствую, о чем думает мышь, она в панике. Она не понимает, что происходит. Думаю, это полная противоположность тому, что ты чувствуешь, когда находишься под проклятием. Когда ты ощущаешь тот спокойный транс, который ты описывала. Я думаю, что страх, который испытывает твое тело, на самом деле исходит от кастора». С лица Малфоя сошла краска. — Ты можешь сказать, о чем думает эта мышь? «Нет. Я просто чувствую страх. Конечно, это мышь. Не знаю, имеет ли это значение. Может, она говорит на мышином языке, а я не понимаю». Седрик посмотрел на Малфоя, который не сводил глаз с мыши. «Думаю, этого достаточно. Давайте просто убедимся, что вы сняли с нее проклятие и с ней все в порядке». Он наклонился, поднял мышь и протянул ее Гарри. "Готово." Мышь тут же начала вырываться из сложенных лодочкой ладоней Седрика. "С ним все в порядке?" — спросил Гарри, подходя ближе, чтобы погладить мышку и успокоить ее. "Это же мышь. У нее может быть совсем не в порядке с мозгами, и тогда ничего не поймешь," — протянул Малфой. Гарри закатил глаза. — Полагаю, с тобой будет не легче, Хорёк.  — Очень смешно, Поттер. Седрик поднял мышь и вгляделся в ее мордочку. «Кажется, все в порядке». Он опустился на колени, отпустил мышь, и все они увидели, как она быстро выбежала из комнаты. Гарри с горечью вспомнил, как Питер Петтигрю, он же Червехвост, в последний раз мелькнул в траве. Итак, мы знаем, что Гарри может успешно наложить проклятие. А мышь, — Седрик пожал плечами, — похоже, пережила это испытание. Гарри и Седрик посмотрели на Малфоя. Он смотрел туда, где мышь скрылась в трещине между камнями. Малфой выпрямился и взглянул на Гарри. — Хватит тянуть, давайте сделаем это. — Голос Малфоя звучал спокойно, но Гарри не мог не задаваться вопросом, о чем тот думает. — Мы справимся, Драко, — Седрик жестом велел всем сесть. — Гарри, расскажи Драко, что ты чувствовал, когда в первый раз отбивался от проклятия. Гарри закрыл глаза: «Я словно впал в транс и услышал голос Грюма, который велел мне запрыгнуть на стол. Какая-то часть меня определенно хотела сделать то, что он говорил, но внутренний голос твердил, что этого делать не стоит... и в итоге я просто врезался в стол, а не запрыгнул на него». «А в прошлый раз? Какая была разница, когда он проклял тебя в прошлый раз, если ты смогла полностью ему противостоять?» «Думаю, главное отличие в том, что я знал, чего ожидать. Я почувствовал, что вхожу в транс, и даже не стал сосредотачиваться на том, что мне нужно сделать, мне не нужен был голос, который что-то мне говорил. Я просто представил, как приливная волна смывает с меня транс. Волна просто толкала меня, толкала и вытолкнула меня из этого состояния». "Голоса и приливная волна. В твоей голове". Малфой покачал головой. "Это не очень помогает, Поттер". «Я предупреждал, что не знаю, почему у меня получилось. Во второй раз я представил, как строится кирпичная стена, но это было слишком медленно. Тогда я подумал, что мне нужно что-то быстрое и масштабное». — Он пожал плечами. «Я придумал «приливную волну», и она сработала». «Нам нужно с чего-то начать, так что попробуй представить приливную волну и посмотри, что из этого выйдет, Драко, — сказал Седрик. — Я хочу, чтобы ты прямо сейчас потренировался, представил, каково это — оказаться за волной и выйти из транса». Малфой поморщился, но закрыл глаза. Гарри понял, что готовность Малфоя попробовать без насмешек и саркастических комментариев говорит о том, насколько серьезно он настроен бороться с проклятием. Его лицо расслабилось, напряжение в глазах уменьшилось, и Гарри стало интересно, как выглядит Малфой, когда спит, без маски, которую он надевает перед окружающими. «Он был бы совсем другим человеком, — подумал Гарри, — с красивыми ресницами». Раздался кашель, и Гарри покраснел, увидев, что Драко и Седрик смотрят на него. «Нравится, Поттер?» — протянул Малфой. «Как думаешь, Драко, этот визуальный образ тебе подойдет?» — быстро спросил Седрик, прежде чем Гарри успел придумать ответ. «Да, давай попробуем». — У тебя есть список команд? — Малфой кивнул, подошел к вешалке, на которой висела его мантия, и достал из кармана свиток пергамента. «Это просто базовые команды. Я до сих пор не уверен, что стоит использовать составленный мной список, — сказал Малфой. — Возможно, так будет проще сопротивляться». Седрик просмотрел список. «Все в порядке, я попросил вас написать собственные команды, чтобы вы знали, что мы не заставим вас делать то, чего вы не хотите. Мы начнем с этих команд, и если вы сможете им противостоять, мы дадим вам другие команды, которых вы не ожидаете, и посмотрим, что получится. Как вам такое предложение?» Драко кивнул. «Хорошо. Но никакого пения», — сказал он, сверкнув глазами в сторону Гарри. «Точно, никакого пения», — тихо согласился Гарри. «Как думаешь, ты готов, Гарри?» — спросил Седрик. Гарри не знал, что ответить. Он сидел и смотрел на свою палочку. Одно дело — говорить о том, чтобы наслать на кого-то Непростительное проклятие или даже применить его к мыши. И совсем другое — осознавать, что ты собираешься сделать это с другим человеком. Даже если этот человек — Малфой. Седрик подошел и сел рядом с ним на скамейку. «Ты уверен, что хочешь это сделать? Еще не поздно отказаться». Гарри посмотрел на Малфоя, который стоял посреди комнаты и наблюдал за ними. Его плечи были напряжены, а холодные серые глаза смотрели на Гарри. «Я сделаю это». Плечи Малфоя с облегчением опустились, а Седрик серьезно кивнул. «Делай все так же, как с мышью: соберись, думай о заклинании и не сомневайся, — сказал Седрик. — Помни, что, поскольку все команды ты отдаешь мысленно, тебе нужно сопротивляться искушению подбадривать Драко. Если ты будешь думать: «Давай, ты справишься, борись», это приведет к замешательству и даже может вызвать серьезные проблемы». Просто думай о том, какую команду ты ему даешь, и ни о чем другом». — Ты готов, Малфой? — спросил Гарри, подходя к нему. Малфой кивнул и закрыл глаза. Гарри заставил себя сделать глубокий вдох, поднял палочку и отдал команду. — Империус. Гарри чувствовал, как пульс Малфоя бьется у него в голове, как тот глубоко вдыхает и выдыхает. Он чувствовал, как в его собственной голове бурлят эмоции — тревога, страх, голод. Седрик подошел и встал рядом с Гарри. «Сработало?» Гарри кивнул. Седрик указал на первую команду на пергаменте. «Коснись пола». Гарри отдал приказ так твёрдо, как только мог, и задержал дыхание, а когда Малфой согнулся в поясе и коснулся пола, с разочарованием выдохнул. Седрик двинулся к Малфою. «Драко, сопротивляйся спокойствию, заставь волну отступить от тебя». Он кивнул Гарри, чтобы тот отдал следующую команду. «Сядь в кресло». Малфой не мигая смотрел на него, а через несколько секунд начал медленно приближаться к креслу, и единственным признаком сопротивления было то, что он волочил ноги по полу. Гарри вздрогнул, когда Малфой упал на колени в трех шагах от кресла и рухнул на пол. Его лицо раскраснелось, по лбу стекали капли пота. Гарри почувствовал всплеск боли в связующей их нити и новую эмоцию. Малфой почувствовал прилив надежды. Седрик посмотрел на Гарри. «Еще один». «Подними руки». На этот раз пауза затянулась, но затем руки Малфоя взмыли в воздух. Он явно пытался сопротивляться приказу, его конечности дрожали от напряжения. Гарри почувствовал, как к страху примешивается ярость, и вдруг обе руки Малфоя взмыли над головой. "Конечный." Малфой рухнул на пол. Седрик и Гарри бросились к нему и помогли сесть в кресло, где он тяжело дышал, откинувшись на спинку. Гарри и Седрик поддерживали его, чтобы он не упал. "Ты в порядке, Малфой?" "Ты в порядке, Драко?" Малфой выпрямился и оттолкнул их руки. "Черт возьми, не сработало!" — Это был всего лишь первый раз, Драко, — сказал Седрик. — Не стоит ожидать, что все получится сразу. Ты явно сопротивлялся. Ты не сразу отреагировал на вторую и третью команды, и мы видели, что ты пытаешься сопротивляться. Гарри отступил, с облегчением осознав, что Малфой не пострадал от его действий. Ощущение связи с эмоциями Малфоя потрясло его. Это было вторжением в личную жизнь Малфоя: знать, что он чувствовал, пока находился под контролем Гарри, было неправильно. Отвернувшись, Гарри прошел в раздевалку и нашел стакан на полке над раковинами. Он наполнил его водой и вернулся к Малфою. К тому времени к нему вернулся румянец, и он, похоже, взял себя в руки. Он с удивлением посмотрел на стакан с водой, который протянул ему Гарри. «Спасибо». «Что ты чувствовал, Гарри? Что ты при этом чувствовал?» — спросил Седрик, по-прежнему сидя на корточках рядом с Малфоем. Гарри колебался, зная, что Малфой возненавидит его за то, что он собирается сказать, но если он хочет научиться бороться с проклятием, ему нужно знать, что Гарри чувствует через эту связь. «Да, проклятие дает возможность чувствовать эмоции другого человека. Поначалу я ощущал сильную тревогу, страх и, э-э-э... — Гарри слегка улыбнулся, достал из кармана яблоко и бросил его Малфою, который поймал его на лету, как настоящий ловец. — Я понял, что Малфой голоден». Малфой, который уже откусил яблоко, подавился и уставился на него. «Когда ты промахнулся мимо стула, что-то всколыхнулось в тебе — кажется, надежда. Но когда ты отдал последнюю команду, я почувствовал, как тебя охватывает ярость, и ты тут же подчинился ей, не в силах больше сопротивляться». Малфой швырнул яблоко через всю комнату. Оно отскочило от стены, оставив на камне след от сока и мякоти. Малфой сверкнул глазами на Гарри и двинулся на него. «Ты хочешь сказать, что мой отец чувствовал то же, что и я, когда накладывал на меня проклятие?» Он стоял лицом к лицу с Гарри, его серые глаза сверкали от гнева. "Страх. Голод. Что в течение двух дней, когда мне не разрешали есть этим летом, он знал, насколько я голоден? И ты, ты мог сказать, что я чувствовал, ты, великий невежественный мерзавец ". Малфой презрительно оглядел Гарри с головы до ног. - Ты будешь делать это каждый раз...Я ненавижу тебя, Поттер. Он повернулся и зашагал в дальний конец раздевалки, а Гарри стоял ошеломленный. Гарри хотел пойти за Малфоем, чтобы объясниться, но Седрик схватил его за руку и остановил. «Я пойду, а ты пока позанимайся». Гарри сел за стол, но не потянулся за сумкой с учебниками. Зная, как сильно его ненавидит Малфой, он не мог сосредоточиться на занятиях. Гарри нервно провел рукой по волосам. Он не мог представить, каково было бы, если бы все было наоборот и Малфой чувствовал бы каждую его эмоцию. То, что он мог читать эмоции Малфоя, уже само по себе было плохо, но еще хуже было осознание того, что он мог контролировать каждое движение Малфоя. Это было просто неправильно, никто не должен так распоряжаться чужим телом. Седрик и Малфой стояли в другом конце раздевалки. Должно быть, Седрик поставил щит, скрывающий их от посторонних глаз, понял Гарри, потому что Малфой явно что-то кричал, его лицо исказилось от ярости, он размахивал руками в сторону Гарри, но тот ничего не слышал. Седрик указал на одну из скамеек, и Малфой неохотно подошел к ней, по пути пнув шкафчик. Вздохнув, Гарри достал из сумки учебник по зельеварению. Ему ещё предстояло написать 30 сантиметров для Снейпа и выполнить домашнее задание по трансфигурации. Он уже наполовину закончил эссе, когда услышал, что Седрик вернулся в кабинет. «Как ты себя чувствуешь, Гарри?» — спросил Седрик, присаживаясь на скамейку рядом с Гарри. Он выглядел измотанным, и Гарри подумал, что Седрик уже жалеет о том, что ввязался в это дело. — Я? Я в порядке. Как Малфой? «Лучше. Он примет душ, остынет, а потом вернется и поговорит. Я не просто так спросила, как ты себя чувствуешь. Мне нужно знать. Ты хочешь бросить? Ты вправе сказать, что тебе некомфортно продолжать эти сеансы». «Что хочет сделать Малфой?» — уклончиво спросил Гарри. Седрик подвинулся и сел на угол стола так, чтобы смотреть прямо на Гарри. "Мне нужно знать, что ты хочешь сделать". Гарри посмотрел через плечо Седрика и увидел Малфоя в другой комнате. Малфой снял рубашку и стягивал брюки. Гарри был поражен неожиданным осознанием того, что у Малфоя был действительно хороший — — Гарри, — голос Седрика прервал его мысли, и Гарри снова посмотрел на Седрика, его щеки залил густой румянец. — Мне нужно знать, что ты чувствуешь по поводу использования Империуса на Драко. Гарри заставил себя сосредоточиться. «Это было неправильно. То, что я могу его контролировать, — это неправильно. Никто не должен иметь такой возможности. А когда я узнал, что он чувствует, мне показалось, что я вторгаюсь в его личное пространство». «Настолько неправильно, что не хочется повторять?» Гарри колебался. "Я не хочу делать это снова ... но я действительно хочу, чтобы Малфой смог научиться накладывать проклятие. И у него нет другого способа научиться, не так ли?" Седрик покачал головой. "Я мог сказать, что он боролся с этим. Он заслуживает шанса научиться делать это. Так что, думаю, я готов продолжать попытки. Но только если это сделает Малфой. Он меня уже ненавидит... "Не делай никаких предположений. Работай над своим эссе, и мы посмотрим, что он скажет, когда выйдет из душа". Седрик открыл свой собственный учебник и начал читать его. Гарри взял перо и поморщился, глядя на эссе по зельеварению, которое пытался написать. Он ненавидел зелья. Вздохнув, он продолжил писать об использовании ягод бузины в восстанавливающих зельях, но не смог надолго сосредоточиться на этом. "Седрик?" "Ты, похоже, уже привык к такому," — нерешительно сказал Гарри. "Помогать четверокурсникам использовать друг на друге запрещенные заклинания?" — с улыбкой ответил Седрик. "Нет, я имею в виду..." — Я знаю, что ты имел в виду, — сказал Седрик. — Летом я работаю волонтером в местном совете по работе с молодежью магглов. — Он пожал плечами. — В первый год я делал это в рамках самостоятельной работы по маггловедению, но мне так понравилось, что прошлым летом я решил попробовать снова. Там проводят тренинги, чтобы научить работать с другими подростками. «У тебя хорошо получается, — сказал Гарри. — Мы с Малфоем никогда не ладили. То, что мы смогли так долго находиться в одной комнате и не заколдовать друг друга, — это уже достижение». Седрик улыбнулся. «Что ж, ночь еще только начинается... но если серьезно, то я скучаю по консультациям, когда приезжаю сюда. И я надеюсь, что получу достаточно «О» на экзаменах, чтобы попасть на стажировку в Святого Мунго». Он снова опустил взгляд на свое сообщение, и Гарри понял, что больше не хочет об этом говорить, но тут Седрик снова поднял глаза. "Одна вещь, которую я узнал, консультируя, - люди, которые наиболее агрессивны, часто используют это как щит. Защищаясь, ты знаешь, ты не сможешь причинить мне боль, если я причиню тебе боль первым ". Седрик оглянулся через плечо в сторону душевых кабин и снова посмотрел на Гарри, приподняв бровь. Через двадцать минут Малфой вернулся в комнату. Его волосы были влажными и слегка волнистыми. Гарри понял, что никогда не видел его с непокрытой головой. Это полностью меняло выражение его лица. Малфой подошел к столу. «Отойди от моего стула, Поттер». Гарри открыл рот, чтобы возразить, но пожал плечами и сел на скамью рядом с Седриком. Малфой сел в кресло и посмотрел на Седрика. Седрик покачал головой и закрыл книгу. «У нас мало времени, скоро комендантский час. Я постараюсь уложиться в срок. Вы оба сказали, что готовы продолжить». Гарри посмотрел на Малфоя, тот вызывающе уставился на него в ответ. «Я тоже был удивлен, — с улыбкой сказал Седрик. — Думаю, вы оба нашли что-то, что ненавидите больше, чем друг друга, а это о многом говорит. Бороться с темной магией — задача не из легких». Седрик замолчал и посмотрел на Малфоя. «Драко, как думаешь, ты можешь сейчас об этом рассказать? Расскажи Гарри, что ты чувствовал, с твоей точки зрения». Малфой нахмурился, но кивнул. «Я все пытался представить себе приливную волну Поттера, видел, как она противостоит... приказу Поттера. Но каждый раз она возвращалась ко мне». — Он взял перо и покрутил его в руке. Гарри видел, что он вспоминает то чувство. «Я слышал его голос и пытался бороться с ним, но в конце концов просто взбесился, и все закончилось». Я проиграл. — Он бросил перо обратно на стол. Седрик повернулся к Гарри. «Ты описал, что чувствовал раньше. Есть что-то еще, что Драко должен знать?» «Как я уже говорил, я чувствовал, что Малфой сопротивляется. Я ощущал его сопротивление до самого конца, а потом он разозлился, и я понял, что полностью его контролирую», — закончил Гарри, глядя на свои руки. Седрик перевёл взгляд с Малфоя на Гарри, а затем устало провёл руками по лицу, потирая переносицу, словно пытаясь унять головную боль. «Ладно, новое правило: вы оба должны обращаться друг к другу по имени». Гарри открыл рот, чтобы возразить, но Малфой фыркнул и покачал головой. «Ни за что не назову его иначе, кроме как Поттер». — Я имею в виду не школу, а то, что происходит здесь и сейчас. Отказ называть человека по имени только разжигает враждебность, — твердо заявил Седрик. — Гарри, скажи Драко, если у тебя есть идеи, над чем ему стоит подумать и поработать на следующей неделе. Гарри глубоко вздохнул и посмотрел на Малфоя, который поднял бровь, глядя на него с насмешливым выражением лица. «Э-э, Драко, подумай о другом образе, который ты мог бы использовать. Если приливная волна не сработает, придумай что-нибудь другое. Когда я учился вызывать Патронуса, у меня был...» "Патронус! Ты никак не можешь сотворить Патронуса, Поттер-Гарри." "Когда ты научился вызывать Патронуса!" Малфой и Седрик заговорили одновременно, оба выпрямились и посмотрели на Гарри. Гарри улыбнулся и пожал плечами. «Профессор Люпин научил меня этому из-за дементоров. В прошлом году они, э-э, доставляли мне проблемы». "Гарри, это телесный или бестелесный Патронус?" — спросил Седрик. "Телесный — олень." — ответил Гарри. "Я тебе не верю." Гарри закатил глаза и вытащил из кармана волшебную палочку: «Экспекто Патронум!» Знакомый серебристо-голубой свет вырвался из кончика его палочки. Перед Малфоем появился олень, встал на дыбы, а затем бросился прочь через открытую дверь в раздевалку. Одним прыжком он исчез за дальней стеной. Седрик смотрел, как Патронус уносится прочь. «Это просто невероятно. А тебе всего 14! Это уровень СОВ, ты можешь получить «О» просто за создание бестелесного Патронуса. А телесный Патронус — это уже за пределами возможностей большинства волшебников». Малфой снова сел и положил ноги на стол. «Ну а чего еще можно было ожидать от Избранного?» Гарри закатил глаза. «В общем, я упомянул об этом только потому, что для вызова Патронуса нужно очень сильное и приятное воспоминание. На первых уроках я использовал не те воспоминания, и у меня получались лишь маленькие серебристые облачка. Но как только я нашел достаточно сильное воспоминание, у меня все получилось. Думаю, Малфою, э-э, Драко просто нужно найти подходящий образ». — Отличный совет. А теперь нам действительно пора идти, скоро комендантский час. Седрик подошел к крючкам, на которых висели их мантии, и бросил Гарри и Малфою их мантии. — Мы не будем снова пробовать Империус до следующей недели. Сможете ли вы на этой неделе встретиться и поработать над зельеварением? Гарри замешкался и посмотрел на Малфоя, который пожал плечами. «Ну, наверное, можно». "Хорошо. Драко, у тебя есть ингредиенты для приготовления восстанавливающих зелий?" Малфой кивнул. "Я отметил одно в твоем учебнике зелий. Я думаю, было бы неплохо, если бы у нас был готов один для вас, чтобы вы могли принять его сразу после нашего следующего сеанса Империус ". "Мне не нужно..." "Нет, нужно. И, честно говоря, Гарри тоже не помешало бы..." Седрик оглядел комнату: "Ладно, думаю, мы готовы. Нужно поторопиться, чтобы вернуться до комендантского часа." Малфой замешкался. «Если хотите рискнуть... есть туннели, ведущие в каждый из факультетов. Только представитель этого факультета может открыть дверь в туннель, поэтому я пользовался только тем, что ведет в Слизерин. Никто не знает, свободен ли туннель на всем протяжении и где он выходит в вашем факультете». — Где входы? — с любопытством спросил Гарри. Малфой подошел к прихожей, которую они не заметили в главной раздевалке. Там было шесть дверных проемов. Четыре из них были украшены искусной резьбой с эмблемами факультетов: змеями, барсуками, львами и воронами. — Куда ведут два других прохода? — спросил Гарри, глядя на те, на которых не было эмблем. Малфой покачал головой: «Не знаю. Я не пошел за ними на случай, если они приведут в Большой зал или куда-нибудь вроде кабинета Филча. Я не хотел, чтобы кто-то узнал, что я здесь». Гарри подошёл к дверному проёму Гриффиндора. «Как он открывается?» Малфой пожал плечами. «Дверь в Слизерин открывается, если постучать моей палочкой по центральному камню. Попробуй постучать своей палочкой вот сюда», — он указал на камень в центре дверного проема, на котором был изображен лев. Гарри на секунду замешкался, а затем постучал палочкой по камню. Повисла пауза, а затем стена развернулась в его сторону, и комнату наполнил ужасный скрежещущий звук, с которым камень ударялся о камень. В открытой двери виднелась лестница, уходящая в темноту туннеля. «А где он выходит в Слизерине?» — спросил Гарри. Драко нахмурился: «Не твое дело, Гарри». — Просто любопытно, может, это подскажет мне, где в Гриффиндоре находится выход из этого туннеля, — невинно добавил он, сверкнув глазами. — Полагаю, слизеринский туннель выходит в одной из арок с правой стороны вашей гостиной, потому что озеро находится с другой стороны... Драко схватил его и прижал к стене. «С кем ты разговаривал?» «Ни с кем я не разговаривал, Мал-Драко, я просто от природы наблюдательный». — Хватит вам, — Седрик выглядел измотанным. — У нас всего 10 минут, прежде чем они закроют двери замка. Мы не знаем, сможем ли пройти, так что я пойду через парадную дверь. Гарри, ты идёшь? — Э-э, нет. Я попробую вот так... Ты же знаешь, Гриффиндор, сначала действуй, потом думай... — кивнув Седрику и Малфою, Гарри крикнул: «Люмос» — и начал подниматься по лестнице. «Если ты не появишься через день или два, я отправлю поисковую группу», — крикнул ему вслед Драко. Гарри поднялся по ступенькам и, сделав всего несколько шагов, услышал, как с грохотом захлопнулась дверь. Он тут же насторожился, потому что свет, пробивавшийся из старой раздевалки для квиддича, погас. Он поднял палочку повыше и снова пробормотал заклинание Люмос, чтобы стало светлее. Лестница тянулась вверх, насколько хватало глаз. Переложив сумку на более удобное плечо, он продолжил подниматься. Он также начал задаваться вопросом, какие существа могут обитать в этих стенах: василиск смог прожить тысячу лет в Тайной комнате. Гарри сбился со счета, сколько ступенек он преодолел, и начал думать, что навсегда заблудится в стенах Хогвартса. Какое же облегчение он испытал, когда туннель наконец закончился небольшой каменной площадкой с заколоченной каменной аркой. К сожалению, никаких указаний на то, как открыть дверь, не было. Проклиная Малфоя, Гарри изучал камни в поисках подсказки, как открыть дверь. Внимательно осмотрев камни на предмет каких-либо надписей и не найдя ничего, он начал наугад стучать по ним, чтобы понять, какой из них может оказаться нужным. С помощью «Темпуса» он быстро выяснил, что комендантский час уже закончился, так что даже если бы он вернулся в раздевалку и вышел через нее на улицу, Филч все равно запер бы наружные двери. Гарри поднял палочку и произнес пароль, который Малфой использовал, чтобы открыть наружную дверь в раздевалку: «Aperiens». К его удивлению, стена начала бесшумно поворачиваться в его сторону. Коридор начал наполняться светом, но путь ему преграждал большой гобелен, закрывавший дверной проем. Гарри слышал голоса и смех по ту сторону гобелена. Он подошел к гобелену и прижался глазом к щели между дверным проемом и тканью. Это была гостиная. Гарри понял, что гобелен с изображением герба Гриффиндора и сценами из квиддича висел в правой части комнаты. Он видел, что Гермиона и Рон спорят, стоя посреди комнаты. Как ему попасть в комнату так, чтобы его не заметили? Он никак не мог объяснить, где он находится и как нашел туннель. Гарри был слишком далеко от портретной арки, чтобы можно было сделать вид, будто он только что пролез через нее. Или все-таки можно? Он открыл сумку и достал мантию-невидимку. Надев ее, он осторожно шагнул вперед, и дверь за ним захлопнулась. Затаив дыхание, он осторожно ступал вдоль гобелена, стараясь не сдвинуть его с места. Наконец, добравшись до края, он вошел в комнату и подошел к портретному проему. Скрестив пальцы на удачу, он сбросил плащ и одновременно открыл портретный проем. Он надеялся, что со стороны будет казаться, будто он только что вошел в комнату снаружи, а не просто стоит перед ней. Гермиона увидела его первой и бросилась вперед: "Где ты был? Я искала в библиотеке и повсюду, но не смогла тебя найти". Гарри посмотрел на Рона. Минуту назад он взволнованно разговаривал с Гермионой, но как только увидел Гарри, его лицо посуровело, и он отвернулся. Гарри смотрел ему вслед, и знакомое чувство стеснения в животе вернулось. "О, э-э, я, э-э, занимался с, э-э, Седриком." "Где!" "О, э-э, в кабинете..." Рон засмеялся, сидя в другом конце комнаты: "Всегда можно понять, когда Гарри врет. Изучает мою ногу. Ты изучал ногу Седрика..." — Рон! — прошипела Гермиона, кивнув в сторону гриффиндорцев, которые с большим интересом наблюдали за происходящим. Покрасневшее лицо Гарри побледнело. Неужели Рон настолько зол на него, что готов выдать его всем присутствующим? Рон уставился на них обоих: «Вы сами знаете, что делали. Вам следовало быть повежливее с Гермионой, она чуть с ума не сошла от беспокойства». — Он развернулся и поднялся по лестнице в мужское общежитие. Гермиона и Гарри смотрели, как он топает вверх по лестнице. Гермиона вздохнула: «Он просто ревнует, Гарри. Это пройдет. Но где ты был на самом деле? Не могу представить, чтобы Седрик занимался в замке после отбоя, он же староста!» — Ну, э-э-э. Мы занимались до самого комендантского часа. Он сказал, чтобы я вернулся вовремя, но я, э-э-э, решил побродить в плаще. Ну, знаете, поразмышлять. Гермиона с сомнением посмотрела на него: «А вы с Седриком? Он не затаил обиду из-за того, что его выбрали чемпионом Трех Волшебников? И вы с ним занимаетесь больше трех часов, но все равно просто друзья?» Гарри поправил сумку на плече, он был измотан: «Послушай, Гермиона. Он мой друг, и точка. Спокойной ночи». Гарри не стал дожидаться ответа, развернулся и направился вверх по лестнице. Когда он добрался до спальни мальчиков, Рон уже лежал в кровати с задернутыми шторами. «Хорошо», — подумал Гарри, плюхнувшись на свою кровать и уставившись в балдахин.