Таяние тонкого льда

Снейп злился и изумлялся такому поведению со стороны Грейнджер. Давно он не испытывал такого спектра чувств, так ещё и на милость одного человека. Он покинул её дом так ничего не добившись. Она даже не открыла ему! Наглость, да и только. Хоть проблемы никуда не делись, мужчина решил перестать так унижаться и теперь выжидал когда наконец Гермиона соизволит встретиться и всё обсудить. Так прошли ещё две недели. Грейнджер полностью игнорировала существование Снейпа, существование слухов вокруг их «пары» и в целом уже свыклась с шепотом за спиной от коллег. Может было сказать что постепенно все сходило на нет. Как минимум ей хотелось верить в это, но напрямую так никто и не решался подойти к ней и поговорить кроме Кристиана. Однако газеты как можно больше печатали новых теории об их «романе», а также об их затишье, ведь ни она, ни он не попадались в объективы папарацци. Уже было трудно поверить в количество абсурдных статей, от тех, где Гермиона начала вести со Снейпом роман ещё в школе, до тех, где она была под «империо» и вообще не ведала что творит. Сам зельевар также никак не объявлялся, не пытался выйти на связь или ворваться к ней домой, за это она ему была благодарна. Хоть что-то он смог сделать по человечески, исключая завтрак после их интервью. Утром очередного дня, Гермиона выглядела отдохнувшей и посвежевшей, потому что ей пришлось зарываться в работе и взяться за написание сразу трех статей, чтобы отвлечься и заодно продолжать строить свою безупречную карьеру, поэтому с удовольствием собиралась на работу. Хоть в душе и были надежды что все решится само собой, она старалась отгонять эти мысли. Погода была прекрасная, ещё было не так жарко, поэтому было принято решение прогуляться до отдела пешком, пока большая часть города ещё спит и не такая шумная. Легкое, голубое платье приятно развивалось от легких порывов ветерка, а стаканчик свежего кофе только сильнее поднимал настроение. Все будто бы возвращалось на круги своя. Проходя мимо одного переулков, Грейнджер даже не сразу поняла как светлая улица сменилась влажным и холодным проулком. Она выронила стаканчик из своей руки, когда чья-то небольшая, но сильная рука прижала её к кирпичной кладке стены дома. — Какого…— девушкам не успела договорить, как её рот буквально наглым образом закинули «силенцио». Перед ней стояла женщина лет сорока, её лица было не видно из-за капюшона мантии, но руки выдавали возраст. Голос был холодным и каким-то бешенным. — Наконец-то я смогла тебя поймать. Как он вообще мог посмотреть на такую грязнокровку как ты? — слова сочились как яд из уст неизвестной. Её руки крепко держали девушку, поэтому ни двинуться, ни уж тем более взять палочку не получалось. — Я бы могла тебя просто убить, но не хочу ранить своего Северуса так сильно. — женщина палочкой нанесла неглубокий порез на её щеке, как предупреждающий жест. — Поэтому я даю тебе шанс самой уйти от него, заставить его ненавидеть тебя, разбить ему сердце, чтобы я наконец смогла заполучить его. Кивни если понимаешь меня. — Гермиона активно закивала, стараясь держать слезы под контролем, хоть и была слишком напугана. — У тебя неделя, потом я превращу твою жалкую тушку в горстку пепла и мир навсегда забудет твое имя. Время пошло. — неизвестная женщина быстро трансгрессировала и оставила перепуганную девушку в переулке. До работы Гермиона дошла скорее машинально, пока пыталась прийти в себя. Вот так всегда, стоит подумать что все наконец налаживается, как появляется какой-то психопат и вносит сумятицу. Если раньше все глупые угрозы были только на пергаменте, то теперь какая-то ненормальная перешла в активную фазу. Залечив порез в туалете отдела, Грейнджер умылась и уперлась руками в раковину, заглядывая в отражение зеркала. — Кажется приехали, Гермиона. Она вернулась к работе, полностью отдав себя процессу и не обращая внимания на все личные неурядицы. Сдавать вторую статью уже через два дня, нет времени сидеть и думать о том, кем же была та сумасшедшая. Погрузившись в написание статьи, девушка даже не сразу поняла что рабочий день закончился и все уже собрались домой. Вот только ей домой не сильно хотелось идти, было…страшно? Она отправила патронус Джинни и Гарри, попросив её встретить и заодно позвала поужинать. Они были единственными, кому она всецело доверяла и могла посоветоваться как поступить. Молодые люди забрали подругу с работы и направились с ней в ближайшее кафе. Поттер только вернулся с задания, поэтому был голоден как стадо гиппогрифов, как и Уизли, которая недавно закончила тренировку по квиддичу. Уже сидя в кафе, Гермиона вкратце пересказала последние события, связанные с их бывшим профессором и устало потерла виски. — Ещё и эта сумасшедшая требует отшить Снейпа чтобы она смогла быть с ним. Дурдом какой-то. Не знаю что делать. Парень поправил очки на переносице, смотря на лучшую подругу. — Давай приставим тебе аврора. Я могу сам встречать и забирать тебя с работы, она вряд ли сможет что-то сделать если рядом с тобой кто-то будет. Девушка покачала головой, отпивая через трубочку апельсиновый сок. — Гарри, это конечно очень мило с твоей стороны, но ты не сможешь постоянно ходить со мной везде. Магазины, рабочие встречи, да множество мест куда я хожу в течении дня. — Ты уже разговаривала со Снейпом? — к разговору наконец подключилась Джинни. — Может он знает её и сможет что-то сделать с ней? — Нет, мы не виделись с того дня как я не открыла ему дверь. Уже две недели тишины. — она пожала плечами. — Значит надо с ним встретиться и поговорить. Если он знает кто она или хотя бы предполагает, то мы сможем её задержать за угрозы убийством и попытку нанесения телесных повреждений. — Гарри отправил в рот кусок стейка и закивал. Уизли поддержала мысль своего молодого человека. — Гарри прав, Герми, попытаться точно стоит. Если нет, то будем думать дальше. В любом случае в обиду мы тебя не дадим. Можешь пока переехать к нам на Гриммо, до того как все не уляжется. — девушка тепло улыбнулась подруге и взяла её за руку. Грейнджер улыбнулась друзьям в ответ, их поддержка сейчас была для неё дороже всего и рядом с ними она ощущала себя в безопасности. Но не могла так влезать в их быт. — Нет, дома она меня точно не достанет. За это можете не переживать. Но вы правы, придется встретится с ним и поговорить. — она тяжело вздохнула от принятия этого непростого решения. Ей не очень хотелось с ним хоть как-то пересекаться, а тут нужно ещё и первой проявить инициативу и назначить встречу. Друзья ещё пару часов просидели в кафе, поужинав и просто пообщавшись на другие темы, в которых не фигурировала персона зельевара. Грейнджер была благодарна друзьям за понимание и компанию. Они проводили её до дома и отправились к себе, оставив наконец наедине со своими страхами. А ведь ей действительно было страшно написать ему письмо. — «Нам нужно встретиться и обсудить одну важную ситуацию. Завтра, в три часа, с том кафе, где была наша встреча. Пожалуйста. Г.Г.». — сипуха получив конверт и имя получателя, отправилась к нему, а сама девушка отправилась в душ чтобы смыть остатки груза дня. Зельевар снова был в своей лаборатории, но уже дома, занимаясь формулой совершенствования нового ликантропного зелья. Когда сипуха постучала клювом в его окно, он сначала сомневался впускать ли птицу, но пожалел её. Дав ей кусочек яблока, мужчина взял конверт и вскрыв печать, пробежался глазами по строчкам и слегка ухмыльнулся. Северус все гадал насколько хватит терпения у Гермионы и всего лишь через две недели этот бастион рухнул. — «Надеюсь это действительно важно, иначе я не ручаюсь за последствия.». — отправив сову обратно, мужчина продолжил расчет формулы, ловя себя на мысли что уже предвкушает эту встречу. Гермиона получила подтверждение на их встречу слегка выдохнула, игнорируя очередные угрозы от него. Она надеялась что с ним сможет выяснить кто эта женщина и разобраться с ней. Но это уже завтра, а сейчас необходимо уснуть, даже если голова похожа на радио, где наперебой меняются волны эфира. В три часа Гермиона сидела в кафе за столиком в самом углу заведения и нервно качала ногой. Ей было архиважно выяснить личность новой пассии Снейпа, которая напрямую угрожает её жизни. Мужчина решил не повторять детские игры девушки, поэтому пришел минута в минуту. Сев напротив неё, он скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула. — И так? Ради чего вы позвали меня сегодня? — он махнул официанту рукой, прося две порции кофе и пончики. — Профессор, вчера меня поймали у одной из подворотен, когда я шла на работу…— она не смогла сразу договорить, холод страха этого воспоминания снова прошиб её. — Не говорите что вас…— мужчина нахмурился, надеясь не услышать слов подтверждения своих догадок. — Нет, нет, нет, вообще не к этому веду. Меня поймала одна из ваших обажательниц и пригрозила «порвать» с вами, иначе меня убьют. Профессор, явно эта женщина, а это именно женщина, не девушка, из какого-то вашего бывшего или нынешнего окружения. — она сглотнула, переваривая каждую мысль, прежде чем озвучить её. — Она назвала меня грязнокровкой и явно имеет какое-то отношение к вашему прошлому. Снейп нахмурился, такого поворота событий он явно не мог предположить. Больная психичка, которая не боится таких слов, угрожает Грейнджер и жаждет быть с ним. Больше походит на какой-то дешевый бульварный роман. Осталось только ревнивого парня найти для неё и любовный квадрат готов. — Вы видели её лицо? Сможете описать? — он уперся руками в край стола, слегка барабаня по нему подушечками пальцев. — Нет, я не видела лица, только голос слышала и руки. — она тяжело вздохнула, понимая что это мало принесет пользы. — Прекрасный набор данных чтобы вычислить психичку. — зельевар снова задумался. — Есть один вариант, но он может быть болезненным для вас. Теперь уже Гермиона вскинула бровью. — О чем вы? — Ваш дружок Поттер что-то рассказывал вам про наши с ним попытки уроков оклюменции? — Да, очень поверхностно, но рассказывал…Подождите, вы что хотите забраться в мою голову?! — Десять баллов Гриффиндору за поразительную догадливость. — он усмехнулся. — Других вариантов я не вижу. Я не смогу даже попытаться понять кто бы это мог быть, если хотя бы не услышу её голос. Грейнджер поджала губы, кивнув официанту, который принес заказ, сделанный Снейпом. Он был прав и она это понимала, но ей было тяжело довериться ему и позволить проникнуть в свою голову, которая для него была бы как открытая книга. — Мне нужно подумать об этом… — Можете подумать, если не боитесь снова нарваться на эту ненормальную в очередной подворотне. А она явно следила за вами, раз знает маршрут от дома до работы. — мужчина чуть пожал плечами и отпил кофе из чашки. — Она сказала что дает мне неделю. Якобы чтобы я сама вас бросила, разбила вам сердце и она стала бы вас утешать. — Да, наш «разрыв» разобьет мое нежное сердце и я буду рыдать ещё пол года. — Снейп наиграно положил руку на сердце и покачал головой. Было странно наблюдать за ним такую радость, когда ей угрожают из-за него. Гермиона посмотрела на часы, у неё было ещё пол часа на перерыв, прежде чем ей нужно вернутся на работу. — Я заканчиваю работу в семь, встретимся у редакции. Не хочу лишний раз с ней пересекаться наедине. А трансгрессировать опасно, вдруг она увяжется за мной домой. Мужчина подумал, но кивнул. В целом ему было не сложно встретить девушку после работы. — Хорошо, но минута опоздания и я ухожу. — Я на другое и не рассчитывала. До встречи, профессор. — она забрала стаканчик с кофе и покинула кафе, возвращаясь на работу. Весь день она была как на иголках, ведь ей было нужно решить позволить Снейпу копаться в её воспоминаниях или все таки придумать другой способ найти неадекватную женщину. К семи часам Гермиона собрала свои вещи и вышла из редакции, у самого входа её уже ждал зельевар. Раз уж газеты и так пестрят теориями об их романе, то хуже от этого явно не станет. — Поразительная пунктуальность, Грейнджер. — мужчина подошел к ней и предложил локоть. И как ему удавалось одновременно быть джентельменом и козлом? — Вы явно плохо знаете меня. — она чуть засмущалась, но взяла его под руку. — Я согласна чтобы вы посмотрели нужные воспоминания, но только при обещании что ничего лишнего вы не будете искать. Только момент нашей с ней встречи. — Я на другое и не рассчитывал. — передразнил мужчина девушку и кивнул. — Если вы так боитесь за свои драгоценные воспоминания где вы с Уизли обжимаетесь по углам Хогвартса, то меня это не волнует, а рвотный рефлекс можно и другими способами вызвать. Ей было очень неприятно слышать его слова, но из-за положения их тел, она смогла только ущипнуть его за бок и нахмуриться. — Мы с Роном начали встречаться только после войны и к началу восьмого курса уже разошлись. Я не какая-то шалава, как ваша любимца Паркинсон. — фыркнула та. — А с чего вы решили что Паркинсон была моей любимицей? Я никогда не выделял студентов. Я презирал ваши интеллектуальные способности в равной степени. — он проигнорировал её щипок, ведь практически не почувствовал его. — Ну конечно, вашим змеям прощалось все, за что у нас снимались баллы. Не говорите об отсутствии предвзятости, словно этого нею никогда не было. — Гермиона закатила глаза. — Потому что Дамблдор поощрял безрассудство и взбалмошность вашего факультета. По пятьдесят баллов за попытку украсть философский камень и откинуться в мир иной. Это было справедливо? Грейнджер, я поддерживаю баланс между факультетами. И к вашему сведению, за это время много чего изменилось, львы и змеи уже не враждуют как прежде. Гермиона чуть укололась его словам, она действительно всегда принимала как должное предрасположенность директора к их факультету и им в частности. — В любом случае я все это вела к тому, что не была какой-то неправильной студенткой. И вообще не имею ничего общего с тем, какой вы меня описываете в последнее время. — Ну да и никогда не пытались добиться моего расположения к себе через вечно поднятую руку и задранный от гордости нос. — он ухмыльнулся, посмотрев на неё. — Я всего лишь хотела чтобы вы оценили меня по достоинству, а не гнобили из-за нашей дружбы с Гарри. — она посмотрела на него в ответ без капли страха. — Если бы я хотел, вы бы каждый раз выходили в слезах и соплях с моих занятий. Так что считайте это уже некой оценкой вашего величественного «Я». Через двадцать минут они дошли до дома Гермионы и она стала оглядываться по сторонам, пытаясь понять следили за ней или нет. Убедившись что все в порядке, девушка первой зашла в подъезд и поднялась с мужчиной на свой этаж, заходя в квартиру. Живоглот сразу же направился приветствовать вошедших, но сначала подошел к Снейпу, который почесал его за ушами. — Живоглотик, вообще-то я тоже здесь. — чуть обиженно сказала Гермиона и кот погладился об её ноги. — Давайте ещё кота ревновать начнем. — мужчина покачал головой и оставив мантию в прихожей, зашёл в гостиную. Девушка зашла следом и сбросила сумку на пол у дивана. — Чай или кофе? Ничего крепче в доме не осталось. — Ваша тяга к выпивке начинает меня пугать, Грейнджер. Чай, пожалуйста. — зельевар снова сел в полюбившееся кресло и закинул ногу на ногу. Девушка закатила глаза его вальяжности и ушла на кухню чтобы заварить чай. — Вы голодны? Я могу что-то быстро приготовить. — Давайте для начала проведем сеанс, иначе весь ужин может оказаться на моем сюртуке. Через десять минут она вернулась в гостиную и поставила небольшой поднос на столик, садясь напротив мужчины. — Насколько это может быть больно? — Ровно настолько, насколько сильно вы будете сопротивляться. Если я не буду ощущать никаких барьеров, все должно пройти удовлетворительно. Главное думайте об этом моменте, чтобы мне не пришлось перерывать всю вашу голову. — по его рукаву проскользнула палочка и оказалась в руке. — Готовы? Гермиона закусила губу и кивнула, концентрируя все внимание на том воспоминании. Она хоть и читала про окллюменцию и легиллименцию, но без должной практики освоить эту часть магии не смогла. — Готова. — Легиллименс. — Северус направил палочку на Грейнджер и тут же проник в её голову. Ей хорошо удалось удержать нужное воспоминание, поэтому он зацепился именно за него. Прокрутив весь момент дважды, он только начал строить догадки и копаться в своих воспоминаниях, как ощутил что теряет контроль. Кто-то явно сейчас отключится. Вынырнув из головы Гермионы, Снейп резко подхватил её, когда она начала падать лицом вперед. — Грейнджер, не отключаемся. — он стал слегка бить её по щекам. — Концентрируйся на моем голосе. Уснешь и проснешься с адской головной болью утром. В её глазах все плыло до размытых очертаний, единственное что она хорошо осознавала, так это запах. Легкий шлей можжевельника, полыни и чего-то, что она не могла разобрать. Лицо приобрело неестественную бледность, а слова никак не вязались на языке. Мужчина взял стакан и набрав полный рот воды, прыснул ею на девушку, от чего она начала слегка розоветь и приходить в себя. Он поймал себя на мысли, что испугался за неё, но быстро отбросил эти ощущения в сторону. Обычная паника человека в стрессовой ситуации, ничего такого. — Давай давай, я запрещаю тебе отключаться. Грейнджер, ещё одна попытка и ты пожалеешь. — Не…Не веди себя…Как козел…— еле выдавила она из себя и на губах появилась едва уловимая улыбка. Даже в таком состоянии Гермиона не могла упустить шанса назвать зельевара козлом. — Ещё спасибо мне скажешь. — Снейп усадил её обратно, когда понял что она уже может держать вертикальное положение и не заваливаться вперед. Маленькая, но победа. Он налил чай покрепче и положил три чайные ложки сахара с горкой, аккуратно вливая это всё в рот Грейнджер. — Аккуратнее. Сахар поднимем в крови и станет легче. Гермиона морщилась от количества сахара и крепкости чая, но послушно пила, уж очень сильно ей не нравилось находится на пограничном состоянии между явью и отключкой. Когда чашка опустела, она отодвинула его руку и выдохнула. Ей действительно стало легче. — Вы узнали её…Поняли кто она? — Почти, кто-то очень знакомый по голосу, но из-за твоей слабости я не смог до конца разобраться. Но этого достаточно для размышлений без твоего участия. — он отставил чашку и встал с колен, отряхивая невидимые пылинки. С чего вдруг Снейп решил перейти с ней на «ты»? — Надо узнать кто она…До того момента как она перережет мне глотку или ещё чего похуже. — её слегка передернуло и она поняла что все еще слегка подрагивает. Мужчина накинул ей на плечи плед, лежащий рядом на подлокотнике. — Мы будем разбираться в этом вместе, но позже. — он снова повторил свои слова, сказанные ранее, но уже в другом смысле, не угрожающем, а обещающем. — Как ты себя чувствуешь? Гермиона поплотнее укуталась в плед и кивнула. — Получше. Спасибо. Уже уходишь? — она посмотрела на него и вскинула бровью. — Нет, надо удостовериться что все в порядке и только после этого я смогу уйти. Так что потерпишь мою компанию ещё какое-то время. — зельевар вернулся в свое кресло и налил им уже по чашке нормального чая. — Значит мы теперь на «ты»? — не смогла удержаться от вопроса Гермиона и сделала глоток чая. — Думаю это позволительно в сложившейся ситуации. — он чуть кивнул. — Хорошо…Северус. — его имя с уст слетело, оставив необычное ощущение после себя. Было странно? — Я думаю что нам стоит устроить шоу на публике, заставить все газеты трубить о нашем разрыве. Если она поверит в это, то есть шанс что это послужит для неё как спусковой крючок. А там ей уже займутся авроры. Но для начала все равно нужно понять кто она, чтобы не допустить эксцессов. Мужчина выслушал её и снова кивнул. — Годится. Но если ты снова собираешься меня бить, то знай, что я очень мстительная натура и ты заплатишь за это. Гермиона усмехнулась и поправила плед. — Ну всё зависит от цены. Бить пощечины это своего рода театральщина. Или ты ростовщик с большими процентами? — Тогда узнаешь как только сделаешь это. Разумеется если не струсишь. — он вскинул бровью, пряча ухмылку в чашке с чаем.