Глава 1. Начало конца

Светло-русые волосы становились почти белыми от солнечного света, пробивающегося через окно. Ладонь прикрывала глаза, дабы сохранить ту толику темноты, которой не хватило этой ночью. До двух часов писать конспекты по ЗОТИ, Зельеварению и Нумерологии — то, что лишает сна всех порядочных старшекурсников Хогвартса. И вновь тебя будят знакомые лица, и вновь мантия с гербом Когтеврана, синий слегка приспущенный галстук, чёрные кеды с белыми носами, уже потрёпанные, но не менее любимые. Учебники, листы пергамента, перо и одно запасное (на всякий случай), баночка с чернилами. Бартемиус Крауч младший — почётный ученик, любимец всех учителей за исключением человека, отвечающего за спокойствие во всей школе. Он был его ночным кошмаром. Сказать, что парень частенько бывал в запретной части библиотеки только потому, что, по его словам, "за ней плохо следили", что иногда выбирался в запретный лес, дабы "проветрить голову", что ночевал в другой гостиной другого факультета или в комнате старост только потому, что у него там были друзья — абсолютно ничего не сказать о Бартемиусе Крауче младшем. Хогвартс он воспринимал как настоящий дом. То единственное место, куда хочется вернуться. Да и неудивительно: первые друзья, Регулус Блэк и Эван Розье, и.. Пандора. Пандора Розье, сестра того Эвана, которого она безумно раздражала одним своим присутствием, своим существованием. Но солнце зашло за облака, опять стало прохладно и темновато. Барти закрыл глаза, тяжело вдыхая и выдыхая свежий воздух. — Барт, — мужской голос окликнул его, он без особого желания склонил влево голову и увидел, как ему улыбнулся старшекурсник с тёмной копной волос. — Барт, я так и не дождался тебя вчера. Где ты был? Я от Птиц узнал, что тебя и в их зале не было. — Рег, я даже говорить об этом не хочу. Учёба высасывает из меня душу хлеще дементоров в Азкабане. Губы Блэка едва дёрнулись, изображая на лице некое подобие улыбки. Если это вообще можно назвать улыбкой. — Жаль. Мы с Эваном вчера обсудили... Нового преподавателя. Курировать нас будет. До этого времени сонный Крауч наконец-то разогнулся, вставая во весь свой рост и с смятением в глазах глядя на своего приятеля. Новый маг? Давно такого не было... — А наш... Наш уходит? Почему? Кто будет на его месте? Регулус довольно хмыкнул, одной рукой сильнее прижимая учебники к телу. Он был явно горд тем, что смог произвести впечатление всезнающего волшебника своего потока. — Былой учитель точно уходит. Я видел, как сегодня рано утром он покинул Хогвартс. А по поводу замены... Говорят, что некто, кто раньше тоже учился на Слизерине. А ещё говорят, что он симпатичный, но это уже девчачьи мечты. Барти поджал губы. Он знал, что для него это новая череда проблем: к подготовке к экзаменам прибавлялся пункт о зарекомендовании себя перед новым преподавателем, получении его уважения и приспособлении к новому виду объяснения материала... А также само знакомство с новым человеком. Нельзя сказать, что Барти давалось это настолько сложно, но просто не хотелось что-то менять. Да, его всё вполне устраивало, но только в пределах Хогвартса. За пределами здания его останавливал только запрет на пользование волшебной палочкой до конца учёбы в школе. — Наш первый урок состоится через две недели. Сейчас у него дела, он не может приехать раньше. Так что... Больше отдыха у тебя будет. — Регулус хлопнул Барти по плечу с такой силой, что тот немного подался вперёд. — А то ты реально в последнее время на ботана похож. Крауч недовольно цокнул, а после выбросил: — Я и так считаюсь панком среди Птиц. Остальные Когтевранцы поспокойнее меня будут. Так что благодари все существующие силы за то, что ты заговорил на первом курсе именно со мной. — Да-да-да, прямо ты и Пандора, я и Эван. Противостояние когтевранцев и слизеринцев. Но, если быть честным, я бы лучше посмотрел на то, как мы, чистокровки, набили морду этим... — Рег. Мы обсуждали это, — с наигранным осуждением произнёс русый. — Ну да, как же я мог такое сказать. Сейчас же все... Волшебники. — Блэк не смог сдержать своей фирменной высокомерной улыбочки и достаточно низкого смеха. Под общий хохот они прошли в кабинет, где вот-вот должен был начаться первый в этом году урок — зельеварение. Комната постепенно наполнялась чёрными мантиями с эмблемами синих пернатых и зелёных чешуйчатых. Регулус занял один стол, а Барти, как представитель Когтеврана, другой. Эван не заставил себя долго ждать — вот уже светлая макушка, обогнав такую же светлую макушку, бежит к столу Блэка, а это означает, что... Нет. Только не... — Здравствуй, — тихо произнесла девушка, подходя к Краучу. — Мест больше нет, а разным факультетам запрещено работать вместе, так что... Ты в любом случае не можешь мне отказать. — Да я... — попытался оправдаться Барти, прежде чем оглянулся и с недовольным лицом стал наблюдать за подкалываниями его друзей. Бывших друзей. Парень стиснул зубы, а после уставился на свои руки, которые нервно теребили корешок потрёпанного учебника зельеварения. Он только хотел продолжить свои оправдания, как ловкие женские руки уже вырвали у него учебник и водрузили на середину стола. — Я забыла свой в спальне, извини. Но я ведь вижу, что ты не против, да и тем более нам всё равно придётся работать в парах. "Работать в парах" — те слова, которые стали последней каплей терпения парня. Он готов был вынести групповое задание с кем угодно: будь то Эван, Регулус или несносный друг его брата — Джеймс Поттер. Но только не настырная девушка. Кто угодно, но не Пандора Розье. — Я против, — отрезал Барти. — Я не хочу с тобой работать, иди к женской группе. Вон там твои подруги, почему ты пошла именно ко мне, а не к ним? — Мне кажется, что мы общаемся с тобой на одном языке, — она указала на ту часть комнаты, о которой только что упомянул её собеседник. — Все места заняты. Тебе придётся принять тот факт, что работы в команде не избежать. Парень прикусил язык, чтобы не сказать лишнего, тем более девушке. Воспитание матери не позволяло так относиться к более слабому, но, в данный момент, ужасно раздражающему полу. Учебник он так и не отдал. Спустя некоторое время в комнату ворвался преподаватель со свитками пергамента наперевес. Закрепив один из свитков на доске, он объяснил технику безопасности, назвал нужную страницу учебника, а после начал разбираться в тех свитках, что принёс вместе с собой. Парень взял учебник и внимательно проследил за ходом выполнения работы, сделал на бумаге пару набросков необходимых ингредиентов, а потом молча стал выполнять задание. Пандора наблюдала за его действиями до тех пор, пока не поняла, что их общая оценка зависит и от её вмешательства тоже. — Мне что делать? Барти проигнорировал её вопрос и лишь сильнее сжал челюсти. Его руки были напряжены, а движения резки и точны настолько, будто бы он делал это уже много-много раз. Пандора вскинула брови. Видимо, он был гораздо несноснее её брата. Такой наглости надо было учиться у профессионалов. Ну что ж? Хорошо. Она сделает расчёты на бумаге сама. Без помощи. Без глупого ребёнка. Девушка что-то быстро начала писать на пергаменте, иногда окуная перо в чернильницу. Спустя несколько минут она получила результат. — Ну, на каком этапе создания зелья ты сейчас? — Я добавляю полынь. — Мм, это её горечь заставила тебя наконец-то открыть рот? Барти просто вскипел. — Слушай, не вмешивайся не в своё дело, если ты ничего не смыслишь в зельеварении. — Кто тебе сказал об этом?! Я уже знаю, как должна проходить работа, какого цвета зелье должно быть и что оно даёт. Полыни там вообще быть не должно! Крауч просмотрел свои записи вновь. Правда.. Полыни быть не должно. Наоборот... Она работала как ингибитор для всех ингредиентов вместе взятых. — Теперь ты видишь, почему должны работать вдвоём? — она едва коснулась его руки, когда вырвала колбу с жидкостью из его рук. Барти тут же убрал ладонь, почувствовав чужое касание. Как... Он? Ошибся? Барти молчал и теперь просто наблюдал за действиями своей помощницы. Она проводила работу гораздо медленнее, чем делал он, постоянно сверялась с рецептом и своими вычислениями. Жидкость в колбе сменилась с тёмно-фиолетового на блекло-серый цвет, бурление прекратилось, но от неё всё ещё исходил пар. В воздухе запахло хвоей. Профессор поднял глаза и посмотрел на их стол. — Да.. Это то, что от вас требовалось. Молодцы! Десять очков Когтеврану! Птицы возликовали, а змеи с обидой и отвращением опустили свои колбы. Барти оглянулся, и какая-то непонятная улыбка показалась на его лице. Общее счастье за минуту сплотило весь коллектив синих эмблем. Даже их с Пандорой. Регулус и Эван с недобрыми лицами уставились на пару, которая была впереди от них через несколько столов. Проигрывать никто не любил, но весь Хогвартс был основан на соперничестве: соперничестве факультетов, семей и взглядов. Как только пробил назначенный час, Пандора выбежала из комнаты самая первая, спеша, видимо, на следующий урок. Крауч даже не успел попрощаться или... Поблагодарить за десять очков для отстающего от Слизерина Когтеврана? Он удивлённо огляделся в поисках светлых волос, обладательница которых была едва выше уровня его плеч. Но нигде и ничего уже не напоминало о том, что произошло за пятнадцать минут до конца урока. — Ну и что это было? — почти зло сказал Эван. — Это теперь твоя новая подружка? — Что? Нет. Она просто нашла ошибку в моих... Умозаключениях. И исправила её. — Ага, это мы как раз ощутили. На своей шкуре, — Регулус уже успокоился, в то время как Эван продолжал медленно закипать от злости непонятно на кого. — Ладно, это не столь важно, мы всё равно лидируем в общем списке. Ты мне лучше вот что скажи... — Он наклонился ближе, явно желая спросить о чём-то, а после шёпотом продолжил: — Как она? — Да вы сговорились все?! — Розье не выдержал и взял Крауча за грудки, слегка приподнимая парнишку вверх. — Вы с ней теперь общаться будете?! — Эван, прекрати. — Регулус попытался сделать всё возможное, чтобы тот отпустил его лучшего друга. — Я пошутил. Хватит комедию ломать. Ты в нашей команде волшебников или нет? Люди смотрят. Крауч поднял руки в примирительном жесте, собираясь ответить на вопрос Регулуса, чтобы ещё сильнее разозлить Эвана. Он точно не был слабее блондина, но Блэк серьёзно посмотрел на него и почти незаметно покачал головой в отрицательном жесте. По этому взгляду стало понятно, что разговор будет продолжен только после ухода одного из членов группы, а данном случае Розье. День был пасмурный. Лишь иногда солнечные лучи пробивались сквозь пелену облаков, благосклонно одаривая всё живущее вокруг светом и теплом. Занятия шли медленно, но это не мешало друзьям обсуждать планы на выходные. Прогулки к лесу днём, прогулки по лесу ночью, когда все уже давно спят. А ещё... — Новый преподаватель. Я предлагаю разузнать о нём побольше. — С каких пор тебя стали так волновать учительские дела? Нам начинать волноваться, что тебя в скором времени завербуют в старосты Когтеврана? — Эван с сочувствием взглянул на товарища. — Да.. Это, безусловно, престижно, но ты почти перестанешь проводить время с нами. Ты ведь понимаешь, что это дополнительная ответственность и всё такое? — Эй, никто и не собирался становиться старостой. Что вообще за чушь? Приход нового учителя по ЗОТИ – это всегда нечто интересное. Вы же знаете, что это место проклято. Вам неинтересно, что станет со следующим? — Нам интересно, что станет с тобой, если ты так начнёшь интересоваться мужчинами-преподами... — Регулус ухмыльнулся. Иногда его шутки переходили все границы допустимого. Барти закатил глаза и произнёс нечто наподобие "идиоты". Смех Блэка и Розье, взгляд Крауча младшего были запечатлены в стенах того счастливого Хогвартса, от которого сейчас остались лишь руины. --- «Я потерял счёт времени. Но, вспоминая о тех почти беззаботных днях своей юности, я понимаю, что я застрял в 1978 году. В самом начале своего разрушения. Я так и не смог выбраться из того, куда сам стремился. Где же ты сейчас... Размыто.»