Пение - волшебный дар

Наступило утро следующего дня. На этот раз я поднялась вовремя, избежав очередного недовольства отца. Выполнив привычную утреннюю рутину и надев домашнюю одежду, я направилась к столу, однако отец отсутствовал. — Матушка, можно задать вам вопрос? — тихо обратилась я к матери, получив её утвердительный жест. — Почему отца нет на завтраке? — поинтересовалась я. — Отец утром получил кучу документов, поэтому не сможет присоединиться к нам сегодня, — ответила она, сделав небольшую паузу перед продолжением. — К тому же, к нам ненадолго прибывают Канако с сыном, пока её супруг находится в служебной поездке. — Понятно, — пробормотала я, взяв бамбуковые палочки, которыми служанка только что разложила еду на столе. Прибытие Канако стало самой неприятной новостью сегодняшнего дня. Моя сестра никогда не нравилась мне своими постоянными насмешками. Как бы я ни старалась, никак не могла понять причину её недоброжелательности. Сегодняшнее блюдо оказалось холодным — вероятно, это очередное наказание за вчерашнее опоздание. Впрочем, привыкшая к подобным ситуациям, я спокойно приступила к еде, быстро завершив завтрак и отправившись в свою комнату. Сегодня занятий не предстояло, и я решила провести время за любимым делом. Захватив иглу с нитками, уселась на кровати и принялась вышивать новый рисунок — красную розу. Прошло некоторое время, когда дверь комнаты внезапно распахнулась. Испугавшись неожиданного вторжения, я неловким движением повредила ладонь иглой. На пороге стояла Канако. Едва увидев кровь на моей руке, её лицо озарилось характерной ухмылкой, столь привычной с детских лет. — Матушка! Посмотрите, какая наша Миоко неуклюжая, нанесла себе такую нелепую царапину! — громко позвала она, привлекая внимание матери, чьи шаги вскоре раздались в коридоре. — Ты даже простейшую вещь, вроде вышивания, не можешь сделать аккуратно! Канако оставалась прежней — замужняя жизнь ничуть не исправила её высокомерия и злобности. Вскоре появилась мать. Осмотрев мою рану, она раздраженно бросила пару реплик себе под нос, прежде чем приступить к обработке повреждения спиртом, отчего порез ощутимо защипало. — Одни хлопоты от тебя, сплошной ужас! Хорошо хоть внешность удалась, иначе совсем пропала бы! — ворчливо произнесла она, закончив обработку раны и взяв Канако за руку, вместе удалились из комнаты. Облегчённо выдохнув, я осмотрела перевязанную руку. Повреждение кровоточило сильнее, чем ожидалось, оставляя кровавые следы сквозь бинты. Пришлось отложить вышивку и переключиться на рисование. Перед собой я расположила простой натюрморт — вазу с пионами. Этот цветок я полюбила с раннего детства. Ещё тогда узнала, что именно пионы являются символом нашего рода Каору, благодаря которым мы гордимся своей принадлежностью, хотя порой эта связь вызывает смешанные чувства. Красота цветов, растущих в нашем саду, завораживала меня настолько, что я до сих пор храню детскую заколку с изображением пиона. Погрузившись в творчество, я провела несколько часов над рисунком, лишь поздно вечером осознав, что ночь опустилась на дом и все давно легли спать. Теперь можно было позволить себе любимое занятие — петь. Самое главное, чтобы никто не услышал мой голос. «Знаешь ли ты древнюю легенду о прекрасной девушке, жившей тысячу лет назад неподалёку от густого леса? Голос её обладал таким чарующим звучанием, что ею восхищались и покорялись ей. Узнав об этом даре, народ окрестил её нечистой силой, и потребовались целые армии воинов, чтобы уничтожить загадочную обладательницу магического дара!» — старинная сказка, которую нередко пересказывали в нашей семье, вновь всплыла в памяти. Эта девушка была известна каждому в роду Каору. Именно её судьба принесла нашим женщинам настоящее испытание. Наши голоса обладают особым качеством, способным пленять сознание окружающих, подчиняя их воле. Однако этот дар крайне опасен, поскольку любое использование чревато обвинениями в колдовстве и суровыми наказаниями вплоть до смерти. Поэтому с малых лет нас предупреждают о недопустимости раскрытия тайны своего таланта. Однако, когда я начинаю петь, испытываю непередаваемое чувство свободы. Тело становится невесомым, мысли освобождаются от повседневных забот, дыхание наполняется свежестью, словно душа воспаряет высоко над обыденностью. Я легла на кровать. Положив голову на свою мягкую подушку, мой рот открылся и из уст начал выходить мой голос. Я пела тихо, чтобы никто не услышал, иначе меня бы жестоко наказали. Именно во время пения мой голос становился каким то... Более изящным?Мягким? Я не знаю, но таким он мне нравился больше. Напевая себе колыбель, я уснула, сама не заметив этого. 650 слов