Новая жизнь

Открыв глаза, девушка ощутила ужасную головную боль. На автомате она попыталась нащупать телефон, которого почему-то не оказалось на привычном месте. Простонав, она лениво разлепила веки и оглядела кровать в поисках гаджета, но почти сразу замерла. Это была не её кровать. Вскочив на ноги, девушка заметила непривычную тяжесть собственного тела, но сейчас это было неважно. Быстрым шагом она подошла к окну и одним движением раздвинула шторы. Местность оказалась незнакомой. Девушка даже близко не могла предположить, где в её городе мог находиться такой коттеджный посёлок. Но точно не рядом с клубом, в котором она вчера развлекалась. Впервые в жизни, между прочим. Вздохнув, она вновь попыталась найти свой телефон. Взгляд упал на туалетный столик рядом с кроватью, на котором лежало что-то, отдалённо напоминающее её гаджет. «Опять зрение упало, что ли?» — подумала она, заметив, каким маленьким он кажется. Подошла ближе, но телефон в размерах не изменился. Видимо, это всё же не её устройство. Но чьё же? И тут она краем глаза увидела своё отражение в зеркале. Точнее, совсем не своё. В зеркале отражалась статная шатенка с карими глазами. Но ей было явно больше двадцати пяти! Что за неудачная пластическая операция? И почему глаза стали карими, если всегда были зелёными? Девушка попыталась снять линзы, но их, очевидно, не было. Постепенно её начала охватывать настоящая паника. Что с ней случилось за одну ночь? Она попыталась вспомнить. Последним ярким воспоминанием был коктейль — она ведь даже не любительница клубов, просто друзья уговорили отметить сданную сессию. А потом странный привкус во рту, волна неестественной эйфории и ужасная боль во всём теле, будто его разрывали на части. Лица того парня у бара она даже не запомнила. Девушка взяла в руки странный телефон в надежде хоть что-нибудь выяснить, но он оказался запаролен. Только в окне уведомлений виднелся пропущенный вызов от некоего Натана. Минуточку... Натана? Она ещё раз посмотрелась в зеркало. Не может быть... Она начала рыскать по шкафчикам в поисках документов, которые, по идее, должны были где-то находиться. Через полчаса поисков она наконец нашла их в потайном ящике стола. «И зачем только так заморачиваться?» — мелькнула мысль. Открыв водительские права, она на несколько секунд замерла. Мэри Хэтфорд. Чёрт, неужели она умерла и переродилась, как в клишированных новеллах? Еще и во второсортную трилогию, которую ей посоветовала лучшая подруга. — Сука, а ведь только сессию закрыла... Планировала наконец-то расслабиться. А тут такое блядство! — она обессиленно упала на кровать, зарываясь лицом в подушку. — Знала бы, что так будет, не впахивала бы как проклятая на двух ночных работах ради оплаты обучения. По щекам теперь уже Мэри потекли слёзы. — Ещё и переродилась во второстепенную героиню, которая точно живёт не самую лучшую жизнь. Натан же меня прикончит в первую же неделю, как только выяснится, что настоящая Мэри исчезла... Девушка перевернулась на спину, уставившись в потолок пустым взглядом. Слёзы не переставали течь по щекам. — Боги, переродите меня в какую-нибудь принцессу из северного герцогства!

***

Мэри прорыдала несколько часов, прежде чем осознала, что нужно что-то делать с её положением. Идти по сценарию ей точно не хотелось, да она бы и просто не смогла. Она не обладала теми навыками, которыми владела настоящая Хэтфорд. Да что там навыки... Она даже говорить по-английски не умеет. Забросила этот несчастный язык ещё в школе. Кто ж знал, что она окажется в столь идиотском положении? И вообще, где встроенный переводчик и охуенные способности, как в других историях? Почему именно ей нужно так страдать? Единственным вариантом было самостоятельно прийти к Натану с повинной, чтобы хоть как-то облегчить свои страдания. Вот только как рассказать, если не знаешь языка? Видимо, придётся позаниматься несколько дней самостоятельно, чтобы вспомнить хотя бы азы этого глупого языка. Внезапно в дверь постучали, и раздался тихий детский голос, который о чём-то жалобно просил на английском. Из всего сказанного девушка смогла различить только «мама» и «еда». Точно, она же ещё и мать в двадцать шесть лет. За что ей такое наказание? Нет, она, конечно, безусловно любила Натаниэля как персонажа и даже испытывала некий материнский инстинкт по отношению к нему. Но, сука, заботиться о ребёнке, когда она о себе позаботиться не в состоянии? Это определённо было ударом ниже пояса. Но нужно было что-то делать. Даже если ты ничего не можешь. Готовить она не умела, заказать доставку без знания языка не могла. Оставалось только послать ребёнка к отцу, каким бы безумным это решение ни казалось. Мэри взяла листок для заметок и корявым почерком написала: «Go to father». Просунула записку под дверь. У неё совершенно не было сил встречаться с главным героем лично. И вновь вернулась в кровать, чтобы погрузиться в свою меланхолию, хотя перекусить ей тоже не помешало бы. За дверью послышалось хныканье. Видимо, идти к отцу Натаниэль не особо хотел. От этих звуков сердце девушки сжалось. Она медленно подошла к выходу, впервые открывая дверь в коридор. Ничего не сказав, она просто взяла Натаниэля на руки и понесла в комнату, прижимая к себе, как величайшее сокровище. Он пытался что-то сказать, но она уже не понимала ни слова. Она гладила его по спине и шептала успокаивающие слова на русском. Усадив ребёнка на кровать, она снова вышла и направилась вниз, интуитивно ища кухню. Нужная комната быстро нашлась, но в холодильнике едва ли было что-то съедобное. Из нормальных продуктов — только пачка печенья, пара бананов и молоко. Но выбирать не приходилось, поэтому она взяла всё это. Налила стакан молока, сложила на поднос печенье и банан и отправилась обратно в комнату, где её с нетерпением ждал сын. Однако по пути к лестнице ей не посчастливилось встретить Патрика. От одного его взгляда и габаритов этого мужчины по телу Мэри пробежала дрожь. Теперь она понимала страх Нила перед этим человеком. Он ведь действительно мог убить одним ударом. Это заставило её ускорить шаг, возвращаясь в комнату, которую она по умолчанию уже считала безопасной зоной. Натаниэль встретил её радостной улыбкой и тут же принялся за еду. И сердце Мэри на мгновение дрогнуло. Так вот что значит — быть матерью. На губах медленно расцвела нежная улыбка. Кто бы мог подумать, что может быть приятно смотреть, как едят другие люди. После небольшого перекуса Натаниэль пробормотал благодарность и встал, чтобы отнести поднос обратно, но Мэри жестом остановила его. Она сама убрала посуду, боясь, что ребёнок может что-то разбить, а это, в свою очередь, вызовет гнев одного рыжего мудака, который явно скоро должен был вернуться домой. Остаток дня она пролежала в постели, прижимая к себе Натаниэля, как мягкую игрушку. Им предстоит ещё через многое пройти. Особенно теперь, когда она не в силах убежать от Балтиморского Мясника. Но кто знает, может, всё обойдётся. В конце концов, её отправили сюда не для того, чтобы ещё раз умереть.

***

Натан вернулся домой поздно вечером. Громко хлопнув дверью, он прошёл на кухню, где по привычке ожидал увидеть оставленный на плите ужин. Но его почему-то там не оказалось. Он открыл холодильник в надежде найти ужин там, но его встретили пустые полки. — Что за бред? У нас что, деньги в семье закончились? — пробормотал он раздражённо. — Или Мэри опять уехала к Хэтфордам без предупреждения? На звуки суматохи пришёл Патрик. — Господин Натан, с возвращением. Вы что-то ищете? — сухо поинтересовался мужчина, останавливаясь в дверном проёме. Натан сжал кулаки. Разве это не было очевидно? — Да, свой ужин. Должна же была Мэри что-то мне оставить. Ещё и на телефонный звонок не ответила. — Госпожа сегодня весь день вела себя странно, — задумчиво произнёс телохранитель. — С утра её накрыла ужасная истерика. Из комнаты доносился громкий плач, а несколько охранников слышали ругань на каком-то непонятном языке. Где-то в два часа к ней пришёл Натаниэль. Они вместе перекусили печеньем с бананами и легли спать. Больше госпожа на кухню не спускалась. Натан кивнул, пытаясь осмыслить непривычное поведение жены. Обычно у неё всё было строго по часам: никаких перекусов, только полноценные приёмы пищи. Свободное время она тратила либо на обучение Натаниэля, либо на саморазвитие. Неужели в семье Хэтфордов что-то случилось? Или эта женщина опять взялась за старое? Он вроде бы научил её послушанию ещё в первый год брака. Что же сегодня изменилось? — Ей никто не звонил? Брат? Отец? Или кто там сейчас главный в этом несчастном клане? Патрик отрицательно покачал головой. — Значит, придётся идти разбираться самому, — раздражённо цокнул Натан и направился к лестнице. Комната жены оказалась заперта, хотя он вроде бы запретил подобные вольности ещё в первые годы совместной жизни. Впрочем, не то чтобы замок мог его остановить. Несколько резких движений — и дверь открыта. Но Натан почему-то не торопился войти. Сначала он осмотрел тёмное помещение, отмечая неописуемый бардак, что тоже было совершенно несвойственно Мэри. Наконец он прошёл в комнату, переступая через разбросанные вещи. Мэри лежала на боку, лицом к стене, а Натаниэль прижимался к её спине, словно она могла защитить его от всего мира. Подобная картина не вызывала в Натане ничего, кроме презрения. Его сын не должен показывать слабость. Рука мужчины занеслась для удара, но кто-то вдруг дёрнул его за футболку. — Ещё пять минуточек, нужно доделать проект... — пробормотала Мэри на русском. — А потом я обязательно почешу тебя за ушком, Пепи. Натан вопросительно уставился на жену, не поняв ни слова. А через секунду его утянули на кровать. Натан, не ожидавший такого подвоха, потерял равновесие и упал прямо в объятия жены. Что вообще здесь происходит? — Пепи такой тёплый и мягкий... Так и хочется затискать, — продолжала бормотать Мэри, пуская слюни на рубашку Натана. Натан хотел было встать и прекратить этот балаган, но глаза предательски закрылись. Уставшее тело расслабилось, и он впервые в жизни уснул в чьих-то нежных объятиях. — Хороший пёсик...

***

Утро Мэри началось с ужасного жара и тяжести, словно её облепила куча милых пёсиков, не желающих слезать. Она разлепила глаза, надеясь, что так оно и есть. Но увиденное заставило её тут же закрыть глаза обратно, отчаянно желая, чтобы это оказалось сном. Её, блять, обнимает Натан Веснински. Она не знала, краснеть ей или бледнеть от страха. Единственной дельной мыслью было свалить отсюда поскорее вместе с Натаниэлем. Что Мэри и собиралась сделать. Однако выпутаться из объятий, не разбудив вспыльчивого мужа, не получилось. — Мэри, какого чёрта ты... — зло начал Веснински, но жена быстро его перебила: — I don't speak English. I only speak Russian, — с ужасным акцентом произнесла она. Натан смерил её поражённым взглядом. Но такой чудовищный акцент невозможно было подделать, поэтому он быстро набрал чей-то номер. — Алло, господин Ичиро, не могли бы вы одолжить мне переводчика с русского на денёк? Буду очень благодарен, — почтительно произнёс он, сверля жену странным взглядом. Похоже, день будет весёлым.