Глава 13. Красная карточка.

Шёл второй тайм, счёт был 12:12. Стефан упёрся руками в колени, тяжело дыша. На поле пахло чьей-то кровью, потом и травой. Всё как будто происходило под водой. Слева кричал Нейт, собирая защиту. Справа Эммет сцепился с вингером соперника — хотя мяч был далеко. Выпрямившись, Стефан побежал вперёд. Он видит мяч, видит соперника. Непроизвольно глаза поднимаются на трибуны — и он замечает её. В его джерси. Эммета сбивают с ног после свистка, из его носа течёт кровь, заливая лицо. Вскочив, Эммет хватает обидчика за ворот. Стефан наблюдает за ними. Это была не его драка, но то, как Ллойд-Хафен сейчас разорвёт ублюдка, было интересно. Нейт тут же подбегает, вставая между ними, оттаскивая Эммета. — Успокойся, — шипит Нейт, отпуская его. — Нам нужны очки. Без тебя на поле ничего не получится. — Он ударил меня в лицо, — Эммет сплёвывает кровь на землю и вытирает рукавом лицо. — Я видел. Судья — нет. Так что играй. Эммет отходит, но плечи у него взведены как пружина. Второй тайм. Мяч у Джаспера. Он отдаёт пас Эммету. Тот продавливает двух соперников, оглядывается и кричит Стефану. Стефан не слышит. Голова раскалывается, в виске пульсирует: тук-тук-тук. Он поднимает глаза, снова смотрит на трибуны. Вспоминает тот злосчастный вечер. Переводит взгляд на Эммета и на то, как тот падает под захватом. Потеря. — Ты спишь?! Там был пас! — Эммет рычит, хватая Стефана за грудки, и тут же отпускает. Стефан молчит, но струна натягивается сильнее. — Приди в себя, сукин ты сын, — сплёвывает Эммет и отходит. Глубоко вздохнув, Стефан мотает головой, пытаясь прийти в себя. Две минуты до конца. Соперник атакует. Мяч у их восьмого номера — здорового, он улыбался весь матч. Стефан бежит на него. Соперник скалит зубы. — Эта твоя шлюшка, хороша она на вкус? Стефан на секунду замирает. А потом в голове раздаётся щелчок — как выстрел пистолета. Он врезается в соперника не по правилам. Ударяет плечом в челюсть и начинает бить кулаком в лицо — ещё, и ещё, и ещё раз, пока соперник не обмякает, а лицо превращается в кровавое месиво. Прозвучал свисток, все подбежали разнимать их. Но он слышал только своё дыхание и голос отца. — Стефан! — кричит Нейт. — Отпусти! Нейт и Джаспер оттаскивают Стефана от соперника. Шатаясь, он поднимается на ноги. Руки в крови и ссадинах. Красная карточка. Удаление до конца матча. Он уходит, не оборачиваясь. Эммет смотрит вслед, сжимая кулаки. Джаспер со стоном поднимает глаза к небу, закрывая их на секунду. Нейт поднимает руку, успокаивая команду. В голове — тишина. Когда он идёт в раздевалку, Стефан уже представляет, как декан отправляет его к психологу. Как Нейт будет кричать на него. А Селестия… Он замедляет шаг. Открывает дверь раздевалки — и видит Элль. С его телефоном в руке.

****

Элль Я застыла, раскрыв глаза от ужаса. Стефан стоял у входа — весь в поту, крови — и выглядел как разъярённый бык. Мне конец. Медленно, заторможенно, Стефан закрыл дверь и сделал шаг ко мне. Я отступила назад, держа телефон в руке до побелевших пальцев. — Ты что здесь делаешь? — спросил он. Не громко, но голос резал. Я не ответила — язык будто прилип к нёбу. На меня никогда не выплёскивали агрессию: ни родители, ни в школе. Такого Стефана я видела впервые. Когда он сделал ещё один шаг вперёд, я отступила назад, упираясь спиной в холодную дверцу шкафчика. Дальше некуда. — Я спросил, — прорычал он. — Что. Ты. Здесь. Делаешь? Я открыла рот — и в этот момент в сантиметре от моей головы пролетела бутылка с водой. Я вздрогнула всем телом и зажмурилась. Плечи взлетели вверх, спина вжалась в металлическую дверцу. В ушах зашумело, и сквозь этот шум я услышала свой голос. Слишком тихий. — Искала зарядку у Нейта… Медленно открыв глаза, я заметила, как Стефан закрыл лицо руками. Бутылка лежала у ног. Пальцы, сжимавшие телефон, мелко подрагивали. — С моим телефоном? — спросил он. Я перевела взгляд на его телефон. Я во всём виновата. Сжав губы, я сглотнула и положила телефон на скамейку. — У вас с Нейтом… одна модель, перепутала, — быстро проговорила я и выбежала из раздевалки. Быстро идя по коридору, я влетела в женский туалет и заперлась в кабинке. Ноги подкосились, и я сползла по стене на холодный кафель. Колени, руки и губы тряслись. Всхлип вырвался сам. Ком встал в горле как проволока, и по щекам потекло. Я закрыла лицо ладонями, чувствуя, как мокрые, тёплые слёзы капают между пальцами. — Дура, — прошептала я. — Дура, дура. Но я просто хотела узнать о Селестии. Неизвестно, сколько я так просидела. Минуту. Десять. Когда слёзы кончились, я вытерла лицо тыльной стороной ладони и поднялась с пола. Выйдя из кабинки, я посмотрела на себя в зеркале. Тушь размазалась, глаза опухли. — Никто не должен видеть, — сказала я своему отражению. Включив кран, я умылась холодной водой и вышла из туалета. Пройдя по коридору, я задумалась. Идти обратно на игру я не хочу, видеться с девочками — тоже. Глубоко вздохнув, я развернулась и пошла к выходу со стадиона. Выйдя на улицу, я остановилась. В кармане лежали ключи от мотоцикла Нейта. «Я просто возьму на один раз». Кивнув, я пошла на парковку, подходя к чёрному с зелёными полосками Kawasaki Ninja ZX-10R. Нейт не обидится. Достав свой шлем, я надела его, села на мотоцикл и завела. Двигатель зарычал — низко, отдавая по всему телу. Выжав сцепление, воткнув первую передачу, я осторожно добавила газу. Мотоцикл дёрнулся, но не заглох. По телу разлилось такое приятное чувство, будто что-то очень важное приняло меня в мир Нейта. Медленно я выехала с парковки, вцепившись в руль так, что побелели костяшки. Но двигатель рычал, мотоцикл слушался — и страх понемногу отпускал. Глубоко вздохнув, я представила, как Нейт ездит на мотоцикле, и добавила газу. Я наклонилась вперёд, прижимаясь к баку, и поехала. Это было завораживающее чувство. С каждым километром страх таял, превращаясь во что-то другое. В лёгкость. В желание кричать во весь голос, чтобы отпустить себя моменту. Я не знала, куда еду. Просто вперёд — мимо домов, фонарей, машин. Байк рычал, несясь вперёд, вибрируя под бёдрами. Где-то на трассе я посмотрела на спидометр и не поверила. Стрелка заходила туда, куда я не заглядывала, даже когда ездила с Нейтом. «Вот, значит, как ты себя чувствуешь», — подумала я о Нейте, чувствуя, как в груди разливается тепло. Через полчаса я сбавила скорость и развернулась. Игра должна была уже закончиться. В груди всё ещё горело, и, к своему удивлению, я не хотела расставаться с этим чувством. Доехав до дома, я заглушила мотор. Тишина после рёва казалась оглушительной. Сняв шлем, я достала телефон и увидела пропущенные от Нейта и Селестии. Я слезла с мотоцикла и по пути домой перезвонила Нейту. — Ты взяла мой мотоцикл? — тут же послышался его голос. Я на секунду прикрыла глаза, открывая дверь, и увидела, как подбегает Бруни, начиная прыгать и тяфкать. — Да, это была я. — Я замолчала, закрывая за собой дверь, прошла и упала на кровать. — Извини. — Всё нормально. — Я скривила губы, зная, что всё не в порядке. — Я заеду завтра, заберу. Сейчас я… занят. Я кивнула и сбросила звонок. Бруни запрыгнула на кровать и начала облизывать моё лицо. Я слабо улыбнулась, протянула руку и почесала её за ушком. Повалив Бруни, я легла, накрылась одеялом и уставилась в потолок. В комнате было темно и тихо. Глаза всё никак не закрывались. — Ты дура, — сказала я себе. — Полезла в чужой телефон. Испугалась. Сбежала… Я перевернулась на другой бок и обняла подушку. В голове прокручивалось лицо Стефана. Его гнев… или обида, что ли? Надо извиниться. От этой мысли стало чуть легче. Уж извиняться я умела. Встав в семь утра, я пошла на кухню, стараясь не разбудить Бруни, которая лежала на кровати кверху пузом. На кухне было тихо — только гудел холодильник и солнечный свет проникал сквозь жалюзи. Я достала муку, масло и яйца. Помню, в шестнадцать лет мы сильно поругались с Нейтом. Он тогда очень странно себя вёл, водился с плохой компанией, и из-за этого мы поссорились. После я приготовила ему кексы в знак примирения. Пока я месила тесто, в голове прокручивались слова: «Стефан, извини за вчерашнее. Я не должна была. Вот, я испекла…» Кексы получились пышные, золотистые. Я улыбнулась, складывая их в розовую коробочку и перевязывая золотой лентой. Быстро насыпав корм Бруни, я сделала заметку погулять с ней и отправилась в дом парней. Сев на мотоцикл, я поехала. Чувство от поездки ничуть не изменилось — всё то же воодушевление. Припарковав байк на парковке, я заметила новенький McLaren. Эммет купил себе новый? Оторвавшись от машины, я пошла к дому, держа в руках коробку. Внутри было шумно — команда уже проснулась, и полуголые парни заняли весь дом. Кто-то сидел на диване, кто-то на кухне. Увидев меня, они ничего не сказали, только поздоровались. Я поздоровалась и быстро поднялась на второй этаж. Мельком взглянув на комнату Нейта, я прошла дальше и замерла. Нервно сглотнув, я постучала. — Войдите, — послышался усталый голос Стефана. Открыв дверь, я увидела Стефана. Он сидел на подоконнике и курил. Но что заставило меня сдержаться, чтобы не открыть рот от удивления, — это Селестия в его кровати. Они что… не может быть. Ни за что. Она просто устала. Увидев меня, Стефан нахмурился, приподняв бровь. — Ты? — Я, — тихо сказала я, чтобы не разбудить Селестию. — Принесла кое-что. Я протянула коробку с кексами. Розовая коробка с золотым бантиком. Стефан застыл, забыв о сигарете в руке, и непонимающе смотрел на неё. — Это за вчерашнее. Я не должна была лезть в твой шкафчик, — я сглотнула, переводя взгляд с коробки на Стефана и обратно. — Вернее, в телефон. Кексы… ну, как извинение. Я аккуратно поставила коробку на подоконник рядом с ним, не дожидаясь ответа. Стефан смотрел на неё, не веря своим глазам. Потом перевёл взгляд на меня, рассматривая с ног до головы, будто видел впервые. — Ты серьёзно? — спросил он, выкидывая сигарету в мусорку. — Абсолютно. — Я кивнула, сжав руки в кулаки. — Я испекла их сама. Слышала от Нейта, что ты любишь шоколад. Он помолчал, скептически глядя на кексы, думая о чём-то своём. Медленно протянул руку и взял один. — Не отравлены? — спросил он, откусывая. — Ну, если хочешь, можем позвать Нейта, — я слабо улыбнулась, всё ещё чувствуя себя неуютно. Стефан усмехнулся, спрыгивая с подоконника. — Здесь Нейта нет, — лениво ответил он, проходя по комнате. — Он занят. Я нахмурилась. Занят? Чем он мог быть занят? Я прошла к выходу, но на ручке двери замешкалась. — Мы забудем, что было? Стефан снял футболку и пожал плечами. — Если ты так хочешь. Кивнув, я вышла из комнаты. Одно дело сделано.