Глава 14. Возьми себя в руки.

Селестия Четверг. Я шла за Стефаном, в руке держа кофе. Я могла с ним просто поговорить. — Куда мы идём? — Я догнала его, поравнявшись, едва касаясь плеча. — В место, где нас не будут отвлекать. Нахмурив брови, я вздохнула, борясь с желанием развернуться и пойти в другую сторону. Когда мы подошли к библиотеке, я отдала кофе мимо проходящему студенту, а потом забежала внутрь за Стефаном. Библиотека была огромная — стеллажи от пола до потолка с миллионами книг. Пахло нотками кофе и страницами. За два года обучения я бывала здесь крайне редко, большую часть времени проводила дома. А вот Нифель, наоборот, большую часть проводила именно здесь. Я не знала, куда меня ведёт Стефан, но и повернуть назад не могла. Поэтому шла за ним, уставившись в его широкую спину. Стефан пошёл в дальнюю часть библиотеки. Студентов здесь не было — только деревянная дверь, ведущая в архив. Распахнув её, он отошёл в сторону, пропуская меня вперёд. Я прищурилась, наблюдая за ним, но прошла внутрь. Внутри пахло пылью. Стояли стеллажи с папками, один стол и одно кресло у стены. Стефан прошёл и со вздохом упал в кресло. — Иди сюда, — сказал он тихо. Стефан хлопнул себя по бедру один раз. Не просьба. Но и не приказ. Что-то между. Я не двинулась. Смотрела на него, чуть склонив голову набок. Я видела, что он делает. Его ошибка в тот вечер была его же эго. Его кадык дёрнулся. Стефан не отводил взгляда, следя за мной как за добычей. Облизнув губы, я подошла к нему. Медленно опустилась на колени — не боком, не верхом, а так, чтобы сразу встать и уйти. Я положила руки на подлокотник и посмотрела на него, будто спрашивая: «Что ты сделаешь?» Он потянулся. Его руки скользнули под мои колени — грубовато и нетерпеливо. Я выдохнула, следя за движением. Он перекинул мои ноги себе на колени. Платье задралось — но я не одёрнула. — Умница, — выдохнул он хрипло. Я поймала его взгляд, который опустился к моим губам. Его пальцы скользнули по бедру — от колена вверх. Медленно. Так медленно, что я чувствовала каждый миллиметр. Моё дыхание сбилось, но взгляда от его лица я не отвела. — Ты хотел поговорить, — напомнила я. Его рука замерла там, где платье заканчивалось. Он не двинулся дальше — просто держал ладонь на моей коже. — Ты за эти дни ходила в компанию? Проверяла, как там? — Его голос был хриплым, спокойным — и это пугало ещё больше. — Твой бизнес стоит, а ты ничего не делаешь. Он поднял взгляд с моего бедра, глядя мне прямо в глаза. Я отвела взгляд — язык будто прилип к нёбу. Конечно, я ничего не делала. Стефан цокнул, покачав головой. — Вот оно, — сказал он тихо. Он криво усмехнулся и убрал руку — медленно, будто нехотя. — Селестия… возьми себя в руки. Я на секунду замерла. В груди всё пылало. Взять себя в руки? Я повернулась к нему, не зная, что ответить. Стефан смотрел на меня несколько долгих секунд. — Я помогу тебе. Если ты возьмёшь себя в руки. Щёлкнув зажигалкой, он поднялся с кресла, облизнул губы и прошёл мимо, слегка задев плечом. Я осталась одна в архиве — с колотящимся сердцем и такой острой обидой. Я знала это с самого начала. Знала. Но услышать от кого-то было очень… Я выдохнула, тряхнув головой, отгоняя мысли. «Селестия, возьми себя в руки». Голос Стефана отдавался в моей голове будто заведённая пластинка. От этого я ненавидела его ещё больше. Или нет? Пятница. С утра я набралась смелости и решила съездить в компанию до игры парней. Припарковав свой чёрный Maserati MC20 на место, где раньше парковался отец, я глубоко вздохнула. На мне был чёрный костюм, который я выбирала всё утро, и мне пришлось разбудить Лину, чтобы она помогла мне решить, что надеть. Заглушив двигатель, я вышла из машины. Подходя ко входу в здание, я начала нервничать ещё сильнее. Стеклянные двери разъехались в стороны, пропуская меня. Я подошла к ресепшену. В холле было прохладно, люди ходили туда-сюда. — Я к господину Анри Фонтену. — Я знала, что он старый директор, который выходит на пенсию и передаёт дела. — У вас запланировано? — Девушка даже не взглянула на меня. Я сжала руки, чувствуя, как начинает колотиться сердце. — Я Селестия де Бомон-Монбельяр. Новый CEO. Пауза. Девушка подняла голову. Я видела, как она скользнула взглядом по моему внешнему виду — и её лицо начало бледнеть. — Простите, мадам. Я не знала… — Теперь знаете. — Я натянула улыбку, надеясь, что получилось не криво. — Проводите меня до кабинета. Девушка закивала и показала дорогу. Зайдя в кабинет, первое, что бросилось в глаза — он был больше, чем я представляла. Панорамное окно от пола до потолка, стол из чёрного стекла, на котором лежала куча бумаг и компьютер. Сзади на стене висел большой телевизор, рядом в углу — мини-бар. Я перевела взгляд на мужчин: старый директор сидел на стуле, рядом с ним — финансовый директор. Менеджер по логистике стоял у окна, переговариваясь с юристом. — Мадам, — Анри Фонтен поднялся со своего места, встречая меня. — Мы вас заждались. — Извините, пробки, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. Я прошла к своему столу. Провела кончиками пальцев по гладкой поверхности, пытаясь унять нервно бьющееся сердце, и села в кресло. — Финансовый директор, господин Жан-Люк Морель. — Мужчина чуть за тридцать кивнул с важным лицом и идеально прямой спиной. — Отвечает за деньги. — Менеджер по логистике, господин Филипп Дюбуа. — Толстяк в очках даже не встал. Я взглянула на него — он сразу вызвал у меня неприязнь. — Адриан Руссель, наш юрист. — Худой, с орлиным носом, смотрел на меня так, будто я лично оскорбила всю его семью. Ну и компания здесь собралась. Понимая, что молчание затянулось, я кивнула и взяла документы, которые принесла Жаклин, моя секретарша. — Итак… — Я пробежала глазами по тексту, остро ощущая их сканирующие взгляды. — Контейнер с Ferrari для клиента из Дубая застрял в Марселе. Кто отвечает за таможню? — Я, — отозвался Дюбуа, скучающе глядя на меня. — Но там не я… — Я не спрашиваю, кто виноват. Я спрашиваю решение. Дюбуа растерянно заморгал, его толстое лицо пошло красными пятнами. Анри Фонтен вмешался: — Мы ждём документы. — Не ждите. — В моём голосе прозвучала твёрдость. — Звоните в Марсель. Платите штраф, если это быстрее. Я не хочу потерять клиента. Я кивнула Дюбуа на выход — без слов, чтобы шёл и решал вопрос. Он встал и разгневанно вышел из кабинета. Я уже прикидывала, на кого его поменять. Вслед за ним вышли остальные. Остался только Анри Фонтен. — Я хотел переговорить с вами, — старик поправил пиджак, не отрывая от меня глаз. — Я ухожу на пенсию. Предлагаю заменить меня на моего сына. Я на секунду замерла. С одной стороны — отказать и нажить врага в лице Фонтенов. С другой — уступить. Я глубоко вздохнула. — Я подумаю над вашим предложением. На днях проведу собеседование с вашим сыном. Старик кивнул, встал и вышел из кабинета. Я откинулась в кресле, глядя в потолок. В груди разлилась странная пустота — такая, по которой хочется несколько раз ударить себя кулаком, чтобы проверить, живая ли я. Слишком легко? Слишком быстро? Я ждала, что будет сложнее. — Отдать Стефану тридцать процентов акций… или двадцать пять? — прошептала я, прищурившись, и покрутилась в кресле по часовой стрелке. Я остановилась и посмотрела на время. Чёрт. Совсем скоро игра. Доделаю всё завтра. — Жаклин, можешь отсортировать эти документы? Я тебе доплачу. Я положила ей на стол гору бумаг и быстро выбежала из кабинета. Вниз, к машине. Только бы не опоздать — не люблю опаздывать. Доехав до стадиона, я припарковала машину рядом с голубым Ferrari Стефана. Он стоял, прислонившись к капоту спорткара. Ветер развевал его бледно-голубые волосы, на глаза он надел чёрные солнцезащитные очки. Я вышла из машины и остановилась рядом. — Хочешь? — Он вытащил изо рта чупа-чупс и протянул его мне. Я несколько секунд смотрела то на него, то на конфету. Он терпеливо ждал, приблизив конфету к моим губам. Я подняла на него глаза и открыла рот. Во рту разлился сладкий, с нотками яблока вкус. Эта конфета несколько секунд назад была у него во рту… — Умница. — Его губы растянулись в ухмылке, открывая клыки. Я демонстративно закатила глаза и направилась ко входу на стадион. — Я сегодня съездила в компанию. — Остановившись у входа, я выкинула трубочку от чупа-чупса в мусорку. Стефан снял очки и прислонился к стене, наблюдая за мной. — Я предлагаю тебе пятнадцать процентов акций. — Двадцать, — легко сказал он, будто речь шла о погоде. — Восемнадцать. — Я повернулась к нему, скрестив руки на груди и вздёрнув подбородок. Он усмехнулся, щёлкнул меня по носу — чем заслужил гневный взгляд. — Двадцать пять — и точка. Стефан перевёл взгляд мне за спину, смотря на кого-то. Я едва заметно вздрогнула, когда руки Элль обвили меня сзади. Повернувшись к ней, я заметила, как она кружится, показывая мне джерси с номером Нейта. Осмотрев её и Нейта, я поняла, что меня мучает один-единственный вопрос: они ещё не вместе? Когда Стефан и Нейт направились в раздевалку, я поймала Стефана за запястье, сжимая его. Он остановился, приподняв бровь. — Договорились. Отпустив его руку, я отошла на безопасное расстояние. И каково же было моё удивление, когда Элль решила, что нам всем жизненно необходимы джерси с номерами парней. Но я не могла ей отказать — глядя на её лицо, язык не поворачивался сказать «нет». Как только Нейт с ней проводит время? По дороге в дом парней я только и думала: правильно ли поступила, отдавая акции Стефану? Не ошибка ли это? Сжав руль велосипеда сильнее, я глубоко вздохнула морской воздух. Зайдя в комнату Стефана, в голову против воли полезли воспоминания о том вечере. Тряхнув головой, я прошла за Элль. Она нашла в вещах Стефана чёрное джерси. Я уже начала представлять, каким недовольным будет Стефан, когда узнает, что в его вещах лазили. Помню, на первом курсе, когда мы ещё не были так хорошо знакомы, я помогала подруге убирать раздевалку парней. И как только я притронулась к вещам Стефана, он материализовался из ниоткуда и очень грубо послал меня к чёрту. Типичный Стефан. И за это его хочется ударить. Но почему-то от воспоминаний о нём у меня в груди странно ёкает. И от этого хочется ударить себя. «Всё! Хватит!» Я сняла кожаную куртку, положила её на кровать и надела джерси. Оно пахло табаком, корицей и нотками яблока. Поморщившись, я досадно поджала губы. О кожаной куртке, которую я забыла в комнате Стефана, я вспомнила, уже сидя на трибунах. — Чёрт… — застонала я, пряча лицо в ладони. Лина взглянула на меня, приподняв бровь. — Что случилось? — Ничего, — я покачала головой и взглянула на поле. Увиденное заставило меня замереть. — Какого чёрта… — Я поднялась вместе с Линой, прикрывая рот от ужаса. Стефан буквально избивал человека на глазах у тысяч людей. Лина тут же направилась к лестнице, чтобы спуститься вниз — предположительно, к Эммету. — Ты видела Элль? — спросила Нифель, вставая со своего места. На её лице не было никаких эмоций. Я покачала головой, всё ещё глядя на удаляющегося Стефана. Чёрт бы его побрал. Мне нужно было его найти. Или нет? Я не знала. Но ноги уже несли меня к выходу. Подняв свои вещи, я пошла к лестнице. Спускаясь с трибун, я не заметила, как столкнулась с деканом. — Селестия? — Он улыбнулся и прошёлся взглядом по моему телу. — Давно тебя не видел. Я нахмурилась, чувствуя его липкие пальцы на своей коже. Грубо стряхнув его руку, я пожала плечами и обошла его, не говоря ни слова. Самое меньшее, что он мог сделать, — разнести раздевалку. Его и так отстранили от игры и занятий, ещё и штраф выплачивать за раздевалку? Я покачала головой, подходя к двери. Тихо открыв её, я заметила Стефана. Он сидел на скамейке, опустив голову. Руки зарыты в волосы, локти на коленях, спина напряжена. Таким я видела его впервые. Я замерла в дверях, не решаясь войти. Я не должна была быть здесь. Я должна уйти, пока он не заметил. Но ноги приросли к полу, глаза неотрывно смотрели на его сгорбленную фигуру. Моё дыхание участилось, кулаки сжались от желания подойти к нему. Он вдруг поднял голову — и наши взгляды встретились. Его глаза — усталые, красные, без привычной наглой искры. И я не знала, что хуже: когда он злой или когда он вот такой. Сердце кольнуло так сильно, что я подняла руку к груди, поглаживая место. Мне просто его жаль. Точно. Я медленно подошла к нему и села на расстоянии вытянутой руки. — Просто посижу, — прошептала я. — Хорошо, — так тихо сказал он и откинулся головой на шкафчики. Тишина давила на меня. Она была такой неловкой, что хотелось заполнить её хоть чем-то. Но я молчала, обводя взглядом раздевалку — и наткнулась на разбитый телефон. — Зачем ты разбил свой телефон? — тихо спросила я, протягивая руку и беря его. Экран был разбит в хлам — уже не восстановить. Стефан не ответил. Его кадык дёрнулся, он поднялся со скамейки и начал переодеваться в обычную одежду. Я слегка опешила. Он снял форму, оставшись в одних трусах. Мой взгляд прошелся по его татуировкам — я спохватилась и отвела глаза. Стефан переоделся в спортивные шорты и футболку, поднял сумку. — Стефан… — Я поднялась за ним, крутя в руке разбитый телефон. — Я забыла у тебя в комнате куртку. Я пойду с тобой? Почему именно сейчас я настолько неуверенна в себе? Стефан развернулся ко мне, кивнул, забрал разбитую вещь и выкинул в мусорку. — Пойдём. Я шла за ним и не могла не поглядывать на него. Злым он не выглядел, грустным — вроде тоже. Скорее опустошённым. Доехав до дома парней, я вышла из машины и догнала Стефана, заходя в его комнату. Он кинул сумку в угол и упал на кровать. Я подошла ближе, взяла куртку и собралась уходить — но услышала его голос. — Селестия. — Стефан хлопнул рукой рядом с собой. Безмолвно предлагая лечь рядом. Лечь рядом!? Я молилась, чтобы моё растерянное лицо не было видно. Но я же ему помогаю, да? Он же согласился мне помочь. Мы уже, можно сказать, друзья… Ещё немного подумав, я медленно подошла ближе, отложила куртку и легла рядом с ним, повернувшись спиной. — Я обниму тебя. Я не поняла — это был вопрос или утверждение. Сегодня Стефана сложно понять. Он был сам на себя не похож. Я едва заметно кивнула. Его рука обняла меня за талию, пододвигая ближе. Я зажмурилась, стараясь не думать, как это выглядит. Спиной я чувствовала его тёплую грудь, его дыхание на затылке и очень хорошо узнаваемый запах. «Мы, можно сказать, уже друзья». Последняя мысль — после которой я расслабилась и провалилась в сон. Сама того не замечая.