Глава 7

Утро следующего дня началось со взрыва. Глухой хлопок сотряс стены, и по дому разнесся едкий, удушающий запах, от которого слезились глаза. Джин вылетел из своей комнаты, на ходу застёгивая рубашку. Волосы его были взлохмачены, на лице — смесь тревоги и раздражения человека, которого вырвали из привычного утреннего ритуала. — Что случилось? Где демон? — выкрикнул он, врываясь на кухню. Виновник переполоха стоял у старого котла, отмахиваясь от клубов дыма. Чимин был весь в саже, на фартуке красовались тёмные пятна, а в воздухе витал запах горелых трав. — Ты что делаешь? Что за вонь? — Джин прикрыл нос рукавом, подходя к брату. — Я пытался самостоятельно сварить зелье, которое должно взорвать демона, — надулся Чимин, с сожалением глядя на свой неудавшийся эксперимент. — Но похоже, что-то пошло не так. — Боже мой… А котёл ты где откопал? — Джин смотрел на него с неподдельным изумлением. — На чердаке откопал. В книге написано так просто… Я думал, справлюсь. — В том и проблема, что ты не Юнги. Ты даже не умеешь правильно смешивать ингредиенты. Ладно, давай я посмотрю… — Ты ничего не смыслишь в зельях! — Чимин обиженно отодвинул котёл. — Я просто хотел сделать что-то полезное, пока вы на работе. Чтобы у нас было зелье для защиты. — Приготовил? — Джин усмехнулся. — Ты приготовил вонь на весь дом и горелый котёл. — Не смешно, хён. — А я и не смеюсь. В коридоре послышались лёгкие шаги, и в дверях появился Тэхён. Его вид заставил обоих братьев на секунду замереть. Он был безупречен: белая атласная рубашка, расстёгнутая на две пуговицы, открывала взгляду тонкие ключицы. Коричневые брюки идеально облегали бёдра, подчёркивая омежью фигуру. Волосы уложены в безупречную причёску, на лице — лёгкий макияж. — Доброе утро, — сказал он, входя на кухню, и тут же поморщился. — Фу, чем воняет? — У Чимина спроси, — усмехнулся Джин, кивая на закопчённого брата. — Он решил у нас поэкспериментировать. — Вы же знаете, я вчера уволился, — вздохнул Чимин, отставляя котёл в сторону. — Мне абсолютно нечем заняться, вот и решил поизучать зельеваренье. Нам нужно учиться защищаться от демонов, пока мы не закроем все печати. — И ты решил начать с взрыва собственной кухни? — Тэхён скептически поднял бровь. — Случайность… — пробормотал Чимин. — Хотел бы, чтобы мне помог Юнги, — добавил он, вытирая руки о тряпку. — Но он где-то шляется и даже на зов не отзывается. Обычно он приходит, если я зову… а сегодня — тишина. — Может, он занят, — предположил Тэхён. — Он всегда занят, — ответил Чимин. — Но он всегда приходит. Всегда. А сегодня… Он не договорил. В его голосе послышалась тревога, которую он пытался скрыть. Джин хотел что-то ответить, но в этот момент с чердака донёсся странный звук — приглушённый стон, словно кто-то пытался позвать на помощь. Омеги переглянулись. В одно мгновение они уже бежали вверх по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. На чердаке они замерли. Юнги стоял у старого стола, одной рукой опираясь на него, другой прижимая к боку. Он был бледен — так бледен, что его кожа казалась почти прозрачной в утреннем свете. И сквозь пальцы сочилась серебристая кровь. — О боже! Юнги! — вырвалось у Чимина. Ангел поднял на них взгляд — мутный, почти невидящий. И рухнул. Чимин рванул к нему раньше, чем успел осознать это. Он упал на колени, приподнимая голову Юнги и кладя её к себе на колени. Его руки дрожали, когда он касался бледного лица ангела. — Тшш, всё хорошо. Я здесь, — голос омеги срывался, но он старался говорить ровно. — Кто это сделал? Кто посмел? Юнги с трудом приоткрыл глаза. Каждое слово давалось ему с болью. — Чхве Чонхо… будущий хранитель… Вы должны помочь ему… На него охотятся… Ангел Смерти… — Мы найдём его. Обязательно. — Чимин зажимал рану ладонями, чувствуя, как кровь просачивается сквозь пальцы. — Но сначала поможем тебе. Ты не можешь оставить нас. Не смей даже думать об этом. В его глазах стояли слёзы. Он усилил свой запах — зелёного чая с бергамотом — пытаясь хоть немного облегчить боль альфы. Его запах всегда действовал на Юнги успокаивающе, и сейчас он отчаянно надеялся, что это поможет. — Я не оставлю вас… — прошептал Юнги. — Но сначала… спасите его… Тэхён метался по комнате, не находя себе места. Его идеальная укладка начала рассыпаться, а на лице застыло выражение паники. — Что нам делать? — спросил он, глядя то на Джина, то на Чимина. Джин стоял над книгой, судорожно перелистывая страницы, выискивая хоть какое-то упоминание об исцелении ангелов. — Я ищу, — ответил он, не поднимая головы. — Я должен найти что-то. — Мне не помочь, — прохрипел Юнги. — В меня попала стрела с ядом. Она медленно убивает таких, как я. У меня есть несколько часов… — Нет, — голос Чимина стал твёрже, хотя внутри всё дрожало. — Я не позволю тебе умереть. Ты слышишь меня? Не позволю. — Чимин, прошу тебя… — Юнги сжал его руку холодными пальцами. — Займитесь Чонхо. Это важнее. — Нет. Я займусь тобой. Я не позволю тебе умереть. Чимин переложил альфу на старое кресло в углу и подошёл к столу, где лежала книга. Джин уже листал её, вглядываясь в мелкий текст. — Обмен силами, — сказал Чимин, проведя пальцем по пожелтевшей странице. — Я поменяюсь с тобой силами и исцелю тебя. — Чимин, ты не знаешь, чем это может обернуться, — попытался остановить его Юнги. — Это заклинание непредсказуемо. Оно может отнять у тебя силы. Навсегда. — Мне всё равно. Без тебя мне не нужны силы. Он начал читать, и слова падали в тишину, как камни в воду: «Сила, что течёт в моей крови, перейди в того, кто рядом. Кровь за кровь, дух за дух. Да будет так». Но ничего не произошло. В тот же миг он почувствовал, как что-то изменилось в комнате. Он обернулся — и замер. Джин и Тэхён стояли, глядя друг на друга с недоумением. Тэхён поднял руку — и стул, стоявший в углу, взлетел в воздух. — Это не моя сила! — выдохнул он, глядя на свои руки. —  Я… я не должен был её чувствовать. Джин, напротив, вздрогнул, когда его пальцы коснулись края стола — и перед его глазами мелькнуло видение: этот же чердак, только много лет назад, и бабушка, стоящая у окна. Она обернулась и посмотрела прямо на него, словно знала, что он здесь. — Мы поменялись, — прошептал Джин. — Я вижу то, что раньше видел только ты. — Юнги, как нам найти его? — спросил Джин, подходя ближе к креслу. Юнги приоткрыл глаза. Голос его был слабым, но он старался говорить чётко. — В шкафу лежит карта… и кулон-поиск… Нашепчи ему имя и кинь на карту… Он укажет место. Чимин сжал руку Юнги. Его пальцы дрожали. — Я останусь с ним. Попробую найти выход. Есть ещё заклинания.. я должен попытаться. — Ты уверен? — спросил Джин, глядя на брата. — Мы можем остаться и помочь тебе. — Нет, — твёрдо ответил Чимин. — Идите. Спасите Чонхо. А я позабочусь о нём. — Чимин, — позвал Тэхён. — Если что-то пойдёт не так… — Ничего не пойдёт. Я справлюсь. Джин и Тэхён не стали спорить. Они видели состояние брата и давно поняли, что ангел ему небезразличен. — Хорошо, — сказал Джин. — Мы найдём его. Береги себя. Они вышли. На лестнице Тэхён остановился. — Я не хочу оставлять его одного, — сказал он. — Он справится, — ответил Джин. — Он сильнее, чем мы думаем. — Я знаю. Но всё равно страшно. — Мне тоже страшно. Но мы должны сделать то, что должны. Они спустились в гостиную и разложили карту на столе. Тэхён взял кулон-поиск в руки. Он был тёплым, словно живым. — Чхве Чонхо, — прошептал он, и бросил кулон на карту. Тот закрутился, замер — и упал на изображение старого вокзала на окраине города. — Вокзал, — сказал Джин. — Едем. — Подожди, — остановил его Тэхён. — Там могут быть люди. Мы не можем рисковать их жизнями. — Мы будем осторожны. Но если мы не успеем, Чонхо умрёт. Входная дверь распахнулась, и они уже были готовы выйти, но в прихожей раздался звонок. Джин открыл — и замер. На пороге стоял Намджун. От него как всегда пахло дымным виски — этот запах всегда напоминал Джину о времени, когда всё было проще. — Ты что здесь делаешь? — удивился Джин. — И тебе привет, — ответил Намджун. — Я звонил тебе, но ты не брал трубку. Решил заехать, проверить, как ты. Вы куда-то собираетесь? Вы оба выглядите так, будто бежите от пожара. — Мы не от пожара, — ответил Джин. — Мы ищем человека. Ему грозит опасность. — Я с вами. — Нет, — покачал головой Джин. — Это слишком опасно. Я не могу допустить, чтобы с тобой что-то случилось. Намджун шагнул ближе. В его глазах была та самая упрямая решимость, которую Джин так хорошо помнил. — Я буду полезен. Я знаю вокзал как свои пять пальцев. Я знаю, как обезопасить зону. И я не позволю тебе идти туда одному. — Намджун… — Я не отступлю, Джин. Не в этот раз. В прошлый раз я отступил, и мы потеряли два года. Больше я так не сделаю. Тэхён положил руку на плечо старшего брата. — Он прав, хён. Нам нужна помощь. Чонхо может быть где угодно, а Намджун знает город лучше нас. Джин посмотрел на Намджуна долгим взглядом. В его груди боролись страх за альфу и понимание, что без него они могут не справиться. — Хорошо. Но если что-то пойдёт не так — ты уходишь. Понял? — Понял, — ответил Намджун с лёгкой улыбкой. Они вышли из дома. Вокзал встретил их пустотой. Редкие пассажиры сидели на скамейках, кто-то читал газету, кто-то дремал в ожидании автобуса. Чонхо нашёлся быстро — тот самый парень, которого описывал Юнги. Он был похож на испуганного зверька: высокий, худой, с тёмными волосами и большими глазами, в которых застыл страх. Он стоял у кассы, сжимая в руках билет, и оглядывался по сторонам. — Чонхо, — тихо сказал Джин, подходя ближе. Парень обернулся. В его глазах мелькнула паника. — Кто вы? — Мы друзья Юнги. Мы пришли помочь тебе. — Нет! — Чонхо отшатнулся. — Вы не можете помочь. Он найдёт меня. Он всегда находит. Я уже трижды менял место, но он всё равно находит. — Мы сильнее его, — сказал Тэхён. — Мы не дадим тебя в обиду. — Вы не понимаете! Он — Ангел Смерти. Он не оставляет следов. И он побежал. — Стой! — крикнул Тэхён, бросаясь за ним. Они бежали через зал, лавируя между редкими пассажирами. Намджун уже перекрывал выходы, отводя людей в сторону. Джин чувствовал, как его новая сила отзывается на каждое прикосновение к воздуху — он почти видел, где Чонхо свернёт. Но вдруг из ниоткуда возникла тень. Высокая фигура с огромными чёрными крыльями спустилась с потолка, преграждая путь. Ангел Смерти — таким его описывал Юнги. Бледное лицо, пустые глаза, и арбалет в руках. — Чонхо, — голос ангела звучал как шёпот ветра. — Ты не уйдёшь. Ты принадлежишь мне. Он выстрелил. Стрела полетела в Намджуна. — Намджун! — закричал Джин, бросаясь вперёд. Но альфа уже упал на землю, уворачиваясь в последнюю секунду. Стрела вонзилась в стену, разбрызгивая искры. Намджун откатился в сторону и вскочил на ноги. — Я в порядке! — крикнул он. — Не отвлекайся! Джин перевёл взгляд на ангела. В груди закипала ярость — холодная, как лёд. Сила Тэхёна, временно ставшая его собственной, зашевелилась, откликаясь на каждое движение в пространстве вокруг него. — Тэхён! — крикнул Джин. — Ты знаешь, что делать. Тэхён вздрогнул. Чужая сила была непривычной, тяжёлой, как будто он пытался управлять чужим телом. Но он попытался. Он сосредоточился, поднял руку — и тяжёлая урна у входа сдвинулась с места, ударив ангела Смерти в плечо. Тот пошатнулся. — Получилось! — выдохнул Тэхён. — Ещё! — крикнул Джин. — Не останавливайся! Тэхён ударил снова. Теперь он чувствовал эту силу — она текла через него, подчиняясь его воле. Он поднял скамейку, и та обрушилась на ангела Смерти, придавив его к полу. — Хорошо! — выдохнул Джин. — Теперь моя очередь. Он шагнул вперёд, касаясь воздуха пальцами. Видения нахлынули — он видел, куда ангел ударит в следующий раз. Он чувствовал его движения раньше, чем они происходили. — Джин! — крикнул Намджун. — Слева! Джин ушёл в сторону, и стрела пролетела мимо. Ангел Смерти взревел — и в его голосе впервые послышалось что-то похожее на страх. — Читайте заклинание! — крикнул Намджун, отбивая атаку. Тэхён и Джин встали плечом к плечу. Джин начал читать — слова, которые они выписали из книги перед выходом. Тэхён повторял за ним, и голоса их сливались в единый поток. Ангел, рождённый тьмой, уйди обратно. Не твоя рука возьмёт то, что принадлежит свету. Силой трёх, мы изгоняем тебя в бездну». Ангел Смерти закричал. Его тело начало мерцать, дрожать, а затем он исчез, оставив только лёгкий пепел. Тишина. Чонхо стоял, прижимаясь спиной к стене. Его глаза были полны слёз. — Простите, — прошептал он. — Я не должен был убегать. Я просто испугался. Я думал, что вы тоже хотите меня убить. — Всё хорошо, — сказал Тэхён, подходя ближе. — Ты в безопасности. Юнги послал нас. — Где он? — спросил Чонхо. — Он в порядке? Тэхён и Джин переглянулись. Они не знали, что ответить. — Он… он ранен, — сказал Джин. — Но мы надеемся, что он поправится. В этот момент в зале появился новый свет. Он был мягким, тёплым — и в нём проступила фигура высокого ангела с серебряными крыльями. Его голос звучал как далёкий колокол. — Я пришёл за Чонхо, — сказал он.. — Кто ты? — спросил Джин. — Хранитель, — ответил ангел. — Тот, кто должен был быть здесь. Юнги передал свою миссию.  Чонхо шагнул к нему, и ангел взял его за руку. — Благодарю вас, — сказал Чонхо, обернувшись на прощание. — Передайте Юнги… что я не забуду. Что я буду молиться за его исцеление. Они исчезли. Джин и Тэхён стояли на опустевшей платформе. Ветер дул им в лица, но они чувствовали облегчение. — Мы сделали это, — сказал Тэхён. — Сделали, — ответил Джин. Намджун подошёл к Джину, положил руку ему на плечо. — Ты в порядке? — спросил он. — Да, — ответил Джин. — Спасибо. — Не за что. Они вышли на улицу. Намджун остановился, глядя на Джина долгим взглядом. — Джин, — сказал он. — Я хотел тебе кое-что сказать. — Что? — Знаю, сейчас не время, но я хочу начать всё сначала. Если ты позволишь. Я знаю, что мы не виделись два года. Но я хочу быть рядом. Не как полицейский. Как человек, который тебя любит. Джин посмотрел на него. В глазах Намджуна была надежда — и страх, что он получит отказ. — Это опасно, — сказал Джин. — Ты не знаешь, во что ввязываешься. Если ты будешь рядом, ты можешь пострадать. — Я знаю, что хочу быть рядом с тобой. Остальное не важно. Я не боюсь опасности. Джин смотрел на него долго. Ветер шевелил его волосы, и Намджун протянул руку, поправляя прядь. — Я подумаю, — сказал Джин. — Я не обещаю. — Это всё, о чём я прошу. Я отвезу вас,— ответил Намджун. Они пошли к машине. Тэхён шёл чуть позади, глядя на них и едва заметно улыбаясь. ——— Тем временем на чердаке Чимин стоял на коленях перед креслом, в котором лежал Юнги. Он перепробовал всё. Каждое заклинание, которое нашёл в книге. Но ни одно не помогало. Яд медленно убивал ангела, и с каждым часом его дыхание становилось всё тише. — Чимин, — прошептал Юнги, приоткрывая глаза. — Ты должен отпустить меня. — Нет, — ответил Чимин. — Я не отпущу тебя. — Ты должен. Ты должен жить дальше. Спасать братьев. Закрыть врата. — Я не могу без тебя. Ты не понимаешь. Ты — единственный, кто держит меня на плаву. Без тебя я не справлюсь. Юнги улыбнулся — грустно, слабо. Его запах — влажная земля после дождя — становился всё слабее. — Ты не должен… из-за меня…. Юнги открыл глаза. В них что-то дрогнуло. Он хотел ещё что-то сказать, но дыхание оборвалось. Его глаза закрылись. Запах начал угасать. — НЕТ! — закричал Чимин. — Юнги! Юнги, прошу тебя! Открой глаза! Не оставляй меня! Слёзы текли по его лицу. Он прижался лбом ко лбу ангела, чувствуя, как холод разливается по его телу. — Пожалуйста… я люблю тебя… я люблю тебя… Одна слеза упала на лицо Юнги — и вдруг комнату озарил золотой свет. Рана на груди ангела начала затягиваться. Его дыхание вернулось — глубокое, ровное. И он открыл глаза. — Чимин… — Юнги! — Чимин набросился на него с объятиями, прижимая к себе так крепко, как только мог. — Ты спас меня, — прошептал Юнги. — Я не знаю как. Но ты спас меня. Чимин не ответил. Вместо слов он вжался своими губами в губы альфы в долгожданном поцелуе, вкладывая в него всю боль, весь страх, всю надежду, которые накопились за эти часы. Юнги незамедлительно начал отвечать, почувствовав солоноватый привкус слёз и сладкий вкус губ омеги. Он приподнялся на кресле, притягивая Чимина к себе, сажая его к себе на колени. Их поцелуй был долгим, наполненным всем тем, что они не решались сказать раньше. Руки Юнги скользнули по талии Чимина, притягивая его ближе, пальцы впились в ткань рубашки, словно боялись, что если отпустят — омега исчезнет. Чимин отвечал с той же отчаянной страстью, его пальцы запутались в волосах Юнги, слегка сжимая их, притягивая голову альфы ещё ближе. Их дыхание смешалось, запахи переплелись — влажная земля и зелёный чай с бергамотом — и в этом мгновении не было ничего, кроме них двоих. Когда воздух закончился, они оторвались друг от друга, тяжело дыша. Их лбы соприкасались, дыхание было сбивчивым, а сердца колотились в унисон. — Я тоже… тоже люблю тебя, — прошептал Юнги, и в его голосе слышалась такая искренность, что у Чимина перехватило дыхание. — Ты слышал? — прошептал Чимин, всё ещё не веря. Его глаза блестели от слёз, но теперь это были слёзы счастья. — Я слышал всё, Чимин. Как ты звал меня. Я думал, что это невозможно, что ангелы не могут чувствовать. Но услышав слова твоей бабушки, я понял — могу. Могу чувствовать. И чувствую только к тебе. Ты — единственный, кто смог разбудить во мне то, что я считал мёртвым. — Юнги… — М? — Ты ведь чувствуешь мой запах? — Определённо, — Юнги улыбнулся, провёл носом по шее омеги, вдыхая его аромат. — Он сводит меня с ума. Я думал о нём каждый раз, когда тебя не было рядом. — Ты говорил, что у вас нет истинных. Что ангелы не созданы для этого. — Я ошибался. Ты — моя истинная пара, Чимин. Я не знаю, как это возможно. Но я чувствую это каждой клеткой своего тела. — Но ты говорил, что это запрещено. Что ангелам нельзя быть с подопечными. — Да, — голос Юнги стал серьёзнее, но он не отпустил омегу. — Это запрещено. Если архангелы узнают, меня могут призвать для объяснений. Могут лишить звания хранителя. Или хуже. — Что может быть хуже? Юнги посмотрел на него долгим взглядом. — Могут отправить меня туда, откуда я пришёл. Забрать память. Или ещё что-то похуже — я не знаю, потому что никто не нарушал это правило, Чимин. Никто из ангелов никогда не влюблялся в своего подопечного. Мы не созданы для этого. Это — аномалия. Чимин сжал его руку. Пальцы его дрожали, но голос был твёрдым. — Нам нужен план. Ты не можешь просто так уйти. Ты нужен мне. Ты нужен нам. — Я не уйду, — ответил Юнги. — Мы будем осторожны. Я могу скрывать это. Но ты должен понимать: если кто-то узнает, мне придётся уйти, и тебя тоже накажут. — Мы справимся. Вместе. Юнги обнял его крепче. — Я верю тебе, — прошептал он в макушку омеги. Они сидели в кресле на чердаке, обнимая друг друга, слушая, как за окном стихает ветер. Чимин больше не плакал. Он чувствовал себя в безопасности, впервые за долгое время. Внизу хлопнула дверь. Шаги на лестнице. — Чимин! Юнги! — голос Тэхёна звучал взволнованно. — Мы здесь! — крикнул Чимин. Джин и Тэхён вбежали на чердак. Увидев Юнги — живого, сидящего в кресле с Чимином на коленях — они замерли. — Он жив! — выдохнул Тэхён, и его лицо озарилось такой искренней радостью, что Чимин почувствовал, как сердце сжимается от благодарности к братьям. — Ты… ты в порядке? — Я в порядке, — ответил Юнги с лёгкой улыбкой. — Чимин спас меня. — Как? — спросил Джин, подходя ближе. Его голос был ровным, но Чимин видел, как его руки дрожат — он тоже переживал. Он просто не показывал этого. — Слеза, — ответил Чимин. — Моя слеза упала на него, и рана затянулась. Я не знаю, как это работает. Но это сработало. — Сработало, — повторил Джин, и в его голосе впервые за день послышалось облегчение. — Это главное. — Я так рад, что ты жив, — сказал Тэхён, подходя ближе. Он положил руку на плечо Юнги. — Ты нас очень напугал. — Прости, — ответил Юнги. — Я не хотел. — Ты не виноват, — сказал Джин. — Но если ты ещё раз попытаешься умереть, я лично тебя прибью. Юнги усмехнулся. Слабо, но искренне. — Договорились. — Кстати, — сказал Джин. — Нам нужно вернуть силы на место. Это заклинание сработало неправильно. — Знаю, — ответил Юнги. — Я могу помочь. Есть обратное заклинание. Чимин, подай мне книгу. Чимин поднялся, подошёл к столу и взял книгу. Он передал её Юнги, и ангел быстро нашёл нужную страницу. — Джин, Тэхён, встаньте в круг. Возьмитесь за руки. Чимин, прочитай это заклинание вместе со мной. Они встали. Чимин чувствовал, как магия книги перетекает в его голос, когда он читал слова вслед за Юнги. Золотой свет окутал Джина и Тэхёна, и через несколько секунд они замерли. Тэхён опустил руки, глядя на свои ладони. — Всё вернулось, — сказал он. — Я снова чувствую свою силу, — добавил Джин, кивая. — Хорошо, — сказал Юнги. — Теперь всё на своих местах. Они спустились в гостиную. Весь день был слишком тяжёлым, чтобы думать о чём-то серьёзном. Они заказали пиццу, достали алкоголь из шкафа, расставили бокалы и уселись на диванах. — Я предлагаю тост, — сказал Тэхён, поднимая бокал. — За то, что мы живы. За то, что Чимин и Юнги наконец-то признались друг другу. И за то, что сегодня мы были сильнее, чем демоны. — Хороший тост, — сказал Джин, поднимая свой бокал. — За нас. Чимин улыбнулся, чувствуя тепло внутри. Он посмотрел на Юнги, который сидел рядом, положив руку ему на плечо. Запах влажной земли смешался с запахом пиццы и вина, и это было странное, но приятное сочетание. Они говорили о всякой ерунде, смеялись, пили. Чимин чувствовал, как напряжение уходит, и впервые за долгое время ему стало легко. А потом Юнги замер. Он поднял голову, прислушиваясь к чему-то, чего не слышали остальные. Его лицо стало серьёзным. — Архангелы, — сказал он. — Они чувствуют, что я жив. Мне нужно идти. — Ты вернёшься? — спросил Чимин, чувствуя, как внутри снова холодеет. Юнги улыбнулся, наклонился и поцеловал омегу. Поцелуй был мягким, тёплым, обещающим. — Всегда, — прошептал он, касаясь лбом его лба. — Я всегда буду возвращаться к тебе. Он исчез в золотом свете, оставив после себя только запах влажной земли и тепло на губах Чимина. — Он вернётся, мы ещё должны закрыть врата Ада. Вместе. — сказал Тэхён, нарушая тишину. — Знаю, — ответил Чимин. Он смотрел на место, где только что был Юнги, и улыбался. Его сердце было наполнено теплом и надеждой. Братья ещё немного посидели, обсуждая случившееся, шутя и подкалывая Чимина по поводу его отношений с ангелом. А потом разошлись по комнатам. Тэхён лежал в постели, глядя в потолок. Он думал о Чонгуке. Он взял телефон и написал: «Извини, что не пришёл. И за пропуск на работе. Мне правда жаль». Чонгук ответил почти сразу: «Не извиняйся. Ты в порядке?» «Да. Теперь да». «Тогда завтра после работы. Я буду ждать». Тэхён улыбнулся, отложил телефон и закрыл глаза. Завтра будет новый день.