Часть 25

Дима проснулся глубокой ночью. В гостиной было совершенно тихо, а на экране телевизора уже давно горела заставка — фильм закончился несколько часов назад. Он пару раз моргнул, прогоняя остатки сна, и перевёл взгляд вниз. Полинка так и уснула прямо у него на коленях. Её маленькие ладошки всё ещё доверчиво покоились на его широких плечах, а голова уютно лежала на его груди, мерно поднимаясь и опускаясь в такт дыханию. В полумраке комнаты она выглядела такой беззащитной, нежной и родной, что у Димы сжалось сердце. — Какая же ты у меня зайка… — едва слышно прошептал Барс, боясь нарушить её сладкий сон. Он аккуратно, чтобы не потревожить её, подхватил Полю под спину и ноги, легко поднял на руки и понёс в спальню. Полина лишь что-то невнятно и мило пробормотала во сне, крепче прижимаясь к его шее. Дима бережно уложил её на большую кровать, укрыл мягким одеялом, а затем лёг рядом, притянул к себе за талию, и они спокойно проспали в обнимку до самого утра. Утро началось с полной катастрофы. Поля резко открыла глаза, взглянула на часы и похолодела — до выхода оставалось совсем мало времени, и тут в её голове со скоростью молнии пронеслась ужасная мысль: она совершенно забыла доделать уроки на сегодня! В панике Полина схватила телефон и дрожащими пальцами набрала Дилару. — Дилара, привет! Блин, выручай, ты сделала домашку по алгебре и истории?! — запричитала Поля, чуть не плача. — Привет! Да, я всё сделала, не паникуй, — успокаивающе ответила подруга. — Давай быстрее в школу, встретимся в классе, дай соберёшься, и спишешь всё до звонка. Поля бросила трубку и начала судорожно метаться по комнате. От волнения и спешки всё буквально валилось из рук. Сначала она не могла найти свою любимую синюю ручку, потом оказалось, что нужная тетрадь вообще осталась на рабочем столе. Она подбежала к зеркалу и в отчаянии уставилась на своё отражение: макияж из-за спешки вообще не макияжился, стрелки получались кривыми, волосы никак не хотели ложиться красивыми волнами, а выбранная на скорую руку одежда казалась самой тупой и уродливой в мире. Нервы, скопившиеся за последние дни, окончательно сдали. Полина бессильно опустилась на край кровати и расплакалась, как маленький, обиженный ребёнок, закрыв лицо руками. Дима, который в этот момент застёгивал рубашку, мгновенно бросил все свои дела. Он в два шага оказался рядом, сел перед ней на корточки и бережно убрал её ладошки от лица, притягивая к себе и крепко обнимая: — Так, тихо-тихо, маленькая моя… Ну ты чего? Не плачь, зайка. Прекращай, слышишь? Ты у меня и так самая красивая, даже без всех этих макияжей. Для меня ты всегда идеальная, глупенькая. Он ласково вытер слёзки с её щёк и, хитро улыбнувшись, поднялся, направляясь к её гардеробной. Барс по-хозяйски перебрал вешалки и вытащил стильные широкие джинсы и белый кроп-топ. — Ну-ка, давай, одень вот это. С твоими джинсами будет просто пушка, — уверенно скомандовал Дима. — Волосы вообще не трогай, просто распусти их по плечам, тебе так больше всего идёт. И макияж у тебя отличный, очень красивый, не накручивай себя на ровном месте. Всё мы успеем. Поля, шмыгая носом, посмотрела на вещи, которые выбрал Дима. Его уверенность передалась и ей. Она быстро переоделась, распустила волосы, и из зеркала на неё снова взглянула стильная, невероятно красивая одиннадцатиклассница. Дима подошёл сзади, обнял её за талию и поцеловал в шею: — Ну вот, я же говорил. Моя королева. А теперь хватай сумку, мы поедем на мотоцикле — так долетим до школы за пару минут. Благодаря бешеной скорости Диминого байка, они ворвались в школу за десять минут до начала уроков. Поля пулей влетела в класс, где её уже ждала Дилара с открытыми тетрадями. Ручка строчила по бумаге с космической скоростью, и Полина успела переписать всю домашку ровно в ту секунду, когда учитель вошёл в кабинет. Весь оставшийся день уроки прошли почти нормально. Шестёрки Кисляка, напуганные вчерашним отчислением своих дружков, даже дышать в сторону их парты боялись. Дима весь день сидел рядом с Полей, крепко держа её за руку под столом, и его присутствие дарило ей абсолютное спокойствие.