Сад без магии

Прошёл год. Они жили в маленькой деревне на нейтральной земле — там, где когда-то был Астерий, а теперь стоял обычный посёлок из белых и чёрных домов, вперемешку. Дети Аранеи и Морвейна играли вместе, не зная, что их родители ещё год назад считали друг друга монстрами. Лиана открыла маленькую библиотеку. Не магическую — обычную, с бумажными книгами, которые пахли типографской краской и приключениями. Кайнан построил пекарню. Он пёк апельсиновые пироги по рецепту, который придумал сам — с корицей и имбирём, и вся деревня сбегалась на запах по утрам. Имир жил у них. Мальчик, которого 300 лет держали в книге, никак не мог привыкнуть к свободе. Он просыпался по ночам с криком, боясь, что снова окажется взаперти. Лиана читала ему вслух, пока не засыпал. Кайнан учил его печь — отмерять муку, взбивать яйца, не бояться горячих противней. Однажды, в годовщину освобождения, Кайнан пришёл домой раньше обычного. У него в руках была маленькая коробочка — железная, грубой работы, не магическая. — Это тебе, — сказал он, протягивая Лиане. Она открыла. Внутри лежало кольцо — простое, из чёрного и белого металла, переплетённых так, что невозможно было понять, где кончается один и начинается другой. — Смесь, — прошептала Лиана. — Как наша магия была. Как мы стали. — Я хочу, чтобы ты вышла за меня, — сказал Кайнан. — Не потому, что книга требует. Не потому, что мы должны спасать мир. А потому, что каждое утро я просыпаюсь и думаю: как мне повезло, что в той библиотеке я не убил тебя. Лиана рассмеялась — громко, заливисто, так, что Имир выглянул из своей комнаты. — Ты помнишь нашу первую главу? «Ты хотел меня убить», —сказала она. — А ты хотела стереть мой народ из истории, — улыбнулся он. — Мы оба были дураками. — Были? — она надела кольцо. Оно пришлось впору, словно ждало её годами. — Я до сих пор дура. Люблю тебя, палач. — А я люблю тебя, архивариус, — ответил Кайнан. Имир, стоявший в дверях, закатил глаза. — Вечно вы целуетесь, — сказал он, но улыбался. За окном сад без магии цвёл яблонями. Впервые за 300 лет на нейтральной земле расцвели яблони. Никто не знал, почему — то ли память Лианиной матери прорвалась сквозь года, то ли Имир помог, то ли просто мир, наконец, выдохнул. Кайнан взял Лиану за руку. Обычную, тёплую, без страха. — Пойдём, — сказал он. — Пирог скоро испечётся. Апельсиновый. Твой любимый. — У меня все любимые, — ответила она. — Ты же знаешь, книга вернула мне вкусы. — Тогда я буду печь каждый день новый. Они вышли в сад. Солнце — обычное, не магическое — светило над головой. Где-то за горизонтом старые королевства всё ещё спорили о границах, но здесь, в этой маленькой деревне, никто не хотел воевать. Здесь просто жили. Любили. Пекли пироги. И помнили — не магией, а сердцем — что самое сильное заклинание в мире не требует ни жестов, ни книг, ни жертв. Только два слова. «Я здесь».