6.

Надзиратели стали разнимать их, но многие уже были в отрубе. Черновцы били другой отряд, а те их. Каждый хотел отомстить за своего пацана. В итоге, пока с поля битвы пытались убрать тела, находившееся уже без сознания, по которым топтались остальные, толпа уменьшилась как минимум вдвое. Остальных разнял шум выстрелов, что полетели в небо, вызывая порядок. —Вы че делаете то, а?! —закричал Вишневецкий. —А ну ка быстро разбежались! Кукушка, обработаешь тех, кто еще жив. —Медпункт знаете где. —закричала девушка, чтобы услышал каждый. —Тяпа, Кот, за мной. —Кукушка, я сказал всех! —закричал тот. —Начальник, у меня столько медикаментов нет, извиняй! —Гражданин начальник, не злитесь на нее. —усмехнулся Тяпа, еле перебирая ногами. Они завалились в ее палатку. Удивительно, что они не отключились первые, ведь их отряд подошел не сразу, а спустя несколько секунд после того, как вся толпа накинулась на двоих. Филимонова достала принадлежности и стала обрабатывать Тяпкина, что держался из последних сил. Он лежал, еле дыша, пока Чернов хотя бы мог сидеть. —Я не понимаю, вы чем думали?! Что это было, вообще?! Вы какого в драку полезли?! —она отчитывала их, крича, и это было немое "я волнуюсь". —Они сказали..сказали, хорошо, что Маэстро умер.. —Тяпа, молчать! Кто первый начал? —Мы. —ответил Кот. —Вы еще и драку начали?! Под лекции она обработала Валентина, и тот быстро уснул. Она укутала его в свое одеяло и приступила ко второму. —Кот, ну вот скажи мне, так сложно было промолчать? —теперь она говорила чуть тише, чтобы не разбудить парня. —Ну или хотя бы бить первыми. Я не знаю..вообще не бить! —Маш, да ладно тебе. —он улыбнулся, кладя руку ей на талию. —Руки. —А мне так легче держаться в сознании. Та закатила глаза, но чуть улыбнулась, не сдержавшись. Кот пострадал чуть меньше, хотя все равно выглядел ужасно. На ребрах быстро образовались синяки, а вместо лица была просто кровь. Она умыла его и принялась обрабатывать то, что вообще было смысл обрабатывать. —Маш..а, Маш.. —Кот, что говорили насчет имен? Только клички! —Да ладно тебе, никого нету же, а Тяпа спит. Или ты боишься, что твой Студер с небес заметит? —Так, тебе мало было? Я добавлю. Он посмеялся и стал зачарованно смотреть на ее лицо. Она была нахмурена, ужасно злилась и все еще не до конца простила его, но все равно была до смерти красива. Кот понимал Студера. Не влюбиться в нее было невозможно. Но он должен был понимать, к кому лезет. И если бы не эта ссора с Кукушкой, он бы прямиком убил его первым, еще до прыжков с парашютом. Несмотря на всю злобу, скопившуюся в ней за годы не справедливости и подножек от жизни, в ней все равно было полно переживаний за близких людей и любви к ним. Чувства эти были своеобразными, она выражала их по своему, часто через крики, но все же за этот месяц Чернов научился распознавать эти эмоции. То, что она не убрала его руки с ее талии, уже говорит о многом. В палатку она позвала именно их, ведь двоица была роднее всех, не зависимо от того, в ссоре они или нет. Кричала на них за драку, потому что волновалась. Говорила быть тише, потому что не хотела будить Тяпу, чтобы тот подольше поспал и отдохнул. —Ты чего так вылупился? —усмехнулась Маша. Кот, очарованный ее красотой, сам того не понимая, медленно прижался лицом к ее животу, прижимаясь к ней, как маленький ребенок. А та, как любящая мама, не отстранилась и стала поглаживать по голове. Хоть и в начале опешила, не ожидав таких действий. —Извини, Маш.. —Даа, нехило тебе прилетело по голове. —посмеялась шатенка. —Ложись давай рядом с Тяпой. Отдохнете. А я в медпункт схожу, помогу им там. —Только другому отряду не помогай, ладно? —Кот, ну я так не могу. —Не помогай, слышишь? Они не заслужили. —Хорошо. Филимонова встала, а пока убирала вещи в аптечку, Чернов залез под одеяло и лег рядом с другом, укрывая того получше. В последний момент он привстал на локтях. —И это.. Маша обернулась на голос. —На едине..называй меня по имени, ладно? —он стал бояться, а вдруг она забыла, как его зовут? Или вовсе не согласится? Но та, мягко улыбнувшись, чуть надавила на сильные плечи, укладывая спать. И, потрепав по голове, встала. —Хорошо, Кость. После этого она вышла из палатки и тут же побежала в медпункт. А Кот, довольный, лег поудобней и моментально заснул. Маша, зайдя в посещение, радостная и вскруженная от зарождающейся любви, вдруг ужаснулась. На нее посмотрело около двух десятков глаз, чьи лица были в мясо. Один медбрат явно не справлялся с таким количеством, так что облегченно выдохнул, когда увидел гостью. —Кукушка, скажи, что ты помогать пришла. —сказал тот. Он хорошо знал девушку, ведь часто учил ее медицине. —Ну, а как еще? Не бросать же вас. Давайте я себе возьму свой отряд, а вы второй. Выполнив просьбу Кота, она со спокойной душой стала зашивать раны, обрабатывать их и параллельно читать лекции обоим отрядам об их детской глупости. —А Коту своему ты такие же исправительные речи толкала? —сказал один из парней. —Чего это он мой? —Да ладно тебе, не гони, все же видят, как он на тебя смотрит. Вот только ты, как дура, вскружила голову нашему Студеру, и он за тебя на глупости всякие шел. —Ну во-первых, никому я ничего не кружила. А во-вторых, Студер ради меня только собачился с каждой живой душой, да ходил везде по пятам. —Но ведь если на его месте был бы Кот, ты была бы не против? —Так! Вскрикнула она, резко встав с места. —Слышь, я тебе и добавить могу, если надо. А судя по тому, как мой отряд вас отмудохал, у вас там явно слабачки, не умеющие драться. Так что рот свой закрыл и жди свою очередь, когда добрый дядя доктор полечит твои ранки. Услышал? Тот промолчал, и Кукушка села на свое место, продолжив работу. Кажется, только после окончания ее речи, все стали дышать. Черновцы напряглись, приготовившись к драке, хотя Филимонова явно не собиралась распускать руки. Не в ее приоритетах нападать на тех, кто и так еле живой стоит и невнятно разговаривает от распухшей губы. "пациент" Маши прошептал ей "красава", на что та усмехнулась.