Неделя тишины

Общежитие Big Hit Music, тренировочный корпус. Переезд оказался быстрее, чем На Ён ожидала. Утром в понедельник за ней приехал чёрный микроавтобус — без логотипов, без лишних глаз. Водитель помог донести единственную сумку, которую она собирала всю жизнь: несколько футболок, джинсы, старое худи и блокнот с истрёпанными уголками. — Это всё? — спросил менеджер, которого представили как Тэхун-сси. — Я не привыкла иметь много вещей, — пожала плечами На Ён. Комната в общежитии оказалась крошечной, но своей. Отдельная кровать, маленький письменный стол, пустой шкаф. На подоконнике — фикус в горшке. — Чтобы было уютнее, — улыбнулся Тэхун и вышел, оставив её наедине с новым будущим. Первый день — инструктаж. Правила безопасности, расписание, подписание бумаг о неразглашении. На Ён узнала, что её «легенда» для посторонних — стажёрка, которую готовят к дебюту в новой женской группе. Никто, даже уборщицы, не должны были знать правду. — Если информация просочитcя, — строго сказала директор по артистам, — проект закроют. Ты просто исчезнешь, как Хёнвон. На Ён кивнула. Исчезать она не планировала. Тренировки. День за днём. К ней приставили трёх наставников. Хореографа по прозвищу «Мяч» — за круглую голову и резкие, отрывистые движения. Вокального педагога Ли Соён, женщину с вечно недовольным лицом и идеальным слухом. И преподавателя по сцене, который учил её не смотреть в пол, даже если внутри всё рушится. — Ты танцуешь, как робот, которому отключили половину датчиков, — сказал «Мяч» на второй день. — Но чувствуется потенциал. Повторим ещё сорок раз. — Ты поёшь, как будто боишься разбудить соседей, — бросила Соён на третий. — Громче! Сделай мне больно! На Ён кусала губы, но не жаловалась. В приюте её учили терпеть. Учителя в Big Hit казались мягкими по сравнению с некоторыми воспитателями. Она задерживалась в зале каждый вечер. Доводила движения до автоматизма, пока зеркала не запотевали от дыхания. Ей нравилось. В танце не нужно было врать. Ни себе, ни другим. Второй день тренировок. На Ён осталась в зале одна. Все разошлись — наставники домой, другие стажёры по ужинам. Она повторяла связку из нового трека, который дали разучить. Движение за движением. Пот, музыка, тишина между тактами. Она не слышала, как открылась дверь. — О, тут кто-то есть. На Ён резко обернулась. В дверях стояли они. Все семеро. В спортивках, мокрые после собственной тренировки. Чимин вытирал лицо полотенцем, Тэхён лениво потягивался, Чонгук поправлял повязку на запястье. На мгновение На Ён показалось, что она спит. — Извините, — она машинально выпрямилась и поклонилась. — Я сейчас уйду. — Не уходи, — сказал RM мягко. — Мы просто за вещами. Ты новенькая? Не видел тебя раньше. — Стажёрка, — коротко ответила На Ён, стараясь не встречаться с Чимином и Юнги глазами. — Готовят к дебюту. — В новой группе? — заинтересовался Джей-Хоуп, разглядывая её. — Повезло. Сколько тренируешься? — Пятый день, — честно ответила она. Тишина. Потом Джин рассмеялся. — Пятый день, а уже так поздно занимается. Совсем чокнутая, как мы, — он подмигнул. На Ён невольно улыбнулась. — Я просто… хочу всё успеть. У меня не было подготовки раньше. — Видно, что стараешься, — вдруг сказал Чонгук. Он подошёл ближе, прислонился к зеркалу и кивнул на её ноги. — Но ты слишком напрягаешь стопы на третьем счёте. Попробуй расслабить подъём, тогда поворот будет легче. На Ён удивлённо моргнула. Она действительно чувствовала, что что-то не так в этом движении, но не могла понять что. — Спасибо, — искренне ответила она. — Попробую. — Ты откуда? — спросил Тэхён, лениво облокотившись на дверной косяк. На Ён на секунду замерла. — Из приюта, — сказала она просто. — Много где жила. Никто не стал лезть с вопросами. Юнги, который до этого молча рассматривал носки своих кроссовок, поднял голову и мельком взглянул на неё. Ни одобрения, ни жалости. Просто факт. — Держись, — коротко бросил он и вышел в коридор. Чимин задержался на секунду дольше. Он улыбнулся На Ён — мягко, почти по-братски, и сказал: — Если что, зал иногда бывает свободен по вечерам. Мы обычно уходим к девяти. Можешь заниматься. Никто не против. Она кивнула. Сердце сжалось от этой улыбки. «Он не знает», — подумала На Ён. — «Никто из них не знает». — Спасибо, Чимин-сси, — тихо сказала она. Он удивился, что она знает его имя, но не подал вида. Махнул рукой и вышел следом за остальными. Дверь закрылась. На Ён осталась одна. Она повернулась к зеркалу, посмотрела на своё отражение. Усталое, бледное, но с горящими глазами. — Ты справишься, — прошептала она себе. — У тебя нет выбора. И снова включила музыку. На этот раз — расслабив стопы, как советовал Чонгук. Поворот действительно получился легче.