Глава 1. Кооператив на выживание

Соленый ветер Мондштадта не имел ничего общего с поэтическими описаниями из книг. Он был колючим, пах гнилыми водорослями и липкой, йодистой сыростью, которая мгновенно пропитывала одежду. Итэр сидел на корточках у самой кромки прибоя. Песок под ним был крупным и серым, он забивался в швы сапог, раздражая кожу. В голове стоял тяжелый, свинцовый гул — эхо пятисотлетнего сна. Память возвращалась неохотно, уродливыми, рваными кусками: золотые кубы, безжалостный холод в глазах Неведомого Божества и крик сестры, пропадающей в разломе пространства. Удочка из сухой сосновой ветки резко дернулась. Итэр инстинктивно потянул снасть. Бечевка резала пальцы, но он тянул, ожидая увидеть на крючке хотя бы морского окуня. Вместо рыбы из пенистой волны вылетело нечто белое и маленькое. Оно барахталось в воздухе, смешно перебирая короткими ножками. — Кха! Кха-кха! Путешественник! — существо, похожее на ожившую фарфоровую куклу, распласталось на мокром песке. — Паймон чуть не задохнулась! Если бы не ты, Паймон бы точно стала кормом для крабов! Итэр открыл было рот, чтобы спросить, почему еда умеет разговаривать, но звук его голоса потонул в шуме, доносившемся сверху. С высокого песчаного склона, поднимая тучи пыли и мелких камней, кто-то несся вниз. Фигура двигалась абсолютно нелепо. Было видно, что человек не умеет управлять этим телом: руки работали вразнобой, центр тяжести постоянно смещался, а ноги заплетались на ровном месте. В три последних прыжка фигура буквально скатилась на пляж, проехалась на коленях по песку и замерла, вцепившись пальцами в гальку. Итэр оцепенел. Золотистые волосы, перевитые шелковыми лентами. Белое платье с длинными, летящими полами. Тот же профиль, те же плечи... — Люмин?.. — его голос сорвался, превратившись в едва слышный шепот. Он сделал шаг вперед, готовый поверить в невозможное. — Люмин, это ты? Ты спаслась? Девушка подняла голову. Её лицо было перемазано мокрым песком, одна заколка в волосах повисла на честном слове, но в глазах горел такой дикий, неоновый блеск, что Итэр непроизвольно отшатнулся. В этом взгляде не было узнавания. В нем было нечто пугающее — восторженное безумие фаната, дорвавшегося до редкого мерча. — Офигеть... — выдохнула она, игнорируя его руку и вглядываясь в его лицо так близко, что их носы почти соприкоснулись. — Офигеть, какой рендеринг. У тебя реально золотые ресницы. Текстуры одежды вообще не мыльные, я даже ворс на шарфе вижу! А это... это Паймон?! Она резко перевела взгляд на парящую кроху. Паймон в испуге пискнула и спряталась за затылок Итэра. — А-а-а! Какая она жирная вблизи! — Марина (в теле Люмин) попыталась схватить Паймон за щеку, но промахнулась и снова ткнулась носом в песок. — Черт, физический движок слишком чувствительный. Почему так тяжело дышать? Где тут настройки сенсы? У меня персонаж постоянно заваливается вправо! Итэр медленно выпрямился, чувствуя, как внутри растет холод. Это было тело его сестры — он узнал бы его из миллионов. Но свет за зрачками был чужим. Слишком громким, суетливым и совершенно невыносимым. — Ты выглядишь как моя сестра, — произнес он, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Но ты не она. Кто ты? Где Люмин? Марина замерла. На её лице на секунду отразился панический страх — так смотрит школьница на учителя, когда её поймали со шпаргалкой. Она быстро замахала ладонями перед собой. — Ой, блин! Точно, экспозиция... Слышь, Итэр... то есть, братик... Короче, я не знаю, как это объяснить, извини! — Она виновато шмыгнула носом. — Мне правда жаль, что всё так вышло. Я не совсем твоя сестра, ну, технически. Но ты не парься! Я помогу тебе её найти. Я знаю вообще всё! Все секретные квесты, все сундуки, мы этот сюжет закроем на сто процентов. Тут такой кооператив начнется — Каэнри'ах вздрогнет! Итэр молча смотрел на неё. Он не понимал половины слов, но общий смысл был ясен: перед ним была самозванка, которая каким-то образом заняла место его близнеца. — Инвентарь... инвентарь... — бормотала Марина, тыкая пальцем в воздух прямо перед собой. — Где кнопка? Как мне вещи складывать? Ладно, пофиг, разберемся по дороге. Итэр, тут за скалой должен быть Обычный Сундук. Там пара кусков мяса и какая-то серая фигня, но на старте сойдет. Пошли! Она схватила его за локоть и потащила за собой вокруг утеса. Итэр, подавленный напором этого стихийного бедствия, поплелся следом. Паймон летела чуть поодаль, подозрительно оглядываясь. Сундука за скалой не было. Вместо него в тени раскидистого куста, на старой соломенной циновке, обнаружилась женщина. На ней были пыльные мантии Академии Сумеру, а лицо закрывала широкая, потемневшая от времени шляпа. Рядом на песке валялся деревянный планшет с какими-то графиками, пара подсохших закатников и потертый кожаный мешочек, от которого пахло сушеной мятой и старой бумагой. Марина резко затормозила. — Опа... — прошептала она. — Сумерская баба? На пляже в Мондштадте? Это что, скрытый ивент? Или ежедневку ввели раньше времени? Наверное, надо собрать ей пять ящериц. В каноне этого точно не было, прикинь, Итэр! Может, это эксклюзивный контент только для меня? Марина, не обремененная тактом, подошла вплотную и пнула спящую в плечо носком ботинка. — Эй! НПС! Проснись, у тебя квест забагался? Где восклицательный знак? Женщина под шляпой не шелохнулась. Но Итэр заметил, как её пальцы, лежавшие на песке, судорожно сжались в кулаки. Она медленно, словно поднимая многотонную плиту, приподняла край шляпы. Из-под полей на Марину уставился взгляд, в котором застыло столько экзистенциальной боли и смертельной усталости, что Итэру на секунду стало её жалко. Это был взгляд человека, который только что выплатил ипотеку и узнал, что дом сносят. Самия молча изучала Марину. Затем перевела взгляд на Итэра, задержалась на Паймон и снова вернулась к «Люмин». В её голове, заглушая прибой, Циник и Мемолог хором исполняли похоронный марш. «Это Люмин. Это Итэр. Это пляж. Я в начале сюжета. Убейте меня, пока не начались кат-сцены». Самия приоткрыла рот и на одном выдохе, тихо и веско, произнесла: — Бля-а-а-а... Марина подпрыгнула на месте, едва не хлопая в ладоши. — Офигеть! — взвизгнула она. — Она матерится! Наша! Слышал, Итэр? Это попаданка! Привет! Ты из какого города? Ты тоже из России? Какого фига ты тут делаешь? Ты Сумеру уже прошла?! Какой у тебя ранг?! Самия поняла: уйти в режим «тихого камня» не получится. Она со стоном села, потирая переносицу. Профессиональная броня мастера, выкованная множеством лет работы с проблемами, со скрипом поднялась из руин. — Девушка, — голос Самии был сухим и монотонным, как шуршание наждачной бумаги. — Вы нарушаете мои границы и превышаете допустимый уровень шума. Я — Самия, младший сотрудник Академии. Я провожу исследование... эм... миграции песчаных блох. Мой рабочий день еще не начался. Отойдите от меня на пять метров и исчезните в пространстве. — Да ладно тебе! — Марина присела рядом, бесцеремонно заглядывая ей в лицо. — Я же вижу твой ник! Ты — Кокучё! Черный Лебедь! Слушай, пойдем с нами? Втроем веселее! Мы сейчас идем в лес, там будет Двалин, мы его спугнем, потом будет Венти... Итэр стоял поодаль, чувствуя, как его мозг начинает плавиться. Он не понимал ни слова, но видел, что «сумерская баба» сейчас либо совершит убийство, либо просто исчезнет в облаке черного дыма. — Я. Никуда. Не пойду, — чеканя каждое слово, произнесла Самия. — У меня контракт. У меня график. И у меня есть два дня законного отпуска, которые я планировала провести в горизонтальном положении, не видя ни одного живого существа. Особенно такого громкого, как ты. — Ну ладно тебе, не душни! — Марина состроила рожицу. — Тогда мы с Итэром полезем во-о-он на ту скалу. Там наверху анемокул. А так как крыльев у нас еще нет, мы просто прыгнем оттуда вниз на камни. Я читала, что если персонаж падает в воду, урон не засчитывается. Заодно проверим, работает ли тут физика багов! Итэр, за мной! Итэр посмотрел на отвесный пятидесятиметровый обрыв, на острые камни внизу, о которые с грохотом разбивались волны, и на его лице отразился неподдельный ужас. Он сделал шаг назад, умоляюще глядя на Самию, словно она была единственным вменяемым существом на этом проклятом пляже. Самия медленно перевела взгляд с Марины на скалу. В её голове мгновенно сработал профессиональный калькулятор рисков: «Она спрыгнет. Итэр, будучи ведомым, прыгнет за ней. Главный герой погибнет. Сюжет схлопнется. Пойдет цепная реакция, и этот мир аннигилирует вместе с моей циновкой. Я не смогу выспаться даже в пустоте». Она закатила глаза так сильно, что стало больно мышцам. — Сука... — выдохнула она в небо. — Марина, если ты разобьешь это тело, я найду твою душу в Бездне и заставлю тебя учить таблицу неправильных глаголов до конца времен. Самия с трудом поднялась. Суставы хрустнули так, что Паймон вздрогнула. Женщина нагнулась, подняла свой потертый кожаный мешочек — единственное её имущество в этом мире — и с трудом закинула ремешок через плечо. — Ладно, — процедила она. — Я иду с вами. Только до Мондштадта. И только ради того, чтобы не дать этой идиотке стереть нас всех из реальности. Марина восторженно взвизгнула и вцепилась в её сумку. — О, а это пространственный мешок? Туда можно засунуть сто сорок кусков сырого мяса? А инвентарь у тебя открывается? Самия дернула сумку на себя, глядя на Марину как на особо наглую муху. — Ай, отвали. Это обычный мешок с расширением на два кубических метра, я его полгода выбивала у снабженцев. Туда едва влезают мои отчеты и сухари. Полноценного игрового инвентаря у меня нет. Если надо что-то тащить — пихай в Итэра или в себя. Используй свои «главгеройские» привилегии. Марина на секунду замерла, уставившись в пустоту перед собой расфокусированным взглядом. — Так... инвентарь... О! Открылся! Реально, у меня слоты есть! Ура! — Она снова схватила Итэра за руку. — Идем, идем! Нас ждет Двалин! Нас ждут примогемы! Самия, не отставай, а то пропустишь кат-сцену! Итэр послушно поплелся следом, бросая на Самию полные сочувствия взгляды. Самия плелась в хвосте, волоча ноги по песку и поправляя шляпу. В её голове уже зрел план, как обменять Марину на тишину и покой при первой же встрече с любым разумным монстром. Первый день её «приключения» начался просто катастрофически.