Глава 13. Пар, щелок и энциклопедия выживания

Мондштадтские общественные купальни располагались на нижнем ярусе города, скрываясь под защитой массивной каменной стены. Здание выглядело приземистым, основательным и густо пахло влажной древесиной, горячим паром и терпкими луговыми травами. Внутри царил уютный, обволакивающий полумрак. Свет пробивался лишь сквозь узкие витражные окна под самым потолком, окрашивая клубы пара в золотистые и янтарные тона. Самия толкнула тяжелую дубовую дверь в женскую половину и с наслаждением вдохнула влажный, горячий воздух. После грязи Шепчущих лесов, ледяной воды Сидрового озера и пыльных улиц разрушенного города это место казалось истинным храмом спасения. — Раздевайся, — скомандовала она Марине, указывая на длинные деревянные скамьи вдоль стены. — Сначала жесткие щетки и щелок, потом основная купель. Твою пропахшую болотом рубаху оставим в корзине у входа, местная прислуга отправит её на мельницы. Марина со стоном стянула с себя огромную рыцарскую рубаху. Её плечо украшал устрашающий багрово-сизый синяк, а на коленях красовались царапины от недавнего падения. Девушка поежилась, переминаясь с ноги на ногу на теплых каменных плитах. Процесс предварительной очистки оказался суровым испытанием. Местное мыло представляло собой куски плотной, мылящейся массы с добавлением золы и толченой мяты. Оно драло кожу почти как наждачная бумага, зато смывало грязь безупречно. Самия яростно терла свои руки и шею (осторожно обходя края черного ошейника), методично уничтожая любые напоминания о дикой природе. Закончив с экзекуцией, они спустились в главную купель — огромный, вырубленный прямо в скальном основании бассейн, наполненный прозрачной, обжигающе горячей водой. Самия погрузилась в воду по самый подбородок. Её глаза закрылись, а из груди вырвался долгий, протяжный стон абсолютного, чистого физиологического блаженства. Горячая вода делала свое дело: напряженные до состояния стальных тросов мышцы начали плавиться, усталость вымывалась из костей, а вечно контролирующий всё вокруг разум наконец-то позволил себе сбавить обороты. Марина устроилась напротив, блаженно вытянув ноги. Пар смягчил её черты, смыв следы паники и слез. Она посмотрела на Самию, которая сейчас выглядела просто уставшей молодой женщиной, а не пугающим диктатором. — Знаешь, Самия, — Марина провела ладонью по водной глади. — Я всё думала... А что ты вообще забыла в Спрингвейле? Ты же ученый из Сумеру. Там у вас гигантское дерево, библиотека размером с город, куча знаний. Зачем было тащиться в эту деревню охотников на другой конец континента? Самия приоткрыла один глаз. Тепло воды сняло её обычную «тефлоновую» броню, и ей внезапно захотелось поговорить. Просто рассказать правду, без сложных многоходовок и академического блефа. — Сумеру... — Самия хмыкнула, пустив по воде легкую рябь. — Сумеру — это огромный, зеленый парник. Влажность сто процентов. Жара такая, что одежда прилипает к телу через пять минут после выхода из душа. Везде насекомые, пиявки и плесень. А внутри Академии — еще хуже. Там царит бесконечная гонка за статусом. Бесконечные сроки сдачи проектов, защита диссертаций, орущие профессора и студенты, готовые перегрызть друг другу глотки ради лишнего гранта. Самия зачерпнула воду ладонью и плеснула себе на лицо. — Хозяйка этого тела довела себя до могилы в попытках соответствовать этим стандартам. Когда я осознала себя в её кресле, я поняла одну простую вещь: я ненавижу джунгли и ненавижу академическую суету. Мне нужно было прохладное, тихое место. — И ты просто взяла и ушла? — удивилась Марина. — Я составила гениальный план, — Самия слабо улыбнулась. — Написала заявку на полевое исследование: «Влияние анемо-частиц на кристаллизацию элементальных масел в условиях умеренного климата». Даршан одобрил проект и выделил бюджет. Я приехала в Мондштадт, добралась до Спрингвейла и... решила задержаться. Взяла отпуск, который плавно перетек в бессрочный. Там было идеально. Тишина. Прохладный ветер. Охотники приносят свежее, дешевое мясо. Я арендовала домик на отшибе, читала местные справочники и наслаждалась тем, что никто не требует от меня результатов. Я планировала сидеть там годами, выдавая Академии фальшивые отчеты раз в полгода. — А потом на пляж свалились мы, — виновато закончила Марина. — Именно. Моя зона комфорта треснула по швам, — Самия потерла виски. — Ладно, проехали. Вода слишком хороша, чтобы злиться. Марина закинула мокрые волосы на спину и, оглядывая каменные своды купальни, задала новый вопрос. Её любопытство, подогретое возвращением в цивилизацию, снова начало просыпаться. — Слушай, а вот мы были в штабе... Там Кейя. Он же Капитан Кавалерии. Я весь город видела с высоты, пока меня смерчем крутило. Я ни одной лошади не заметила! Где конница? Почему рыцари пешком ходят? Самия тихо рассмеялась, оценив наблюдательность девушки. — Хороший вопрос. Знаешь, почему их нет на улицах? Экономика и логистика. Самия села ровнее, облокотившись на бортик бассейна. Её голос приобрел те самые размеренные, поучающие интонации мастера, который привык раскладывать сложные вещи на простые детали. — Лошадь — это невероятно дорогое удовольствие, — начала она лекцию. — Её нужно кормить качественным овсом, чистить, подковывать. Ей нужны конюшни, ветеринары и ежедневный выгул. А теперь посмотри на жизнь обычных жителей Тейвата. Люди здесь никуда не торопятся. Ритм жизни плавный. Путь от Спрингвейла до Мондштадта занимает пару часов неспешного шага. Зачем тебе лошадь, если ты ходишь в город раз в неделю? — Но для грузов? — нахмурилась Марина. — Товары же как-то возят! — Для тяжелых грузов существуют слаймо-возки и алхимические тягачи, — пояснила Самия. — Запрягаешь пару крупных Анемо- или Гео-слаймов в специальную упряжь, и они тащат телегу лучше любого тяжеловоза. Они едят подножный корм и элементальную энергию. Лошади же остаются исключительно элитным транспортом. Конница Ордо Фавониус существует, но базируется она далеко за пределами города, на специальных пастбищах. И используют их только для дальних патрулей или военных экспедиций. Содержать лошадей внутри тесных каменных стен города-крепости — чистый идиотизм. — Ого... — Марина восхищенно покачала головой. — А звучит логично. Я об этом даже не думала. — То же самое касается медицины, малая, — Самия указала на синяк Марины. — Вчера я кричала на тебя, когда ты лезла голыми руками к отравленному кристаллу. Знаешь почему? Здесь нет привычных нам антибиотиков. Обычная царапина, зараженная скверной, заставит тебя гнить заживо. Марина поежилась, инстинктивно прикрывая плечо рукой. — Но тут же есть магия! Барбара лечит людей водой! Я сама видела, как рыцарям вправляли кости! — Магия — это не волшебная таблетка, — голос Самии стал строже. — Гидро-исцеление Барбары работает по принципу экстремального ускорения клеточной регенерации. Вода заставляет твои ткани делиться с чудовищной скоростью, закрывая раны. Но ресурс человеческого тела ограничен. Каждая клетка имеет свой лимит делений. Будешь постоянно лечить серьезные раны магией — твое тело исчерпает свой запас прочности. Ты состаришься быстрее. Поэтому местные предпочитают использовать травы, бинты и обычный покой. Магия — это экстренная мера для спасения жизни, а не пластырь от царапин. Марина сидела в горячей воде, переваривая услышанное. Тейват приобретал пугающий объем и глубину. Это был настоящий, суровый мир, живущий по своим физическим и экономическим законам, которые разработчики игры просто оставили за кадром. Самия вдруг осеклась. Она посмотрела на свои руки, затем на внимательно слушающую Марину, и тихо вздохнула, прикрыв рот ладонью. — Прости, — её голос потерял менторские нотки и прозвучал немного смущенно. — Я увлеклась. — За что ты извиняешься? — искренне удивилась Марина. — Это же офигенно интересно! — За то, что превратила баню в лекторий, — Самия потерла лоб. — Очередной приступ профессиональной деформации. Я долгие годы работала мастером. Изучала информацию, структурировала её и вкладывала в чужие головы. Я так давно не общалась с людьми ради простого удовольствия, что мой мозг автоматически переходит в режим лекции, стоит только кому-то задать вопрос. Привыкла вещать в пустоту или забивать данные в чужие процессоры. Марина подплыла чуть ближе. — Самия... Ты потрясающая. Честно. Если бы не твои лекции и тренировки, я бы сейчас кормила рыб на дне озера. Девушка опустила глаза на свои ладони. В них не было магии. В них не пульсировал свет стихий. — Слушай, — тихо спросила она. — Ты знаешь этот мир лучше кого-либо. Лиза сказала, что я — пустая. Я не смогу использовать статуи Архонтов, как Итэр. Как мне тогда выжить? Я же буду вечной обузой для вас обоих. Самия долго смотрела на Марину. В глазах девушки больше не было того инфантильного восторга, с которым она прыгала по пляжу. Там появился страх, но вместе с ним — холодная решимость учиться. — Ты не будешь обузой, если сменишь класс, — Самия решительно откинула мокрые волосы с лица. — Забудь про роль главного героя-мечника. У тебя в руках феноменально сильное, выносливое тело. Мы будем качать твою физическую форму до предела. Самия начала загибать пальцы. — Первое: ты научишься пользоваться дальнобойным оружием. Арбалеты, луки. Никакого ближнего боя. Второе: алхимия и механика. Я научу тебя собирать элементальные гранаты. Если ты не можешь создавать огонь руками, ты будешь бросать склянки с концентрированной Пиро-пылью. И третье: ловушки и тактика. Ты станешь идеальным саппортом. Пока Итэр принимает удар на себя, ты будешь контролировать поле боя со стороны. Слепить врагов, ставить капканы, обеспечивать логистику. Поняла? Глаза Марины снова загорелись, но теперь это был свет осознанного азарта. — Тактический саппорт-алхимик... — прошептала она, пробуя слова на вкус. — Боже, это звучит даже круче, чем просто махать мечом! Я согласна! Я буду учиться! — Вот и отлично, — Самия удовлетворенно кивнула и откинулась на бортик, закрывая глаза. — А теперь давай помолчим. Нам нужно насладиться этими пятнадцатью минутами покоя, прежде чем мы вернемся в штаб, где Итэр, скорее всего, уже ждет нас с подробным планом штурма храмов. И что-то мне подсказывает, что этот штурм потребует от нас всех запасов нервных клеток.