Глава 3

      Как говорится: «Вы не ждали, а мы приперлись». Так ворвались в дом мои родители со словами: «Почему ты уехала, никому ничего не сказав?!». Думалось мне, что ответ был очевиден, как оказалось, не всем. Бабуля смотрела на меня, ожидая объяснений. У неё были подозрения по поводу моей выходки, но она надеялась, что я согласовала с родителями свой отъезд.  ​      — Давайте позавтракаем, тут не о чем особо говорить.       Мама стояла в смятении от моего поведения, но молча прошла на кухню и поставила чайник. Мы последовали за ней. Завтрак в звенящей тишине не самое приятное времяпрепровождения в солнечный летний день.       — Я не стала вам говорить, чтобы избежать ненужного разговора. Мне восемнадцать, я могу сама решать, где быть, с кем и что делать. Моя душа всегда рвалась в лес, вы это прекрасно знаете. Тем более, чего вы нервничаете? Я ведь у бабули, что так удачно живёт в таком месте, а не непонятнос кем.        ​— Я надеялась, что у тебя прошла тяга к дикой природе, — проговорила мама.        ​— Увы.       ​— Но ты могла сказать, мы бы что-нибудь придумали, нашли бы какой-нибудь лесок рядом, и дело с концом. Совмещала бы работу в министерстве и свои прогулки по лесу, — произнес отец, строго смотря на меня. ​      — Лесок рядом? Пап, ты издеваешься? Это так не работает! Мне нужно единение с природой, с этим лесом! - взмахнула рукой себе за спину, где постепенно просыпался лес.       ​— Почему именно этот? – резонно интересуется мама.       Я молчу. Сама задумываюсь, почему именно он. Лес как лес, с речкой, полянками, различными ягодами и грибами, оборотнями...        ​— Не знаю, — честно отвечаю, — может, потому что я бываю тут каждое лето, и он стал мне родным? ​      — А то, что ты заблудилась недавно в этом «родном» лесу, ничего? – ехидно спрашивает бабуля, подливая масла в огонь.  ​       — Ты заблудилась?! – хором спрашивают родители.  ​      — Ой, да ладно вам. Ничего ведь не случилось, Чонгуки нашёл меня и вернул в целости и сохранности.  ​      — Это ещё кто? – интересуется отец.        ​— Сын вожака оборотней, Чон Чонгук, славный малый. Добрый, отзывчивый, всегда помогает, будущий вожак, – с гордостью в голосе говорит бабушка.       В груди что-то защемило после её слов. Действительно, Чонгук сын вожака, а значит, когда-то будет вести за собой стаю. От этой мысли стало не по себе. У волчонка будет столько дел, что неостанется времени на меня, обидно даже как-то. Столько лет дружим, и на тебе! Если лес меня примет, в будущем я стану хранительницей.  И видеться мы сможем изредка, по особым случаям.  ​      — Не важно, кто он, суть в том, что ТЫ потерялась в огромном лесу!       ​— Мам, не начинай. Я ведьма в первую очередь, с помощью магии выбралась бы.  ​      — Ну да, как же. Вот в городе такого бы не было. Там всё чётко и понятно.       ​— Я приняла решение, и оно не подлежит обсуждению. К тому же, ритуал планирую провести в день Лита. Вдруг лес не примет, и вы будете счастливы видеть меня на пороге вашего дома, – грустно произнесла я. Хотелось бы надеяться на положительный исход, возвращаться в каменные джунгли и доказывать что-то кому-то не хотелось.  ​      Позже выяснилось, что родители остаются тут до дня «Лита». Ну прекрасно. Час от часу не легче.

***

      С приездом родителей я всё чаще уходила в лес. В особо знойные дни проводила время возле речки. Чонгук составлял мне компанию, дни с ним летели незаметно. Юнги мы видели редко: этот бурый волк старался не выходить из дома. Жарко говорит, лишь вечерами, когда зной спадал, они с Чонгуком обращались в волков и носились по всему лесу, как дети малые.        В первые дни, видя моё печальное состояние, Чонгук начал расспрашивать и выпытывать всеми возможными способами о происходящем. Пришлось пожаловаться на несносных родителей и рассказать о своих тревогах. После рассказала, что лес может меня не принять и мне придётся уехать.Чонгук опечалился, хотя очень старался этого не показывать. Глаза - зеркало души, невозможно что-либо скрыть, даже большому, грозному, чёрному волку.   ​      Проводя всё больше времени с волчонком, мои чувства становились все странней и странней. Я не могла их адекватно анализировать. Это было что-то новое, неизвестное, пугающее. Несколько лет назад я уже влюблялась, знаю это чувство, но тут, в гуще леса, на цветочной поляне с волком, мои чувства были сильней, острей и ярче. Чонгук лежит головой на моих коленях и рассказывает про озорных волчат, что не дают покоя всей стае. Они недавно научились перекидываться в звериную форму и теперь носятся по всей деревне, снося всё на своём пути. Я зарываюсь пальцами в его непослушные волосы и слушаю в пол-уха, улавливаю лишь прекрасный баритон его голоса. Он красивый. С последней нашей встречи его скулы заострились, ушли милые щёчки, взгляд стал уверенней. Лишь улыбка осталась прежней, такой же очаровательной, притягательной и яркой. В его волосах мелькают солнечные зайчики и путаются луговые цветы. Моё сердце стучит так громко, что становится страшно: вдруг чуткий слух волка его услышит? Начнёт задавать вопросы, ответов на которых у меня нет. ​      «Я что, влюбилась в друга?», — невообразимо. Мы знакомы так давно, знаем друг друга так хорошо, что непонятно, откуда возникли эти чувства.        ​«Интересно, ему кто-нибудь нравится?» — эта мысль так сильно меня захватила, что стало трудно дышать. Я сделала вдох, прикрыв глаза, но резко возникшая боль в районе груди никуда не делась. «Это ревность?» - подумала я. Прибывая в своих не радужных мыслях, я упустила момент, когда приятный голос замолчал. Открыв глаза, я наткнулась на обсидиановый, внимательный взгляд. Чонгук смотрит на меня снизу вверх и анализирует. «Он чувствует мои эмоции», — подумалось мне…       ​— Всё в порядке? – резонно спросил он.   ​      — Да. ​      — Ты уверена? Судя по твоим сменяющимся эмоциям на лице, то не совсем.        ​— Уверена, — улыбнувшись ответила я. Надо срочно что-то придумать! – Возможно, я переживаю из-за ритуала, да и родители дома всё время задают ненужные вопросы… ​      — Это какие?       ​— Например, что за бессмертный волчара крадёт всё моё внимание? – он улыбается, боже, что я несу… ​      — Я могу познакомиться с ними и заверить, что не опасен и защищу в случае чего. ​      — Звучит как знакомство родителей и бойфренда, — рассмеялась я, а он смотрел и его взгляд стал чуть серьёзней. ​      — Можно и так.       Я замолкаю. Наши глаза неотрывно изучали души друг друга, мы искали отголоски прозвучавших слов. Понимаю, что эмоции переполняют и перевожу тему: ​      — Ты главное не упоминай про опасности, а то они останутся здесь навсегда и будут ходить по пятам. ​      — Ну, если так случится, можешь переехать ко мне в стаю.       ​— Идет. Родители долго не смогут пробыть в шумном месте.        Я отвожу взгляд и смотрю в небо. Оно безоблачное, ярко светит солнце. Я призываю магию ведьмы, и вокруг нас кружатся лепестки цветов. Сладкий запах окутал поляну, мы теряемся в моменте уединения и безмятежности. Наши души раскрываются, идя на встречу друг к другу, но мы боимся спугнуть то хрупкое чувство, что зарождается, отступаем, боясь потерять то, что имеем.

***

      Стая оборотней проживает в глубине леса, подальше от лишних глаз. За много лет она разрослась и стала очень шумной в обычные дни. Волчата неумолимо носятся по всей округе, создавая хаос.        Поселение располагается на большой поляне в окружении леса; его заполняют множество одноэтажных домиков, похожих друг на друга. Беря во внимание 21 век, здесь есть всё необходимое: свет, водопровод, бытовые удобства, интернет. Конечно, не обходится без скота и земледелия. Несколько машин для поездок в город, склады с продовольствием и хижина лекаря. Ступая в поселение, ты будто окунаешься в другой мир. Здесь нет алчности, зависти и негатива. Тут свет, уют и любовь.        Заочно я знакома со стаей Чон, но не была частым гостем. Сейчас, планируя поселиться в доме бабули насовсем, придётся подружиться. Чонгук долго уговаривал прийти к нему домой и познакомиться с семьёй нормально. Я отбивалась как могла. Бабуля Чон была ко мне благосклонна, но как отреагирует остальная семья вожака, я не знала, поэтому было страшновато.  По моему плану, я хотела прийти после обряда не обыкновенной ведьмой, а лесной - весомым представителем на защиту здешних мест. Но один несносный волчара вынес мне весь мозг, и пришлось соглашаться. Ну как откажешь озорным глазам и очаровательной улыбке? Моë сердце нагло меня предало.        И вот, ступая с бабулей по шумному поселению, то и дело спотыкаясь о несносных волчат, мы направлялись к дому вожака в сопровождении закатного солнца. Оборотни с интересом разглядывали юную деву, идущую по правую руку от строптивой ведьмы Стюарт. Надеясь несильно привлечь внимание, я надела лёгкие зауженные брюки песочного цвета и белую блузу с укороченными рукавами. Мои волосы развивались длинными локонами шоколадного цвета за спиной. Дом вожака не выделялся среди других: сделан из тёмного дерева, ухоженный, с высаженными цветами перед окном, в котором развивалась белоснежная занавеска. Поднимаясь вслед за бабушкой по ступеням, которая уже стучит в дверь, меня охватывает сильный мандраж. Ветер вокруг меня поднимается, пугая рядом находившихся оборотней.       — Успокойся, — шепчет бабушка, оборачиваясь. — Тебя никто тут не съест и не обидит, к тому же, твой волчонок будет рядом.       Её слова не успокаивают, а когда открывается дверь, являя самого вожака стаи, так вообще стало ещё хуже. Лес ощутил волнение ведьмы: кроны деревьев начали шуметь, ветер усилился, а птицы встревоженно взмыли в небо. Вожак смотрит за мою спину, хмурится. Ощущает мощь юной ведьмы: не многие могут настолько взаимодействовать с природой, чтобы она встала на её защиту. Переводит тяжёлый, обсидиановый, как у сына, взгляд и открывает рот, чтобы произнести слова, как его нагло, бесцеремонно отталкивают от проёма. Красивая, изящная женщина лет сорока пробралась к двери и возмущённо произносит:       — Чон Часон! Прекрати пугать своей аурой и так напуганное дитя! Ни стыда, ни совести! — затем, переведя взгляд на меня, произносит: — Не бойся, он лишь с виду такой грозный и злой, на самом деле ещё та булочка с корицей. Госпожа Стюарт, проходите, не стойте на пороге, матушка уже без вас начала распивать вино, — со смешком в голосе произносит женщина. — Мы так рады, что вы пришли. Чонгуки с утра сам не свой, такой нервный, что…       Не успела женщина договорить, как появляется вышеупомянутый волчонок, протискивается между ней и проёмом, идя прямо ко мне. Чонгук берёт меня за руку, заверяя тем самым, что он рядом и бояться нечего. Постепенно стихает шум, устроенный ветром, и юная ведьма, в сопровождении волка, входит в дом.           За столом напряжённо. Чонгук сидел рядом, мысленно поддерживая. Вожак не сводил с меня глаз, хозяйка дома хлопотала над столом, выкладывая всё новые и новые блюда. Ощущение, будто стол сломается под огромным количеством изобилия. Бабуля присоединилась к пожилой волчице, болтают и распивают вино, будто не чувствовали напряжения, нависшего над столом. Я задумалась: «Почему моё сердце готово выпрыгнуть из груди в этом доме? Почему мне так неспокойно?». Поднимаю взгляд на вожака. Он смотрит серьезно и внимательно, обсидиан резал сталью. Чон Часон изучает, пытается заглянуть в глубь души, высматривает опасность. Не находит. Взгляд смягчается, уголки губ ползут вверх.       — Так, давайте нормально познакомимся. Я – жена вожака, Чон Миён. Его, — нарочно показывая пальцем на вожака, — Чон Часон. И мы очень рады наконец-то познакомиться с тобой. Мы столько слышали о тебе, ты именно такая, как я себе и представляла. — Миён улыбается - эта женщина излучает тепло и свет.       — Очень приятно, Мияна Стюарт, можно просто Мия.        — Мы очень рады видеть тебя здесь, — произносит вожак, забирая всё внимание на себя.— Извини, не хотел тебя пугать. Я не имею ничего против твоего присутствия, просто ты новый человек на территории стаи.       — Всё в порядке, я понимаю.        — Я рад, что мы всё выяснили. Давайте приступим к ужину.        За столом все выдохнули, напряжение ушло. Разговор в течение всего времени был непринуждённым. Вожак и его жена интересовались моими способностями, учёбой и увлечениями.  Мама Чонгука всё время смотрела на меня с хитринкой в глазах, я решила, что это интерес к новому лицу. Под конец я расслабилась и ощутила уют этого дома. Чонгук вечно пытался накормить, за что получал недовольный острый взгляд карих глаз ведьмы. Взрослые почему-то умилялись этому, видимо, перебрали вина, ведь милого здесь совершенно ничего не было. Когда на небе зажглась первая звезда, мы отправились домой в сопровождении чёрного волка.