Глава 13

​      Алый рассвет не может предвещать ничего хорошего. Мертвая тишина стояла в поселении и окутывала весь лес. Стая сбегается к проклятой поляне, старшая ведьма спешит сквозь промёрзлый лес к своей внучке. Зрелище открывается не из приятных: земля влажная от растаявшего снега, привкус металла оседает на языках магических существ, что безмолвно взирают на пару, окутанную невидимым барьером. Воздух вибрирует и слегка переливается рядом с юной ведьмой и мёртвым волком. Магическая стена настолько мощная, что даже старой ведьме не пройти сквозь неё.        Периферическим зрением улавливаю движение: вожак хочет подойти к сыну, но заслон не пускает. Где-то на подкорке сознания понимаю:отцу нужно увидеть сына, но не могу перебороть себя и позволить войти постороннему в мое пространство. Здесь только я и он. Точно не могу сказать, сколько прошло времени. Тело в руках холодное, лицо бледное, тонкие нити вен горят синим, будто поцелованы самой зимой. Кровь вязкой субстанцией ощущается в ладонях. Делаю вдох, боль пронзает грудную клетку.        «Что теперь делать?»       «Мне страшно».       «Это сон. Если ущипнуть себя, я проснусь?»       «Не проснулась…»       «Больно…так больно…»       «Я столько не успела сказать, сделать. Я так хотела с тобой семью…Чонгук…»       Слезы не торопятся останавливаться. Хрусталь молча разбивается о тело волка. Сердце ведьмы разорвалось на миллиарды осколков, что уносит ветер в страну боли. Медленным, почти незаметным потоком просачивается магия, смешивается с давящей аурой собравшихся и над головами обрушивается оглушающий взрыв грома. Молодые оборотни дергаются. Госпожа Стюарт поднимает голову, но видит лишь голубое небо, ни одной грозовой тучи. Хмурый взгляд опускается на Мию, страх за неё болью отдаёт в сердце. Ведьма, у которой на руках умирает любимый, очень непредсказуема и опасна, в порыве эмоций может уничтожить целые города. Грета медленно двигается к прозрачному куполу. Едва касается пальцами, как электричество бьет и откидывает прямо в руки вовремя подоспевшего вожака.        - Что нам делать? - тихо звучит голос вожака.        - Не имею ни малейшего понятия.        Часон смотрит удивленно, надежда угасает, как догорающая свеча. Акияма сидит на холодной земле, пальцы неосознанно роют землю, тело трясется, хвосты в беспорядке бьются друг о друга, из уст еле слышно звучит: «Это не я, я ни в чём не виновата». Юнги видит кровь на любимых хвостах, держится на расстоянии, в душе ураган эмоций: лучший друг умер, а лисица в этом замешана, что же делать? Вопрос, что возникает у всех, но озвучен был лишь вожаком и самое страшное - на него ответа нет.

***

      Столько мыслей крутится в голове, и ни одной нужной. Понимание, что нужно что-то делать, приходит спустя время. Поднимаю голову и вижу звёздное небо: «Уже ночь? Или еще ночь? Сколько прошло времени?» Озираюсь вокруг, на поляне всё внимание приковано к нам, все сидят неподвижно и чего-то ждут. «Интересно чего? Чуда?» Скольжу по всем пустым взглядом и натыкаюсь на родной и встревоженный. Тону в бабулиных глазах, на дне которых вспыхивает зелёное пламя, парализуя и подчиняя. Мысли хаотичным роем разлетаются, заворачиваясь в воронку. Тело расслабляется, руки с глухим звуком опадают на землю, отпуская волка. Гипноз старшей ведьмы начинает овладевать мной, и в этом хаосе возникает легкая дымка воспоминания о чёрной ведьме и её гримуаре. Промаргиваюсь, и словно пелена тонкой вуалью рвется, являя на свет хрупкую надежду. Аккуратно укладываю Чонгука на землю, встаю на ноги и делаю шаг в сторону дома, тело не слушается, и силой воли заставляю его подчиниться. Магические существа реагируют на мои движения молниеносно, смотрят и оценивают, ждут, что произойдет дальше. В полном молчании начинаю быстрей передвигаться и уже легким бегом скрываюсь в тени деревьев. Вожак, не теряя времени, подается в сторону сына, но барьер так и не дает пройти. Старшая ведьма боится, срывается за внучкой в лес. Её страшат тёмные мысли в голове Мии.       Грета врывается в дом вихрем. Поднимается на второй этаж, откуда доносятся звуки. Дверь в комнату Мии раскрыта. На полу множество разбросанных вещей, в центре лежит чёрная ткань, в которую быстрыми движениями укладываются магические ритуальные артефакты, но самое страшное, что видит старшая ведьма - книга. Старинная, в тёмном переплете, с запретными рунами на обложке - гримуар тёмной ведьмы. Древний и очень опасный.       - Мия, откуда у тебя эта книга?       Тишину разбавляет шорох завязываемой ткани в своеобразный свёрток. Мия подрывается на ноги и выбегает из комнаты так быстро, что госпожа Стюарт не успевает среагировать.       - Мия! - кричит ей вслед, и выбегает следом. Мрак закрывает путь к внучке, прикрывает глаза и делает глубокий вдох. - Нужно звонить в конклав.       Юная ведьма несется сломя голову через лес, руки и ноги по новой покрываются царапинами и ссадинами. Маленьким вихрем врывается на поляну под недоуменные взгляды стаи. Лисица, придя в норму, находится под охраной нескольких волков. Она стоит неподвижно, принимает судьбу как должное, но и Акияма замечает неладное: что-то очень тёмное тянется за Мией тонким шлейфом. Она падает на колени рядом с волком, и происходит нечто. Лес оживает на глазах, корни вырываются из-под земли, заслоняя всем обзор на пару. Стая, нервничая, перекидывается в волков, лиса пушит свои хвосты и встает в боевую позу, но запал спадает, когда вокруг пары образуется своеобразный кокон из корней.        - Лес защищает их, - поражённо, еле слышно произносит лисица.       - Но от чего? – Часон, единственный, кто остался в облике человека недоуменно смотрит на всё происходящее.       - Я не знаю, у меня даже нет идей, впервые такое вижу.        - Какое? Магию ведьмы?       - Нет. Это не магия ведьмы, лес сам, по собственному желанию, защищает. Мия тут совсем не при чём. Так странно… Очень редко, когда природа вмешивается именно так, значит, Мия очень сильна, даже слишком.        Часон смотрит то на лису, то на кокон и не знает, что ему делать.        ​Тем временем Грета через магический портал призывает ведьм и магов на помощь. Отец Мии является первым и, не спрашивая, направляется сразу в лес, он чувствует магию дочери и следует за ней.        Звенящая тишина стоит на проклятой поляне. Маги, ведьмы, оборотни и кицунэ смотрят друг на друга и молчат. Все ощущают присутствие чего-то тёмного и зловещего.        - Объясните коротко, - слишком громко в звенящей тишине звучит голос Ричарда.        - Чонгук погиб, - поясняет Грета.        Отец Мии смотрит на кокон и понимает: внутри него его дочь. Как опытный маг, впервые сталкиваясь с подобным, он понимает, что Мия унаследовала огромное могущество, что даже природа склоняет голову перед ней. Лес не даст подойти и близко к паре, пока ведьма сама этого не пожелает.        - Когда её боль стихнет, кокон раскроется сам.        - Проблема не в коконе, Ричард, - стальным голосом произнесла старшая ведьма, и все напряглись. - А в тёмном гримуаре.        Множество пар глаз уставилось на Грету.       - Какой гримуар? - еле слышно звучит голос Марии. Она сжимает руку мужа так сильно, что Ричард слегка морщится.       - Тёмный. Я позвала вас сюда из-за него.        Светлые маги опасаются такой книги: никто точно не может сказать, какие конкретно заклинания содержаться в ней, ведь их пишут верховные тёмные ведьмы, и все они абсолютно разные.       - Откуда у моей дочери тёмная книга?!        - Не кричи, Ричард, я точно так же, как и ты, не имею ни малейшего понятия, - голос старшей ведьмы ровный, не выдающий ни одной эмоции, хотя внутри её выворачивает наизнанку от непонимания происходящего. -  Её нужно вытащить оттуда любым способом, иначе случится страшное.        - Даже призвав весь конклав, у нас не выйдет разрушить такую защиту.       - А если стая поможет? - вмешивается в разговор вожак. - Твоя дочь мне не чужая, и рядом с ней тело моего сына. Я хочу похоронить его достойно. Позволь помочь.       Маг кивает на слова оборотня, и все начинают движение к кокону. Акияма уговорами и красивыми, искренними речами тоже подходит ближе и сосредотачивает всю магию в своих ладонях, хочет помочь, спасти юную ведьму от ошибки.        Когда ведьма спасала лисицу, волчонок был зол. Пытался остановить от глупости, не дать ей погибнуть из-за магии. Но ведьма упряма: она вытащила кицунэ из лап смерти. Волк злился, скалился, ругался, а ведьма улыбалась своей победе и счастью. Она смогла, справилась.        Но сейчас рядом никого. Ведьма закрылась в лесу ото всех, исполняя свой ритуал - опасный, кровожадный и губительный. Она спасала своё сердце, свою любовь с обсидиановыми глазами.        Волк лежал в человеческом облике на мягкой траве. Вокруг множество свечей освещали небольшое пространство, давая ведьме возможность творить магию. Стояла звенящая тишина в коконе из корней деревьев, они отделяли ведьму от того, что творилось снаружи. А там кицунэ, ведьмы и стая бились в этот созданный барьер, пытаясь помешать ведьме совершить огромную ошибку, желая спасти ее душу от Тьмы. Но тщетно: магия ведьмы настолько сильна, что лес подчиняется, давая нужную защиту и силу.        Заклинание из книги очень древнее и темное. В совете его запретили давным-давно, и не зря. Оно забирало часть души себе в обмен на услугу. Сердце неумолимо билось в груди, предупреждая об опасности, но юную ведьму это не пугало. Она шла в этот омут с высокоподнятой головой, знала, что выйдет победительницей из этой тьмы. Она сама станет тьмой ради своего волка, ради его сердца, чтобы оно билось вновь.       Опасные и мрачные слова льются из уст. Ритуальный нож сверкает острием в ее руках. Начерченные руны на телах влюбленных вспыхивают алым – вершится пророчество тёмной ведьмы. Она знала: вскоре обретет младшую сестру, что будет вершить великие чёрные дела.        Лезвие мягко входит в нежную плоть Мии, делая глубокий порез на ладони. Окровавленными пальцами чужой крови смешивает со своей и вязкой субстанцией чертит связывающий знак сначала на своем животе, затем на волке. Символ вспыхивает раскаленным золотом, выжигая его на телах, оставляя след навечно. Пламя от свечей взмывает вверх, озаряя кокон ярким светом. Электроды вырываются наружу из тела девушки хаотичным потоком, врезаясь в живую изгородь. Воздух накаляется смешанной магией: светлой и темной. Она ведёт борьбу за душу юной девы, но богам уже известен исход битвы. Глаза девушки чернеют демоническим цветом бездны, алая кровь течёт по нежным щекам, губы раскрыты в немом крике, все тело сковало будто спазмом и замерло в одном изогнутом положении. Внутри, невидимый глазу шар, раскалывается надвое и одна из частей окрашивается в чёрный. В уже зимнем лесу яростно сверкнула молния и прогремел ужасающий раскат грома, оповещая о свершившейся ошибке всех присутствующих на поляне. Воцарилась абсолютная тишина, нарушаемая лишь еле уловимым ритмом, исходящим из кокона. Оборотни, обладая обострённым слухом, отчётливо различили биение второго сердца, свидетельствующее о возвращении к жизни сына вожака. С первым ударом ведьма теряет часть своей души, окрашивая свой белый свет в сумрачный, напоминая холодное, безжизненное сияние зимней ночи.