Если не уеду...

Утро наступило тихо. Без драм, без новых тревог — просто день, в который надо было жить. Юсте проснулась позже обычного. Часы показывали 09:47. Обычно в это время она уже успевала ответить двум заказчикам, запустить кофе и переключиться на вторую задачу. Сегодня — ничего. Телефон лежал рядом, как немой упрёк. Оповещений не было. Ни от Лукаса, ни от клиентов. Она села на кровати, почесала висок. Хотелось просто полежать, но работа не ждала. Открыла ноутбук, проверила дедлайны. Один текст к вечеру. Один макет — завтра до обеда. Ответить на правки. Отправить счет. Всё стандартно. Всё скучно. Но сосредоточиться было невозможно. Каждое слово, которое она печатала, казалось каким-то чужим. Она злилась на себя за то, что вместо нормальной работы ловила себя на мысли о его голосе. «Как он сказал тогда… “Я всё испортил, да?”… И как будто боялся ответа. Но ведь я тоже…» Пальцы остановились на клавиатуре. Открыла мессенджер. — "Доброе утро. Ты дошёл вчера до студии?" Отправила. И сразу пожалела. Слишком холодно? Слишком обыденно? Ответ пришёл почти сразу. — "Привет. Да. Даже записали кое-что. Я спел старую песню. Вспомнил, что она — не такая уж и мёртвая." Она улыбнулась. — "Значит, всё-таки вдохновение?" — "Ты знаешь, как оно бывает. То ветка птицей покажется, то строчка оживёт." Юсте посмотрела в окно. Осень будто расстилалась по улицам — мягко и беззвучно. — "Мне нравится, как ты смотришь. На всё. Как будто между строк читаешь." Пауза. Потом пришёл его ответ: — "Я просто научился замечать то, что хочу сохранить." Она закрыла глаза. И на секунду — ей стало так легко, как будто вся тяжесть последних дней растворилась в этой одной фразе. Но работа требовала внимания. Она медленно переключилась обратно. Отправила правки. Обновила таблицу задач. Написала заказчику. Подумала: ещё один день — и всё. Сегодня вечером — собрать все книги. Завтра — одежду, фотографии, ноут. Упаковать детство в коробки. И уехать. Навсегда. К обеду Юсте договорилась встретиться с друзьями. Это была не прощальная встреча — просто "вдруг увидимся не скоро". Они болтали о работе, о жизни, кто-то рассказал анекдот, кто-то пожаловался на дожди. Но каждый из них знал — Юсте уезжает. И никто не знал, зачем именно. Только она. Перед уходом одна из подруг обняла её крепко-крепко: — «Ты всё правильно делаешь. Только не забывай — твои сосны тебя всегда ждут. Если что — приходи.» Юсте кивнула. Не доверяя голосу. По дороге домой она заглянула в магазин, купила упаковку скотча, новые коробки. Вечером разобрала книжную полку, протёрла пыль на столе. Сложила тетради, старые фотографии, значки. Всё аккуратно, по группам. Как будто готовила не переезд, а отчёт о прожитой жизни. Около 18 часов пришло сообщение от Доминикуса: Dominicus: Ну что, загадочная мисс дизайнер, ты решила исчезнуть совсем? Она закатила глаза, но отвечать не спешила. Dominicus (через минуту): Мне что, весь состав Katarsis позвать, чтобы ты согласилась на встречу? Улыбнулась. Юсте: Доминикус, я в Паланге. Уезжаю послезавтра. Дела. Документы. Вещи. Всё серьёзно. Dominicus: Я даже не удивлён. Но всё равно надеюсь, что ты ещё передумаешь. Кстати, если вдруг решишь порисовать для обложки будущего EP — ты знаешь, кому писать. Юсте: Знаю. И подумаю. Правда. Он не давил. И это было приятно. Она закрыла чат, выдохнула и вернулась к работе. Открыла переписку с Лукасом. Последнее сообщение он не продолжил. Но хотелось что-то сказать. — "Я так странно себя чувствую. Вроде всё решила. А внутри — как будто всё только начинается." На этот раз ответа долго не было. И Юсте решила, что больше ждать не будет. Всё и правда только начинается. _________ Лукас долго смотрел на экран, где появилось её сообщение: «Я так странно себя чувствую. Вроде всё решила. А внутри — как будто всё только начинается.» Он перечитал её строчку трижды. Потом откинулся на спинку стула, закрыл глаза. «Начинается…» Он знал, о чём она. Сам чувствовал это — неуверенность и волнение перед тем, как шагнуть в новое. Только у него это "новое" — всё сильнее связывалось с ней. Он хотел написать что-то тёплое. Но не знал, как. Каждый вариант казался либо слишком обыденным, либо слишком пронзительным. Он диалог. «Просто знай — я думаю о тебе чаще, чем ты, возможно, хотела бы знать.» Стер. «Если бы я мог, я бы приехал. Просто… постоять рядом. Не мешать. Быть.» Стер. В итоге он написал: — "Ты не одна в этом чувстве. Мне тоже кажется, что всё только начинается." И поставил точку. Не смайлик, не сердечко. Просто точку — как тишину между нотами. Он не знал, что будет дальше. Но знал — спать сегодня он не сможет. И он действительно не спал. До трёх утра ворочался в постели, выходил на кухню, наливал воду, включал музыку, снова выключал. Всё казалось или слишком громким, или слишком глупым. Он даже пытался начать новый трек. Но ничего не шло. Его мысли снова и снова возвращались к Юсте. К тому, как она говорила, как смотрела. К её сторис из Паланги. К тому, как она сказала, что всё решила. Но он чувствовал: в ней ещё не всё отпустило. И в нём тоже. Он вспомнил, как звучал её голос в телефонном разговоре. Как сдержанно-тепло. Как будто она не хотела обжечь — но и не хотела давать надежду зря. И вдруг… просто понял. Ему нужно быть рядом. Не звонками, не переписками. А физически. Видеть. Слышать. Понимать. Понять, наконец, что с ним происходит. Что между ними. Около четырёх утра он уже выбирал билеты. Поначалу смотрел на вечерние — чтобы не спешить, доделать дела. Потом — на дневные. Потом взял самый ранний. В 6:20. С пересадкой, но без ожиданий. Лукас быстро кинул в рюкзак пару футболок, зубную щётку, зарядку, наушники, паспорт. Больше ничего. Но он знал точно: лучше поехать и понять, чем остаться и гадать. Он вышел из дома в 5:20. Город ещё спал. Вокруг были только уличные фонари, пара машин и запах холодного асфальта. Но внутри — всё гудело. «Я еду к ней. Потому что хочу понять. Потому что не могу — не поехать.» Поезд должен был прибыть в Палангу в районе 11. И он не знал, как она отреагирует. Но теперь — по-настоящему не боялся. Это было его начало. ________ Поезд был почти пустой. Он сел ближе к окну, кинул рюкзак рядом и не стал снимать куртку — в вагоне было прохладно, и внутри тоже всё ещё не отпускало. Когда состав дёрнулся и медленно поехал вперёд, Лукас поймал себя на странном чувстве: будто это не он едет — будто его кто-то везёт. Как груз. Как решение, которое уже приняли за него. Минут через десять он встал и пошёл в вагон-ресторан. Всё внутри чесалось от беспокойства, а глаза жгло от недосыпа. Он не спал всю ночь. Сидел в тишине, играл с аккордами, пытался не думать. Не получилось. Он заказал что-то крепкое — только один шот, просто чтобы снять напряжение. И плюшку с маком. Её тёплый, чуть липкий вкус показался почти детским, как в столовой. Это на секунду вернуло что-то тёплое в грудь. Пока сидел, слушал музыку в наушниках. Не специально подобрал — просто включил случайный плейлист. Но, конечно, выпало что-то болезненно-узнаваемое. Щемящее. Что-то, что он бы включил сам, если бы хотел почувствовать себя слабым. Radiohead, конечно. Как без них. Он смотрел в мутное окно, в которое уже не заглядывал свет. Всё было серым, как фон без контрастов. Мысли шли туго, как через плотный фильтр. "А если она не захочет меня видеть?" "Что я вообще делаю...?" Он попробовал прогнать эти мысли. Сделал глоток. Закрыл глаза. "Я не знаю, зачем мне быть рядом. Только знаю, что не могу быть далеко." Он вернулся в купе. Сел, вытянул ноги, скинул куртку и заснул почти сразу. Как будто тело дождалось разрешения. Во сне не было ничего — ни картинок, ни голосов. Просто тишина. И впервые за двое суток — пауза. Лукас проснулся, когда поезд почти остановился. За окном — платформы, влажный асфальт, воздух, который казался другим: более тяжёлым, но ясным. Он вышел из вагона, вдохнул глубоко. Море не пахло, но воздух был влажным, почти солёным — как будто на коже сразу осталась плёнка тревоги. Лукас медленно пошёл вдоль перрона. Заглянул в кофейню прямо у выхода — взял американо. Руки дрожали не от кофеина. "Я идиот...Где она? Где её дом? В городе или за ним?" "Как я её найду? И что скажу? Привет, я просто приехал. Просто. Хотел быть рядом." Он не знал, что будет. Не знал, правильно ли поступает. Даже не знал, насколько у него заряжен телефон. Он просто не мог не приехать. Сел на скамейку у выхода с вокзала. Взял телефон. Открыл приложение с билетами обратно. Он водил пальцем по экрану. Смотрел на время отправлений. И не нажимал ничего.