Глава первая. Новое дело адвоката.

Глубокая ночь на улицах Санкт-Петербурга. Лишь фонари освещали улицы, а луна заливала своим светом весь город. Сирена ревела—последний шанс был упущен. Узкая улица, зажатая между двумя высокими домами, превратилась в ловушку. Кирпичная стена казалась непреодолимой. Этот тупик… абсолютный ноль. А сзади — не свобода, а цепкие лапы закона. Четыре тени смотрели в этот тупик. Оружие одного из парней упало на землю со звоном — металла о асфальт. За ним послышался еще три таких же коротких удара. План казался надежным, как швейцарские часы, глазу небольшой банды — Найтмеру. Он смотрел на стену, чувствуя взгляды товарищей. Вдруг холодный удар действительности пронзил его до костей. План развалился, словно карточный домик от легчайшего дуновения ветра. «Всё… попали», — пронеслось у него в голове. Всё произошло так быстро, что хладнокровный, умный и спокойный Найтмер не заметил, как уже сидел в небольшой одноместной камере на лавочке. Он перебирал все возможные способы выбраться, но каждый раз находил повод, что ничего не получится. Единственное, что он мог — добиться телефонного звонка и нанять адвоката, чтобы подкупить его и выйти из-под ареста. На следующий день он со скандалом, но добился права на звонок. Вечер. В пустой квартире темно, кажется, что здесь никого нет, но звук телевизора и тихая вибрация телефона говорят об обратном. Маленькая, скромная прихожая. У входной двери на каменной плитке лежит небольшой темный коврик. На стене висит пара крючков с белой курткой, голубой ветровкой и бежевым красивым дорого выглядящим пальто. Сверху — деревянная полка с голубым шарфом и белой зимней шапкой. Внизу под всем этим стоит металлический шкафчик для обуви с белым тканевым покрытием, на котором лежит пластмассовая ложка для обуви. В шкафчике — одна пара черных спортивных кроссовок, сапоги на каблуках и белые кеды на шнурках. Напротив шкафчика — тумбочка бежевого цвета, а над ней висит овальное зеркало с металлической золотистой оправой. Пройдя по маленькому коридору, налево расположена дверь в ванную, а за ней — дверь в спальню. Арочный проход, ведущий в гостиную, совмещенную с кухней, виден еще из прихожей. Помещение разделяет лишь диван, словно линия разграничения, и низкая ступенька. На кухне стоит небольшой столик с деревянными ножками и стеклянной прямоугольной поверхностью, а вокруг — три деревянных стула с округлыми спинками. Высокий холодильник с парой магнитиков и листком бумаги — видимо, список дел на завтра. Над и под столешницей висят голубые шкафчики. В раковине — немытая посуда. В гостиной есть балконная дверь, за которой — красивый старинный балкон времен Российской Империи. В помещении стоит шкаф с книгами и документами. Среди книг — русские классики: Толстой, Пушкин, Лермонтов. Барный стеклянный шкаф с бутылками спиртного и красивыми бокалами. Длинный диван тёмно-синего цвета с белыми подушками. На нем лежит девушка: облокотившись одной рукой на подлокотник и подпирая голову той же рукой. В другой — пустой бокал с недопитым красным вином. Она совершенно не замечала ничего, кроме своего сериала. Ей было плевать на телефонные звонки и сообщения. Но когда звук телефона стал невыносимым, она поставила бокал на маленький столик и, взяв гаджет в руки, нехотя ответила на звонок. — Алло, чего надо, я занята! — схватив пульт от телевизора другой рукой, поставила сериал на паузу. — И вам здравствуйте, — буркнул голос в трубке. — Для вас есть дело. Вы — один из лучших адвокатов города? Мне нужен такой, который поможет мне и моим людям выйти из воды сухими. Суд через два дня. Если справитесь — щедро заплачу. Он не собирался принимать отказа. Найтмер был готов задушить собеседницу через телефон, прижать к стене и душить до тех пор, пока та не согласится. Ему нужно было любой ценой выбраться из своего затруднительного положения как можно скорее. Он не собирался снова сидеть в камере годы жизни из-за одной оплошности. Адвокатша немного помолчала, будто обдумывая слова заказчика. Но после на её лице заиграла ухмылка. — И сколько же вы мне предложите за мою идеальную работу в вашем положении? — голос звучал игриво и язвительно. — Сотка. Устроит? Её глаза расширились от услышанного. Но она не остановилась на этом, а повысила ставку. — Сто пятьдесят тысяч, и я в деле. — Ладно. Но если вы будете ниже моих ожиданий, поверьте, это будет ваше последнее дело. — Звучало это как угроза, но её это никак не испугало. — Да? — протяжно спросила она с издёвкой в голосе. — И что же вы мне сделаете, Найтмер? — имя собеседника было будто выделено голосом. Парень пару секунд помолчал, а после озлобленным тоном ответил: — Голову оторву, а останки скормлю каннибалам. Адвокатша звонко рассмеялась, будто услышала какой-то анекдот, а не угрозу в свою сторону. — Ох, Найтмер, Найтмер… Вы меня не так хорошо знаете, чтобы мне угрожать. — Вы, видимо, меня тоже плохо знаете, — чуть ли не прорычал мафиози. — Соглашайтесь на условия, иначе вы останетесь не только без должности, но и без своей жалкой жизни. И я легко смогу это устроить, выйдя из этого дела сухим. — Хах, если бы вы могли это сделать сами, то не просили бы моей помощи, — девушка всё это время ходила по помещению. Подойдя к окну на кухне, она закончила диалог такими словами: — Ваша свобода в моих интересах и способностях. Увидимся в суде. После чего она сбросила звонок. Парень нахмурился; его напрягли сказанные только что слова, хотя в них была доля плачевной правды. Единственное, что он мог сейчас делать, — спокойно дожидаться назначенной даты суда. Отдав телефон полицейскому, его отвели обратно в камеру. «Этот адвокат обойдётся мне очень дорого… Ладно, главное, чтобы всё сработало», — подумал Найтмер, глядя в пол и постукивая ногой. За счёт своей смуглой кожи и тёмной одежды он почти сливался с темнотой в камере, и иногда его было трудно разглядеть. Только если он поднимал голову — тогда становилось жутко видеть и чувствовать на себе этот строгий, пропитанный ненавистью взгляд. Наконец настал роковой день. Зал суда был воплощением безликой справедливости. Длинные ряды дубовых скамей, отполированных до блеска годами судебных процессов, тянулись к судейскому возвышению, отделённому от публики тяжёлыми, резными перилами. Светлые стены, казалось, впитали в себя бесчисленные истории боли и надежд, сохраняя их в безмолвии. Душный воздух зала давил на грудь, смешиваясь с запахом старой древесины и невыветрившегося кофе, которое пили те, кто здесь работает. Скамейки были тесными, каждая буквально пропитана годами судебных драм. Напряжение висело в воздухе, ощутимое, как физическая боль. Взгляды людей, собравшихся здесь, – заинтересованных, любопытных, осуждающих – сверлили четырёх подсудимых, словно острые иглы. Даже тиканье часов на стене казалось грохотом в ушах. Из-за решётки, отделяющей подсудимых от остального мира, зал суда казался бесконечно огромным, давящим своей безличной мощью. Для Найтмера, привыкшего к тени и скрытности, этот открытый показ его жизни был настоящей пыткой. Он видел лишь размытые силуэты – напряжённые лица судьи, блеск фотокамер, неразборчивый гул толпы. Всё это сливалось в единую картину безжалостного театра, где он был лишь марионеткой в руках судьбы. Прошло уже минут десять после начала суда, а адвоката всё не было. И вот когда хотели уже начать без её присутствия, резко распахнулись двери, и на пороге стояла она — Кристина Тволфолд. Все присутствующие в зале обернулись в её сторону. — Ваша честь, прошу учесть! Ебала я вас и вашу честь, я их адвокат! — на её лице сияла широкая улыбка. По залу прокатилось возмущение, судья заметно нахмурился. А вот со стороны одного из подсудимых раздался звонкий смех, едва ли не на всё здание. Адвокат, с гордостью стуча каблуками черных сапог, направилась к своему месту. На ней были длинные черные брюки, белая блузка и черный галстук с бирюзовой полоской. Темные волосы с бирюзовыми кончиками были собраны в высокий хвост. Яркие бирюзовые глаза сверкали. В одной руке она держала пиджак, в другой — толстую желтую папку. Резко поставив папку на стол, она повесила пиджак на спинку стула и села. Взглянув на серебряные часы, она произнесла: — Не много припозднилась, но ведь все мы знаем: если меня нет более пятнадцати минут, тогда вы можете начать без меня, — улыбнувшись, заявила адвокатша. — Господи боже ты мой… Это не мой адвокат, сейчас придёт другой, — пробормотал Найтмер, прикрывая лицо руками. — Классного адвоката ты нашел, да еще и красотку, — прошептал светловолосый, кивая на Кристину. — Заткнись, Киллер, — недовольно пробурчал Найт. Когда все утихли, судья, лет сорока пяти, ударил молотком и начал свою речь: — Тишина в зале суда! Суд рассматривает дело лидера преступной группировки — Терайбела Найтмера. В группе состояли: Ященко Даст, Клаин Киллер, Кейдж Хоррор. Эта группа неоднократно грабила музеи, банки, ювелирные магазины и тому подобное. Так же, на своих преступлениях, они лишили жизни многих людей в свою пользу. Есть ли что сказать адвокату? Все взгляды перешли с судьи на адвоката. Та встала со стула. — Итак. Первое: суд назначается минимум через семь суиок после ареста преступников. Так почему в этот раз вы решили его объявить чуть ли не через пару дней? — начала Кристина, говоря так, будто предъявляла претензию. — Потому что это опасная группировка! Вы не слышали, что я сейчас сказал? — Вот это? Опасная? Пф, очень смешно, — с лица не сползала улыбка. — Да вы посмотрите на них, господин судья! Это же дряхлые мужики, которые и километра не осилят пробежать, особенно этот… — она показала рукой на Найтмера, который чуть не кипел от злости и возмущения. — Ну какие из них убийцы? «Ты совсем охренела, дура конченая!?» — пронеслась мысль в голове у Терайбела. Он сжал кулак, глядя адвокатше в глаза. — Я еще раз повторюсь: вы плохо читали их дело и не слышали, что я говорил минуту назад? Он и его подчиненные лишили жизни многих людей! — Я? Плохо читала? Ну что вы, господин судья, обижаете меня сейчас, — сказала Кристина, сложив руки на груди. — Давайте не будем преувеличивать. Был еще более опасный убийца до этих идиотов, и где он? — все молчали. — Правильно, он сбежал. А почему же у нас полиция так плохо работает, что не смогла поймать такого опасного убийцу по сравнению с этим квартетом? Полицейские, стоящие рядом с Найтмером и его дружками, отвели взгляды, а белобрысый Киллер усмехнулся, глядя на них. — Видал, стыдно им стало, — прошептал Кил с ухмылкой другу и толкнул его локтем. Ященко посмотрел на товарища. Не придав значения его словам, он закатил глаза и поправил капюшон на голове. Судья кашлянул в руку, поправил очки и ответил: — Это не имеет сейчас ни малейшего значения. Суд ведётся не над сбежавшим убийцей, а над опасной группой убийц! Тволфолд слегка нахмурилась, но сдаваться не стала. Взяв папку в руки, она вышла из-за стола и, подойдя к судье, протянула её. — Тогда прошу вас ознакомиться. С неохотой взяв папку, он вздохнул и начал поверхностно читать документы, которые только что передала девушка, вернувшаяся на своё место. Сев за свой стол, Кристина улыбнулась своему клиенту. По всей видимости, у неё был небольшой козырь в рукаве. — Хорошо. Суд удаляется на ознакомление с новыми документами и уликами, — мужчина ударил молотком и ушёл. Пока судья изучал документы, несколько человек вышли из зала, что-то обсуждая. — Ну чё? Как думаете, выберемся? — спросил Киллер у товарищей. — Не знаю, шансов мало, — ответил на вопрос весельчака русоволосый. — Ой, да ладно тебе, Хоррор. С таким адвокатом мы выберемся сто пудово. — Если ты так думаешь, зачем тогда у нас спросил? — Ваше мнение решил узнать, — язвительно ответил парень. — Да заткнитесь вы! Задолбали, — крикнул Найтмер на подчиненных. — Вон, берите пример с Даста. Сидит себе спокойно, молчит, не то что вы, болтуны… Названный ранее сидел с закрытыми глазами, будто уйдя в себя, стараясь не слышать разговоров товарища. — Ой, какие мы неженки. Ну и ладно, — Киллер демонстративно отвернул голову, сложив руки на груди и положив ногу на ногу. «Неужели. Заткнулись наконец-то», — подумал Найтмер. Через полчаса всех пригласили обратно в зал суда. Когда все заняли свои места, вышел судья. — Всем встать! — раздался голос, и все присутствующие поднялись. Когда судья сел на свое место, снова послышался голос: — Можете садиться. Все почти одновременно сели. — Суд ознакомился с новыми предоставленными документами и готов вынести решение, — начал судья. — Терайбел Найтмер, Ященко Даст, Кейдж Хоррор и Киллер Клаин будут отпущены на волю при одном важном условии: за ними будет присматривать полиция и Тволфолд Кристина. Скажем так, берет к себе на перевоспитание. У девушки глаза округлились от только что сказанного заявления. Она посмотрела на судью. Тот так же перевел взгляд на нее. Посмотрев так друг на друга пару секунд, Крис повернула голову к подсудимым. «Да ну нет, вы что, издеваетесь?!» — подумала она, но лишь вздохнула, кивнув. — На этом суд закончен! — послышался снова оглушительный стук молотка. Кристина продолжала сидеть на своем месте, уставившись в стол, обдумывая принятое судом решение и не понимая его смысла. Из этого состояния ее вывел парень — один из представителей юридических лиц. — Всё хорошо, Тволфолд? — спросил он. — А… да, всё нормально, — отмахнулась адвокатша, начиная собираться. — Слушайте, — неуверенно начал паренек, — а вы свободны сегодня вечером? — С какой целью интересуетесь? — Хотел вас пригласить на ужин, если вы не против. Девушка посмотрела на свои часы и, не глядя на парня, ответила: — Извините, но нет, я занята, Алексей. Тот вздохнул и с грустью почесал затылок. — Ну ладно, тогда в следующий раз. — Ага, увидимся, — не задумываясь, сказала Крис и ушла. Выйдя из этого большого здания с колоннами, Кристину окликнул ее клиент. Подойдя к парню, она параллельно одевала пиджак. — Благодарю за работу. С вами было приятно иметь дело. Деньги переведу на карту в течение этого дня, в крайнем случае — завтра, ждите, — поблагодарил Найтмер. — Отлично. Буду ждать с нетерпением, а то сериальчики с выпивкой ждать не станут, — потерла ладони друг об друга Кристина. «Меня абсолютно не колышет, что тебя там ждет», — подумал парень, нахмурившись. — Надеюсь, в суде больше не встретимся. До свидания. Оба пожали руки друг другу, как деловые партнеры, и посмотрели в глаза. Хотя, по сути, у Найтмера один глаз — другой накрывает черная тканевая повязка, но из-за челки это не так сильно заметно. Волосы, немного покрашенные на кончиках в темно-бирюзовый, почти зеленый цвет, собраны в небольшой хвост. Отпустив руку девушки, Найтмер поправил темную куртку. Кристина же сделала глупый поклон и побежала вниз по небольшой лестнице в сторону недавно подъехавшей белой машины. (Так, на заметку читателю или как интересный факт, марка машины — Audi). — А ну, двигай зад, балбес, сегодня за рулем! — открыв водительскую дверь, гордо заявила она. — Ты ведь водить толком не умеешь! — воскликнул парень, внешне очень похожий на Кристину, буквально один в один. — Да, да, да, конечно. Не преувеличивай, — закатив глаза, ответила адвокатша. Она все же заставила парня перебраться на переднее пассажирское сиденье, а затем сама незамедлительно села на водительское кресло, закрыв дверь с хлопком. Резко поправив зеркало заднего вида, она плавно, но уверенно нажала на педаль газа. — Ты куда прешь?! Мы же в городе, тут ограничение пятьдесят, а ты, кажется, все восемьдесят выжимаешь! — вскрикнул уже пассажир, но водитель будто его не услышал. Проехав вокруг фонтана, Кристина выехала на общую дорогу. Найтмер, наблюдавший за этой безумной гонкой, потрясенно хлопал глазами. В голове у него вертелась лишь одна мысль: «Похоже, скоро будут судить адвоката». Дождавшись товарищей, которых еще проверяла полиция, Найтмер сказал: — Пока залегаем на дно. Не нужно высовываться лишний раз, по крайней мере, хотя бы месяц. Киллер, тебя это особенно касается! — Ой, да ладно! Неужели из-за одного раза лишаться драк на целый месяц? — с ноткой демонстративной грусти воскликнул Киллер, всплеснув руками. — Найтмер прав, за нами сейчас полиция будет следить, как за кем-то не пойми каким, — поддержал главу Хоррор, расстегнув верхнюю пуговицу на бордовой рубашке. — Ладно, — протянул обиженно альбинос. Все четверо разошлись по своим делам. Найтмер же, погуляв немного по улицам города часа два, заказал такси. Когда машина приехала, он сел на переднее сиденье и назвал адрес. — Но там ведь не проехать, — возмутился водитель. — А ты проедь, — Терайбл сказал это серьезно и грубо. — Это невозможно! — На что Найт вытащил пистолет, который смог спрятать от полицейских, и направил на таксиста. — Л-ладно… Старый, потрескавшийся асфальт дороги, петляющей сквозь густой, почти непроходимый лес, едва угадывался под слоем опавшей листвы. Добраться до дома Найтмера можно было, лишь зная лес как свои пять пальцев. Неопытный водитель запросто мог заблудиться, застрять в болоте или наткнуться на скрытую засаду. Такси, преодолевая неровности пути, скрипело и стонало, словно усталый зверь. Лишь изредка блеснули фары, освещая на мгновение коряги, торчащие из земли, и темные стволы деревьев. Наконец, машина остановилась. Не успел водитель и голову повернуть, как она была тут же подстрелена. Смертельная точность была визитной карточкой Найтмера. Он вытащил тело из машины, волоча его по земле, и спрятал подальше от своего дома среди кустов. Затем, откатив машину на безопасное расстояние от дома, он облил ее бензином. Пылающий огонь быстро охватывал кузов, поглощая машину в своем пламени. Мафиози наблюдал за пожаром некоторое время, лицо его было невозмутимо. Затем, оставив машину догорать, он повернулся и направился к своему дому. Двухэтажный кирпичный дом смахивал чем-то на дворец своим размером. Открыв дверь и сразу же закрыв ее на ключ, парень разулся, поставил обувь на место, повесил куртку на крючок и, помыв руки, пошел в просторную гостиную. Он даже свет не стал включать, несмотря на то, что на улице уже темнело. Просторный дом, выдержанный в темных тонах, словно окутан густой вечерней тенью. Центральное место в гостиной занимает массивный каменный камин, у его подножия аккуратно сложены поленья. Отсутствие стен между гостиной и кухней создает ощущение простора и свободы, превращая обе зоны в единое целое. В доме есть все, что нужно его хозяину. На первом этаже, помимо уютной гостиной и прекрасно оборудованной кухни, расположены прихожая, гостевой туалет и спальня для гостей. Тяжелая каменная лестница с изящными черными металлическими перилами ведет на второй этаж. Там находятся просторный кабинет, четыре спальни, включая личную спальню Найтмера, ванная комната и кладовая. Темные оттенки, от глубокого цвета потолка до темного пола, создают атмосферу строгости и уюта одновременно. Сев в кресло, парень долго обдумывал сегодняшний насыщенный и тяжелый день. Как и Кристина, он не мог понять логику приговора: почему судья возложил ответственность за их судьбу на плечи молодой адвокатши? Да еще и эта полиция… Ох, как же она уже бесила Найтмера! Он сидел так, пока незаметно для себя не уснул прямо в кресле. Повисла тишина — как и обычно, привычная этому дому.