Часть 11 - Испытание

Мадина, как всегда, не могла сидеть спокойно. В ту ночь, когда все казались занятыми своими мыслями или страданиями, она шмыгнула в коридор с фонариком. Прямо за комнатой охраны она заметила щель в стене. - О, привет, странная подозрительная трещина, - пробормотала она и полезла внутрь. За стеной оказалось узкое помещение, в центре которого стояло старинное зеркало. Оно пульсировало мягким светом. Мадина прижала ладонь к стеклу - и в следующее мгновение исчезла. --- Комната, куда она попала, была окружена полумраком. Лишь в центре - светящийся круг. Там уже стояли остальные: Белла, Даниэла, Лекси... и парни в масках. - Где мы? - спросила Лекси. - Испытание, - сказал Лукрецио, подходя ближе. - Отсюда вы выйдете, только если пройдёте его. Стенка позади засияла, разделяя всех по парам. - Ну всё, началось, - простонала Лекси и оказалась рядом с Сейджем. - Ну здравствуй, маска Крика, - улыбнулась она. - Надеюсь, ты не собираешься визжать? Сейдж рассмеялся. - Только если ты меня пронзишь шваброй. Лекси прыснула. --- Мадина и Рен оказались в небольшой библиотеке, где книги летали сами по себе. - Нам нужно найти правильную книгу, чтобы выйти, - сказал Рен, глядя на хаос вокруг. - Я всегда мечтала о библиотеке в стиле Гарри Поттера, - пробормотала Мадина. - Только чтоб не убивали. Они смеялись, уклонялись от летающих томов, пока случайно не зацепили руки. Мадина покраснела, Рен тоже отвёл взгляд, но улыбка осталась. - Спасибо, что помогаешь, - тихо сказала она. - А тебе спасибо, что не боишься. --- Белла же попала в пустую комнату с Лукрецио. Стены были зеркальные. Она сразу отвернулась от него. - Даже не думай говорить со мной. - Почему ты всё ещё меня ненавидишь? - его голос был тихим. - Ты похитил нас. Ты командуешь, контролируешь, наказываешь. Думаешь, я забыла чердак? Он замолчал. Потом медленно сказал: - Ты не забыла. Но я не знал, что ты в тот день испугаешься до такой степени. Я хотел наказать, а причинил боль. - Именно, - прошипела Белла. Он подошёл ближе. - Я не могу объяснить, почему, но... когда я вижу, как ты смеёшься, как споришь... я чувствую, что живу. Ты выводишь меня из-под маски. - А я не хочу быть твоим лекарством. Я хочу быть свободной, - Белла отвернулась, и Лукрецио впервые осознал: чувства - это не контроль. Это боль. --- Крей и Даниэла оказались в комнате, наполненной дымом. Внезапно стена обрушилась, и на них побежал образ Кира - искажённый, призрачный, с ножом. - Он не настоящий! - закричал Крей, - Это иллюзия! Но призрак оказался сильным. Он оттолкнул Крея и набросился на Даниэлу. - Я любил тебя! - заорал Кир. - А ты даже не смотрела в мою сторону! - Потому что ты всегда был в маске! - закричала она. - Я боялась тебя! В этот момент Крей поднялся, схватил Даниэлу за руку и притянул к себе. Их губы соприкоснулись - и в ту же секунду призрак исчез. Свет окутал их. --- Когда все вновь оказались в круге, зеркало перестало светиться. Оно исчезло, оставив только голос: - Истинные чувства разоблачают иллюзию. Вы прошли испытание. Лекси с удивлением глянула на Сейджа. - Это была лучшая маска Крика в моей жизни. - А ты лучшая швабра-командир, которую я знал, - улыбнулся он. Рен поправил рубашку и прошептал Мадине: - Думаешь, у нас будет ещё одно испытание? - Надеюсь, - ответила она, - только на двоих. Белла молча прошла мимо Лукрецио. Он смотрел ей вслед. Теперь он точно знал - он влюблён. Но до неё - слишком далеко. И в темноте камеры Кир лежал в цепях. Его глаза были открыты. - Вы всё равно меня не поняли... Даниэла... - прошептал он. - Всё ради неё. А зеркало, глубоко под землёй, снова дрогнуло. Оно помнит всё. Поздно ночью, когда лагерь уже погрузился в тишину, Белла металась в постели. Её сон был тревожным: огонь, зеркала, крики её сестёр, искажённое лицо Кира, и кровь, много крови. Она вскрикнула и проснулась в холодном поту. Дыхание сбивалось, тело дрожало. Рядом на диване спал Лукрецио. Не раздумывая, Белла подошла и осторожно опустилась рядом с ним. На секунду поколебалась... а потом прижалась к нему, словно ища спасения от кошмара. Лукрецио проснулся от её движения. Он не сказал ни слова. Его рука мягко обвила её плечи, а подбородок легонько опустился на её макушку. Они молчали. Но для них обоих это молчание значило больше тысячи слов.