Начало. Дочь Сущего Мика? Глава 1

— Ты вроде не хотел её оставлять. Так почему?— спросил мужчина и явно лучший друг блондина. — Её глаза так похожи на мои… Ты представь,если она будет такой же как я в юношестве! Прикинь, как будет круто Айзава!!!— с явным восторгом говорил Хизаши Ямада. —Боже. Еще на одного импульсивного человека больше будет в мире.— Проговорил Айзава Шото и предвзято смотрел на малышку, которая находилась в кровати. Из—за крикливого отца девочка проснулась и уже было начала плакать, но, слава богу, мужчины были рядом. Когда её взял на руки отец та сразу успокоилась и начала мило улыбаться присутствующим. Хизаши расплылся в широкой улыбке, прижимая дочь к себе. —Ну разве она не прелесть? Смотри, Шото, она точно будет героем номер 1 !— воскликнул он. Айзава лишь закатил глаза, но в уголках его губ промелькнула легкая улыбка. Он знал, что под всей этой показной бравадой Хизаши скрывается огромная любовь и нежность к дочери. —Ладно, ладно, уговорил. Она милая, чего уж там, — признал Айзава, приближаясь к другу с девочкой. Он протянул руку и осторожно коснулся крошечной ладошки девочки. Та в ответ сжала его палец своим крохотным кулачком. Айзава невольно улыбнулся. Хизаши, видя эту сцену, почувствовал тепло в груди. Он всегда знал, что Айзава, несмотря на свою суровость, добрый внутри. И он был рад, что именно этот человек станет крестным отцом его дочери. Он знал, что Шото всегда будет рядом, чтобы поддержать и защитить её. —Я думаю, ей нужно имя, — сказал Айзава, отпуская ручку девочки. Хизаши на мгновение задумался, а затем его лицо озарила улыбка. — Её зовут Хоши. Хоши Ямада, — объявил он гордо. — Звезда Ямада, — пробормотал Айзава себе под нос, и ему почему—то понравилось это имя. Три года пролетели, и Хоши расцвела озорным вихрем. Ее заливистый смех, словно колокольчик, звенел по всему дому, наполняя каждый уголок жизнью и солнечным светом. Она унаследовала от отца неукротимую энергию и жажду приключений, но в отличие от него, шумным крикам предпочитала песни. После третьего дня рождения Хоши, на утреннике в детском саду, во время ее выступления проявилась причуда. К счастью, в зале присутствовали отец и крестный. Сотриголова (Айзава Шото) мгновенно нейтрализовал силу девочки. Никто не пострадал. Оба мужчины, словно подброшенные пружиной, подскочили к сцене и принялись успокаивать перепуганную Хоши, горько рыдавшую, вместо того чтобы радоваться пробудившейся силе. Вскоре стало ясно, что девочка обладает причудой, смутно напоминающей отцовскую, но с существенным отличием. Если Хизаши управлял звуком напрямую, то Хоши высвобождала свою силу через пение. Ее голос, словно волшебная флейта , мог утихомирить яростную бурю или обрушить на врагов сокрушительный шквал звуковой энергии. Айзава, ставший для Хоши близким другом и наставником, внимательно следил за развитием ее дара. Он понимал, что в руках этой маленькой девочки заключен огромный потенциал, но и огромная ответственность. Он учил ее контролировать свои эмоции, направлять силу на защиту слабых и никогда не забывать о тех, кто нуждается в помощи. Хизаши же души не чаял в своей маленькой звездочке. Он гордился ее талантом и верил, что однажды она станет величайшим героем. Он устраивал для нее импровизированные концерты, где Хоши пела во весь голос, озаряя сердца отца и крестного своей лучезарной мелодией. Хоши Ямада росла в атмосфере любви и заботы, готовясь однажды засиять ярчайшей звездой на небосклоне геройского мира. — Ты уверен, Мик? Ей ведь едва исполнилось пять! — сорвался на крик Сотриголова, голос его дрожал от возмущения. — Зато она получит знание другого языка. Вспомни, я сам преподаю английский в Юэй, — с грустью, пропитанной стальной решимостью, ответил Сущий Мик. — А ты подумал, с кем она там будет? Кто научит ее управлять своей причудой? А как же мы с тобой? Мы же ее единственная семья! — не унимался Сотриголова, которого впервые в жизни так сильно задело происходящее. — Решение принято. Она едет в Америку. К моим старым знакомым. Тем более, раз в год мы будем навещать ее на целый месяц, — отрезал отец девочки. Пока они спорили, девочка, привлеченная громкими голосами, неслышно открыла дверь и робко вошла на кухню. Опустив глаза, она тихо прошептала: — Папа, я вам больше не нужна? — и на глазах ее блеснули слезинки. Отец тут же спохватился. — Нет, что ты, доченька! Ты просто поедешь пожить в другую страну, а потом вернешься домой, учиться в Юэй, где работает папа. — Правда? — с надеждой спросила девочка. — Конечно, правда! Хоть твой отец и чудак, но мне ты можешь верить. Если он не вернет тебя обратно, я сам приеду и заберу тебя, – прорычал крестный отец, бросая исподлобья гневный взгляд на отца девочки своими алыми глазами. Хоши облегченно вздохнула и, подбежав к отцу, крепко обняла его за ноги. Мик присел на корточки и, прижав дочь к себе, зашептал успокаивающие слова. Он знал, что это решение причиняет боль всем, но верил, что так будет лучше для Хоши. В Америке ее ждали лучшие педагоги и возможность раскрыть свой потенциал вдали от пристального внимания японской прессы. Айзава молча наблюдал за этой сценой. Внутри него бушевала буря противоречивых чувств. Он понимал доводы Мика, но не мог смириться с мыслью о том, что Хоши уедет так далеко. За эти три года он привязался к ней, как к родной дочери, и представить жизнь без ее звонкого смеха казалось невыносимым. Дни до отъезда Хоши пролетели в суматохе. Мик и Айзава старались проводить с ней каждую свободную минуту, наполняя ее воспоминаниями, которые она увезет с собой в далекую страну. Они вместе гуляли по паркам, играли в героев, читали сказки на ночь и пели песни во весь голос. Настал день прощания. В аэропорту Хоши крепко обняла отца и крестного, не в силах сдержать слезы. —Я буду скучать, - прошептала она, прежде чем исчезнуть в зале ожидания. Мик и Айзава долго стояли, глядя вслед уходящему самолету, чувствуя, как в их сердцах образуется пустота. Они знали, что это не конец, а лишь начало нового этапа в жизни Хоши, и они будут ждать ее возвращения, как ждут восхода солнца после долгой ночи.