Глава 12 — "Испытание Веры"

Ночь опустилась над венгерским городком, как покрывало тяжёлого шелка. Колокола давно умолкли. В храме, где стены пропитаны кадилом и временем, Константин стоял на коленях, перед иконой Пресвятой. Руки дрожали. Молитва — невнятная, рассыпавшаяся, как бисер на каменном полу. Он чувствовал это: между ним и Богом — трещина. Не в небесах. В нём самом. — Где же Ты, когда я сомневаюсь? — прошептал он. — Почему я, кто шёл с Тобой, теперь как будто блуждаю в сумерках? Луна стояла у входа. Её тень мягко легла на каменные плиты. Она молча смотрела на него — зайца, в сутане, измождённого, но светящегося странным внутренним жаром. — Тебе не нужно страдать одному, — сказала она тихо, приближаясь. — Ты столько раз говорил, что любовь — это жертва. А я хочу быть частью этой жертвы… Для тебя. Он посмотрел на неё. Глаза её сияли мягко, нежно. Ни демонического огня, ни обманчивого блеска — только вера. В него. — Я ведь… я же святая собачка, правда? — сказала она с кривой полуулыбкой, в которой было больше надежды, чем шутки. Сердце Константина замерло. Это было не искушение. Это было напоминание: любовь — это тоже путь. И, может быть, не путь прочь от Бога, а обратно к Нему. Через милость. Через принятие. Он протянул лапу и прикоснулся к её щеке. — Ты… ты говоришь, как ангел. Даже если ад был твоим домом. Луна опустила глаза, но её хвост слегка завилял. Потому что впервые за долгое время она почувствовала не вину… а покой.