Тени среди света.

Прошло всего несколько дней с той встречи, но Лойд не мог выкинуть её из головы.

Знакомая фигура, взгляд, исчезновение — это была Йор. Он чувствовал это каждой клеткой.

Он не знал, кем она стала. Где была все эти годы. Жива ли вообще до этого момента. Но теперь… он знал — она рядом. И не знал, что с этим делать.

Ночью он сидел на кухне, разбирая старые бумаги и список потенциальных лиц, с которыми им предстояло взаимодействовать в миссии. Но глаза постоянно соскальзывали на угол комнаты, где лежала игла — та самая, оставленная Йор, возможно случайно, возможно намеренно.

Фиона, сидевшая напротив, тихо наблюдала. Её губы были поджаты, а глаза — острые, как бритва.

— Ты странный с той ночи, — сказала она, не глядя. — Ты её узнал? — Кого? — Не делай вид. Я была рядом. Ты смотрел, как будто встретил призрак.

Лойд промолчал.

Фиона подалась вперёд:

— Это Йор?

Он чуть не уронил ручку. Фиона знала.

— Это не имеет значения, — сухо сказал он, но неуверенно. — А вот и имеет. Если она здесь, значит, её что-то держит. А ты — в центре миссии. Ты не можешь позволить себе быть слабым.

Он встал. Впервые в разговоре с Фионой — без единой эмоции.

— Я делаю свою работу. Хорошо. Всегда. Йор — это… другое.

Он ушёл в соседнюю комнату, оставив Фиону наедине со своими мыслями. В её взгляде появилось нечто холодное.

Она наблюдала за Лойдом издалека. Тени, крыши, отражения в окнах. Это стало привычкой — будто душа сама вела её по тем улицам, где был он.

Йор не хотела подходить.

Что она могла сказать? «Привет, я стала убийцей, но всё ещё думаю о тебе»?

Она видела, как он гуляет с Аней, как смешно он сгибается к ней, поправляя ей шапку. Йор сжимала руки в карманах. Он — отец? Девочка называла его «папа»…

И всё же он выглядел… пустым. Как тогда, когда она видела его в последний раз, девять лет назад. Только сейчас — взрослее, спокойнее. Но пустота не исчезла. И в этом она узнавала себя.

Аня чувствовала. Она всегда чувствовала. Сила читать мысли была и даром, и проклятием. Иногда — оберегом.

«Она опять здесь…» — подумал Лойд в тот вечер, когда проходили мимо книжного.

Аня подняла глаза — и увидела женщину, стоящую в тени дерева. Тихую. Взрослую. С красивыми, грустными глазами. Ту, которую папа вспоминал во сне.

Йор.

Аня не сказала ничего. Лишь сжала руку Лойда и продолжила идти рядом. Но с этого дня она стала чаще думать о слове "мама".

Он не мог спать. Йор была в каждом сне. В каждой улице. В каждой женщине с тёмными волосами, прошедшей мимо. Он вспоминал, как она смеялась, как ругалась на Юрия, как чесала нос, когда нервничала.

Когда она уехала — он исчез. А теперь — вернулась. Но словно тень. Призрак.

Лойд просматривал архивы, надеясь найти хоть что-то: регистрацию, прописку, работу.

Ничего. Йор будто не существовала.

Но он чувствовал: она наблюдает. Смотрит. Живёт рядом.

И всё больше — он хотел её найти. Даже не для миссии. Для себя.

На рынке. Дождь. Аня тянула Лойда за рукав — она заметила фрукты. Лойд взял яблоки, и повернулся…

Йор.

Она стояла под навесом, рядом с женщиной-продавщицей, выбирая травы.

Та же осанка. Та же походка. Та же тишина вокруг неё.

Он замер.

— Папа? — Аня посмотрела, куда он смотрит. — Это она? — Кто? — Ну… — Аня замялась. — Красивое лицо.

Лойд не ответил. Сердце гудело, как будто кто-то включил в голове сирену. Он сделал шаг…

Но в этот момент Йор обернулась, и их глаза встретились.

В её взгляде не было страха. Только… печаль. И тепло. На секунду. И — исчезновение.

Она свернула в переулок и исчезла.

Он бросился за ней — но она была уже далеко.

Она знала. Уже давно. Йор снова в жизни Лойда — и с каждым днём он становился всё дальше.

— Ты забыл, зачем мы здесь? — бросила она однажды. — Это не поиски старой любви. Это миссия.

Лойд ничего не ответил.

Фиона продолжила:

— Я не позволю тебе разрушить всё. Ради призрака. Ради кого-то, кто был девочкой одиннадцать лет назад.

Он посмотрел на неё. Спокойно.

— А может, не только она изменилась. Может, изменился и я.

В своей маленькой квартире, среди фотографий Юрия и коробок с книгами, Йор сидела на полу, держа в руках старую школьную тетрадь. Там, на обороте обложки, рукой Лойда было написано:

«Если судьба — ещё встретимся».

Слёзы скатились по её щекам.

Она не знала, сможет ли снова заговорить с ним. Сказать правду. Улыбнуться. Сдержать дрожь.

Но она знала — не может больше просто смотреть издалека.

Следующим вечером Лойд шёл один. Без Ани. Без Фионы. Он знал, что Йор часто бывает в том парке у фонтана.

И она была там.

Йор стояла, прижав руки к груди, будто в ожидании чего-то.

Он подошёл ближе. Медленно.

Дыхание перехватывало.

— Йор… — прошептал он.

Но её не было.

Она ушла за секунду до того, как он подошёл. Слишком боялась. Слишком рано.

Аня сидела у окна. Её мысли гудели, как радио.

«Папа думает о ней… каждый день. Йор. Кто ты такая? Почему ты не приходишь?»

Она знала, что скоро всё изменится. Что кто-то скажет то, что молчал одиннадцать лет.

И что, возможно, её семья… станет целой.