Глава II. Королева подземелий и сплетен.

      Кур-де-Фонтейн — столица региона, постоянно шумная и кишащая людьми. Днём по улицам города гуляют аристократы, торговцы приглашают в свои магазины, в кафе «Лютес» подают вкуснейший кофе — жизнь кипит своим чередом, сменяя день за днём и создавая ощущение стабильного порядка. Однако, стоит наступить ночи, как улицы пустеют, тишина опускается на город, но от этого жизнь в нём не затихает. Под улицами Кур-де-Фонтейна располагалась еще одна столица, представляющая из себя сложную сеть из потайных ходов, подвалов, люков и канализационных тоннелей. Сюда не проникали жандармы, сюда не простиралась тираническая длань Фурины, сюда не был обращён взгляд Гидро дракона. Это территория Спина-ди-Росула — преступной группировки под предводительством демуазель Навии. Однако то были не просто обычные бандиты, а серьёзная мафиозная структура, контролирующая контрабанду, игорные дома, производство алкоголя, всю информацию самых разных уровней и подстрекающая нижний слой общества в лице рабочих выступать против власти Гидро Архонта.       Ржавые лестницы среди не менее ржавых массивных труб вели в самую глубину канализации, выводя отходы в резервуары. Над огромным отсеком сточных вод из труб и гнилых стальных листов был сооружён многоярусный город для обездоленных и гонимых властью. Люди жгли костры из мусора, чтобы согреться от постоянной сырости, готовили еду на этом же огне. Скудные овощи не самой первой свежести хранились в вёдрах прямо около желобов с отходами, впитывая в себя ещё больше зловония данного места. Дети из газет собирали кораблики и пускали их по желобам, играли в прятки, и будто не замечали всей плачевности ситуации вокруг себя. Взрослые занимались своими делами, пытались хоть как-то заработать на еду и обустроить быт там, где матрасы для сна граничили с выгребными ямами и вёдрами с тухлой рыбой. Постоянная вонь, грязь и употребление помоев в пищу приводили к болезням и ухудшению состояния людей, коротая их и без того недолгую жизнь. Единственным светлым местом в этих подземных трущобах был бар, где подавали скудную похлёбку и много дешманского пойла, которое весьма успешно скрашивало угрюмое состояние местных жителей. Из общей картины мрачности выбивалась лишь крупная татуированная черепаха Консильери, слишком необычная для этого места, но по-хозяйски расположившаяся на ковре на одном из этажей среди растений в горшках. Навия расположилась на скамейке среди цветов и задумчиво смотрела на существо, но черепаха не собиралась с ней разговаривать, вероятно, она и не умела. — Демуазель Навия! — раздался приближающийся мужской голос, и через несколько секунд из-за труб показался парень в чёрных очках и с длинными синими волосами, собранными в хвост. — Что-то случилось, Сильвер? — девушка перевела взгляд на нарушителя спокойствия, но взгляд её оставался таким же нелюдимым, заранее предугадывая мрачный характер новости. — Месье Антуан был убит в ходе судебной дуэли. Верховный судья отверг все собранные Мелусом доказательства его невиновности и приговорил к пожизненному заключению. У него.. не осталось другого выбора, кроме как потребовать дуэли. — Почему-то.. — Навия печально вздохнула, — ..я ожидала такого исхода. Мы потеряли хорошего человека и отличного информатора. Они узнали о его делах? — Думаю нет, его судили как обвиняемого, чтобы скрыть следы преступления господина Леона, известного торговца недвижимостью. На Антуана лишь прилюдно свалили вину за очень большую плату, вероятно из-за конкуренции по бизнесу. — Жалкая власть Фурины держится на страхе, а лживое правосудие Нёвиллета на грязных деньгах, — девушка перевела взгляд вниз, на город, где тщетно копошились люди, — они голодают. Мы должны увеличить поставки продовольствия. — Да, госпожа, будет исполнено. Но.. — Говори — Это лишь ненамного оттянет их конец, они уж.. — Я знаю! — Навия перебила его сердитым, повышенным голосом, — я знаю.. Но мы не должны терять их доверие. Мы спасём детей, спасём их будущее. Мы свергнем власть Фурины и править Фонтейном буду я. Эти дети вырастут в достойных условиях в порядочных граждан под покровительством Навии Каспар из рода людей, а не под тиранией лживого Бога.. - девушка произнесла эти слова столь уверено и размерено, словно это являлось обыденным бытовым фактом, а не спонтанным заявлением о покушении на непоколебимую власть верховного существа. — Демуазель… Как вы представляете себе свержение Бога?.. Это всё равно что пытаться сбить Солнце с неба! — Сильвер был весьма удивлён заявлением своей госпожи, но понимал всю серьёзность ситуации. Отчаяние в его глазах скрывали чёрные очки. — Ты слишком неуверен в себе и других. В истории уже были Боги, убитые людьми. Декарабиан из Мондштата убит своим народом. Хервия из Ли Юэ убита своим народом. Сколько еще было убитых людьми Богов, писания о которых не сохранились до наших дней? — Может и так, демуазель, но между вами и Фуриной находится пропасть в лице Нёвиллета. Информаторы из Дворца Мермония до сих пор не смогли выяснить, кем он является на самом деле, но он точно не человек. Может демон или личный фамильяр, или адепт на подобии Ли Юэ.. Мы не можем оценить его силу и уровень угрозы. Мелус как-то выразил опасение, что Архонт не станет держать подле себя недостойного и вверять в его руки абсолютную власть. — Установление природы верховного судьи и дальше остаётся одним из наших приоритетов. Нужно выделить больше ресурсов на выяснение личности Фурины, её образа жизни, ближнего окружения, всего, что может хоть как-то прояснить слабые места и подобраться к ней. Позже я соберу всех в штабе в Пуассоне и объявлю это повторно с большем количеством деталей. Сейчас приступайте к работе вместе с Мелусом. — Как прикажете, демуазель, — парень откланялся и, прежде чем собраться удалиться из виду, бросил взгляд на рептилию, задумавшись, — «У черепах есть уши? Должны быть. Он слышит, но понимает? А даже если понимает, он умеет говорить? Сильвер, успокойся, не станут же называть кого попало Консильери, даже если это черепаха»       Дворецкий оторвался от раздумий и поспешно удалился исполнять приказ своей госпожи, вновь оставляя Навию наедине с рептилией. Девушка протянула руку и погладила панцирь, украшенный сколами и трещинами в ходе некоторых потасовок с жандармами. — Отец был прав, ты самый терпеливый слушатель, Консильери. Я продолжу его путь, возведу фамилию Каспар на престол и поведу за собой фонтейнцев.       Черепаха щёлкнула «клювом» и втянулась в панцирь, погружаясь в сон. Навия осталась сидеть на скамейке среди цветов, продолжая обдумывать свои намерения, пока несколькими уровнями ниже рабочий класс после тяжелого дня собирался в очередь перед баром, чтобы получить свою скромную порцию овощной похлёбки на ужин.