Глава 1. Он существует

      — Надо бы взять отпуск. Когда-нибудь в этом десятилетии…       Последние лучи заходящего солнца настойчиво ласкали небольшой, уютный кабинет в магической части Черинг-кросс-роуд. Каждая деталь помещения разве что не кричала о безупречном вкусе того, кто всем этим владел. Всё максимально сдержанно, но чертовски стильно. И мебель, и декор, и, разумеется, хозяин.       — Я очень надеюсь на тебя, детка, — пробормотал он вслух книге, которая занимала центральное место в организованном хаосе письменного стола.       Вообще книги были неотъемлемой частью этого места. Они заполняли чуть ли не всё пространство от пола до потолка: массивные книжные шкафы во всю стену, изящные навесные полки, аккуратные стопки на широком подоконнике и журнальном столе. В этой коллекции тихо-мирно соседствовали древние манускрипты с потрескавшимися переплётами, пожелтевшие пергаменты с выцветшими письменами, редкие рукописи, современные издания в ярких обложках и скромные томики малоизвестных авторов. И всё это богатство принадлежало одному человеку — Драко Малфою.       И сейчас, на протяжении вот уже нескольких часов, он безотрывно торчал в своём кабинете, склонившись над рабочим столом, заваленным десятками нужных и, по правде говоря, ненужных предметов, изучая последнюю драгоценную находку — «Атлас сокрытых даров», приобретённый на аукционе после пяти лет упорных поисков за баснословное количество галлеонов.       Драко медленно разогнулся, хрустнув позвоночником, и закрыл книгу. Перевод древних рун, которыми был написан этот манускрипт, отнимал много сил и времени. Которого вечно не хватало.       Магией наведя на столе идеальный порядок, Драко взглянул в окно и нахмурился, сдвинув брови к носу. За последнюю неделю его компании «Эликси́рион» сделали несколько крупных заказов на достаточно сложные зелья, и Драко катастрофически не хватало времени на изучение «Атласа сокрытых даров». И сей факт прилично огорчал, потому что из этой книги он надеялся почерпнуть знания, которые помогут «Эликсириону» создать что-то новое и уникальное, чего пока ещё нет на рынке.       Расплывчатые мысли о грядущих возможностях были прерваны настойчивым стуком в окно. Слегка вздрогнув от неожиданности, Драко подошёл, приоткрыл створку и впустил в кабинет небольшую серую сову, держащую в лапе уже знакомый конверт.       — Опять… — вздохнул он и выставил птицу за раму, предварительно отвязав свёрток от её ноги.       Это снова было письмо от Грейнджер. Уже четвёртое на этой неделе. Какая настырная!       Ещё в понедельник, получив первое послание от неё, Драко часа два полыхал праведным гневом от той наглости, которую бывшая сокурсница умудрилась изложить на бумаге.       «Уважаемый мистер Малфой, — как бы невзначай начала она, — в рамках текущего исследовательского проекта Министерства магии по стандартизации магических артефактов и снадобий, санкционированного непосредственно главой Департамента магического законодательства Артемиусом Уоренном Блэкстоуном, обращаюсь к Вам с официальным запросом о предоставлении временного доступа к ряду редких манускриптов и архивных документов, находящихся в Вашей частной коллекции.       Как ведущий специалист в области создания зелий, вы, несомненно, понимаете важность данного исследования для развития отрасли. Ваши уникальные экземпляры могут предоставить бесценные данные для разработки новых стандартов безопасности.       Запрашиваемые материалы:       «Первые творения алхимии» (автор неизвестен)       «Реестр Реликвий и Зелий: издание 1603 года»       Рукопись Альбериха Грюнвальда «Обращение с магическими объектами» (оригинал, 1675 г.)       Дневники Эзры Мортона (с пометками о защитных заклятиях)       «Компас Несуществующих» (черновик, предположительно авторства Изиды Вальдеро)       Все материалы будут изучаться исключительно в присутствии уполномоченных представителей Министерства в заранее согласованном месте (по Вашему усмотрению). Гарантируем соблюдение всех необходимых мер сохранности и конфиденциальности.       Прошу Вас рассмотреть данный запрос в кратчайшие сроки и уведомить о Вашем решении. В случае согласия, готова обсудить детали лично или через официального посредника. В случае отказа, согласно пункту 7.3 «Закона о магических артефактах и снадобьях», нам потребуется официальное обоснование.

С уважением,

Гермиона Дж. Грейнджер

Глава Отдела лицензирования магии.

      P.S. Прилагаю копию разрешительного документа от Департамента магического культурного наследия (см. вложение) и копию распоряжения № 487-р от 10.05.2010 о создании экспертной группы».       В тот самый понедельник кофе расплылся мерзкой коричневой лужей по идеально отполированной поверхности рабочего стола. Бумага в руках Драко слегка задымилась — то ли от горячего напитка, то ли от гнева, который он едва сдерживал.       — Какое… наглое… беспардонное… — Каждое слово сопровождалось сжатием кулаков.       Он догадывался, что в новом мире ему легко не будет. Отсидев несколько лет в Азкабане после падения режима Волан-де-Морта и выйдя на свободу сломленным и почти потерянным для общества, Драко вопреки отчаянному желанию пуститься во все тяжкие, полностью посвятил себя учёбе за границей, где выбрал единственное, что не вызывало у него рвотный рефлекс, — зелья. Разумеется, смешивание в котле разных вонючих жидкостей никогда не находилось в списке желаний, но Драко посчитал, что это не худшее из возможных вариантов. Он посвятил всего себя учёбе, действительно выкладываясь на полную. И в результате добился немалых успехов. Вернувшись на родину, Драко стал сначала просто умелым мастером, а спустя два года — довольно известным мастером-зельеваром магической Британии. Снейп, конечно, перевернулся бы в гробу, узнай об этом. Но Драко лишь усмехался, вспоминая крючковатый бледный нос своего преподавателя, разливая очередной эликсир по пустым склянкам.       И теперь искренне недоумевал, что некая кудрявая личность может вот так просто заграбастать нажитые его трудом и выторгованные его отточенным обаянием ценные книги. Драко перечитал письмо два раза, останавливаясь на особо раздражающих моментах.       «Какие хитрые сволочи! — подумал он, теребя несчастную запонку на рукаве. — И ещё этот треклятый пункт 7.3 приплели, будто мне не насрать!»       И, самое главное, они наверняка думали, что Драко не сможет отказать. Не потому что боится (чёрта с два!), а потому что за отказом последует череда проверок, аудитов, запросов. Опять эти идиотские формы в тридцати экземплярах, очереди в кабинетах, тупые вопросы клерков. Драко уже месяц не мог получить лицензию на новое зелье из-за их бюрократии! А теперь они лезут к нему в библиотеку?!       И вот уже в четвёртый раз он просто смял этот бездушный кусок бумаги и кинул в огонь, который, радостно полыхая, принял его в свои горячие объятия. Драко ничем не был обязан Министерству и тем более Грейнджер. И, естественно, делиться своими бесценными фолиантами не собирался ни с кем. Даже если это решение очень сильно усложнит ему жизнь. Так просто Драко сдаваться не собирался. И если Грейнджер захочет войны — она её получит.

***

      У Драко была железная традиция: каждую среду он брал выходной и оставался дома, чтобы посвятить день исключительно себе, разложить набравшиеся за неделю мысли по полочкам в своей измученной черепной коробке, и, по правде говоря, просто позаниматься какой-нибудь ерундой. Коллеги шутливо называли этот день «средодумом», потому что, как правило, после выходного руководитель возвращался посвежевшим и с массой новых идей, и тогда работа в лаборатории начинала кипеть.       Сегодня была среда. Именно поэтому Драко остался дома. Никаких грандиозных планов — просто выспаться, сытно позавтракать и, возможно, прогуляться по окрестностям.       После учёбы и возвращения в Англию, Драко переселился из слишком большого и навевающего тоску Малфой-мэнора в более уютное место в Корнуолле — район с песчаными пляжами, крутыми скалами, мягким морским климатом и симпатичными женщинами в парео, на который Драко, разумеется, не смотрел. Почти.       Его дом стоял на краю света — там, где земля мягко сходила в море, а солнце каждый вечер топило золотые блики в шумных водах. Именно так бы описал это место в своей книге выдающийся автор. Но на деле всё было куда проще: у Драко был обычный, тёплый, уютный дом, настолько органично вписывающийся в окружающий пейзаж, что казалось, будто он вырос из скалистого берега как каменный нарост. С белыми стенами, потёртыми солёным ветром, широкими окнами с распахнутыми ставнями, черепичной крышей, поросшей по краям мхом, и дымком из трубы, растворяющимся на ветру.       В округе почти не было магических семей, но соседство с магглами Драко больше не пугало, поскольку очень многие их знания — физики, химии, инженерии, биологии, медицины и даже строительства — сильно помогали ему в работе. Кто бы мог подумать, что Драко Малфой, волшебник с самой чистой кровью, когда-то презиравший практически всех других людей, с интересом будет посещать различные научные лекции маггловских университетов, одетый в простые синие джинсы и серый пуловер! Но… всё меняется.       Вальяжно потянувшись в кровати и разлепив сонные глаза, Драко нащупал под подушкой волшебную палочку и открыл магией шторы. Солнечные лучи чуть не выжгли роговицу своей яркостью и настырностью, отчего пришлось крепко зажмуриться и даже отвернуться в другую сторону, чтобы навсегда не лишиться зрения. По крайней мере, ощущения были именно такими. С минуту полежав с закрытыми глазами, Драко всё-таки предпринял ещё одну героическую попытку разлепить веки, которая, к счастью, увенчалась успехом.       Спустив ноги на тёплый деревянный пол, Драко нащупал тапочки, поднялся с кровати и медленно поплёлся в ванную. Сегодня утром он планировал неспешно освежиться под душем, а после выпить кофе на веранде, глядя на море.       Но в этот раз судьба решила иначе.       Как только он намылил волосы, прозвучал настойчивый стук в дверь так громко, будто кто-то колотил в неё ногами, а не руками.       — Да чтоб вас! — выругался Драко, и часть пены затекла ему в рот.       Не утруждая себя одеванием, он накинул полотенце на бёдра, нацепил мохнатые тапки и спустился вниз, придерживая одной рукой так и норовящую соскользнуть с тела ткань.       — Какого… — начал он, резко распахнув дверь, но фраза застряла в горле, вцепившись в гортань острыми когтями, и Драко поперхнулся.       Перед ним стояла Гермиона Грейнджер собственной кудрявой персоной. В семь утра. Без предупреждения. В его доме.       — Какого чёрта ты здесь делаешь, Грейнджер?! — прохрипел Драко, пытаясь отвоевать у своего же тела голосовые связки.       Гермиона окинула его медленным взглядом с ног до головы, задержавшись на каплях воды, стекающих по груди, и, разумеется, небрежно наброшенном полотенце.       — Весьма, — произнесла она с лёгкой усмешкой, и в этом одном слове было столько яда, что Драко на секунду онемел.       Его мозг лихорадочно перебирал оскорбления, угрозы и проклятия, достойные этой треклятой ведьмы, но, прежде чем он успел что-то выдать, Грейнджер шагнула вперёд, буквально заставив Малфоя отступить.       — Какого чёрта?!       Гостья уже прошмыгнула в прихожую, где валялась грубая плетёная корзина для дров, быстро вытерла ноги о коврик с надписью «Добро пожаловать» (Блейза позабавило купить его в маггловском магазине) и сбросила мантию на вешалку, будто имела на это полное право.       — Ты спятила?! — Драко чуть не поперхнулся от возмущения. — Кто вообще тебя впустил?!       — Дверь, — сухо констатировала факт Гермиона, проходя дальше, и Драко ничего не оставалось, как лишь растерянно захлопнуть рот.       Грейнджер продефилировала, изящно покачивая бёдрами — наверняка специально, — в просторную гостиную с уютными креслами, низкими диванами, заваленными подушками, и камином, в котором дружелюбно плясали язычки тепла.       Драко, в полотенце и мохнатых тапках, застыв на месте, ощущал, как раздражение и непонимание борются внутри. Капли воды с его волос падали на дубовый пол, образуя маленькие лужицы, но ему было не до этого.       — Четыре письма, Малфой, — произнесла Гермиона, без зазрения совести усаживаясь на его диван. — Четыре. И ни одного ответа.       — Может, потому что мне плевать на твои письма? — выдвинул предположение он, прошлёпав наконец в гостиную и крепче сжимая полотенце.       — Оригинально. — Гермиона бросила взгляд на его книжные шкафы, которые занимали бо́льшую часть гостиной. — Особенно для человека, который так гордится своей репутацией лучшего зельевара.       — Ты припёрлась ко мне домой в семь утра, Грейнджер!       — В твоём офисе было пусто, — пожала она плечами, — пришлось искать тебя там, где ты прячешься от работы.       — Семь утра, Грейнджер! Конечно, я не в офисе! Как ты вообще узнала мой адрес? — прищурил глаза Драко, поправляя полотенце.       — Ну… я всегда знала, где можно найти нужную информацию. Ещё со школы. — Гермиона задорно ему подмигнула и аккуратным движением руки поправила и без того идеально уложенные кудри.       — Раз тебе необходим официальный ответ, что ты аж сюда заявилась, — прекрасно. — Драко хотелось выволочь эту поганку из своего дома прямо за волосы. Но он, увы, этого не мог себе позволить. Поэтому сделал несколько шагов к дивану, на котором сидела Гермиона, и, чуть нахмурив взгляд, продолжил: — Нет. И ещё раз нет. И, кстати, — добавил Драко, вскинув вверх указательный палец, — можете подтереться своим сраным пунктом 7.3, что бы он там ни значил!       Гермиона откинулась на спинку дивана, скрестила руки на груди и с абсолютной наглостью просто сказала:       — Мне нужны эти книги, Малфой.       — Да мне насрать, Грейнджер! Вы два года меня мурыжите своими бумажками и отчётами. Я прекрасно понимаю, что вы просто хотите избавиться от конкурентов, но у вас нихрена не выходит! А теперь вам пришла в голову гениальная идея, что можно позаимствовать мои — на всякий случай ещё раз повторю — МОИ книги! Поэтому мне плевать, что тебе нужно, Грейнджер. Ни ты, ни твои бумагомаратели не получите ни-че-го. Можешь проваливать!       — Очень зрело. — Гермиона вздохнула и скользнула взглядом вниз — к полотенцу, которое держалось на честном слове. — Мне нужны эти книги, Малфой. И я в любом случае добьюсь того, чего хочу. Вопрос только цены и времени. И, Бога ради, накинь на себя хоть какую-то одежду.       Глаза Драко сузились до нервных щёлочек, и в них мелькнул недобрый огонёк.       — О, хочешь, чтобы я оделся? — притворно ласково проворковал он. — Смущаешься, Грейнджер? — Его рука потянулась к полотенцу. — Давай-ка сделаем твой визит ещё более… запоминающимся.       И, прежде чем она успела среагировать и что-либо ответить, он резко дёрнул полотенце, которое тут же упало на пол.       Драко ожидал, что Гермиона взвизгнет и пулей метнётся к выходу. На худой конец, что крепко зажмурится или отвернётся. Но Грейнджер замерла. На секунду. Скользнув взглядом вниз. Потом её губы дрогнули, она закатила глаза, поднялась с дивана и плавно развернулась к выходу.       — Милые тапки, — бросила через плечо, направляясь к двери. — Загляну в другой раз.

***

      Сидя вечером на террасе и попивая почти остывший чай, Драко никак не мог выбросить внезапное утреннее рандеву из головы. Конечно, их отношения с Грейнджер никогда нельзя было назвать дружескими или хотя бы приятельскими. Их нельзя было назвать даже нейтральными, потому что та неприязнь, которая сквозила между ними все годы, проведённые в Хогвартсе, плавно перетекла и в жизнь после школы. Она будто вросла в кожу, впиталась в кровеносные сосуды, и общаться по-другому просто не получалось. Честно говоря, Драко сам до конца не мог понять, что именно его так взбесило в Грейнджер, что он снизошёл аж до эксгибиционизма. Да, она, конечно, в конец оборзела, бесцеремонно вломившись к нему. Но Драко в глубине души знал, что рано или поздно она притащит свой надменный зад, поскольку он не отвечал на её письма, и отчасти был к этому готов.       Они очень редко виделись. В основном Драко приходилось общаться с её подчинёнными, чтобы выбить очередную лицензию или предоставить полугодовой отчёт. А каждая встреча с Грейнджер заканчивалась только неприязненными переглядками и обоюдным закатыванием глаз. А сегодня утром они впервые заговорили друг с другом. Если это, конечно, можно было считать разговором.       Драко знал о Грейнджер многое: как героиня Второй магической войны она постоянно мелькала в прессе, её колдофото не были напечатаны разве что на туалетной бумаге (хотя однажды, он мог поклясться, что видел что-то подобное в одном магазине), её выступления на различных собраниях и официальных мероприятиях озвучивались по радио, а быстрый взлёт по карьерной лестнице Министерства магии освещался даже в зарубежных магических изданиях. О её личной жизни ходило так много слухов, которые были столь разнообразны и противоречивы, что можно было точно сказать одно — никто ничерта об этом не знает. Но кое-что в Гермионе Грейнджер всё-таки не изменилось: она по-прежнему бесила Малфоя своим занудством, заносчивостью и отсутствием элементарных манер.       Драко мысленно усмехнулся, вспоминая лицо Грейнджер в тот момент, когда он скинул полотенце, но всё же понимал, что утренняя перепалка с министерской служащей определённо точно выльется в гигантские проблемы для его молодой компании.

***

      Чёртова Грейнджер.       Именно с этой мыслью подскочил с кровати Драко, проспав утренний подъём. Всю ночь ему снились беспокойные и абсолютно бредовые сны, в которых неугомонная гриффиндорка либо бегала по его гостиной, вырывая из дорогих сердцу книг страницы; либо тыкала ему в лицо официальными прошениями, у которых вырастали щупальца, и они начинали душить Драко; либо срывала с него полотенце и, весело подмахивая каштановой копной, заявляла: «Милые тапки» тому, что должно было быть его детородным органом.       Собравшись за шесть минут, наплевав на завтрак и водные процедуры, Драко трансгрессировал прямо в свой кабинет, где его уже ждал Тодд Лонкер — высокий статный мужчина с тёмными волосами и всегда позитивной улыбкой.       В компании «Эликси́рион» работало всего десять человек. Тодд возглавлял отдел по работе с клиентами, в который входило ещё двое сотрудников. Три человека, помимо Драко, составляли команду зельеваров. Матильда — личный секретарь — держала в руках все нити управления компанией и контроля над психологической устойчивостью своего руководителя. И ещё трое занимались документацией: вели учёт, оформляли лицензии и следили за тем, чтобы бюрократическая машина Министерства не изговнила творческий процесс. И Драко высоко ценил каждого из них. Эти люди работали с ним с самого основания компании — два года бок о бок, — превращая «Эликси́рион» в одну из самых востребованных зельеварческих организаций Британии.       — Не выспались, сэр? — поинтересовался Тодд, оглядев запыхавшегося начальника.       — Есть такое, — буркнул Драко и взглянул на часы.       У него оставалось ещё десять минут до запланированной встречи с миссис Роули, которая хотела заключить крупный контракт на изготовление особых зелий и снадобий для её больного мужа.       — Думаю, в ближайшее время к нам нагрянет проверка, Тодд, — предупредил Драко, наливая в кружку с двигающимся кроликом кофе. — Пусть Оливер приведёт все документы в такой святой вид, что министерские крысы снимут перед нами шляпы.       — Понял, сэр, — кивнул Тодд и вышел из кабинета, чтобы встретить миссис Роули в приёмной.       Драко уселся в кожаное кресло, делая торопливые глотки бодрящего напитка и настраиваясь на рабочую волну. Однако, не успел он расслабиться, как дверь в его кабинет с шумом отворилась, и внутрь ворвалась копна кудрявых волос.       «Только не это…» — мелькнуло в голове, прежде чем он поперхнулся, и кружка с кофе опрокинулась ему на брюки.       — Снова будешь раздеваться? — усмехнулась Грейнджер, видевшая сей курьёз, отчего глаза вошедшего за ней Тодда слегка округлились в немом вопросе.       — Только за твои галлеоны, — ответил Драко и, взмахнув волшебной палочкой, очистил брюки заклинанием. — Сейчас у меня запланирована встреча, Грейнджер. Проваливай!       — К сожалению, миссис Роули передумала заключать с тобой контракт. — Гермиона бесцеремонно уселась в гостевое кресло перед столом и достала из своей сумки кипу бумаг. — Так будет с каждым, Малфой, пока ты не пойдёшь на сделку.       Тодд издал какой-то невнятный звук, но быстро зашёлся в кашле, чтобы скрыть явное возмущение. Драко же выглядел максимально уверенно и безэмоционально.       — На этот раз я подготовился лучше, Грейнджер. — Он театрально взмахнул руками и, набрав побольше воздуха в лёгкие, чуть ли не пропел: — No, non, nein, nej, ie, ei, hayır, nu, nee, ei, jo, nem.       Гермиона выразительно подняла брови, слушая заготовленную речь. Уголки её губ слегка подрагивали, а в глазах мелькал ехидный огонёк.       — Очаровательно. С твоего разрешения буду всё же говорить по-английски: я могу сделать так, что твою лабораторию проверят… — Она сжала подбородок двумя пальцами и сделала вид, что задумалась. — Скажем, сегодня в 15:00. И не знаю, что они там смогут нарыть.       Драко даже не изменился в лице. Он сидел со спокойным и даже слегка скучающим видом, пристально глядя на довольную собеседницу.       — А знаешь, как будет «иди нахер» по-древнегречески? — поинтересовался он, сложив руки домиком. — Вчера специально порылся в МОИХ книгах, чтобы найти это.       — Малфой… — Гермиона наклонилась вперёд, и в её шёпоте отчётливо слышалось желание убивать. — Я могу разнести твой «Эликси́рион» до основания. Юридически. Без единого заклинания.       — Ой! — Драко притворно ахнул и прижал руки к рёбрам, изображая боль в груди. — Ты разбила мне сердце, поэтому скажу по-английски — иди нахер! Прямым текстом.       Гермиона на мгновение сжала губы, а затем тяжело вздохнула.       — Ладно, Малфой! Ладно! — рявкнула она, отчего и Тодд, и Драко переглянулись. — Я не хотела тебе ничего говорить и надеялась, что информация не выйдет за стены моего отдела. Но ты упрям, как осёл, а мне, чёрт возьми, очень нужны эти книги.       Она замолчала и опустила взгляд на собственные колени. Было видно, что её одолевают сомнения, что внутри неё идёт отчаянное сражение за возможность высказаться. Ну или у Грейнджер просто несварение желудка!       — Я слышу, как ты думаешь, — спустя несколько интригующих минут напомнил о своём существовании Драко.       Гермиона оглянулась на Тодда, который продолжал стоять в нерешительности позади и внимательно вслушивался в разговор.       — Мы можем поговорить наедине, Малфой? — Грейнджер выразительно подняла брови, слегка наклонив голову вперёд.       Драко кивнул Тодду и тот, быстро сообразив, чего от него хотят, ретировался из кабинета.       Когда дверь за ним закрылась, Гермиона подняла взгляд, кажется, полный сожаления, два раза глубоко вздохнула и сказала то, от чего у Драко буквально перехватило дыхание:       — Камень Ча́краса. Он существует.