Часть 37

Раскуй эти цепи, друг мой,

И я покажу тебе ярость, которую скрывал.

Уничтожь святыню,

Стерпи, но ничего не простится!

Ты и я не можем решить, который из нас данность,

Поправлюсь: один из нас обречён пережить другого.

Slipknot, Devil in i©

Прошло только полчаса с того момента, как Микки закончил завтракать, когда дверь в комнату вновь отворилась, на пороге стояли охранники. По одному мужчины прошли в спальню, в руках «приятного» охранника были наручники. Слегка выгнув бровь, Микки наградил холодным взглядом одного мужчину, затем второго. - Джинни, забери посуду, - произнёс «приятный» охранник. В комнату зашла домработница. Она вновь смотрела вниз и нервно заламывала руки. Помедлив несколько секунд, девушка подошла к кровати и взяла с тумбочки поднос с посудой. Только отойдя на шаг назад, она решилась поднять глаза и мельком взглянула на Микки, но мгновенно растерялась от его пристального взгляда и, вновь опустив взгляд в пол, засеменила к двери. Охранники отошли, выпуская девушку из спальни, после чего вновь заслонили собой дверной проём. - Полагаю, вы хотите вновь надеть на меня наручники? – слишком спокойно и буднично, будто говорил о погоде или чём-то подобном, поинтересовался Микки. - Угадал, - отозвался Людвиг. Микки несколько раз легко кивнул, показывая, что он услышал собеседника. Пару секунд он смотрел в сторону, не спеша как-то реагировать на слова охранника, после чего перевёл на него взгляд и произнёс: - Что ж, сегодня у меня нет настроения с вами спорить, - Микки скрестил руки на груди. – Потому только спрошу – могу ли я одеться? Помимо еды, час назад Джинни принесла и свежий комплект одежды, который сейчас лежал аккуратно сложенным ближе к изножью кровати. На Микки же по-прежнему было одно лишь полотенце. Охранники переглянулись. Никаких распоряжений по поводу одежды пленника они не получали и потому не знали, как поступить будет вернее. Микки подождал немного, смотря на одного охранника, а затем на другого, после чего вздохнул и встал. - Пожалуй, пока вы думаете, что мне ответить, я всё-таки оденусь, - произнёс он. Людвиг нахмурился, ему совсем не понравилось то, что Микки вновь пытался выставить их идиотами. Второй же мужчина предпочёл пропустить слова пленника мимо ушей. Не ожидая ответа охранников, брюнет начал неспешно одеваться, совершенно не обращая никакого внимания на тяжёлые, следящие за каждым его движением взгляды «охранных псов». Его новый костюм состоял из чёрных джинсов и тёмно-серой футболки; одевшись, Микки поправил майку, чтобы она сидела совсем идеально, чем начал ещё сильнее бесить Людвига. Расправив все-все складочки на футболке, Микки вновь сел на кровать, складывая ноги по-турецки, и взглянул на охранников. Ничего не говоря, Людвиг подошёл к нему и надел на руки наручники, привычно пристёгивая их к спинке кровати. Микки и в этот раз совершенно равнодушно реагировал на действия мужчины. Когда со сковыванием было покончено и всё было проверено, Людвиг вернулся к товарищу. - Идём, - произнёс он, и оба охранника удалились. «Это настолько абсурдно, что даже смешно, - подумал брюнет, смотря на закрытую дверь. – Дженна действительно устроила первоклассный «карнавал», а её охранники и вовсе те ещё клоуны». Он поджал губы и вновь скрестил руки на груди и прилёг, опираясь на спинку кровати. Что-то ему подсказывало, что на охранниках список нарушивших его одиночество не закончится. И он оказался прав. Прошло всего три минуты, и в замке снова повернулся ключ. Когда дверь открылась, Микки увидел ту, которую, пожалуй, желал видеть меньше всего в жизни. Вот только его никто не спрашивал. Зайдя в комнату, Дженна закрыла дверь. Сделав несколько шагов вперед, она остановилась и также скрестила руки на груди, смотря на пленника. Микки ожидал того, что девушка заговорит с ним первой, но она смогла его удивить. Дженна молчала, продолжая спокойно и выжидающе смотреть на парня, и молчание их затянулось на долгие пятнадцать минут. Устав, в конце концов, от созерцания своей похитительницы, брюнет лёг и закрыл глаза. - Ты могла бы найти себе кучу занятий куда интереснее, чем наблюдать за мной, - произнёс Микки и вновь скрестил руки на груди. Он приоткрыл глаза, смотря на Дженну из-под опущенных ресниц. - Например? – поинтересовалась девушка. - Например: посмотреть какой-нибудь интересный фильм, почитать, провести время с друзьями или со своим парнем и так далее. Перечислять можно до бесконечности. - Да, это всё, бесспорно, интересно, но я предпочитаю живое наблюдение, а не просмотр кино. - В таком случае, сходи в зоопарк. Дженна усмехнулась и покачала головой. Она подошла ближе, останавливаясь около изножья кровати. - Увы, но в зоопарке не содержатся столь интересные экземпляры, как ты, - ответила блондинка. – Так что, я предпочту остаться. - Очень жаль… Дженна помолчала несколько секунд, после чего села на кровать. - Микки, я не понимаю, зачем ты ломаешь комедию, и всякий раз пытаешься свести наш разговор на нет? – спросила она и склонила голову набок. Брюнет взглянул на неё, его взгляд выражал усталость от этого только-только начавшегося диалога. - Я уже не раз высказывался по этому поводу. Не вижу смысла повторяться, - сухо ответил он. Микки помолчал пару секунд, затем добавил: - Хотя, всё же, сейчас мне есть, что сказать тебе. Спасибо за завтрак, я уже как раз прилично проголодался. - Да, знаешь, изначально мне казалось, что всё человеческое тебе чуждо, а, значит, и есть тебе ни к чему. - И что же заставило тебя пересмотреть своё мнение обо мне? Дженна помолчала несколько секунд, смотря в сторону, затем она вернула взгляд к лицу Микки и ответила: - А я до сих пор так думаю. -  В таком случае, твои суждения сильно расходятся с твоими действиями… Брюнет поджал губы. Он вновь едва не назвал Дженну принцессой. А ему по-прежнему не хотелось этого делать. - Почему же расходятся? – вскинула бровь блондинка. Дожидаться ответа на свой вопрос она не стала и продолжила: - Я просто подумала, что питаться тебе всё-таки надо, хотя бы иногда. Она вновь помолчала несколько секунд, затем добавила: - Кстати, меня удивило то, что ты за эти дни ни разу даже не показал вида о том, что голоден. - А я никогда не отличался особенно сильным аппетитом. Дженна кивнула, опуская взгляд вниз. Усмехнувшись, она вскинула голову и сказала: - Знаешь, тебе бы следовало поговорить об этом с моей мамой. Она бы тебе объяснила, что регулярно питаться – необходимо, чтобы однажды не упасть без сил. - Увы, но я не знакомлюсь с чужими родителями. - Что ж, хотя бы в чём-то мы похожи, - хмыкнула блондинка. – Я тоже не терплю всего этого. Правда, с родителями Тобиаса я всё-таки познакомилась, он хитростью устроил нам встречу. И точно также он познакомился с моей семьёй – припёрся без приглашения. - Вижу, тебе нравятся непредсказуемые мужчины. - На самом деле, я ненавижу сюрпризы. В противном случае я бы была без ума от тебя, потому что такого таланта удивлять я не видела больше ни у кого. - И ещё одно сходство нашлось у нас, как бы мне не хотелось этого признавать – ты тоже смогла немало удивить меня и своим «маскарадом», и тем, что последовало после и продолжается и сейчас. - У меня был хороший учитель, - ядовито оскалилась в ответ Дженна. - Скажи мне, Дженна, - перевёл тему Микки, - а ты не подумала о том, что посвящать столько людей в своё преступление нелогично и опасно? - И что ты имеешь в виду? - То, что о том, что я здесь, знают твои охранники, но, допустим, они верны тебе и не слишком умны, чтобы сложить пазл и понять, что здесь на самом деле происходит. Но твоя домработница, Джинни, если я не ошибаюсь, ты не боишься, что она может сказать кому-нибудь не тому о том, что я здесь? - А что она скажет? – искренне удивилась блондинка. - Она не немая, я точно слышал. - Не немая, - согласилась девушка. – Но я ей сказала, что ты – мой любовник. - Любовник, прикованный к кровати, и находящийся под охраной? - А мои сексуальные предпочтения её не касаются, - совершенно спокойно ответила Дженна. Она помолчала несколько секунд, затем улыбнулась и произнесла: - Шутка. - У тебя определённо проблемы с чувством юмора… - покачал головой Микки. - У тебя тоже. И, кстати, не только с ним. - В таком случае, я вернусь к своему первоначальному вопросу – тебе не кажется, что посвящать такое количество людей в свои нечистые дела нелогично? Полагаю, кто-то запросто может тебя предать… - Мои охранники меня точно не предадут. А Джинни… Кому она и что скажет? Она с внешним миром не контактирует, а семью её вместе со всей деревней в начале июня цунами смыло. Микки вопросительно изогнул бровь, смотря на собеседницу. Ей богу, дьявол в ангельской оболочке! - Снова шутишь? – поинтересовался брюнет. - А ты начинаешь меня понимать… - ухмыльнулась блондинка. – Хотя, я не совсем шучу, цунами там действительно было и деревню снесло. Но все родные Джинни выжили и нашлись. Она помолчала немного, затем добавила: - И, кстати, не тебе говорить об осторожности, ведь твоя домработница, Николь,  тоже была в курсе того, что ты держишь меня в плену. - Это очень мило, что ты до сих пор помнишь её имя… - А у меня, вообще, отличная память. - Жаль, очень жаль. Я бы предпочёл, чтобы ты некоторые вещи забыла, например, меня. - Как же я тебя забуду? – искренне удивилась девушка. – Ты вырвал меня из нормальной жизни на полтора месяца… - А ты, как я вижу, мазохистка, - перебив блондинку, хмыкнул Микки, - раз так отчаянно хочешь общения с тем, кто, по твоим словам, мучил тебя. Почему же ты просто не забыла меня, как страшный сон? - Честно? – неожиданно серьёзно спросила Дженна. - Было бы неплохо. - Хорошо, - вздохнула девушка и встала, смотря на собеседника сверху. – Оказавшись дома, я сначала долго не могла поверить в то, что всё позади. Мне всё время казалось, что я вот-вот проснусь и снова окажусь в своей темнице. Но со временем я начала возвращаться к нормальной жизни, с головой окунулась в учёбу, поступила в университет… Всё было хорошо, мне так казалось, но потом я начала всё чаще и чаще задаваться вопросом – а что же всё-таки произошло? Как я оказалась дома? Почему ты вот так резко взял и отпустил меня и не просто отпустил, а отвёз домой? «Если бы ты знала, чего мне это стоило…», - невольно подумал Микки, смотря на девушку. Она продолжала: - Так прошёл месяц, два, три, четыре… Мне действительно хотелось забыть обо всё, ты не представляешь, насколько хотелось, но я не могла. Твои действия вызывали во мне слишком много вопросов. И в какой-то момент я поняла, что так дальше продолжаться просто не может и, если я не узнаю всего, то со временем просто свихнусь. А этого мне очень не хотелось. И тогда я начала пытаться найти тебя… - С твоей стороны это – самое глупое решение, - произнёс Микки и про себя добавил: «Такое же, как моё решение спасти тебя». - А твоё решение похитить меня и воспитывать не глупое, ты хочешь сказать? – вскинула бровь Дженна. - Я ошибся. - Что ж, приятно, что ты признаёшь свою неправоту, но это уже ничего не изменит. - А что изменит? – резонно спросил Микки. – Дженна, у меня такое чувство, будто ты сама не знаешь, чего хочешь. - Я знаю, поверь мне, - кивнула девушка. - И чего же ты хочешь? - Я хочу узнать ответы на все свои вопросы. А ещё я действительно хочу, чтобы ты почувствовал себя на моём месте. Знаешь, - она ухмыльнулась, - у меня невероятно поднимается настроение от одной мысли, что ты сидишь здесь, прикованный, и у тебя нет иного выхода, кроме как ждать меня. Микки медленно покачал головой. - Как видно, ты всё-таки сошла с ума… Ты говоришь совершенно неадекватные вещи. - Ага, от тебя заразилась, - огрызнулась Дженна. – Конечно, официальная наука отрицает возможность передачи безумия воздушно-капельным путём, но я склоняюсь к тому, что она ошибается. - И чем же я страдаю, по-твоему? - По-моему, ты самый настоящий психопат. И этим всё сказано. - И зачем же тебе со мной, с психопатом, разговаривать? Родственную душу увидела? - У тебя её нет, - спокойным, но пропитанным ядом тоном ответила девушка. - Дженна, неужели, тебе не на кого, кроме меня, капать ядом? – вздохнув, спросил Микки. Девушка хищно улыбнулась. Она медленно подошла к брюнету, останавливаясь слишком близко и со спокойной уверенностью смотря ему в глаза. - Как же я могу лишить тебя твоей заслуженной доли? – спросила она, продолжая слегка ухмыляться. - Я бы не обиделся, - равнодушно ответил Микки, также смотря собеседнице в глаза, поддерживая их зрительный контакт-бой. Дженна вновь коротко улыбнулась, на мгновение обнажая зубы. Упёршись рукой в спинку кровати, она медленно склонилась к лицу брюнета. - Уверен? – спросила она. Они были настолько близко друг к другу, что почти ничего не видели, кроме глаз другого: почти чёрные, невероятно глубокие глаза Микки и ярко-бирюзовые, сверкающие блеском вызова, глаза Дженны. Взгляд брюнета медленно наливался тяжестью и ещё большей чернотой, в зрачки проливалась чёрная ртуть. Он сглотнул, но продолжил смотреть в глаза похитительнице, сохраняя тягучее молчание. В этот момент Микки ощутил, как у него внутри начали виться его «демоны». Они проснулись. Он чувствовал это. - Я не слышу ответ, - проговорила девушка. - Отойди от меня, - максимально чётко произнёс Микки, невероятно тяжёлым взглядом смотря Дженне в глаза. Но ей всё было нипочём. Она не боялась опасных игр. Более того, она жаждала их, чтобы упиться в итоге своей победой. Усмехнувшись, блондинка покачала головой и протянула руку. Но не успела она коснуться плеча Микки, подливая в разгорающееся пламя бензина, как брюнет перехватил её тонкое запястье и крепко сжал. - Ты можешь играть, Дженна, - стальным, жутким тоном проговорил парень, смотря пленительнице в глаза. – Но не переходи в этих играх границы. Блондинка слегка прикрыла глаза и не пыталась высвободить руку из стальной хватки Микки. Было похоже на то, что ей было нечего ответить, и она сдалась, но… Слишком резко Дженна схватила свободной рукой Микки за волосы на затылке и дёрнула, вынуждая его запрокинуть голову. - А кто тебе сказал, что ты имеешь хоть какое-нибудь право выставлять для меня границы? – склонившись ещё ближе к лицу парня, произнесла блондинка. Микки чувствовал её горячее дыхание на своих губах. Он медленно сжал кулаки, сжимая запястье Дженны едва ли не до хруста и пытаясь сохранить самообладание, которое эта наглая, самодовольная девица рвала на части – рвала с превеликим удовольствием, наслаждаясь каждой эмоцией, скользнувшей в горько-шоколадных глазах своего бывшего «воспитателя». - Ты заигралась, принцесса, - жёстким, ледяным тоном произнёс брюнет. Это «обращение из прошлого» всё же сорвалось с его губ, но сейчас это уже было не столь важно. Их с Дженной война перешла на новый уровень, и снарядов, что таились в их глазах, могло с лёгкостью хватить, чтобы разорвать их обоих в клочья. Микки медленно поднял руку и также захватил волосы Дженны на затылке, сжимая их у корней. Он встал на кровати на колени, оказываясь выше своей пленительницы, в упор смотря ей в глаза прожигающим насквозь взглядом, и дёрнул, заставляя девушку резко запрокинуть голову. Дженна слегка поморщилась от боли, но ничего не сказала, продолжая прицельно и практически не моргая смотреть Микки в глаза; взгляд её был полон искрящей ненависти и желания боя и грандиозной победы над тем, кто когда-то пытался сломать её. - Подумай о своём поведении, Дженна, пока не поздно, - произнёс брюнет. Его взгляд сейчас был совсем чёрным жутким, а черты лица будто стали жёстче и заострились. Любой бы струсил перед лицом такого «демона», любой бы задрожал. Но Дженна давно перестала его бояться. И сейчас она даже не отвела взгляда, и ни единый мускул не дрогнул на её лице. - Сейчас мне достаточно сделать одно движение, - добавил Микки, продолжая смотреть Дженне в глаза, выжигая душу, если она у неё, конечно, была, - и я сломаю тебе шею. Брюнет потянул ещё сильнее, заставляя девушку максимально, до боли в шее, запрокинуть голову и вновь поморщиться. Но она почему-то по-прежнему никак не реагировала на слишком явную угрозу. - И ты не успеешь закричать, - сказал последнее слово Микки. Дженна продолжила молчать, смотря ему прицельно в глаза. Прошло несколько бесконечно долгих и опасных секунд, и она наконец-то ответила: - Так, давай. В глазах её продолжала сверкать стальная уверенность, которая сейчас так напоминала безрассудную глупость. Это был самый странный и рискованный ответ. - Но… - вдруг продолжила говорить блондинка. Микки всегда был очень внимательным, порой, он замечал такие мелочи, которых просто не способен заметить обычный человек. Но сейчас он не заметил того, как Дженна отпустила его волосы, он не обратил на это внимания. А всего через мгновение в его висок упёрлось холодное дуло пистолета, который девушка всё это время прятала сзади, под поясом джинсов. Оружие сверкнуло смертоносным чёрным блеском. - Но имей в виду, Микки, что я заберу тебя с собой, - закончила высказывание Дженна. В её глазах сейчас сверкала такая литая сталь, которой просто не могло, не должно было быть в глазах хрупкой девушки! Но за ангельской внешностью Дженны всегда скрывался кремень, в который были вмурованы сотни чертей. И Микки этих чертей задел и растревожил… - Поверь, - добавила девушка, - мне хватит и предсмертного рефлекса, чтобы вышибить тебе мозги. - Принцесса научилась обращаться с пушкой? – звеняще стальным, ледяным тоном спросил брюнет. Они по-прежнему не сводили друг с друга глаз, продолжая напряженный, изнуряющий зрительный контакт. И их черти, что водились в глубине груди, злобно шипели на своего обидчика. - Ты многого обо мне не знаешь, - таким же – ледяным тоном ответила Дженна. – Так что, советую тебе убрать руку и не портить мне больше причёску. Девушка вырвала запястье из захвата Микки и вцепилась в его руку, которой он сжимал её волосы, пытаясь разжать ему пальцы. Но брюнет сам отпустил её. Резким и сильным движением он оттолкнул её руку с пистолетом от своей головы, а после влепил Дженне оглушительную пощёчину. От силы удара её голова мотнулась вбок, и волосы упали на лицо, цепляясь за длинные ресницы. У неё онемела половина лица, щёку обожгло болью и даже искры вспыхнули в глазах, ослепляя на мгновение. - Сука, - только и смогла выдохнуть Дженна. Она медленно повернула голову, убийственным, полным злости и ненависти взглядом смотря на Микки. Её глаза потемнели от тяжёлых жгучих эмоций. Несколько секунд она сидела, прожигая обидчика взглядом, а затем резко замахнулась, желая ударить в ответ, но брюнет успел перехватить её руку, вновь до хруста сжимая тонкое запястье. Микки немного выкрутил девушке руку, заставляя её поморщиться от боли и склониться к нему. - Я тебе не соперник, - стальным тоном произнёс парень. – Не следует пытаться со мной бороться. Он выкрутил запястье Дженны ещё сильнее. Её руку до локтя прострелило вспышкой боли, и она скривилась. Предприняв несколько попыток высвободить руку из захвата, Дженна сдалась. Микки по-прежнему был слишком силён. Оставив свои попытки к освобождению, блондинка вздохнула и опустила глаза. - Да, ты прав, - произнесла Дженна. – Ты мне не соперник. - Тебе следует запомнить это, как аксиому, - в упор смотря в лицо девушке, ответил Микки. - Вторая рука, - непонятно сказала блондинка. - Что? - Вторая рука, - повторила Дженна и резко и со всей силы ударила Микки свободной рукой под дых. Брюнет резко выдохнул от умелого удара, инстинктивно подаваясь чуть назад и отпуская и вторую руку Дженны. Не медля ни секунды, девушка вскинула голову и нанесла второй удар, на этот раз в лицо, в нос. Микки прикрыл ладонью лицо, чувствуя, как между пальцев капает текущая из разбитого носа тёплая кровь. Дженна встала. Убрав пистолет обратно за ремень, она отряхнула руки и направилась к двери. Обернувшись на пороге, она произнесла: - И запомни, Микки, как аксиому – ты мне не соперник. Сказав это, она Дженна покинула спальню и заперла дверь. Микки остался сидеть, прожигая закрытую дверь таким взглядом, что она просто обязана была рассыпаться в щепки, но почему-то оставалась целой. У него внутри бурлил жгучий токсичный коктейль из самых тёмных и отвратительных эмоций. Микки слишком остро ощущал то, что его «демоны» пробудились от долгого сна. Он уже пять дней не принимал лекарства, и это не могло пройти бесследно. А вопиющая выходка Дженны и запах свежей крови: сладковатый и металлический, и вовсе не оставляли Микки практически никаких шансов остаться целым. Он чувствовал то, как его «голоса» вились у него внутри, подобно злым тёмным духам. Но они продолжали молчать. Они больше не были друзьями и союзниками в сложной и страшной борьбе Микки за сохранность своего разума. Микки медленно облизнул окровавленные губы, тут же ощущая солоноватый привкус на языке, и утёр кровь тыльной стороной ладони, размазывая её по лицу. «Зря ты объявила мне войну, Дженна, - подумал брюнет, продолжая смотреть на прямоугольник двери. Только взгляд его остыл, даже заледенел. – Я ведь больше не встану на твою сторону…». Кровь из разбитого носа не хлестала бурным потоком, но всё равно никак не хотела останавливаться. Взяв подушку, Микки разорвал наволочку, отрывая от неё лоскут ткани, и зажал импровизированной салфеткой нос.