Глава 26. День рождения
25 июля 2025, 19:00 Северус остановился на оживленной улице в маггловской части Лондона, глядя на то здание, адрес которого был указан в его пригласительном. Это оказался небольшой ресторан, который судя по всему был полностью закрыт на мероприятие, поскольку сразу у дверей его остановил швейцар и спросил о цели его визита.
Северус показал ему приглашение, которое специально зачаровал так, чтобы оно не вызвало недоумения и вопросов у магглов, и мужчина пропустил его дальше с вежливым поклоном, объясняя, где находится основной зал.
Сказать, что обнаруженная там компания была разношерстной, право было недостаточно. Не говоря уже о том, кто тут собрался. И ладно еще Грейнджер с, по-видимому, родителями, это было еще ожидаемо, учитывая все те связи, которые образовались между ней и Поттером в последние несколько месяцев. Или, например, пуффендуйка Эванс с явно матерью.
Но ведь это было еще не все. Компанию им составляли Блэки и при этом отнюдь не в единственном экземпляре в лице Сириуса, который, будучи одетым в футболку и рваные джинсы, развалился за угловым столиком с бутылкой пива в руке.
На Северуса смотрели знакомые глаза Регулуса, которого он до этого самого момента считал мертвым, а также матери братьев Блэк – Вальбурги. При этом женщина, в отличие от старшего сына, была одета хоть и на маггловский манер, но с изяществом.
- Ты почти совсем не изменился. Только стал старше, – раздался чуть позади женский голос. – Рада, что ты согласился прийти.
Северус медленно обернулся и против воли отступил на шаг. Там стояли люди, которых он когда-то очень хорошо знал, но которых видел в последний раз больше десяти лет назад, когда узнал от Лили о той аварии и пришел на похороны. Это был последний раз, когда он также видел ее саму живой, и ее последнее письмо, ставшее первым после выпуска.
- Я… - он больше ничего не сумел сказать, когда почувствовал, что его похлопали по плечу.
- Поверь, я понимаю, – голос принадлежал шавке. – Это ощущается хреново, но потом становится легче, если это принять.
Подобное обращение немного привело его в чувство и Северус раздраженно дернул плечом, скидывая руку Блэка.
- Что ж, видно вашими стараниями Поттер вырос совсем не таким, как того ожидал директор, – сказал он, оглядывая необычную компанию.
В этот момент внимание Северуса привлек сам виновник торжества. Поттер был одет в темно-синюю рубашку и джинсы, а его волосы были подобраны в высокий хвост, выставляя напоказ защитный амулет в виде кулона на серебряной цепочке. Подросток немного смущенно улыбнулся ему.
- Спасибо, что согласились прийти, профессор, – произнес он. – Мне правда приятно. К тому же я подумал и решил, что не буду против, если вы будете знать, с кем я жил до Хогвартса и живу сейчас. Но обсуждать столь личные вопросы там, где слух о них может дойти до директора, мне не хотелось.
- Полагаю, это разумно с вашей стороны, – кивнул Северус. – Особенно с учетом того, что Дамблдора весьма интересует эта информация. Однако должен признать, что вы действительно смогли хорошо спрятаться от него на эти годы, – подросток улыбнулся и Снегг вытащил из кармана с чарами расширения сверток, протянув его ему. – Это вам, мистер Поттер. Все же, если не ошибаюсь, вы собрались здесь в первую очередь затем, чтобы отпраздновать ваше двенадцатилетие.
Поттер выглядел смущенным, принимая подарок.
- Право, профессор, вам было необязательно, – пробормотал он. – Но спасибо.
- Помнится, ты подарил Лили волшебные краски, когда ей было двенадцать. Даже интересно, что ты выбрал на этот раз, – с улыбкой заметила тетя Эдит и Северус с трудом удержал лицо, он определенно не был готов к подобному откровению.
***
Гарри чувствовал себя не менее смущенным, когда разворачивал подарок, который ему неожиданно преподнес учитель зельеварения. Возможно, это был какой-то справочник? Потому что это явно была книга. Однако, открыв ее, он почувствовал, что это нечто гораздо более личное и потому ценное. Это были волшебные фотографии, пусть и немного мутные, но зато живые. На них он увидел рыжеволосую девочку примерно своих лет, которая качалась на качелях или лежала прямо на траве и улыбалась. При этом во втором случае компанию ей составлял мальчик того же возраста в поношенной, чрезмерно большой одежде с черными глазами и такими же волосами до плеч. Гарри узнал эту сцену. Мама, рассказывая ему о его учителе, упоминала, что в детстве они были довольно дружны и часто вместе сбегали в соседний парк, где, скрывшись в укромном уголке и развалившись прямо на земле, разговаривали о магии. Он сморгнул против воли выступившие на глазах слезы. Теперь он понимал, что имел в виду крестный, когда, подарив ему похожий альбом с фотографиями отца, сказал, что это лишь половина подарка. Но он никак не ожидал, что вторую половину он получит из рук профессора, отношения с которым у Сириуса все еще были далеко непростыми. - Я… Спасибо, но я… Не уверен, что я могу это принять, – пробормотал он. – Это… Уверен, что для вас это тоже важно. Я не могу забрать. - Я сделал эти фотографии на основе своих воспоминаний, мистер Поттер, – ответил зельевар. – Поэтому вы можете забрать их. Если мне зачем-то это будет нужно, я смогу сделать еще. Гарри кивнул, прижимая к груди заветные снимки, на которых его мать смеялась и была, наверное, самой счастливой. К его некоторому удивлению, его дедушка опустил руку нелюдимому зельевару на плечо и тот не отстранился от этого контакта. - Ты вырос сильным магом, Сев, – сказал Том. – Ты мог запутаться в хитросплетениях собственной судьбы, но ты явно хороший человек. Так что давай, посиди с нами хоть немного. К тому же, как я понял, у внука для тебя тоже есть подарок. Гарри не ответил, но его пальцы сжали спрятанный во внутреннем кармане рубашки пергаментный свиток. Вернувшись из одного из своих полетов к его родителям, Харон принес ему весточку не только для него самого. Послание Джеймса он уже отдал Сириусу, а вот второе письмо было адресовано именно профессору, но он не решился отправить его с пернатым гонцом.***
Будучи по натуре интровертом, Северус не особо любил подобные даже сравнительно небольшие сборища, а потому отказался играть в различные игры и большую часть времени провел за столиком в углу. К его некоторому неудовольствию, там к нему в какой-то момент присоединился Блэк со своим пивом. - Смотрю, ты как всегда в темном углу, Снегг, – заметил Сириус, падая в кресло напротив. – Как обычно. - Удивлен, что ты не жаждешь всеобщего внимания, – едко парировал Северус. – Ты же вечно там, где тусовка. Главный заводила всех увеселений. Блэк посмотрел на него исподлобья и вздохнул. - Мать вчера устроила большой бал в честь принятия Гарри титула. И если бы ты знал, Снегг, как я ненавижу подобные светские мероприятия. Со всей этой многочасовой подготовкой, которая длится раза в три дольше, чем само действо, – он поморщился. – Я люблю Гарри, но у меня после всего этого вообще нет сил. Тебе очень повезло, что тебя эта сторона иерархии обошла стороной, – он отпил глоток пива. Северус чуть приподнял бровь в скептицизме, но затем передумал язвить. Под глазами Блэка действительно лежали тени, а ведь тот менее полугода назад еще был в Азкабане и кто знает, насколько сильно на самом деле было подорвано его физическое здоровье. Все же десять лет непрерывного контакта с дементорами – это не шутки. Их почти даже мирное уединение прервало появление патронуса Минервы, при виде которого Северус непроизвольно поморщился. Неужели Альбус, потерпев неудачу, теперь решил надавить на него через свою заместительницу? Тем временем, оформившись котом, патронус начал передачу сообщения. - Северус, я знаю, что ты занят, но, пожалуйста, вернись в замок, – голос женщины подрагивал. – Альбус… Кое-что произошло. Я вызываю также остальных деканов. Нам нужно сообщить о случившемся попечителям. С последними словами патронус растаял. Блэк, проводивший взглядом исчезающий серебристый след, отпил еще один глоток пива. - Похоже, что действительно что-то произошло, раз железная Минерва так распереживалась, что не контролировала свой голос, – заметил он. Северус вздохнул и поднялся на ноги. На него смотрели все присутствующие, поскольку все они стали свидетелями сообщения. Вальбурга высказалась от лица остальных. - Все нормально, можешь идти, Северус. Мы все понимаем. Будем надеяться, что все будет в порядке, – сказала она. Снегг кивнул и направился к выходу. Почти у самых дверей его нагнал Поттер. - Постойте, профессор, – окликнул его когтевранец. – Я… Мне нужно кое-что вам отдать, – с этими словами он протянул ему немного помятый свиток пергамента. – Это письмо. Прочтите его, когда у вас будет возможность. Северус взял свиток и убрал во внутренний карман. Еще мгновение посмотрев на студента, он вышел из дверей ресторанчика и отправился в расположенную рядом подворотню, из которой он смог бы трансгрессировать.***
Мертв… Эта новость все еще отдавалась тупыми ударами молотка в голове Северуса, когда тот наконец спускался в свои покои. Альбус Дамблдор мертв. Не убит, а просто умер от сердечного приступа. Он попытался разложить случившееся по полочкам. Тело директора обнаружила Минерва после того, как в ее кабинете появился на портрете один из бывших директоров Хогвартса и сообщил о том, что Дамблдор неадекватен. Женщина дала начальнику время, чтобы остыть и взять себя в руки, а потом все же решилась подняться наверх, чтобы обсудить вторую волну рассылки писем. А в результате… Сумев наконец взять себя в руки и убедившись вместе с вызванной ею мадам Помфри в том, что директор действительно отдал душу Госпоже, Минерва отправилась рассылать патронусы с сообщениями всем деканам. Все же в самом замке на тот момент была только она сама. Помона уехала к старой подруге в ее усадьбу, чтобы отдохнуть и заодно насладиться ее уникальными и поистине величественными теплицами. Филиус отправился навестить родителей, которые сейчас жили в Швейцарии, где отношение к полулюдям было гораздо лояльнее и терпимее, чем в Британии. Ну, а сам Северус был на дне рождения у Гарри Поттера. Мысль о мальчишке напомнила зельевару о странном письме, которое когтевранец почему-то решил передать ему лично, а не отправить совиной почтой или даже со своим вороном. Сев в кресло и вызвав к себе одного из домовиков, чтобы тот принес ему кофе и пару бутербродов, он вытащил свиток. Ожидая свой заказ, Северус несколько минут рассматривал пергамент и даже набросил на него несколько диагностических и проверяющих чар, чтобы убедиться в том, что странное послание не несет в себе ничего нежелательного в магическом плане. Не то, чтобы он все еще считал Поттера способным на подобное, но все же не стоило недооценивать изощренное чувство юмора Блэка. Отпустив эльфа и сделав пару первых размеренных глотков, он все же развернул свиток, на которым было написано только его имя и больше ничего. При этом почерк показался ему не принадлежащим когтевранцу, а значит письмо должно быть на самом деле не от него и тот просто выступил посредником. В таком случае вдвойне странно, что сам отправитель не воспользовался совиной почтой. Однако прочитав несколько первых строк, Северус почувствовал, что его сердце неумолимо сжимается, а по щекам начинают стекать слезы. Это было невозможно… Однако прямо сейчас он сжимал в нещадно дрожащих руках письмо, написанное Лили. Его подруга нашла возможность написать ему даже из-за грани жизни и смерти.***
В тот вечер в подземельях древнего замка надрывался от рыданий мужчина. Живой физически, но с давно похороненной душой. Тот, кто отныне был свободен. Он оплакивал вовсе не безумца, чья собственная жизнь наконец была отнята силой, над которой не властен человек. Он оплакивал женщину, которая добровольно отдала свою жизнь ради самого дорогого, что послала ей судьба. Женщину, которая в минуту милосердия и доброты даровала ему свое прощение и сняла с его души весь груз, который он взвалил на себя еще годы назад. Без условий, без клятв, без обетов… От чистого сердца… Так, как она делала это всегда…Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!