Пролог. Маленькая ошибка - большое наказание

Большой зал для тренировок был вычищен до блеска.Паркет сверкал, как стекло.Запах: антисептик, старый пот, воск для пола.За окнами — ни звука. Все шторы плотно задернуты. Никакого солнца. Свет только там, где скажет дядя. Рико была младше остальных. Меньше ростом. Легче телом. Но ей нельзя было уступать. Её род — род Морияма. Тренировка длилась почти шесть часов. Команды — отрывистые, холодные. Ошибки — фиксировались сразу. Никакого второго шанса. Когда она сделала шаг — не туда, всего на пол пальца влево — все уже знали, что будет дальше. Даже не поднимали глаз. Кто-то тихо сжал кулаки. Кто-то сделал шаг в сторону. Кто-то — радовался, что не ошибся первым. — Остановись, — прозвучал голос. Ни гнева. Ни крика. Хуже. В голосе была усталость от её существования. Рико остановилась. В грудной клетке всё сжалось, как от удара током. Пальцы чуть дрожали, но она тут же зажала их в кулак. Ты — не девочка. Ты — проклятие наследие. Тетцудзю медленно встал. Костюм без складок. Рукава белоснежные. В правой руке — лакированная трость с выгравированной рукояткой. Он подошёл. — Где ошибка? — Левое колено, господин, — ответила она. Тихо. Ровно. Без лишнего звука. — Повтори движение. Она повторила. Словно в камере пыток — каждое движение ощущалось под взглядом, как под скальпелем. — Ещё раз. Ещё одно движение. — Снова, — холодная сталь, а не теплый голос, а которой так хочется мечтать. Снова, снова и снова. Ещё раз. Без ошибок. — Слабая, — бросил он.— Кто ты? Она сглотнула. — Слабая, господин. Вспышка. Резкая, звонкая пощёчина. Левый глаз на миг потемнел. Она чуть не пошатнулась. Нельзя падать, а то будет хуже. Молчание в зале стало мертвым. Даже дыхания никто не слышал. — Ты поняла свою ошибку? — Да, дядя... Вторая пощёчина была сильнее. По щеке — огонь, по уху — звон. Перед глазами — искры. — Не так. Он приблизился, и его дыхание ударило в лицо. Сухое, кислое. Запах власти. — Как ты меня называешь? Она подняла глаза. Это был момент, когда всё внутри сжалось. — …Да, Хозяин. Он отошёл, и все думали, что на этом конец. Но он не ушёл. Он развернулся к остальным. Указал тростью на мальчика лет десяти, ровесника, который дрогнул и чьи зелёные глаза судорожно пытались найти выход, когда Рико получила пощёчину. — Ты видел её ошибку? — Н-нет… — прошептал мальчик. — Ложь. Лжецов надо учить лично. Он посмотрел на Рико. — Пример для остальных. Она поняла. Подошла к мальчику. Он дрожал. Она — нет. Потому что если она не сделает это — сделает дядя. Хуже. С унижением. С ломанием. Рико подняла руку и ударила. Сухо,чётко, по плечу. Достаточно, чтобы мальчик вскрикнул, но не упал. Он посмотрел на неё сквозь слёзы. И понял. Она — не враг. Она — щит. Вечером, в коридоре, она стояла на коленях у входа в кабинет дяди.Вся тренировка — на износ. В ногах — судороги. В голове — стук крови. За спиной — след от трости. — Ты понимаешь, почему я не могу быть мягким? Она кивнула. Слёзы не текли. Она себе не разрешала. Ей запретили. — Ты моя кровь. Ты — лицо Морияма. Если ты слабая — ты позор. Если ты упряма — ты предатель. А предателей ломают.Она склонила голову. — Да, Хозяин. Он махнул рукой. — Иди. Завтра — новая тренировка. Сделаешь ещё одну ошибку — удар будет по костям. Рико встала. Молча. И пошла. Не дрожала и не спотыкалась. Только когда дверь за ней закрылась, и свет в коридоре стал тусклым, она позволила себе один вдох. Тихий. Быстрый. Рваный. Она не выдержит.