Общий сбор

В квартире Эдгара было тихо. Сэнди сидел на кухне, подперев голову рукой, и смотрел на потухшую плиту. Его телефон лежал на столе экраном вниз — он уже час не прикасался к нему, хотя обычно не выпускал из рук. Рядом стояла кружка с давно остывшим чаем, на поверхности которого застыла тонкая коричневая плёнка. Фенг стоял у окна, засунув руки в карманы штанов, и смотрел на тёмную улицу. За стеклом моросил дождь — мелкий, нудный, какой бывает только глубокой осенью. Капли стекали по стеклу, искажая жёлтый свет уличного фонаря. На стенных часах тикала секундная стрелка. Каждый тик отдавался в голове, как удары маленького молоточка. — Ну и денёк, — сказал Фенг, не оборачиваясь. Голос его звучал глухо, будто он говорил в подушку. — Я хочу спать, но не могу, в голове ебучая каша. — У меня то же самое, — ответил Сэнди, потирая глаза кончиками пальцев. Под ними залегли тёмные круги, он выглядел так, будто не спал несколько суток. — Мы сидим здесь, Честер лежит там с камерами в глазах, Эдгар пошёл к этой Колетт, у которой мама — психопатка, работающая на секретную организацию. — он усмехнулся невесело, беззвучно. — Если бы мне кто-нибудь сказал это неделю назад, я бы подумал, что он головой ебнулся. — А сейчас? — А сейчас я сам готов поверить во что угодно. Фенг отвернулся от окна, прошёл к столу и сел напротив Сэнди. Деревянный стул скрипнул под его весом. Он положил руки на стол, переплёл пальцы. — Давай-ка по порядку, — сказал он, глядя на друга. — Что мы знаем наверняка? — Эдгар — аномалия, — начал Сэнди, загибая пальцы. Голос его стал тише — будто он боялся, что Честер услышит. — Он может переписывать реальность, но не всегда. У Колетт дома стоит глушилка, поэтому он там отключился. — Байрон не учитель, а оперативник этой всей шайки, — подхватил Фенг. — И мама Колетт тоже. — Честера схватили, вставили ему камеры в глаза и заставили работать на них, — продолжил Сэнди, загибая третий палец. — И если Эдгар не придёт на завод керамики, семью Честера убьют, — закончил Фенг. Оба замолчали. В гостиной, за стеной, послышался тихий звук — Честер вздохнул во сне. Или сделал вид, что вздохнул. Сейчас никто не мог быть уверен. — И что мы с этим можем сделать? — спросил Фенг, понижая голос до шёпота. — Мы — обычные школьники. Без способностей, без оружия, без связи с какими-то подпольными организациями. — он провёл рукой по лицу. — У тебя жим лёжа сто тридцать, но против людей, которые вставляют в глаза камеры, это не поможет. — Мы можем быть рядом, — сказал Сэнди. — Эдгар не один. Даже если он думает, что ему всё по плечу. — Но что мы сделаем... — Не знаю..., — Сэнди покачал головой. — Мы что-нибудь придумаем. Фенг хотел что-то ответить, но передумал. Вместо этого он посмотрел в сторону коридора, ведущего в спальню Эдгара. — Слушай, — сказал он, понижая голос ещё сильнее. — А ты замечал, что Эдгар никогда не пускает нас в свою комнату? — Замечал, — кивнул Сэнди. — Говорит, там бардак. Но мы оба знаем, что он аккуратный, у него даже кроссовки по линейке стоят. — И что ты думаешь? — Думаю, там что-то есть. Что-то, что он не хочет нам показывать. Они переглянулись. — Эдгар сейчас не дома, — тихо сказал Фенг. — Знаю. — А Честер спит. В любом случае — он в гостиной. Мы можем пройти тихо. Сэнди помолчал несколько секунд. Потом кивнул. — Идём. Но быстро. И ничего не трогаем. Они бесшумно встали из-за стола. Сэнди — первым, Фенг — за ним. Их шаги по линолеуму казались оглушительно громкими, хотя на самом деле были едва слышны. Они прошли мимо гостиной. Честер лежал на диване, отвернувшись к спинке. Его плечо вздымалось и опускалось в ровном ритме. Сэнди переглянулся с Фенгом. Оба замерли на несколько секунд, прислушиваясь. *тишина* Они двинулись дальше. Коридор был тёмным — единственный источник света, тусклая лампочка под потолком, горела на кухне, и её слабый отсвет едва доходил сюда. Сэнди нащупал ручку двери спальни. Холодный металл обжёг пальцы. Он медленно нажал на ручку. Дверь открылась. Спальня Эдгара пахла пылью, старыми книгами и чем-то ещё — чем-то едва уловимым, горьковатым, похожим на дым или на высохшие чернила. Фенг включил свет на телефоне — узкий белый луч скользнул по стенам и они увидели ВСЁ. Стены спальни были оклеены не обоями — бумагой. Листы формата А5, вырванные из тетрадей, блокнотов, возможно, даже из школьных учебников. Они висели часто, закрывая большую всю поверхность стен, кроме маленьких участков. На каждом листе — стихи. Сэнди подошёл ближе, поднёс телефон к одному из них. Мелкий, нервный почерк, строчки наклонены вправо, будто писали в спешке, боясь не успеть. Чернила — чёрные, синие, красные, иногда карандаш, иногда ручка, которая уже кончалась. «Гнилью на поле пахнет рожь, Отвратней урожай будет лишь мой...» Дальше — больше. «Я иду по лезвию бритвы, И каждый шаг — мой последний...» «Мама, прости, что я не умер тогда, Когда ты впервые ударила меня...» Сэнди сглотнул, в горле пересохло. Он перевёл луч на стол. На письменном столе ещё больше листов. Стопки, хаотично наваленные друг на друга. Некоторые смяты в комки, некоторые порваны пополам, некоторые исписаны до полей с обеих сторон. Ручки без колпачков валялись рядом высохшие, с разбитыми стержнями. Фенг подошёл к углу комнаты. — Сэнди, — позвал он. Голос его дрожал. Сэнди обернулся. В углу, на полу, лежали обломки клюшки. Та самая клюшка, которую они подарили Эдгару на день рождения. Он разбил её — разнёс в щепки, но не выбросил. Обломки были аккуратно сложены в кучу — от самого крупного, с остатками гравировки, до самых маленьких, похожих на зубочистки. Рядом — кусок скотча, будто он пытался склеить их обратно. Пытался, но бросил. — Кажется, ему не понравилось... — прошептал Фенг. — Зачем он сломал? — Не знаю, — ответил Сэнди, не отрывая взгляда от обломков. — Может, воспоминания или сорвался просто? Фенг поднял один из обломков — самый крупный. На нём всё ещё было видно имя Эдгара, выцарапанное когда-то давно, ещё до того, как клюшка стала подарком. — Мы не должны были это видеть, — сказал он, кладя обломок на место. — Знаю, — кивнул Сэнди. — Эдгар не хотел, чтобы мы знали, что он... — он запнулся, подбирая слово. — Страдает? — закончил за него Фенг. — Да. Они постояли ещё несколько секунд в тишине. Луч телефона дрожал в руке Сэнди — от холода или от того, что он увидел. — Выходим, — сказал Сэнди. Они вышли из спальни так же тихо, как зашли. Закрыли дверь — без щелчка, придерживая ручку рукой, чтобы не шуметь. Вернулись на кухню. Сэнди сел на стул, уронил голову на руки. Фенг прислонился к холодильнику, скрестив руки на груди. — Давай сделаем вид, что ничего не видели, — сказал Сэнди, не поднимая головы. — Согласен, — кивнул Фенг. — Ему иьак тяжело, не будем лезть в душу. — А если ему нужна помощь? — спросил Сэнди, поднимая глаза. — Он сам попросит, когда будет готов, — ответил Фенг. — Ты же знаешь Эдгара. *скрежет ключа* Оба вздрогнули. Эдгар вошёл в квартиру, с ним Колетт. На его лице застыла усталость — глубокая, выматывающая, будто он нёс на плечах неподъёмный груз. Но в глазах мелькнуло что-то тёплое, когда он посмотрел на неё. — Ты смог? — спросил Фенг, вставая. — Смог, — ответил Эдгар, снимая кроссовки. Жилетка его промокла от дождя, волосы слиплись. — Она с нами. Колетт стояла в прихожей, переминаясь с ноги на ногу, и нервно улыбалась. Её щёки раскраснелись от холода, на куртке блестели капли дождя. — Привет, — сказала она. — Я... надеюсь, я не помешаю. — Ты как раз вовремя, — ответил Сэнди, выпрямляясь. — Мы как раз собирались обсуждать план. — Давайте на кухню, — кивнул Эдгар. — Там теплее. Они расселись вокруг стола. Колетт села рядом с Эдгаром — так близко, что их плечи почти касались. Сэнди и Фенг — напротив. Настольная лампа горела тускло, отбрасывая длинные тени на стены. За окном моросил дождь, и его ровный шум создавал ощущение оторванности от мира. — Итак, — начал Эдгар, доставая телефон. — Честер написал. Он положил телефон на стол, развернув экраном к друзьям. Честер: Пошли завтра ночью на завод керамики погуляем, а??? Фенг прочитал сообщение, потом перечитал ещё раз. — Завтра ночью, — сказал он. — Не дал нам много времени. — А что мы можем сделать за это время? — спросила Колетт. Её голос звучал тихо, почти шёпотом. — Придумать план, — ответил Эдгар. — Базовый, но лучше, чем ничего. Он вытащил из ящика стола лист бумаги и ручку. Рука его не дрожала — он был собран, как перед боем. — Я пойду с Честером. Туда на завод, — сказал он, рисуя схему на листе. — Сэнди, Фенг, Колетт вы будете рядом, но в укрытии. — В каком? — спросил Сэнди. — За территорией завода, скорее всего, есть лесополоса, — ответил Эдгар, продолжая рисовать. — Или старые здания. Я знаю это место — там есть где спрятаться. Вы ждёте снаружи. — Ждём чего? — спросил Фенг. — Сигнала, — ответил Эдгар. — Если внутри всё пойдёт не так, я дам знак. Допустим... ну, бля, проору что-то. Вы подойдёте поближе, чтобы хотя-бы увидеть, что там случилось... — А если ты не сможешь? — спросила Колетт, её голос дрогнул. Эдгар поднял на неё глаза, в его взгляде не было испуга. — Тогда вы не входите, — сказал он. — Ждёте до утра. И вызываете полицию, если я не вернусь. — Это плохой план, — сказал Фенг. — У нас нет другого, — отрезал Эдгар. — Но есть кое-что, что делает его не таким безнадёжным, — добавил он. — Что? — спросил Сэнди. — Моя способность, — ответил Эдгар. — На заводе её, скорее всего, не будут глушить. Они хотят, чтобы я пришёл туда добровольно, и не догадываются, что я знаю о засаде. Значит, внутри она будет работать. — И что ты сможешь сделать? — спросил Фенг. — Переписать реальность, — просто сказал Эдгар. — Переиграть ситуацию столько раз, сколько потребуется, чтобы найти вариант, где мы все остаёмся живы. — А если не найдёшь? — спросила Колетт. Эдгар помолчал. — Так не бывает, — сказал он. — Я точно найду верный вариант. В комнате повисла тишина. Дождь за окном усилился, забарабанил по подоконнику. — У нас нет выбора, — сказал наконец Сэнди. — Честеру могут убить семью. Мы не можем это игнорировать. — Мы будем рядом, — добавил Фенг. — В кустах, как ты сказал. — Но надолго нас там не хватит, — усмехнулся Сэнди. — Холодно же. И дождь обещают. Колетт слабо улыбнулась — первая улыбка за весь вечер. — Значит, завтра ночью, — сказала она. — Завтра ночью, — кивнул Эдгар. Он убрал ручку и лист в стол. — А сейчас... — он посмотрел на Колетт, потом на друзей. — Всем спать. Завтра будет тяжёлый день. — А ты? — спросил Фенг. — Я посижу ещё немного, — ответил Эдгар. — Подумаю. А вы завтра утром в раздевалку спрячьтесь. Все. По камерам не должны знать, что мы заодно. Сэнди и Фенг переглянулись, но спорить не стали. — Спокойной ночи, — сказал Сэнди, поднимаясь. — Удачи, — добавил Фенг. Они вышли из кухни и направились в прихожую — там, на полу, они уже расстелили спальники. По пути они бросили быстрый взгляд на Честера. Тот лежал на диване, отвернувшись к стенке. — Как думаешь, он слышал? — шёпотом спросил Фенг. — Без понятия, — ответил Сэнди. — Но будем надеяться, что нет. На кухне остались только Эдгар и Колетт. Лампа горела, отбрасывая жёлтый круг света на стол. За окном моросил дождь. — Ты не один, — сказала Колетт. — Помни это. — Помню, спасибо, — ответил Эдгар. Она взяла его за руку — второй раз за этот вечер. Его пальцы были снова холодными. Она сжала их крепче. — И я с тобой, — добавила она. — До конца. Эдгар посмотрел на их сплетённые руки. Потом — ей в глаза. — Я ценю это, Колетт... — сказал он, смущаясь. За окном начинался новый день. Возможно, последний.