Глава 2. Благословлённые

      Даркара бежала. Мягкий, рыжий, как её шерсть, песок сменился сухой жёлтой землёй, покрытой трещинами. Редкие живучие растения пробивались на свободу к солнцу. Вода осталась в оазисе, в Волчьем крове. Но Даркара бежала. За расколотой землей жили люди, и они манили Даркару к себе. В её теле ещё была вода, которая не давала Даркаре испытывать жажду и делала волчицу выносливой, словно верблюда.       Её Волк остался в Волчьем крове. Её волчата остались с отцом. Её стая осталась под защитой Вожака. Но Даркара бежала к извечным врагам своей семьи — к людям. Она инстинктивно знала дорогу в человеческий город, ведь в нём она выросла.       Даркара остановилась, лапы нащупали крохотную траву, за которой начиналось поселение двуногих. Трава, кустарники, цветы, защищающие себя колючками — они были признаком, что рядом есть река. А где река, там и люди. Даркара принюхалась. Запах человека нельзя было спутать. У других волков шерсть поднималась дыбом, когда они чувствовали человека. Даркара лишь высоко подняла голову и усилила бег.       Под лапы начали попадаться камни, булыжники, крупный мусор. Слышны были проклятья и ругательства. Земля была твёрдой и прочной. Даркара выпустила когти и поцарапала ими толстый пласт известняка. Под ней была каменоломня, под ней были люди. Из пещеры выезжали повозки, забитые известняком. Люди, стоная, тянули повозки. Надсмотрщики окриками гнали их вперёд.       — Вор!       — Разбойник!       — Детоубийца!       Так люди, в руках которых была палка для битья, объясняли человеку, в руках которого была палочка для письма.       Даркара спрыгнула вниз и снова побежала. Теперь же ей встречались высокие деревья, земля была рыхлой, пыльной, со следами человеческих ног. Худые бездомные собаки, едва учуяв Даркару, прятались за камнями, в ямах, забирались на холмы. Даркара их не замечала. Она бежала к людям. Она бежала к своему Человеку.       Первые жилища людей были жалкими. Они были сделаны из хрупкой грязной глины и ила. Даркара не чувствовала свежей еды, не улавливала запах мяса. Люди, идущие мимо своих домов, были не толще брошенных собак. Грязные, голые или одетые в дырявые лохмотья, хромые, болезненно пахнущие. От некоторых Даркара чувствовала запах разложения плоти. Но, увидев Даркару, больные голодные люди вдруг заулыбались и радостно закричали ей.       Даркара бежала по узким грязным дорожкам. Люди расступались и с почтением опускали голову. Они предлагали ей свою еду. Даркара пробегала мимо. Людям еда важнее. Они звали её себе в дом, быстро выметали с дороги пыль и вычёрпывали жидкую грязь, чтобы Даркара не испачкалась. Но ей было всё равно на свои лапы. Даркару ждал её Человек. Она знала, что сейчас он в этом городе. Он сказал, когда будет, и Даркара спешила к нему.       За трущобами начинались дома из плотной и крепкой глины. Но они всё также утопали в грязи, плотно стояли друг к другу, а люди жаловались на дорогое зерно. Лапы Даркары начали зудеть. Она остановилась перед жилым домом. Хозяйка тут же отворила ей дверь, налила ведро чистой воды и дала мясо быка. Даркара хотела отказаться от мяса, в доме, помимо женщины, было трое детей и два старика, но люди настаивали, чтобы Даркара поела, и она вцепилась зубами в тёплое мясо. После того, как она насытилась, тело расслабилось, Даркару резко накрыл сон, и она подчинилась инстинкту. Пока она спала, в доме стояла тишина, даже дети перестали играть.       Спала Даркара недолго. Проснувшись, она нежным прикосновением носа поблагодарила женщину за кров и еду и побежала дальше. Из разговора людей Даркара услышала, что её хозяин здесь. Он ждёт её.       Люди называли её Человека хозяином. Но Даркара больше любила слово «Отец». Хотя можно ли было считать его отцом? Он был человеком, она волчицей. В их жилах текла разная кровь. Их лица были непохожими как небо и земля. Но он спас её от смерти и дал ей имя — Даркара. Люди того, кто даровал им жизнь и нарекал именем, называли отцом. Может быть, её Человек тоже ей отец?       Человеческие мысли больно били по сознанию волка, и Даркара их прогоняла. Инстинкты были проще и надёжнее.       Она бежала по шумному многолюдному рынку, бежала возле высоких каменных домов-дворцов, окружённых стражниками. Её Человек должен был быть в трактире, но его там не оказалось. Она услышала, что он у реки, и Даркара понеслась к тёмной Фине.       В порту его не было. Даркара направилась к зарослям пальм, к местам кормления птиц, крокодилов, антилоп и диких кошек. Иногда её Человек любил посидеть у деревьев и подумать о своём, человеческом, смотря на бесконечный поток воды.       Но возле любимой пальмы её Человека не оказалось. Вместо него сидел молодой юноша, такой же рыжий как Даркара. Он ел лепешку, в которой было завёрнуто мясо козлика. Юноша беззаботно смотрел в небо и свистел. Даркара бы побежала дальше, запах её Человека был близок, но она заметила два капкана, которые притаились в зелёных кустах прямо возле руки юноши. Тут же стояла кожаная фляга с водой, которую юноша брал в руки и запивал еду.       Запах незнакомый. Юноша не знает её. Даркара, стараясь не напугать, осторожно двинулась на него. Взгляд приник к капканам.       Но, как только она вышла из-за зелёных зарослей, юноша увидел её и взвизгнул. Он дёрнулся влево.       Даркара бросилась на него. Она толкнула юношу тяжёлыми лапами. Фляга упала на капкан. Железные зубы защёлкнулись. От резкого звука Даркара вздрогнула.       Юноша сидел на коленях и выпученными глазами смотрел на Даркару. Она взяла в пасть ветвь пальмы, которая лежала на берегу и положила во второй капкан. Он с тем же ужасным скрипом захлопнулся.       — Т-ты? Т-ты? Т-ты спас меня? — спросил юноша.       Даркара села перед ним. Ей нужно было идти, но она хотела убедиться, что юноша не пострадал.       Он встал, робко, испуганно попытался попятиться назад, но за спиной была пальма.       — Т-ты… ты же собака?       В его словах была глубокая надежда. Но Даркара стиснула зубы и зарычала.       — В-волк?       Она издала короткий рык.       — Ты ручной? У тебя есть хозяин?       Она снова зарычала. У неё есть Человек. Отец.       Даркара встала и пошла к юноше. Он вытянул руку. Тёплая дрожащая ладонь коснулась головы Даркары и провела по спине. В зелёных глазах сидел страх, но больше в них было изумления и любопытства.       Любопытство — опасное чувство для человека и для волка. Но благодаря нему Даркара стала той, кем сейчас является.       Волосы юноши были рыжие точно её шерсть. Он ей сразу понравился. Даркара лизнула юношу в лицо и побежала.       Он был хорошим человеком, но чужим.

***

      Нипа, последний город Чёрного Кьяруса, утопала в человеческих голосах. На причале, вымощенном гладкими камнями, шумно суетились торговцы. Тор слышал звуки монет, которые ходили по рукам покупателей и торговцев, окрики голосистых женщин, кудахтанье кур, заточённых в клетку. Рынок был полон ароматов масел и духов, острых специй и пряных сладостей. И в то же время погряз в зловонье продаваемых ослов, свиней и птиц, в запахе выловленной из Фины рыбы.       Барка остановилась в Нипе на привал. Торговцам нужно было выгрузить часть товаров и затариться новыми перед отплытием в Атум. Крестьяне из Чёрного Кьяруса тоже мечтали об отдыхе после недели плаванья. Пока отец с односельчанами устраивались на постоялом дворе, Тор решил отдохнуть на берегу, подальше от людных пристанищ. Нипа начала разливаться. За те дни, пока они плыли, вода в реке росла. Засуха заканчивалась. Пришла вода, а с ней и новый год. Тор, любуясь быстрым течением, радовался началу нового разлива. Если есть вода, значит, будет и жизнь. Но его отец не разделял восторг сына. «Если воды будет много, Фина нас затопит. Вода может быть жизнью, но может стать смертью». Отец никогда не улыбался.       «Сын, будь молчалив в Атуме. Ты нужен мне, чтобы подтвердить столичным сановникам ложные записи. Докажи, что любопытство не сгубит тебя», — перед уходом из дома сказал он.       «Я только хочу нам помочь», — кивал Тор.       Когда они сели в барку, Тор услышал с берега тихие слова мамы. Дина думала, что сын не слышит их, но он услышал:       «Ласу из дома тянули знания. Тора тянут звёзды.»       … Отдохнуть у пальм не получилось. Странный зверь, волк, перепугал Тора до смерти. Но что хуже — породил в голове сотни вопросов. Что это было? Как это было?       Тор поспешил к отцу. Постоялый двор расположился далеко от реки, на многолюдной переполненной улице. Дом обветшал, стены покрылись трещинами, но от людей спасу не было. Фина являлась последним городом Чёрного Кьяруса перед границами Зелёного Кьяруса. Вельможи и богатые кьярусинцы селились на постоялых дворах поближе к Фине, бедные странники и рыбаки вынуждены были идти вглубь Фины. Город патрулировали стражники. Тору показалось, что их слишком много. Стражники шли отрядами по десять человек, отлавливали в толпе людей, внимательно осматривали и расспрашивали их.       — Отец! Я встретил необычного волка! — Тор ворвался на постоялый двор.       Отец сидел в углу у стены и ел суп, который за один тэ разливала по тарелкам хозяйка двора. Окит насупил взгляд:       — Где ты встретил волка? Ты ушёл из города?       — Нет. Я только отошёл от пристани, спрятался за пальмами. Да, далеко ушёл… — Тор усмехнулся. — Но не важно. Там, в этих пальмах, были капканы для антилоп и диких кошек. Я бы попался, Мать подтвердит, но волк спас меня! Он отпихнул меня в сторону и защёлкнул капканы!       — Мать родная! — отец отставил тарелку. — Ты в порядке? Он тебя не покусал?       — Волк спас меня, отец. Не вру! Я не понимаю, что произошло… Я подумал, что это рыжая большая собака. Но волк… он, — Тор снова усмехнулся, — он ответил мне, что он волк. Я не знаю, что произошло! Волк будто разумом обладал!       Отец покачал головой.       — Хватит, Тор. Опять ты за своё.       — Этот волк и вправду обладает разумом. Человеческим, — вставила слово хозяйка, крупная женщина с продолговатым лицом. — Но это не волк, а волчица по имени Даркара.       — В каком смысле? — отец двинул бровью и дал хозяйке медную монету.       Женщина, убрав монету в карман, налила суп в ещё одну тарелку.       — Давно это случилось, семь лет назад или около того. Волчица, наша Даркара, спасла в пустыне от мучительной смерти иаланку. А иаланка в благодарность подарила ей человеческий разум и продлила волчью жизнь в два раза. Даркара умна как человек, только не говорит. Она как добрый хранитель в нашем городе. Скольких людей спасла… Наш сын, когда ему ему было четыре года, потерялся в пустыне. Мы обыскали все пески. Думали, всё, погиб. Но Даркара нашла нашего мальчика и привела к людям.       Женщина, смахнув с щеки слезу, подала Тору тарелку с супом.       — Она трижды вытаскивала утопающих из реки, — заговорил низкий мужчина, хозяин постоялого двора. — Четырежды спасла детей от крокодилов. И однажды заблудившегося путника напоила водой из своего тела. В Даркаре слились красота и разум, а храбрость её не знает предела. Редкий дар для смертного зверя!       — Почему волчица любит людей? — Тор взялся за суп. Он был пустым и противного жёлтого цвета. Но на более изысканное блюдо денег у отца не было.       — Человек её спас и вырастил, — сказал хозяин. — Иалан по имени Анай.       — Иалан?! — воскликнул Тор и поставил тарелку на пол.       — Да, иалан. Он близкий друг нашего трактирщика Кавоха, прилетает к нему по несколько раз в год. Подружились, ещё когда трактирщик в юности жил в Атуме.       — Давно это случилось, уже и не вспомню, сколько лет назад, — произнесла хозяйка. — Анай отдыхал в пустыне, вдали от людей, и нашёл осиротевшего волчонка. Накормил, согрел, приручил. Но не стал превращать его в питомца, сказал, что волк должен жить в своей стихии. Анай поселился у Кавоха и стал воспитывать в щенке волка. Учил Даркару, так он назвал волчонка, охотиться, прятаться, прививал волчьи повадки, пригласил с Иаланра людей, учёных по волкам. И, когда пришло время, Даркара встретила волчью стаю, которая приняла её, и ушла от нас. Но не забыла. Она живёт в оазисе Волчий кров, но часто нас навещает. Иалан Анай говорит Даркаре, когда он будет.       — Иалан здесь?! — Тор давно забыл про суп и даже не замечал, что какой-то ребёнок утащил у него тарелку.       — Да, в гостях у Кавоха.       — Тор.       Громом прогремел голос отца.       Тор очнулся. Он обещал. Никаких иаланов. Забыть свои мечты.       — Что случилось с иаланкой, которую спасла Даркара? — тоскливо спросил Тор. — Почему она оказалась в беде, в наших пустынях?       — Наш царь Рогос приговорил её к пыткам и к смерти в пустыне, — мрачно ответил хозяин. — Она, иаланка, молодая девушка, чем-то разгневала царя. Его слуги долго мучали девушку и после бросили в пустыне.       — Нет, — сказала жена. — Девушку намеренно оставили живой в пустыне, чтобы посмотреть, сможет ли она выбраться к своему кораблю или нет.       — Царь не мог причинить вред иаланке, — твёрдо возразил отец. — Иаланы неприскосновены даже для царя. Они выше царя и его семьи.       — А наш царь смог, — скривилась хозяйка.       — Не царские ли стражники из столицы рыщут сейчас по Нипе? — зло усмехнулся отец.       Муж и жена переглянулись и промолчали.       — Слышал, в Нипе видели беглого принца Казира! — в разговор нахально влез проходивший мимо мужчина, по смешно яркой одежде похожий на бродячего актёра.       Муж и жена снова не ответили. Жена вернулась к чану с супом, муж занялся подсчётом денег.       Тор сел и забился в угол. В голове бился рой мыслей. Слишком много нового за один день. Совсем рядом, за парочкой кварталов, в трактире сидит живой иалан, потомок Матери, и он, Тор, даже не имеет права его увидеть. Другой же иалан, девушка, благословила волчицу, наделила разумом… Так что же получается, волчица теперь ровня человеку? Раньше Тор бы подумал, что хозяева постоялого двора шутят или повторяют сплетни, но Тор сам видел, что волчица умна почти как человек.       К Тору подсел отец и подал тарелку с супом.       — Ешь.       — Ты снова потратил тэ? — печально спросил Тор.       — Набирайся сил, — сухо сказал отец.       Тор взглянул на суп тошнотворного цвета и поморщился.       — Ты веришь, что наш царь пытал иаланку?       — Как знать, — отец пожал плечами. — Муж и жена повторяют то, что слышали от горожан. Сами-то не видели этой женщины. Но, если ты видел волчицу с человеческим разумом, то кто-то подарил ей разум. И на то была причина.       — Отец, иерархия нашего мира…       Отец кивнул:       — Иаланы — высшие люди, прямые потомки Матери, полубоги. Затем царский род Рамонов. Он был послан иаланами на Таланр, дабы управлять нами. В Рамонах тоже течёт божественная кровь, но её меньше чем у небесных людей. Иалан живёт двести лет, жизнь наших царей не превышает и века. Рамоны тоже полубоги, но они слуги высших людей. Они должны подчиняться иаланам, должны выполнять их приказы. Если Иаланр захочет, он с лёгкостью уничтожит царский род и поставит над нами новый род. Многие царские династии в мире так падали, теряя доверие Иаланра.       — Почему же царь пытал иалановскую девушку? Причинение вреда иалану или же убийство — страшный грех! Даже для царей иалан не прикасаем.       Отец нахмурился.       — Царь Рогос полон грехов. Он убил своего отца, убил семью своего наследного брата. Его брат Амос вместе с сыном Казиром спаслись бегством, а Рогос стал царём… Царь похоронил все заветы Матери и растоптал законы иаланов.       От мрачного голоса отца у Тора по коже пробежал озноб.       — Наш царь — узурпатор, — задумался Тор. — Он не должен сидеть на троне. Казир по праву рождения должен занимать трон. Я его видел, он непробиваемый, он полубог.       — Иерархия нашего мира, — сердито проговорил отец. — После полубогов Рамонов идут люди, второрождённые дети Матери, которые делятся на вельмож, писцов, воинов и крестьян. За ними четвероногие, летающие и ползающие твари. Не забывай иерархию, Тор. Среди второрождённых детей ты в самом низу. Так распорядилась Мать.       Тор понял, что отец больше не настроен разговаривать и уж тем более спорить. Он через силу проглотил мерзкий суп и с позволения отца вышел на улицу. Прислонившись к грязной стене, Тор устремил взгляд к небесам. Всего за несколькими домами, за несколькими улицами стоит корабль с иаланом. Наследие Матери так рядом… Всего лишь бы взглянуть, всего лишь бы поговорить… Может быть, небесный человек сможет помочь им? Царь, кажется, забыл про Чёрный Кьярус, нежась в зелёных садах своего дворца.       По улице бегали дети, играя с деревянными игрушками, старики сидели в тени крыш и обсуждали скудный сбор урожая. Никому словно не было дела, что по их землям ходит животное с разумом человека, а полубог прилетает в город из года в год. Но Тору было не всё равно. Сегодня обещали звездопад. Так вдруг это знак, что он должен действовать? Мать неспроста послала ему волчицу, выращенную иаланом. Она даёт понять — действуй, сын мой.       «Но я дал обещание отцу».       «Я не буду говорить с иаланом. Я только посмотрю его корабль».       Тор спокойно дождался ночи. Когда отец и односельчане легли спать, разместившись на полу с остальными постояльцами, он, надев тёмную толстую накидку, тихо покинул постоялый двор. Небо и впрямь было звёздным, словно кто-то выпустил рой светляков. Луна светила ярко. Тор примерно знал, где находится трактир, в котором гостит иалан. Пока отец разговаривал с мужчинами из посёлка, он тайно расспросил о трактире хозяев постоялого двора.       Ночь была холодной, дул с реки промозглый ветер, ставни окон были плотно закрыты. Но по улицам всё равно ходили люди. Стражники, патрулирующие город. Бездомные голодные дети, которые, едва заметив стражу, бежали куда глаза глядят. Пока Тор шёл два квартала, вернее, протискивался по узким улочкам, к нему пристали две шлюхи, он еле освободился от их объятий.       Трактир стоял на просторной широкой улице. Пение, пляски, музыка доносились через закрытые двери. За уличными столиками сидели люди и дружно выпивали. «Наверное, иалан тоже не спит». Но, едва Тор задумался, с крыши трактира воспарила огромная птица. Тор пригляделся и ахнул. Чёрная тень, привидившаяся птицей, оказалась чёрным кораблём иалана. Тор даже не смог разглядеть его. Овалообразный предмет сорвался с крыши и полетел вглубь города. Никто из празднующих за столиками людей не обратил внимания на корабль иалана.       Тор побежал. Корабль летел медленно, не так резво, как железные диски, которые редко проскальзывали над Сиром, и бесшумно. Тору пришлось гнаться за кораблём через тёмные запутанные улицы, он взбирался по лестницам на крыши, спускался вниз, когда видел перед собой тупик. Нипа была настоящим лабиринтом из улиц, подъёмов и спусков.       Через некоторое время Тор осознал, что потерял корабль из виду. И он даже не знает, куда сам забрёл. Дома казались одинаковыми, улицы упирались в высокие стены. Бредущие люди не вызывали доверия. Старики-попрошайки, дети-воришки, женщины, торгующие собой. На Тора все смотрели враждебно, голодным взглядом охотника. Тор даже порадовался, что с него нечего взять. Он, пытаясь вспомнить, откуда бежал, пошёл назад. Ему казалось, за ним наблюдают, за ним кто-то идёт. Внезапно ветер привёл облака, которые закрыли звёзды и луну. В город проник сырой воздух. Тор шёл, стараясь не привлекать внимания. Человек, лежавший на земле, попросил подать ему милостыню.       — Как мне выбраться к реке? — спросил Тор и подал тэ, единственную монету, которая у него была.       — Иди вдоль стены, — сказал старик. — Только не попадись страже.       Грязи было больше, чем в Сире. Его родной посёлок, несмотря на тяжёлую в нём жизнь, казался маленьким добрым поселением. Нипа же была нескончаемым потоком лабиринтов и домов. Веяло смрадом, тухлятиной.       Только, когда нос перестал чувствовать противный запах, Тор понял, что он выбрался из трущоб. Смерть осталась вдалеке. Ему нужно лишь идти возле стены, которая протянулась через весь город, и он придёт к реке, а там уже сможет найти постоялый двор.       Стена заворачивала за угол, и Тор тоже завернул. Через дорогу от стены расположился большой дом с воротами. Вдруг Тор услышал:       — Осторожно, котята!       Ему под ноги выбежали три чёрных котёнка. Они резвились с клубком красных нитей.       — Смотри, не наступи!       Юноша, щуплый, неказистый, младше Тора, сидел на земле и гладил спящую у него на коленях чёрную кошку. Три маленьких котёнка игрались возле его ног. Юноша бросал клубок, привязанный за палец, а котята охотились на него. Юноша был в одних штанах, свою верхнюю рубашку он снял и накрыл её спящую кошку.       — Я иду в сторону Фины? — спросил у него Тор.       — Ш-ш-ш, не разбуди мою кошку, — тихо сказал юноша. — Да, правильно идёшь.       «Совсем мальчишка», — Тор внимательно посмотрел на него. Непослушные каштановые волосы, детское вытянутое лицо, кривоватый нос. Он остановился и ещё раз взглянул на юношу. Играя с котятами, тот напевал колыбельную песню кошку.       — Что смотришь? — спросил юноша. — Иди своей дорогой. Ты вообще откуда взялся? Не местный или заблудился?       — Я искал иалана, друга трактирщика Кавоха, — ответил Тор. — Бежал за его кораблём, но потерял.       — Иалана? — юноша нахмурился.       — Иалана?       В этот миг Тор почувствовал холодный клинок у его шеи. Крепкие люди схватили его руки и заломили за спиной.       — Не дергайся, — послышался недовольный голос. — Мы давно за тобой шли. Ты бежал за кораблём от самого трактира. Говори, что надо. Решил причинить вред иалану? Шпионил за ним?       — Или за кое-кем другим? — произнёс второй голос.       — Я не с этими целями! — закричал Тор. — Я заблудился!       Но ему быстро закрыли рот. Он не мог пошевелиться, кожа шеи ощутила холодную сталь ножа. Двое мужчин держали, двое других вышли вперёд, зажгли фонарь и посветили на Тора. Он зажмурился от яркого света.       — В последнее время много таких как ты. Всего лишь заблудился… Ха! Кто тебя нанял?       Тор бы и сказал, но ладонью зажали рот. Юноша испуганно поднялся на ноги, схватил котят и прижал их к себе. Ворота отворились и вышел мужчина с ножом в руках.       — Шпион? — зло сказал мужчина.       У Тора забилось сердце. Не может быть! Перед ним стоял сам принц Казир. Черноволосый, сероглазый, остроносый, статный, широкий, с лёгкой белой накидкой на спине.       — Казир, это ты? — промычал Тор.       Нож сильнее впился в горло.       — Отпустите его, — повелел Казир.       Люди отвели нож и пихнули Тора на Казира. Он, запутавшись в ногах, упал на колени. Мигом поднялся и ахнул:       — Казир? Казир! Помнишь меня! Я Тор! Тот мальчишка из Сира, который спас твоего сына!       Казир улыбнулся уголком губ и погладил острую сторону ножа.       — Рыжий мальчишка, спавший моего сына. Помню. Как ты меня нашёл? Подался в шпионы?       — Нет, я искал иалана, который был в трактире.       Лёгкая усмешка неприятно искривилась.       — Зачем он тебе?       — Хотел просто увидеть, просто поговорить с полубогом… Я всегда мечтал встретить иалана!       — Я не иалан, но полубог, — Казир засмеялся. — Ребята, разойдитесь! — сказал он своим людям. — Я знаю этого парня. Он не лазутчик. Он мой поклонник. Тор, заходи в дом.       Люди переглянулись и разошлись. Только один из них, мужчина среднего роста, с каштановыми волосами, разделенными пробором набок, последовал за Казиром.       — Это мой лучший друг Лой, — сказал Казир.       Юноша, прижимающий к себе котят, остался снаружи. Спина Казира была идеальная ровная, походка тяжёлая. За воротами был большой двор, в нём располагался двухэтажный дом.       — Ты здесь живёшь? — спросил Тор, когда Казир пригласил его в комнату.       — Временно, здесь моё убежище. Вообще, это владения Лоя.       Комната была светлой, пол был выстлан грубым ковром, в углу примостился низкий столик, на котором аккуратно стояли тарелки с финиками и гранатами. В центре комнаты располагалась широкая низкая кровать. По стенам были развешаны мечи. Казир сел на стул. Лой встал возле него.       — Извини за невежливый приём моих людей. Я бы тоже не поверил, что ты шёл за кораблём иалана и случайно столкнулся с моим сыном возле моего убежища. Садись, — показал он на свободный стул.       «Сын Лорай», — промелькнуло у Тора.       — Знак от Матери. Казир, я так хотел тебя увидеть! Я готов тебе служить!       Казир повертел в руке клинок. Пощупал пальцем остриё и мрачно сказал:       — Я ценю твою преданность. Но как же наш царь Рогос? Каждый кьярусинец должен ему служить.       — Он не настоящий царь. Он украл трон у твоего отца. Твой отец должен стать царём.       Казир вздохнул.       — К сожалению, мой отец отказался от мести и борьбы за украденное. Но я, его сын, его наследник, верну себе трон.       — Как ты это сделаешь? У царя войско. У царя оружие иаланов.       — У меня тоже войско — Казир направил нож на Тора. — Я, когда спасся, в тот же день поклялся, что верну утраченное, пусть на это и уйдут десятки лет. Мы с отцом бежали в Сипур, под защиту царя Раволя. И день за днём я учился воевать и править. Раволь выдал за меня свою дочь и поставил меня номархом одного из нома. У меня есть войско. Но нет покровительства иаланов. Хотя это вопрос времени.       Казир метнул нож. Клинок пролетел в миллиметре от лица Тора и вонзился в стену.       — Я слышал, — сказал Тор, — что люди царя тебя ищут.       — Конечно, ищут. Царь меня боится. За последние годы я совершил ряд набегов и заставил его трястись от страха. Он знает, что я законный наследник, — Казир заулыбался злой насмешливой улыбкой. — И, в отличие от отца, я не сдался. В отличие от отца, я буду беспощаден. Рогос убил самых близких мне людей: мать, сестёр, дедушку. Он на моих глазах избивал моего отца. Рогос боится. Не того, что я заберу украденный у меня трон. А того, что я сделаю с ним. Он ведь не только мне дядька. Он был моим воспитателем и проводником. От него я впитал больше, чем от своего отца. Повезёт Рогосу, если он скончается раньше моего прихода… Не бойся меня, Тор, — Казир заметил выражение ужаса на лице Тора. — Я справедлив и добр. Ном, который доверил мне Раволь, я превратил в сказочную область. Я выветрил из него всю нищету.       Тор посмотрел на висящие над Казиром мечи. Прямые и серповидные, тонкие словно игла и толстые как нож мясника.       — Тогда в Сире тебя не смогли ранить. Почему?       — Я истинный наследник. Я поцеловал Матерью.       — Но ведь даже иалана можно ранить!       — Можно, — засмеялся Казир. — Сейчас покажу.       Казир встал, вытащил из шкафа длинный странный предмет, похожий на вытянутую колбу, и снял со стены тесак.       — Тор, что будет, если этим мечом я ударю тебя по пальцу?       — Я лишусь пальца, — Тор поёжился.       — Если я мечом ударю по пальцу иалана?       — Отрастёт новый палец.       Казир помотал головой.       — Нет, сам не отрастёт. Лой, можно тебя ещё раз использовать для примера?       — Как ты захочешь, — улыбнулся Лой.       Лой положил руку на стол и Казир лихо ударил его мечом по раскрытой ладони. Три пальца мгновенно упали на пол. Лой взвыл от боли, но не сдвинулся с места. Казир взял колбу и нажал на крышку. Вылетела белая струя пара и поглотила руку Лоя. Кровь у ран остановилась, и вдруг начали вырастать новые кости, новая кожа. На месте отрубленных конечностей появились новые пальцы.       — Вот так иаланы возвращают себе потерянные части тела. Вот так они заживляют раны. Тело иаланов не сильнее твоего тела, Тор. Но у небесных людей есть средство, которое восстанавливает их тела. А теперь, Тор, попробуй мне отрубить пальцы. Возьми меч.       Дрожа, Тор взял тяжёлый тесак. Ноги не хотели идти к Казиру, руки не слушались. Казир легло положил руку на стол. На полу лежали отрезанные старые пальцы Лоя. Остановив дыхание, Тор ударил по руке Казира. Меч стукнулся обо что-то тяжёлое, с силой отпрянул назад, Тор едва не потерял равновесие.       — Меня нельзя зарезать. Меня нельзя застрелить. Меня нельзя сжечь. Мать одарила меня непробиваемым невидимым щитом. Я сильнее иалана.       — Полубог… — вздохнул Тор.       — Избранный править Кьярусом, — согласился Казир.       — Как я могу служить тебе? — Тор присел на одно колено.       Казир подал ему руку. Взяв в свою руку ладонь принца, Тор не почувствовал ничего странного. Кисть, пальцы были тёплые, мягкими как у обычного человека.       — Служи словом, Тор, — ответил Казир. — Рассказывай обо мне. Напоминай обо мне. Притяни ко мне как можно больше людей. Помнится, ты сказал мне, что умеешь читать и писать. Это оружие сильнее меча. Воином в моём войске всегда можно стать, но я не хочу, чтобы жизнь молодого человека зря оборвалась смертью.       — Мы с отцом и с мужчинами из посёлка плывём в столицу. Номарх грабит наш посёлок. Мы ищем помощи.       — В столицу? — Казир пристально взглянул на Тора.       — Да. Если я могу быть тебе полезен там…       — Убей Рогоса и Захарира, — приказным тоном сказал Казир.       И тут же разразился смехом.       — Я пошутил, Тор. Не совершай глупости. Не рискуй своей жизнью. Я ценю каждого человека, который верен мне. Век Рогоса и Захарира всё равно скоро подойдёт к концу, а твой только начинается.       Казир обнял Тора и промолвил:       — Благословляю тебя. До свидания, юноша. Надеюсь, это не прощание. Мои люди тебя проводят.       Лой отвёл Тора во двор и сказал двум мужчинам, которые недавно хотели прирезать Тора, помочь ему добраться до отца. Лорай, сын Казир, всё также играл с котятами и кошкой, только уже во дворе.       — Лорай! Я жду тебя на тренировке. Перестань возиться с кошками!       Из дома вышла девушка. Высокая, стройная, густые чёрные волосы были завязаны в хвост. Девушка была в белой тонкой рубашке и чёрных штанах, в которых ходили мужчины-воины.       — Лорай, отец велел продолжить тренировки, — голос девушки звучал как сталь.       Она тихим прыжком подлетела к юноше и направила меч на кошку, которую он держал в руках.       — Я не дам тебе покоя, пока ты меня не победишь. Ты станешь мужчиной, только когда сможешь лишить меня меча. Хватит возиться с кошками, иди сражаться!       Лорай осторожно отвёл рукой меч от кошки, лицо растянулось в ухмылке.       — Я не играл. Я наблюдал. Мать принесла котятам полуживую полузадушенную крысу и котята, резвясь, убивали её. Я наблюдал, как они учатся убивать. Я наблюдал, как мать превращает детей в охотников. Я наблюдал и за крысой — через сколько минут мучений она перестанет бороться. Сехма, не подноси к моим маленьким друзьям свой меч. Ты же не хочешь стать этой крысой, умирающей медленной смертью?       Слуги Казира благополучно довели Тора до постоялого двора и наказали ему помалкивать о сегодняшней встречи перед отцом. Тор осторожно прокрался к оставленному спальному месту в людской комнате. Похоже, никто не заметил его отсутствия. Отец и односельчане, похрапывая, прикрывшись тонкими покрывалами, мирно спали на полу. Тор залез под своё покрывало и блаженно вздохнул.       Он встретил даже не иалана. Он встретил бога. И бог благословил его.       Очарованный Тор, закрыв глаза, уснул. Ему снился Казир, сидящий на высоком царском троне.