Глава 3. Смерть

В Риальто царила поздняя весна тридцать третьего. Маурисио с удивлением понял, что не заметил смены времён года, погружённый в месть. Адриана и Тереза оказались в саду. Дочь залезла на верхушку яблони, а жена — сохрани Создатель, срок подойдёт совсем скоро — читала книгу на скамейке. Тесс заметила его первым и закричала прямо с дерева: — Папа, папа! Адриана с трудом поднялась на ноги, и Рис ускорил шаг, обняв жену. Он был уверен, что всё ещё пахнет кровью, но напомнил себе: Адриана и сама в прошлом Антиванский Ворон. Тесс спрыгнула с нижних веток, приземлившись верно — как он её научил. Подбежав к нему, девочка крепко его обняла. Маурисио со стыдом осознал, что пропустил день рождения дочери, и бросил взгляд, полный вины, на Адриану. Она с пониманием улыбнулась. — Мы ждали твоего возвращения, чтобы отметить, — опередила она его мысли. Маурисио взглянул в серые глаза дочери и улыбнулся. Тесс смотрела совсем не как ребёнок — серьёзно, словно всё понимала, и он погладил её по спине. День рождения отметили по-семейному, втроём. Когда Тереза легла спать, Рис внимательно посмотрел на жену: он видел, как измученно она выглядела. — Одри? Всё в порядке? — Я просто очень устала, — призналась она, садясь на кровать. — Эта беременность даётся очень тяжело, а Тесс… Она просто одиннадцатилетняя девочка. Я люблю её до невозможности, но устала. — Хочешь, я отвезу её к Марсело? — предложил Рис, садясь рядом, и мягко помассировал плечи жены. Адриана тихо застонала. — Это было бы здорово. Сколько у тебя времени? — Марсело сказал, дней десять. Как раз успею отвезти Тесс в Тревизо, и мы сможем побыть вдвоём до рождения ребёнка. Адриана повернула голову, и он увидел её счастливую улыбку. — Прекрасная мысль, Рис.

***

Адриана с нетерпением ждала возвращения Маурисио из Тревизо. До рождения их второго ребёнка оставался примерно месяц, и время вдвоём — особенно после долгой разлуки — было необходимо как воздух. Первый день вместе получился сказочным. Адриана не помнила, когда не вылезала из кровати весь день, позволяя Маурисио окружить её любовью и заботой. Его измученное лицо сияло от радости, и она ощутила, как всё горе и невзгоды наконец-то остались позади. Ночью она засыпала счастливая, чувствуя, как рука Риса гладит круглый живот. — Мне кажется, это мальчик, — пробормотала она сонным голосом. — Живот слишком большой. — Скоро узнаем, — прошептал Рис ей в ухо. — Спи, Одри. Пусть тебе приснится что-то очень хорошее. — Ты? — Адриана улыбнулась и повернулась на бок, чувствуя, как руки мужа с готовностью её обнимают. Он что-то ответил, но она уже не услышала, погружаясь в дремоту. Внезапно ухо уловило шорох. Рис мгновенно сел в кровати, и Адриана повернулась, с тревогой глянув на него. Рука потянулась к кинжалу на прикроватной тумбочке. Маурисио бесшумно поднялся, потянулся к стойке с оружием, взяв рапиру. Та не издала ни звука, и Рис принял боевую стойку. Дверь распахнулась, и в спальню влетело трое. Адриана с ужасом узнала охранявших дом Воронов: вероятно, их перекупили противники. Маурисио атаковал без промедлений. Адриана перекатилась на кровати, встала, успев отразить удар, направленный в её сторону. Краем глаза она видела, как Маурисио сражался сразу с двумя противниками. Её собственный оскалил зубы. — Нам велели вырезать твоего ребёнка. Знаешь, так даже лучше! Адриана ощутила панический страх, но инстинкты Антиванского Ворона взяли верх. Противник нападал жёстко, удары сыпались один за другим. Рука сжимала рукоять кинжала так крепко, что побелели костяшки пальцев. Она едва поспевала отражать выпады. Вдруг противник оступился, и Адриана, воспользовавшись моментом, вонзила кинжал ему в бок. Мужчина вскрикнул, отшатнулся и, согнувшись, рухнул на колени. Она с трудом перевела дыхание и повернула голову. Краем глаза Адриана увидела, как один из противников Маурисио рухнул на пол, выронив оружие. Рис сжимал рапиру, тяжело дыша. Его взгляд встретился с её — живой, полный облегчения. Он чуть улыбнулся — с тем озорством, что когда-то давно заставило её влюбиться. — Жива? — прошептал он, но Адриана поняла. Она кивнула, впервые за весь бой позволив себе поверить: они отбились, выжили. В этот миг что-то тёмное мелькнуло за спиной мужа. — Рис! — успела вскрикнуть она. Второй нападавший, шатаясь, поднялся с пола, и прежде чем Маурисио успел повернуться, лезвие меча полоснуло воздух и вошло ему в живот. Всё вокруг померкло от ужаса. — Нет! — закричала Адриана, пытаясь броситься к мужу. Маурисио осел на пол. Противник, тяжело дыша, с усмешкой шагнул к ней. — Кончай её, Энцо. Адриана почувствовала, как задрожали ноги. — Пожалуйста, нет… — просипела она. — Дайте мне родить, потом убивайте! — Твой муж не пощадил беременную Сильвию Велардо, и твоему выродку пощады не будет, — оборвал её противник. Адриана ощутила, как закружилась голова. — Значит, я не сдамся без боя. Она не помнила как и сколько ещё сражалась. Когда ощутила боль в животе, рухнула на колени, хватаясь рукой за него. — Нет… Адриана упала на спину, чувствуя, как перед глазами темнело. «Как хорошо, что Тесс в Тревизо, — пронеслось в голове. — Неужели я почувствовала?..» Последнее, что услышала умиравшая женщина, было: — Вороны шлют поклон.