13:Серена,наследия,милая.

Утро Прошло уже несколько дней, как мы дома. Серена не дает покоя: Кол постоянно встает по ночам и укачивает её. Мы собрались в Мистик-Фолс. Закинули вещи в багажник, установили автокресло-люльку и аккуратно уложили туда Серену. Хейли села сзади, я — на переднее сиденье, а Кол сел за руль. Заведя машину, мы тронулись в путь. — Спит? — спросил Кол, взглянув на Хейли через зеркало заднего вида. — Неа, играется, — ответила Хейли. Я обернулась и увидела, как Серена крепко ухватилась за её локоны. — Моими волосами. — Серена, — ласково сказала я, помогая Хейли осторожно отцепить крошечные пальчики от волос. — Никто не звонил? — спросил Кол, положив руку мне на колено и слегка погладив его. — Нет, — ответила я, проверив телефон. — Ноль пропущенных. Ты какой-то напряженный. — Я переживаю, — признался Кол, бросив короткий взгляд на дочь. — За вас. Серена совсем еще крошечная. — Все будет хорошо, — я сжала его руку, и он в ответ поцеловал мою ладонь. — Ой, Серена! — воскликнула Хейли. Малышка срыгнула, и я быстро подала Хейли салфетки, чтобы вытереть ребенка. — Малышка, ты такая милая и красивая. — Копия Кола, — заметила я. Кол довольно улыбнулся. Серена и правда была его миниатюрной версией: темные волосы, карие, почти черные глаза, знакомая улыбка. От меня ей достались только губы. — Это да, — самодовольно подтвердил Кол. Я шутливо ударила его в плечо. — Эй! Зато характер у нее точно твой! Спустя время Мы вышли из машины. Кол взял Серену на руки, Хейли шла следом за нами. — Какой у вас огромный дом, — восхитилась Хейли. Кол улыбнулся. — Теперь он и твой тоже, — сказал он. Я обняла Хейли за плечи, и мы вошли внутрь. В доме царила тишина. — Ну и где все? — спросила я. Тут же раздался шорох. — Здесь, — раздался голос. Кол замер. Я обернулась и увидела Ника. На вампирской скорости я подлетела к нему и крепко обняла. — Вивьен. — Ник! — я поцеловала его в щеку. Поскольку Кол стоял спиной, Никлаус еще не видел Серену. — Где твой живот? — спросил Ник, и я невольно засмеялась. — Здесь, — сказал Кол, медленно поворачиваясь. Ник замер, а затем в мгновение ока оказался рядом с братом. — Можно? — тихо спросил Ник. Кол передал ему сверток. Ник смотрел на Серену так, будто она была его собственной дочерью — с такой нежностью и теплотой. На его глазах выступили слезы, когда он осторожно погладил её по щеке. — Она такая красивая... и так похожа на Кола. — Я это уже поняла, — улыбнулась я. Серена открыла глазки и принялась с любопытством рассматривать дядю. — Как её зовут? — спросил Ник, не отрывая взгляда от малышки. — Серена Вианна Майклсон, — ответила я, а Кол подошел и обнял меня за талию. — Она прекрасна, — прошептал Ник. — Рена, ты наше наследие. — А где остальные? — спросил Кол. Пока Ник укачивал Серену, в комнату вошли Ребекка и Элайджа. — Кол, Вивьен! — Ребекка бросилась обнимать сначала меня, потом брата. — А где?.. — Здесь, — Кол указал на Ника. Ребекка перевела взгляд на брата с ребенком на руках. Элайджа тем временем подошел поздороваться с нами. — Да ну нет... — прошептала Ребекка, и слезы покатились по её щекам. У Элайджи тоже заблестели глаза. — Дай мне её! — Мы пытались до вас дозвониться, — заметил Кол, пока Ник передавал племянницу сестре. — Какая она чудесная... Копия Кола, — Ребекка нежно гладила Серену. — Как зовут малышку? — Серена Вианна Майклсон, — повторил Кол. В этот момент Серена снова открыла глазки. — Позволь мне, — попросил Элайджа. Ребекка передала ему девочку. Элайджа долго всматривался в её личико. — И вправду, Кол, вылитый ты. Такая маленькая... наше наследие. — А ты кто? — спросила Ребекка, наконец заметив Хейли. — Я Хейли, — представилась та. Серена в это время внимательно смотрела на Элайджу. — Она — часть нашей семьи, — пояснила я. Вдруг Серена захныкала и начала плакать. Кол забрал её на руки, пытаясь успокоить. — Хейли, это Ребекка и Элайджа, младшая сестра и старший брат Кола. — Приятно познакомиться, — ответила Хейли. Элайджа галантно поцеловал ей руку. — Тише, маленькая, — ворковал Кол, но Серена не переставала плакать. — Кажется, пора кормить. — Пора, — согласилась я. Мы ушли в спальню. Я села на кровать, спустив платье с плеч. Кол передал мне дочь, и она тут же жадно прильнула к груди. — Моя милая, — прошептал Кол, присев рядом и гладя Серену по щеке. — Наша общая радость. — Пришли, — вдруг сказал Кол, услышав голоса Деймона и Стефана. Он накрыл Серену легкой простыней. В комнату вошли Стефан, Деймон, Кэролайн, Елена и Бонни. — Как вас много, — улыбнулась я. Стефан подошел и поцеловал меня в макушку, следом за ним то же самое сделал Деймон. — Где наша племянница? — спросил Деймон. Кол ухмыльнулся. — Кушает, — ответил он. В этот момент в дверях спальни появились Клаус, Элайджа, Хейли и Ребекка. — А это кто? — Деймон кивнул в сторону Хейли. — Это Хейли, наша семья, — ответил Кол. Хейли тихо усмехнулась. — Хейли, это Деймон и Стефан, братья Вивьен. Кэролайн — наша подруга. Елена — кажется, девушка то ли Стефана, то ли Деймона. И Бонни, тоже, так скажем, подруга. — Вот и всё, — сказала я, когда Серена закончила. Я поправила платье и убрала простыню. Деймон и Стефан тут же подошли ближе. — Какая жалость, копия Кола, — съязвил Деймон, за что Кол на него зашипел. — Ну, дай мне подержать. — Держи, — я аккуратно передала Серену Деймону. — А она милая, — признал Деймон, пока Серена рассматривала его. — Дай теперь мне, — вмешался Стефан. Деймон передал ребенка. — Какая она красивая... Действительно, копия Кола. — Как, вы говорите, её зовут? — уточнил Деймон. — Серена Вианна Майклсон, — гордо ответил Кол. — Можно мне? — попросила Кэролайн. Стефан передал ей малышку. — Боже, какая прелесть! И правда, вылитый Кол. — Я это уже усвоила, — вздохнула я, и Кол сжал мою руку. Все рассмеялись. — Реально красивая, — добавила Елена, разглядывая Серену. — Можно подержать? — Конечно, — разрешила я, и Кэролайн передала девочку Елене. — Да, она очень милая, — согласилась Бонни. — Можно мне тоже? — Да, — кивнула я, и Елена передала Серену Бонни. — Давайте только без драк, — вставил Кол, заметив, как Клаус хитро улыбнулся, показав ямочки на щеках. — Тут ребенок. — Может, отпразднуем появление нового Майклсона? — предложил Клаус, и Кол ухмыльнулся. — Сальваторе, — поправил Деймон. Серена вдруг улыбнулась. — Она Майклсон, — отрезал Кол. Серена в ответ забавно агукнула. — Она Майклсон-Сальваторе, — подытожила я. Кол посмотрел на дочь и нежно погладил её по щеке. Вечер в особняке Майклсонов обещал быть шумным. Пока Клаус и Деймон спорили на кухне о том, какое вино лучше подходит для «рождения новой легенды», в гостиной воцарилась непривычно уютная атмосфера. — Знаешь, — прошептала Ребекка, присаживаясь рядом со мной на диван, пока Серена мирно посапывала на руках у Элайджи, — я до последнего не верила, что Кол когда-нибудь станет отцом. А теперь посмотри на него. Я перевела взгляд на Кола. Он стоял у окна с Ником и о чем-то горячо спорил, но каждые тридцать секунд его взгляд возвращался к Элайдже и спящему свертку. В его глазах было столько тревоги и обожания одновременно, что у меня щемило сердце. — Он изменился, — согласилась я. — С того момента, как впервые услышал её сердцебиение. — Главное, чтобы он не научил её своим шуточкам слишком рано, — усмехнулся подошедший Стефан. — Мистик-Фолс не переживет вторую версию Кола, особенно если она будет в подгузниках. — Эй, я всё слышу! — отозвался Кол, не оборачиваясь. — Моя дочь будет самой воспитанной... после того, как научится ставить на место каждого, кто на неё косо посмотрит. Хейли, которая всё это время стояла чуть в стороне, наблюдая за семьей, тихо засмеялась. Элайджа подошел к ней и, не выпуская Серену, что-то негромко сказал. Я заметила, как Хейли слегка покраснела. — Вивьен, — позвала Кэролайн, энергично входя в комнату с охапкой пакетов, которые она, видимо, успела выгрузить из своей машины. — Я тут подумала... раз уж мы празднуем, я заказала лучший торт в городе и купила Серене её первое платье для вечеринок. Оно розовое, в блестках, и просто обязано затмить всех! — Кэролайн, ей всего несколько дней, — засмеялась я. — И что? Майклсоны должны блистать с пеленок! — заявила она. В этот момент Серена во сне смешно сморщила носик и крошечной ручкой ухватила Элайджу за лацкан пиджака. — Смотрите, — прошептал Элайджа с такой нежностью, какой я редко от него видела. — Она уже выбирает качество. Ник подошел ближе и приобнял меня за плечи. — Ты подарила этой семье то, чего нам не хватало веками, Вивьен. Надежду. И, судя по её хватке, — он кивнул на Серену, — характер у неё действительно наш. — Пойдемте к столу, — скомандовал Деймон, появляясь в дверях с бокалом бурбона. — Хватит сентиментальностей, а то я сейчас расплачусь, и мне придется убить кого-нибудь, чтобы восстановить репутацию. Кол подошел ко мне, взял за руку и переплел наши пальцы. — Ты как? — спросил он тихо, только для меня. — Счастлива, Кол. Мы дома. Мы все направились в столовую, где за одним столом собрались те, кто еще недавно был готов перегрызть друг другу глотки. Но маленькая Серена, сама того не зная, создала перемирие, которое не под силу было даже самым древним заклятиям. Как думаешь, как пройдет их первый семейный ужин с Сальваторе и Майклсонами за одним столом? Ужин был в самом разгаре. Стол ломился от еды и выпивки, а шум голосов заполнял всё пространство особняка. Майклсоны и Сальваторе за одним столом — это всегда было похоже на пороховую бочку, но сегодня фитиль был надежно спрятан под детским одеяльцем. — Я всё же настаиваю, — громко произнес Деймон, подливая себе бурбона, — что Серене нужно подарить что-то полезное. Например, вербену или... кожаную куртку на вырост. — Кожаную куртку? — Кол скептически вскинул бровь. — Ей нужны кинжалы, Деймон. И желательно из темного золота. — Ей нужна нормальная колыбель и тишина, — отрезала Ребекка, бросив на братьев строгий взгляд. — Но раз уж мы здесь, я официально заявляю: я буду той тетей, которая берет её на шоппинг в Париж. Хейли сидела между Элайджей и Клаусом, чувствуя себя на удивление комфортно. Клаус, обычно такой закрытый и властный, сейчас увлеченно рисовал что-то на салфетке. Когда он закончил, он пододвинул её мне. Это был быстрый, но невероятно точный набросок спящей Серены. — Чтобы ты помнила её такой, пока она не начала сжигать этот дом своими капризами, — усмехнулся Ник. — Спасибо, Ник, — я улыбнулась, прижимая рисунок к себе. Внезапно Серена, которая до этого тихо лежала в люльке рядом со мной, издала требовательный звук. Весь стол мгновенно замолчал. Десять пар глаз — древних вампиров, гибридов и ведьм — уставились на одного маленького человека. — Она проголодалась? — шепотом спросила Елена. — Или ей скучно, — предположил Стефан. Кол мгновенно оказался рядом. Он аккуратно достал Серену из люльки и поднял её повыше, как настоящий трофей. — Смотрите, — гордо сказал он. — Она не плачет. Она просто осматривает свои владения. Серена и вправду не плакала. Она широко открыла свои темные глазки и, кажется, зафиксировала взгляд на Бонни. — Она чувствует магию, — тихо сказала Бонни, улыбаясь малышке. — У неё очень сильная аура, Вивьен. Она будет необыкновенной. — Она уже необыкновенная, — отозвался Элайджа, поднимая свой бокал. — За Серену Вианну Майклсон-Сальваторе. Наше будущее. — За Серену! — хором отозвались все, и звон бокалов разнесся по всему дому. Вечер продолжался. Кэролайн уже вовсю планировала «первый день рождения, который затмит бал основателей», а Деймон и Кол начали соревноваться, кто быстрее научит Серену открывать бутылку (за что оба получили по подзатыльнику от меня и Ребекки). Когда гости начали постепенно расходиться, в гостиной остались только мы. Кол сидел в кресле, прижимая к себе уснувшую Серену, а я положила голову ему на плечо. — Знаешь, — прошептал Кол, целуя меня в висок. — Я никогда не думал, что в этом доме может быть так... спокойно. — Это затишье перед бурей, Кол, — зевнула я. — Скоро она начнет ползать. — Пускай, — он ухмыльнулся, глядя на дочь. — У нас достаточно охраны, чтобы поймать её в любой точке мира. Пока Серена подрастает в этой безумной семье, как ты думаешь, чье влияние на неё будет сильнее всего — дерзкого Кола или рассудительной Вивьен? Ночь в Мистик-Фолс вступила в свои права, но особняк Майклсонов не погрузился в сон. Тишина была лишь иллюзией — за ней скрывались тихие шаги и шепот древних существ, которые обрели новый смысл жизни. Когда последние гости ушли, я поднялась в детскую, которую Ребекка успела обустроить с невероятной скоростью. Кол уже был там: он стоял у колыбели, аккуратно перекладывая Серену. Его движения, обычно резкие и порывистые, сейчас были до того плавными, будто он боялся нарушить сам воздух вокруг неё. — Спит? — шепотом спросила я, обнимая его со спины. — Спит, — так же тихо ответил Кол, накрывая её тонким одеялом. — Знаешь, я всё смотрел на Деймона и Стефана сегодня... И понял, что они её уже любят. Несмотря на всё, что было между нашими семьями. — Она объединяет нас, Кол, — я прижалась щекой к его лопатке. — Даже Клаус сегодня выглядел... по-другому. Как будто в нем стало меньше тьмы. Кол развернулся в моих объятиях и серьезно посмотрел мне в глаза. — Ник прав в одном: она — наше наследие. Но я обещаю тебе, Вивьен, что она не будет нести груз наших прошлых ошибок. У неё будет всё, чего не было у нас. Внезапно в дверях показался Элайджа. Он выглядел безупречно, как и всегда, но в руках держал старинный кожаный переплет. — Простите, что прерываю, — негромко произнес он. — Я нашел это в архивах семьи. Это дневник нашей матери... там есть записи о первых днях нашей жизни, еще до того, как мир стал для нас враждебным. Я подумал, что Серене стоит знать не только о монстрах, которыми нас считают, но и о людях, которыми мы когда-то были. Кол взял книгу, бережно пролистывая пожелтевшие страницы. — Спасибо, брат. Элайджа кивнул и, бросив последний нежный взгляд на колыбель, исчез в коридоре. Мы остались одни. Ночной ветерок из открытого окна колыхал занавески, принося с собой запах леса и старого города. — Иди ложись, — Кол поцеловал меня в лоб. — Я побуду с ней еще немного. Мне нравится слушать, как она дышит. Я знала, что спорить бесполезно. Кол готов был охранять её покой вечно. Уходя в спальню, я обернулась: он сидел в кресле-качалке рядом с колыбелью, а в лунном свете его лицо казалось молодым и умиротворенным. Мистик-Фолс принял нового Майклсона-Сальваторе. И, судя по тому, как крепко Серена сжимала во сне свой крошечный кулачок, она была готова заявить об этом всему миру.