01

* * *

      В Бруклин, наконец, пришла весна. Под конец мая, но всё же пришла.       Эмма Смит, впервые за несколько дней, вышла из дома. Дело не в том, что приложение доставки еды заглючило в самый неудобный момент, и даже не в том, что ей отдали не ту одежду в прачечной... хотя, частично и в этих вещах, но девушку в тот момент волновали совсем другие вещи.       Начальник сказал распечатать проект и отправить по почте. Сегодня.       Девушка старалась не думать о том, насколько бредовым был этот запрос, учитывая современные технологии, ведь у Эммы, в отличии от собственной матери, не было подушки безопасности в виде десятка миллиона долларов, поэтому перечить темпераментному мужчине за шестьдесят она не собиралась. Да и работа её устраивала — хотелось немного побыть в тишине и одиночестве перед тем, как начать грызть глотки другим стажёрам-программистам в попытке заполучить своё место под солнцем.       ... Именно поэтому ей пришлось целый час идти пешком до ближайшей типографии, чтобы потом столько же времени идти домой, прижимая к себе пятьдесят листов бумаги.       Когда Эмма была маленькой, ей нравилось часами рассматривать себя в зеркалах, но теперь она не уделяла своему отражению в стеклах витрин и секунды, стараясь как можно быстрее добраться до дома.       Если бы она всё же смотрела не себе под ноги, а в сторону окон закрытого кафе, то увидела бы бледную, совсем исхудавшую девушку среднего роста в серой мешковатой одежде, грязными светло-русыми волосами. А ещё, наверное, фонарный столб.       Столкновение сопроводил громкий металлический звон. Эмма разжала пальцы и приложила руку к ноющему лбу. Только повернув голову в сторону дороги она заметила свой проект — на мокром асфальте лежали несколько десятков листов бумаги, медленно пропитываясь слякотью.       Эмма посмотрела на фонарный столб, потом на свои руки, а затем на свой проект. Единственное, что она смогла произнести, прежде чем впасть в тихую панику, было еле слышимое «блять». Ей редко невезло настолько сильно.       Девушка начала в панике оглядываться по сторонам. Она уже не успевала дойти до той типографии, а рисковать своим рабочим местом было страшно, ведь тогда придётся возвращаться к матери, а это значило вновь отчитываться о каждом своём выходе из дома, терпеть её постоянных попытки засватать её за сыночков своих богатых дружков, а ещё...       Сделав пару глубоких вдохов, Эмма решила подумать о решении своей маленькой проблемы, а не перебирать все сценарии своего провала в голове. Бегло изучив взглядом окружающие её магазины и жилые дома, она приметила коробкообразное здание с слегка неровной надписью «Библиотека» на двери.

* * *

      Отнюдь не новый паркет неприятно скрипнул, когда Эмма открыла массивную стеклянную дверь.       Само помещение оказалось не совсем большим — по всему периметру стояли забытые книгами старые шкафы, рядом с которыми распологались металлические стулья и столы. Свет встроенных в потолок светильников был слегка желтоватым, но недостаточно, чтобы вызвать раздражение. Несмотря на свой слегка потрёпанный вид, библиотека смотрелась очень даже уютно — внешний вид помещения разнообразили милые постеры-указатели на книжных полках, полевые цветы на столах... Атмосфера разительно отличалась от шумных улиц Бруклина.       В конце комнаты стоял стол библиотекаря, относительно небольшой. Даже с небольшого расстояния было видно, что его владелец не являлся откровенным неряхой, но две немытые кружки и пустая упаковка от «Dunkin' Donuts» не давали Эмме представить его чистюлей.       — Здравствуйте..? Здесь кто-то есть?       Через мгновение из бежевой двери, ранее не замеченной девушкой, вышел мужчина с кружкой «#1 Dad» в руке.       Он был достаточно высок и смугловат, одетый в плотный белый свитер, который обтягивал его мягкий торс, и тёмные потёртые джинсы, на ногах — красные кроксы. Лицо у него было кругловатое, с лёгкой щетиной на подбородке и розовыми румяными щеками. На вид ему было под сорок, если не чуть-чуть старше.       Увидев Эмму, он неловко улыбнулся, и в уголках его глаз появились чертовски милые морщинки. Он явно был рад новому посетителю.       — Добрый день! Ох, прошу прощения, в последние время у нас не так много посетителей... — он прошлёпал к своему рабочему месту, поставив чашку с кофе с маршмеллоу на стол. — Меня зовут Даниэль, я могу помочь Вам с выбором книги. Что Вас интересует? У Вас есть наша библиотечная карта?       — Приятно познакомиться, но я здесь не за этим, простите... У Вас есть принтер? — Эмма не любила долго ходить вокруг да около в разговорах, предпочитая перейти сразу к сути. — Мне срочно нужно распечатать проект, ближайшая типография в часе ходьбы.       ...       — Ох, — это всё, что смог выдавить из себя слегка расстроенный библиотекарь.       — Мне нужно распечатать 50 черно-белых страниц... Я заплачу столько, сколько скажете... — Эмма стала рыться в своей сумке и, найдя кошелёк, открыла его, осознавая плачевность своей ситуации. Она не заметила, как пятидолларовая купюра из её кошелька приземлилась на стол Даниэля.       Он поднял её на глазах у девушки.       — Этого хватит, я думаю. — Даниэль слегка приподнял уголки рта. — Ах да, у нас есть принтер и ноутбук в архиве, я сейчас принесу, чтобы Вам было комфортно...       Через пять минут, три кружки и обёртка были отодвинуты на край стола, чтобы поместить небольшой китайский ноутбук и внушительных размеров принтер, а рядом поставлена низковатая для Эммы табуретка.       Даниэль что-то задумчиво настраивал и присоединял провода, и девушка воспользовалась этим моментом, чтобы разглядеть его поближе.       Эмма редко общалась с мужчинами его возраста — своих коллег она не знала в лицо, различая их лишь по аватарам в «Zoom», а сыночки-снобы маминых друзей её совсем не интересовали, поэтому никаких сильных эмоций по отношению к мужчинам Эмма не испытывала. А в Даниэле было что-то... тёплое. Он вёл себя очень доброжелательно и привеиливо, да и сам он был очень милым с этими его крошками на одежде, мягкими пальцами в шоколадной глазури, прищуренными карими глазами... То, как его рубашка облегала его мягкое тело, заставило Эмму узнать о себе что-то новое... Наверное, обняться с ним было бы приятно...       Из размышлений её вывели неловкие попытки Даниэля вставить шнур от мышки не той стороной . Она тихо взяла его из рук Даниэля, и он вздрогнул от её прикосновения — её руки были чертовски холодными. Всего секунду Эмма чувствовала теплоту его рук, и это ей почему-то нравилось... Она тихо перевернула шнур вверх ногами, подключив мышку к компьютеру.       — Божечки, спасибо... У нас за технику больше Джэрри отвечает, я иногда путаюсь, что куда вставлять... — он неловко рассмеялся, почесав затылок. — У Вас флешка с собой, мисс?..       — Эмма. — девушка наклонила голову в кивке, стараясь не показывать свои эмоции. — Да, флешка с собой...       «Чёрт, Эмма, ты знаешь его меньше получаса, возьми себя в руки!»       — Эмма, значит... Хорошее имя... Простое и красивое.       ... Ладно?       — Простите, что меня не было на рабочем месте, у нас просто не слишком большая посещаемость, и становится немного скучно... — Даниэль открыл «Word» на компьютере и отпил немного кофе, усмехнувшись перед следующим своим вопросом. — В общем, не оставляйте плохой отзыв на «Картах», хорошо?       — Я и не собиралась. — Эмма почти пожала плечами. Она решила поддержать разговор, ведь неловкая тишина была бы более гнетущей. — И что Вы делаете, когда Вам становится скучно?       — Заказываю что-нибудь вкусное в булочной и завариваю кофе. Есть у меня привычка постоянно что-то жевать... — он вздохнул, посмотрев на свою несуществующую талию. — Надо бы завязывать с этим...       Эмма постаралась не следовать за его взглядом, от смущения пытаясь перевести тему.       — А кружка «#1 Dad»? Поздно Вы на работе засиживайтесь, дети ждут, наверное...       — На такие кружки большая скидка после «Дня Отца», вот и купил. Ни жены, ни детей... — задумчиво произнёс он, прежде чем кликнуть на кнопку «Печатать». — Интересный у Вас проект, не понимаю ни слова.       — Неудивительно. Я занимаюсь программированием, у нас очень много профессионального жаргона...       — Программирование? Вас не в тот район Бруклина занесло!       Вскоре, все 50 страниц были напечатаны. Эмма всё же решилась завести библиотечную карту.       — Рад, что Вы всё же заинтересовались. — Даниэль грузно встал из-за стола. — Вам посоветовать что-нибудь?       — У Вас есть книги с рецептами? — внезапно для самой себя спросила Эмма.       — Да, конечно, смотря какие Вас интересуют... — Даниэль подошёл к одному из книжных стеллажей, указывая пальцами на каждую книгу, которую перечислял. — Есть сычуаньская, польская, еврейская, вьетнамская кухни...       — А что Вы бы посоветовали?       Даниэль остановился на мгновение... И достал с верхней полки слегка потрёпанную серую книжку.       — Сборник рецептов итальянской кухни, очень аутентично, как к моей матери зайти в гости. — он передал книгу Эмме. — Вот то, что я бы посоветовал.       — Отлично. — девушка повертела книгу в руках. — Я бы хотела её взять.       Домой Эмма пришла потная и перевозбужденная, всю дорогу прижимая книгу к груди.       ...Что это вообще было?