(6)

Тихий треск дров, отблески пламени, рисующие тени на лицах, и тепло, окутывающее нас, как старый плед. Мы сидели тесным кругом — Поуп, Джей, Джон Би, Ки, и я. Воздух пах дымом, хвоей и чем-то неуловимо домашним.  Поуп, развалившись на бревне, жестикулировал, рассказывая Джону про сегодняшний побег, а Джей то и дело вставлял свои комментарии, отчего история обрастала всё более невероятными подробностями.  — И вот, значит, этот охранник такой: «Стоять!» — а мы уже в фургоне, и Ки орет, как резаная...  — Я не орала! — возмутилась Ки, швырнув в него щепку. — Орала, еще как, — засмеялся Джей, ловко уклоняясь. — Но мы же молодцы, правда?  Джон Би молча слушал, его лицо в свете костра казалось задумчивым, почти отрешенным. В руках он держал ту самую папку, которую мы с таким риском добыли. Внутри оказалась карта, расписанная цифрами и странными символами.  — Как вы думаете, что значит 37? — осторожно спросила я, указывая на повторяющиеся цифры. — Они тут везде.  Джон нахмурился, его пальцы скользнули по бумаге, будто пытаясь прочесть что-то между строк.  — Беспонятия, — резко бросил он, но в его голосе не было раздражения, скорее... напряжение.  И вдруг его тело словно сжалось, будто от удара.  — Сара, — прошептал он так тихо, что я едва расслышала.  — Сара? Какая Сара? — Ки приподняла бровь, ее голос прозвучал скептически.  — Сара Кэмерон. Архив. Даже костер будто потух на секунду.  — Брат, — медленно протянул Джей, — да ты не хило головой сегодня ударился, да? Акулья принцесса? Ты серьезно?  Я плохо понимала, о ком шла речь, но имя Сары Кэмерон я уже встречала раньше, особенно по слухам на работе. — Да, серьезно, — Джон не отрывал взгляда от карты. — Этот знак... — Его палец резко ткнул в карту. — Он был в Архиве. Сара точно что-то запомнила. — Так ты с ней был? — Джей Джей фыркнул, но в его глазах мелькнуло что-то озорное. — Ты мутишь с Сарой Кэмерон? Еще скажи, что у вас ребенок уже есть.  — Джей Джей, хватит, — голос Джона стал тверже. — Она поможет.  Джей закатил глаза, но ухмыльнулся:  — Ладно, капитан, как знаешь.  В эту ночь, под звездами, среди смеха и тихих разговоров, я почувствовала себя дома, так как не чувствовала себя очень давно, после смерти отца . Каждый, кто находился сейчас рядом дарил улыбку и ощущения безопасности, казалось, если мы вместе нам под силу всё. В этот момент что-то внутри меня тихо щелкнуло.  Дом.  Не стены, не крыша над головой, а вот это — смех, который греет сильнее костра. Джон Би наигрывал что-то тихое на гитаре, мелодия терялась в шепоте волн. Я закрыла глаза, слушая.  Пап, ты видишь? У меня все в порядке.  И где-то в глубине души мне показалось, что он действительно видит. И улыбается. ——— Я тихо закрыла со собой входную дверь. Из кухни доносилось шуршание картона, а узкая полоска света падала на пол, будто запретная граница. Я шагнула вперед — и увидела маму. Она стояла посреди кухни, окруженная коробками. В руках — фотография с папиной улыбкой. На полу — его книги, чашка, старый свитер, который он забыл в последний... Мой рот открылся сам, но слова застряли где-то в горле. — Мам... что ты... Она резко обернулась, глаза расширились от неожиданности. На секунду в них мелькнуло что-то — вина? Страх? — Солнышко... — голос ее дрогнул, пальцы сжали фотографию так, что картон прогнулся. — Понимаешь, нам нужно жить дальше. Так будет лучше. — Нет, не понимаю! — я бросилась вперед, схватив край коробки. — Мам, ты в своем уме?! — Тише, — она резко подняла руку, бросив взгляд на потолок. — Лейла спит. — А Лейла знает про это?! — я прошипела, ощущая, как что-то внутри разрывается. Мама отвернулась, поставила фотографию в коробку слишком аккуратно, будто хоронила ее. — Она... согласилась. Ави, пойми так будет лучше и легче. Эти слова ударили сильнее, чем если бы она ударила меня. Я отступила, спина уперлась в дверной косяк. Комната поплыла перед глазами. Его больше не будет. Ни в этом доме. Нигде. А они... уже смирились. — Я... — голос сломался. — Я не верю. Я развернулась, рванула к лестнице, не слыша ее зов. ——— — Я же говорила. — Сара сказала, поворачивая голову к Джону Би. Все снова сидели на веранде, но теперь к ним добавилась Сара . — Что говорила? Что ты дрянная врунья? — Киара была ой как не рада нахождению здесь Сары. — Нет, что ты дрянная сучка — Сара язвительно покачала головой. Джон Би перевел на меня беспомощный взгляд, мол "сделай хоть что-нибудь". Я просто подняла руки и чуть пожала плечами "Сори, я здесь бессильна". — Делайте что хотите, либо она либо я — Киара выпалила это осмотрев всех вокруг. Джей Джей отвел взгляд, заинтересованно разглядывая деревья вдали. Все промолчали, я старалась вообще не смотреть никому в глаза. — Ясно. Киара развернулась и ушла. Я подорвалась за ней. — Стой стой стой, Ки! — Что Ки?! Какого вообще черта она сидит как королева и смеет еще что-то говорить!? — Киара в ярости размахивала руками. — Тише успокойся, ну ты же видела как Джон Би на нее смотрит, он же просто влюбился... — И из-за его "любимой" я должна страдать? Нет, Ави ты даже не знаешь ее, она просто хочет подобраться поближе к золоту, а потом в выгодный ей момент все у нас отберет, она не живец и никогда им не будет!  Я протянула руку, но не дотронулась, давая ей пространство. — А если... А если он счастлив? Разве это не главное? — Счастье построенное на лжи — не счастье. — Я не прошу тебя любить ее, — Я осторожно подбирала слова. — Но дай Джону самому разобраться, он же не дурак. — Когда он поймет, может быть уже поздно. Она развернулась и ушла. Я снова поднялась на крыльцо. — Ну и как? — Джей Джей крутил в руках крышку от пива. — Никак. — коротко отрезала я. — У меня есть идея. — Какая? — спросила я уже чувствуя подвох. — Завтра узнаешь). — Он как обычно подмигнул с той самой дьявольской искоркой в глазах, я лишь тяжело выдохнула. ——— — Куда мы плывём? — Киара старалась говорить громче шума мотора. Катер мчал на всей скорости, вечернее солнце аккуратно ласкало воду. — Нам нужно кое-что забрать. — Поуп невозмутимо посмотрел на закат. Но было что-то подозрительное. По среди бескрайней воды стоял катер. Мы подплыли вплотную к нему. — Идём, — Джон Би первым переступил на чужую палубу, затем развернулся и протянул руку. Его пальцы сначала обхватили ладонь Сары, затем — Киары, и наконец — мою. В последний момент я заметила странный блеск в его глазах. И тогда случилось настоящее предательство — он резко отпрыгнул назад, и их катер тут же начал отдаляться. — Эй! — мой крик сорвался с губ, когда я поняла, что нас предали. — Куда?! — завопила Киара, её пальцы впились в мой рукав. С нашего бывшего катера донёсся весёлый крик: — Еды и воды хватит надолго, маякните как помиритесь, развлекайтесь!!! — Джей Джей!!! — я бросилась к борту, но между нами уже зияла тёмная полоса воды, быстро превращающаяся в пропасть. — Джон Би!!! Вернись сейчас же! — голос Сары дрожал от ярости и чего-то большего — настоящей боли. — За что меня??!! — расстроенным голос сказала я смотря им в след. Сара прыгнула в воду, но догнать их не удалось. — Ауч! Меня ужалила медуза! — Пф, дура, — Киара скривила губы, но в её глазах мелькнуло что-то похожее на беспокойство. Я, не раздумывая, бросилась к борту и протянула руку Саре. Вода была ледяной, когда я ухватила её запястье. — Ты серьёзно помогаешь ей? — Киара стояла рядом, её тень падала на Сару. В её голосе звучало не просто осуждение — что-то сломленное, преданное. Как будто моя помощь Саре была ударом лично для неё. Я резко подняла голову, чувствуя, как что-то рвётся у меня внутри: — Ааа, вы невоносимы, я здесь только из-за вас и не собираюсь начинать ненавидеть кого-то из вас только потому, что вы ненавидите друг друга! Обшарив каждый уголок катера, я нашла припасы — еду, воду, и, конечно же, заветный пакетик с травкой, аккуратно спрятанный под сиденьем. — Слава Джей Джею, я не сойду с ума здесь, — пробормотала я, ощущая, как губы сами растягиваются в горьковатой ухмылке. Он знал. Конечно же знал. Этот чертов псих всегда всё просчитывал на несколько шагов вперед. Я уселась на корточках, скручивая косяк с почти механической точностью — годы практики сделали свое дело. Бумага шелестела под пальцами, и этот знакомый звук почему-то успокаивал, как колыбельная. Выбравшись на нос катера, я вдохнула полной грудью. Воздух был насыщен солью и чем-то еще — свободой? Закат разлился по горизонту кроваво-оранжевой лужей, окрашивая волны в пурпурные тона. Первая затяжка обожгла легкие, дым медленно выползал изо рта, растворяясь в прохладном вечернем воздухе. Шаги за спиной. Легкие, осторожные. Я не оборачивалась. — Будешь? — протянула я косяк через плечо, чувствуя, как деревянная палуба слегка покачивается под нами. Сара молча взяла его. Ее пальцы слегка дрожали — от холода или от напряжения, я не могла понять. Она затянулась так глубоко, как будто пыталась утопить в этом дыме все свои проблемы, но тут же закашлялась — резко, надрывно, срывающимся кашлем новичка. — Первый раз? — я не смогла сдержать усмешки, принимая косяк обратно. — Не смейся, — она вытерла слезящиеся глаза, но в ее голосе не было злости. Только усталость. — Просто... давно не курила. Мы сидели молча, втроём, передавая косяк по кругу, наблюдая, как солнце медленно тонет в воде. В этом молчании было что-то странно комфортное — как будто наша вражда тоже растворилась в дыму, унеслась с вечерним бризом. — Знаете, — неожиданно начала Сара, — я не хочу, чтобы вы меня ненавидели. Ее слова повисли в воздухе, такие же хрупкие, как пепел с кончика косяка. Я посмотрела на нее — в свете заката ее профиль казался удивительно молодым и беззащитным. Не "акулья принцесса", не враг — просто девушка. Запутавшаяся. Одинокая. Я глубоко затянулась, чувствуя, как дым заполняет легкие, жжет, успокаивает. — Мы все здесь идиоты, — наконец сказала я, выпуская дым колечками в темнеющее небо. — Особенно Джей Джей. Сара тихо рассмеялась — искренне, по-настоящему. И в этот момент что-то между нами сдвинулось. Немного. Может всего на градус. Но этого было достаточно. Где-то вдалеке кричали чайки. Катер покачивался на волнах. А мы сидели плечом к плечу, передавая друг другу косяк, и закат окрашивал наши лица в одинаковые золотые тона.