Только возмездию, прямому и равноценному, под силу разрешить все парадоксы нравственности

      Пробуждение выходит смазанным. Первое, что чувствует Форд — запах специй. Но он отличается от прошлого: к этим мешается запах гари. Запах гари..? Запах гари!       Пайнс вскакивает, открывает глаза и бегло осматривается. Вокруг непроглядный, густой туман, который не даёт ему видеть дальше нескольких шагов и от которого режет глаза. На траве поблизости всё ещё лежат Раппа и Бутхилл, они, похоже, тоже уснули. Стэнфорд проматывает события вчерашнего дня: Синь-41, Галактические Рейнджеры, вечерний разговор... Дыма поблизости не видно. Не стал бы кто-то поджигать деревню, верно? Внезапно над Пайнсом нависает знакомая тень.       В небе над ним возвышается Билл. Как? Когда? Откуда? Судорожно и беспомощно соображает Стэнфорд. Сайфер не может проникнуть к нему в мозг, значит он реален? Это не кошмар? Он пришёл убить его или что похуже? Билл ухмыляется.       — ТАК-ТАК-ТАК... — Отчётливо звучит в голове Пайнса. Он безоружен! Ему некуда бежать! Он не может произнести не звука! — СТЭНФОРД ФИЛБРИК ПАЙНС.       По спине прокатываются мурашки, сердце ёкает и оглушительно стучит в ушах. На него волной накатывает дикий ужас, будто он переживает сонный паралич. Стэнфорд надеется, что это он и есть. Мысли спутываются, нельзя сейчас так застывать! Нужно разбудить Раппу или Бутхилла...       — ТЫ ЖЕ НЕ ДУМАЛ ЧТО Я НЕ ВЫБЕРУСЬ? ЧТО НЕ НАЙДУ ДРУГОГО АЛЧНОГО ДУРАКА КОТОРЫЙ СОЗДАСТ ПОРТАЛ? — Пайнс резко оборачивается и чего есть сил начинает трясти за плечи Бутхилла. Того из сна вырывает быстрее — Форд чувствует, как в бок ему теперь упирается что-то небольшое, холодное и металлическое, прямо-таки дуло пистолета.       Первая реакция ковбоя — что-то вроде испуга, но она быстро меняется на непонимание. Бутхилл хмурится и медленно убирает револьвер от Пайнса. Почему он так спокоен? Раздаётся хохот Билла. Стэнфорд отпускает плечи ковбоя.       — Братец, ты чего? — Всё также озадаченно спрашивает Бутхилл. Форд указывает на небо позади себя.       — Ты его не видишь?!       Ковбой отрицательно мотает головой. Пайнса как током ударило. Значит он просто сходит с ума! Отлично! Бутхилл, между тем, будто что-то вспоминает и переворачиваясь на бок, толкает Раппу в плечо, от чего та тоже молниеносно просыпается. Форд поглощён собственной паникой и может только продолжать смотреть на Сайфера, знатно весёлого от такой картины... Ковбой кивает в сторону Стэнфорда и глаза ниндзя широко распахиваются. Он не слышит о чём они говорят, а прежде, чем успевает осознать, чувствует... ХЛОП!       Раппа бьёт его ровно между глаз и Пайнс клянётся — если душа существует, то прямо сейчас она вылетела из его тела как пробка. Его дезориентирует, будто по щелчку выключают все пять чувств. Хохот Билла тоже смолкает. Стэнфорд снова может дышать полной грудью, его настигает покой.       — Прошу прощения, Ниндзя-шестопал. — Форд открывает глаза и видит только стоящих над ним Раппу и Бутхилла, ни следа Билла. Что вообще только что произошло? — Ладонь хаоса проникает в самую душу. Я старалась действовать не в полную силу, но, чтобы заставить тебя очнуться, мне пришлось сделать тебе больно.       Девушка помогает ему подняться, подавая руку, и он охотно принимает эту помощь. Они обмениваются взглядами. Вокруг всё также туманно и чуть пахнет гарью.       — Местные Злые Ниндзя жгут зёрна мудрости, которые способны создавать иллюзии. — А. Галлюциногенные специи. Многое объясняет. Ниндзя качает головой.       — А почему на тебя не сработало? — Пайн хмурится. Если с Бутхиллом понятно, то иммунитет Раппы от чего? Всё те же последователи Злого Ниндзя Осару?       — Да Раппу вообще никакое пушистые трюки не возьмут, — скалится Бутхилл, поднимая с земли пару бутылок, о которых Форд уже и думать забыл, и закатывает глаза. — Пойдёмте.       Они возвращаются к домику, в который их впустила Раймэй. Эта галлюцинация освежила Стэнфорда — ему нужно как можно скорее выбраться отсюда и закончить дестабилизатор. Когда он действительно встретится с Биллом он не будет млеть на месте от страха. Да он бы и сейчас не стал!       — Так какой у вас план? — Спрашивает Форд, отрываясь от размышлений. Бутхилл и Раппа поворачивают на него головы.       — Ниндзя-шестопал! Я знала, что ты согласишься сорвать коварный замысел Злых Ниндзя! — Радостно вскрикивает девушка. Ковбой легонько бьёт его по плечу.       — Милашка! Прямо сейчас мы собираем тех, кто пойдёт с нами бить пушистые жопы слинков. Большинству этих ребят не хватает мужества поднять головы, но достойные всё-таки есть! — Бутхилл обнажает зубы в ухмылке. — Ворвёмся к этим милашкиным детям, может возьмём пару заложников, перевернём там всё и улетим на грузовом корабле!       Стэнфорд не успевает ответить — к ним выбегает заплаканная Раймэй.       — Милай пропал... — Задыхаясь, произносит она. Раппу и Бутхилла это поражает больше, чем Пайнса. Это, вроде, тот парень который пожимал ему руку?       — Расскажите всё по порядку. — Форд успокоительно кладёт руки ей на плечи. Вместе они заходят в дом Сю.       — Вчера вечером пришло письмо от моего сына. — Женщина показывает вскрытый конверт и лист белой бумаги с текстом — его она передаёт в руки Стэнфорду чтобы они посмотрели. Пайнс пробегается глазами по тексту: Эйкура Сю, космическая станция "Герта", коллеги, диковины, слова о том, что слинки — не высшая форма жизни... — Кайоши показал это всем соседям, даже зажёг "Гармоничную радость", которую так долго хранил. — При упоминании свечи Форд содрогнулся. Ему в жизни не хотелось, чтобы специи с этой планеты жгли рядом с ним. — Милай... Он был так взволнован читая письмо... Он сказал, что Эйкура принёс огонь или что-то такое... После этого он ушёл и не вернулся.       — Не волнуйтесь, Ниндзя-цветочек, мы найдём Ниндзя-бунтовщика! — Мгновенно отвечает Раппа, ударив кулаком по руке.       — Да, милашка, предоставь это нам. — Откликается Бутхилл. Пайнс согласно кивает.       Они решают разделиться чтобы обыскать как можно большую территорию, договариваются встретиться у дома Раймэй ближе к закату. Стэнфорд отправляется на север — в сторону слинков, ковбой — юго-запад, а ниндзя на юго-восток. Никто из местных Милая искать не пошёл. Пайнс на всякий случай забирает из дома дестабилизатор: даже если он не рабочий вдарить им в случае опасности можно хорошенько.       Утренний туман успевает рассеяться. В неменяющемся ландшафте полей Форд не сможет заблудиться даже если захочет — он идёт по прямой и с собой у него функционирующий компас. Солнце, — со временем Стэнфорд просто все небесные светила, исполняющие его функцию начал называть "Солнцами", — палящее над головой и долгий путь. Город слинков далеко, особенно если идти пешком. У него есть время поразмыслить о ситуации.       Очевидно, помимо мужества, жителям Синь-41 не хватает знаний. Если они правда хотят освободить их, то одним государственным переворотом тут всё не закончить — нужно предоставить базу данных, провести связь с остальным космосом. Но кто возьмётся за это? Кто-то из молодого поколения?       На горизонте виднеется поселение — настоящий город. Не слишком технологически развитый по вселенским меркам, но более чем по планетарной. Над ним туда-сюда летают небольшие космические корабли, а дома многоэтажные. Ничем иным, кроме дома слинков, это быть не может. Внезапно его нога посреди высокой травы натыкается на что-то. Большое, твёрдое, тёплое. Пайнс спокойно опускает взгляд и на секунду застывает от страха. Под его ногами лежит тело, не абы чьё, а Милая. Глазницы, рот, уши и вспоротое брюхо заполнены подгоревшими использованными пряностями. Мерзко. Ужасно. Пугающе. Стэнфорд потеряно опускается на одно колено. Это сделали слинки? На всякий случай проверяет пульс — мало ли... Никто не должен так умирать. Пайнс поднимает мёртвого юношу на руки, встаёт в полный рост и разворачивается. Слинков нужно выдворить. И чем раньше, тем лучше.       Возвращается он чуть раньше назначенного времени: ни Раппы, ни Бутхилла ещё нет. Коротко костяшками стучится в дверь дома Раймэй — та открывает не сразу, а как только видит Форда на пороге испуганно охает, пропуская его внутрь. Кайоши в доме нет, как сказала женщина он собирает специи, и тело Милая они располагают на полу. Сравнительно утра Сю выглядит спокойно.       — Это предупреждение от слинков. Он поступил как рыцарь-одиночка, пошёл на верную смерть, — взгляд Раймэй держится на её коленях, её трясёт, — он умер как герой. — И что вы собираетесь делать?       Голова женщины тревожно опускается ещё ниже чем прежде.       — Я пыталась порыться в стопке старых книг по истории до пришествия слинков, но Кайоши остановил меня. Он сказал, что я читаю запрещённые книги от скуки и лучше уж пойти собирать пряности чтобы заработать денег, — она замолкает, Пайнс в немом вопросе поднимает бровь, — я хотела ему возразить, но... Но подумала, что он прав.       Руки Раймэй сжимают ткань её платья. Руки Стэнфорда ложатся ей на плечи.       — Ваш муж не прав. Если вас будет много, то они не смогут вас заткнуть. Мы поможем вам. — Голос Форда звучит уверенно, не оставляя и тени сомнений. Женщина поднимает взгляд и они встречаются глазами. — Прошу, распространите эти книги среди тех, кого сможете. Обсудите это с остальными. Они убивают ваших детей.       Раймэй с готовностью кивает.       Совсем скоро появляются Раппа и Бутхилл. Их двоих смерть Милая больше злит и подкидывает дров в очаг ненависти, чем заставляет скорбеть и трепетать подобно Сю. Они принимают решение — время впустую тратить больше нельзя, нужно действовать. Поручая Раймэй донести их знания до всех, кого сможет, они отправляются в путь. Солнце садится, окрашивая небо в голубой и они отправляются в путь.       — Но как вы собирались за такое короткое время собрать всех, кто хочет революции? — У Стэнфорда есть несколько идей, но ведь у Рейнджеров был план, да?       — С помощью этого. — Бутхилл достаёт пулю — внешне она отличается от тех, что находятся в магазине ковбоя или тех, что он глотает, эта — голубая, с прорезью. Что это такое? — Это погребальный артефакт, которого удостаиваются только лучшие из Галактических Рейнджеров. Если её владелец мёртв, то она выстрелит как сигнальная ракета и призовёт Рейнджеров со всех уголков космоса. — Значит?.. — Но, так как я ещё относительно жив, она никого не призовёт, а просто наведёт шума, достаточного для этой планетки. Выстрелит прям перед городом этих милашникых детей.       Бутхилл небрежно пожимает плечами, передавая Пайнсу в руки пулю для того чтобы он её рассмотрел. Изящно. Стоит взять на заметку. Стэнфорд возвращает артефакт Бутхиллу.       — Но разве они успеют прибыть?       — Подключатся как раз после разогрева. — Форд не был так уверен в этом.       Говорить не особо хочется. Раппа предпринимает попытку зачитать мантру ниндзя для поднятия боевого духа, но Пайнс быстро останавливает её. Нет, нет, нет, к этому он всё ещё не готов.       Как и было сказано — прямо перед поселением слинков ковбой выстреливает в воздух. Ожидаемо, это поднимает на уши не только деревенских, но и слинков, и совсем скоро Форд, Раппа и Бутхилл расправляются с отрядом охраны из пяти человек. Несмотря на возмущения ковбоя, они не убивают их, но забирают оружие и снаряжение, оставляют валяться посреди пустыря — что с ними станет не их забота, особенно со знанием того, что слинки не скупятся на физические наказания. Бутхилл, Стэнфорд и Раппа заходят в город.       Изнутри он более безликий, чем поселения коренных жителей Синь-41. Многоэтажки кажутся бездушными, улицы вылизанными, будто сделанными напоказ. Ничего, что отражало бы культуру, только серые однотипные постройки. Образцовый человейник. Видно, как корабли начали исключительно улетать, но не высаживаться, людей на улице нет, но несмотря на это в воздухе витает запах жжёных специй, — пока Пайнс галлюцинаций не видит, но предупреждён значит вооружен, — и они быстро продвигаются к сердцу города. Это здание-башня выделяется среди остальных своей высотой и цветом — белое, с большими стёклами на целые этажи. Если не там, то где ещё заседать главарям? Тройка врывается в небоскрёб. Запугивать у слинков получается лучше, чем сражаться, и Стэнфорд этому очень рад. В воздухе свистят пули и клинки, Раппа и Бутхилл сражаются лучше него, но не вместе, а по одиночке, оно и соответствует статусу Рейнджеров. Пайнс в таких побоищах, конечно, участвовал, но редко, против толпы всегда тяжело. Их успевают пару раз задеть, но ничего настолько критичного, чтобы нельзя было продолжить путь.       Как только им удаётся подняться на этажи выше, сражаться почти не приходится. Здесь расположились те гости планеты, которые улететь не успели. Ковбой презрительно пыхтит и на них из-за поддержки колонизаторов, но ниндзя успокаивает, что они ещё одумаются, ведь не во всякое зло нужно просто стрелять и всё это — цитатой из "Свитка Космического Ниндзя". Стэнфорд соглашается с ней. Втроём они проходят мимо закрытых комнат, пока не обнаруживают человека с гробом. У него белая одежда, блондинистые волосы, своим видом выделяется он не только среди местных, но и других торговцев, и он лечит слинков.       — Прекращай, милашка, — пистолет Бутхилла быстро оказывается направлен на незнакомца. Тот действительно останавливается. — Эти пушистики — злодеи и если хочешь быть на их стороне, то возьми в руки оружие, либо занимайся этим когда всё закончится.       Торговец молча отступает, а Форд не может избавиться от чувства, что что-то не так, чего его соратники, похоже, не разделяют. Остальной их путь проходит гладко, настолько, насколько так можно выразиться. В город прибывают жители Синь-41, которые осмелились поднять головы — в основном молодёжь, что неудивительно. Штурм заканчивается благополучно. Под угрозой расправы слинки объявляют поражение и полную капитуляцию. С Раймэй Стэнфорд встречается на первом этаже небоскрёба — там, где пол залит кровью и валяются тела. Бутхилл и Раппа ушли разбираться с кораблями.       — Спасибо за всё. — Сю кланяется, пожимая ему руку. Эта благодарность заслужена, да и скромность — не присущее ему качество, так что на его лице появляется довольная улыбка. Но это ещё не конец.       — Миссис Раймэй. Мы помогли избавиться вам от слинков, но с остальным придётся справляться самостоятельно. — Голос Пайнса остаётся ровным и серьёзным. Раймэй с готовностью кивает. — Я полагаю это наша последняя встреча...       Сю снова кланяется.       — Спасибо за вашу доброту.       Форд присоединяется к Галактическим Рейнджерам в доках. За исключением пары суден там ничего не стоит — все, кто мог, уже улетел. Металлическая рука Бутхилла ложится ему на плечо. Раппа встаёт рядом, скрещивая руки на груди.       — Эти молодые люди, — хищно ухмыляется он, показывая на толпу, среди которых находился тот же белокурый торговец, которого они встретили ранее, — любезно согласились подбросить нас. Куда думаешь деться, милашка?       Пайнс задумчиво потирает подбородок.       — Не знаю. В путешествие. — Пожимает плечами Форд. — Что насчёт вас?       — Я отправлюсь по следам Злого Ниндзя Осару! — Кивает ниндзя. Ожидаемый ответ.       — Куда-нибудь подальше отсюда. — Ковбой поправляет шляпу. Ну конечно.       — Прошу прощения, что вмешиваюсь, герои, — человек с гробом подаёт голос, приближаясь к ним, — но моя следующая остановка, Лофу Сяньчжоу, может заинтересовать кого-то из вас. — Зелёные глаза впиваются в Стэнфорда. Лофу значит? А почему нет! Раппа и Бутхилл с подозрением смотрят и на него, и на незнакомца, но молчат. Наступает момент прощания.       Пайнс охотно, но быстро, обнимается с Раппой. С Бутхиллом — только слегка, одной рукой. Это было хорошее приключение.       — Не думаю, что мы ещё встретимся, но надеюсь, что если это случится, то к тому моменту надо мной не прорастут цветы. Надери милашный зад тому пушистику!       — Ты обязательно уничтожишь Злого Ниндзя-треугольника! Пусть твой путь Ниндзя будет полон отваги и стойкости. Пока мы не встретимся вновь!